Драконья королева

Атмосфера в пещере накаляется. Бледные пальцы Эймонда скользят по коричневой шее Бейлы. Та судорожно вздыхает. Ее сердце жутко колотится. Глаза, переполненные возбуждением, лихорадочно блестят. В висках пульсирует кровь. Прядь прикушена. Все органы чувств, кроме зрения, направлены на кузена. На то, как перебирает ее мокрые волосы, как пахнут кожей и пеплом его руки, как звучит жесткий, чарующий голос. Он рассказывает о прошлом. И Бейла, прикрыв глаза, будто вместе с ним переживает все события. Драконье логово кажется мальчику огромным. Грандиозное серое здание с куполообразной крышей. У его стен расположены скамьи, напоминая о тех, ушедших в историю временах, когда здесь проводились игрища. Через двери может, как кажется маленькому Эймонду, одновременно пройти не меньше трех дюжин человек. Ну а драконы… У него захватывает дух. Вермакс - совсем еще молодой, принадлежащий Джекейрису ящер, буквально пылает жизнью. Его черная, с примесью коричневого кожа. Его острые когти. Вытянутая морда, которая извергает пламя, заживо поджаривая свою еду. Все это восхищает второго принца Вестероса. Не дает ему и на секунду отвести взгляд. Заставляет сердце сжиматься от несправедливости. - Пошли! - зовет его брат, приказывая их племянникам - мальчишкам, так и ищущим признания, тащить его ко входу в подземелья. - Мы нашли тебе дракона! - сообщает он и, буквально на секунду, глаза Эймонда вспыхивают радостью, тут же меркня. Он не верит. Но его заставляют стоять и смотреть. С каждой секундой, в его сердце все больше неуверенности. Может же такое быть… Может же? Какой-нибудь небольшой дракончик, хотя бы… Или даже… Ну кого то же к нему ведут? Вон, даже с крыльями. Кто может их иметь, такой большой, кроме дракона? Солнце слепит маленького принца и он подается вперед. Пока он щурится, существо оказывается совсем близко. - Мы назвали его розовый ужас! - кричит брат и Эймонд растерянно поворачиввается на него. Ему жутко больно. Они опорочили его самую большую мечту. Его родной брат опорочил. Даже в его взгляде больше насмешки, чем у детей Рейниры. Маленький Люк лишь подражает. Во взгляде Джейса вообще смущение. Но Эйгон насмехается. Насмехается и, забирая племянников, убегает дальше веселиться. Как будто ничего не сделал. Как будто не растоптал… Все, что было и все, чего не было. Маленький Эймонд кладет руку на рукоять меча, начиная доставать его. Ему хочется разрубить брата. Четвертовать. Подвесить за яйца. Убить. Сделать с ним хоть что-то. Но тот уже убежал и принцу приходится вернуть клинок в ножны. Теперь в его голове план. Он сам заполучит дракона. Обернувшись, он отмечает, что никто не обращает на него внимания и, со страхом, таки спускается в подземелья. Первый, попадающийся ему дракон рычит и изрыгает пламя. Мальчик прячется от него за стену и кричит, не помня себя. Бежит. Он не смог. Не смог взять судьбу в свои руки. - Поэтому, - словно через пелену, слышит принц и возвращается в реальность, - Ты поэтому украл Вхагар? - спрашивает Бейла. - Да, - выдыхает Эймонд, где-то на задворках сознания отмечая, что ему нравится, какие жесткие, в высохшем состоянии, у Бейлы волосы. Такие же непокорные, как она сама, - Я продолжу? - спрашивает он. - Конечно, - выдыхает девочка и принц вновь погружается в воспоминания. Большая, в голубо-зеленых тонах комната. Высокие окна, сквозь которые видно Черноводную. Вечерний свет, озаряющий тонкий стан Алисенты. Ее губы сжаты. Она нервно теребит платочек. Несколько раз царапает себя кольцами, которыми увешаны пальцы. На младшего сына она даже не смотрит. Он не был важен ей до того, как потерял глаз и не стал после того, как получил Вхагар. Ему четырнадцать и он понимает все ее мотивы. И знает, что его ни за что не подпустят к трону, если не будет войны. Потому, что как бы он ни старался, в сколь многом не был бы лучшим, он рожден вторым. И, что важнее, в мирные времена, пока Хайтауэрам нужна пешка, которой легко манипулировать, никто не захочет видеть у власти того, кто, получив ее, просто-напросто расправится с несогласными, чтобы исполнить свои амбиции. Со стороны двери раздается стук. Через пару секунд она отворяется и Кристон, таща за ухо, вводит Эйгона. - Я привел его, королева, - говорит он. Алисента поворачивается, ее руки начинают быстрее перебирать платок, в глазах - истерика. Она еле сдерживается. Эймонд усмехается. Очередная ссора его матери и его брата. Может, когда-нибудь это дойдет до ненависти? И путь к престолу, со стороны зеленых, освободится? Наивно, конечно, но испытывать к брату сочувствие сложно. - Закрой дверь, - приказывает королева Колю и, как только та запахивается, отвешивает сыну пощечину, не заботясь о том, сколько перстней с драгоценными камнями его оцарапают, раздирая кожу. - Это низко и подло, Эйгон! - кричит она, - Как можно было додуматься до того, чтобы притащить Хелейну в кабак на Шелковой улице?! Ты вообще не заботишься о ее репута?!... - Тебе только она и важна, - Эйгон, стирая с лица кровь, задумчиво смотрит на бывший белым рукав рубахи, - Ты только и можешь, - говорит он яростно, - что думать, как бы выгоднее продать своих отпрысков. - Как ты можешь?! - Алисента вновь замахивается и теперь расцарапанной оказывается левая щека старшего принца, - Как ты смеешь говорить такое своей матери?! Ты прилюдно ударил свою сестру! После такого ты недос!... - Знаешь, что она мне сказала?! - с вызов наезжает Эйгон, - Что ты успокаивала ее тем, что она может отказать мне, если уже будет носить ребенка, - его глаза лихорадочно блестят, - Что она, если не хочет видеть меня с другими, может днями сидеть в покоях. Тебе важно лишь закрепить позиции своего дома при дворе! Ты даже не думаешь о наших чувствах - ни о мне, ни о ней, ни о решении проблем. И все, что ты можешь, матушка, - это слово он буквально выплевывает, - Все, что ты можешь, это лицемерно прикрываться чем-либо, лишь бы не решать проблем. - Я делала это, - королева сжимает кулаки, - Чтобы помочь своей дочери справиться с трудностями будущего брака с тобой! Неотесанным, ни на что неспособным!.. - Так зачем ее вообще выдавать за меня, - в глазах Эйгона ярость, - Зачем выдавать ее, если считаешь меня ублюдком и ошибкой?! Ты заботишься не о ней, а о себе! О том, чтобы укрепить притязания на трон, прикрываясь заботой о нас! Ведешь себя как последняя сука! - Алисента вновь бьет его, старший принц усмехается, -Ты хуже суки, матушка. Гораздо хуже. И, пока не заковала меня в покоях, у меня есть дело к брату. Улыбаясь, усмехаясь, блестя пьяными глазами, пошатываясь, пока шагает, он приближается к Эймонду и кидает ему небольшую фигурку паучка. - Верни ей, - говорит последнее, прежде чем Коль скручивает его. Спустя несколько минут второй из принцев идет по коридору. Он никогда не испытывал уважения к брату, но Хелейну хочет защитить. И возвращению вещи она будет рада. А возможностей улыбнуться, когда ее свадьба через месяц, у нее мало. - Это я, Хэл, - говорит Эймонд, стуча в дверь. Почти сразу слышится шорох и ему отпирают. Старшая сестра, уже сейчас немного проигрывающая в росте, выглядит напуганной и явно больна, однако хмельной румянец на щеках красит ее лицо: - Зачем ты здесь? - спрашивает она, - Матушка послала? Принцу хочется подтвердить. Приказы матери по-крайней мере не так позорно выполнять, как прихоти брата-распутника. Он уже собирается соврать, но девушка поворачивается и ему приоткрывается опухшая щека. Удар его брата. Он чувствует вину. - Эйгон, - говорит он и протягивает фигурку. На лице Хелейны расцветает улыбка. - Спасибо, что передал, - говорит она, - Я испугалась за не.. - она кашляет, - Тогда, в таверне, - добавляет. Он, привычный к не сильной связности ее речи, не переспрашивает. Замолкая, вспоминает, что с тех пор прошел год и что сейчас сидит в пещере с Бейлой, приоткрывает глаза. - Почему ты не остановил брата? И мать? - спрашивает девочка, смотря на него с непониманием, к которой примешена злость. - Потому, что не знал, чью сторону выбрать, - отвечает он, отводя глаза, - Они оба были не правы… - А что было потом? - спрашивает она, в глазах появляется опасный огонь, его собираются осудить, недоверяя, - Ты хоть слово сказал им, по этому поводу? - Эйгона заставил прийти на тренировочное поле и избил до полусмерти, - второй сын Алисенты сжимает зубы и кладет руку на меч, - А мать лишил союза с Долиной, оскорбив гостей. - Ты в своем репертуаре, - вздыхает Бейла, потирая правое плечо. - Разве? - Эймонд на несколько секунд задумывается, - Возможно, - наконец говорит он, а после прикусывает губу, - То, что я рассказал, еще не самое страшное. После этой истории Хелейна убежала уже сама, с ребенком в животе. А до этого, когда я отмечал ее плохое самочувствие, каждый раз отказывалась от помощи. Ее не могли найти несколько дней. А потом это сделал Стронг. Лорд Ларис, в смысле. За сведенья, где она, он потребовал от королевы показать ее ноги. И дро... Смотрел на них, пока я наблюдал за этим из-за портьер. Через два дня мою сестру вернули. Отто Хайтауэр, не дав ей даже передышки, выгнав стражу, не стесняясь ни дочери, ни меня, накричал на нее, а после того, как она возразила... Мать запустила в ее сторону вазой. И единственным, кто смог ее вразумить, оказался Эйгон, напомнивший, почему нельзя лишать ее жизни. Мои доводы о том, что они родственники, никто не услышал. Хелейна выжила, только благодаря тому, что нужна, чтобы захватить власть. - Почему, - Бейла морщится, потирая плечо, - Почему ты на стороне зеленых? Потому, что они семья и не хочешь смерти им и себе? - Да, - коротко отвечает Эймонд. - Помнишь, я хотела пригласить тебя на разговор, пять лет назад? - в ее глазах загорается огонь. - Прекрасно помню. - Как насчет попытаться… - Не говори о мире, - принц сжимает вывихнутую руку и, не обращая внимания на то, как Бейла выгнулась и стонет, неспособная терпеть такую боль, продолжает: - Даже не заикайся о том, что можно прекратить грызни наших семей. - Мне больно, отпусти! - Бейла пытается вырваться, но ее перехватывают по-другому, сжимая сильнее и прямо за вывехнутое плечо. Боль застилает ей взор. Из глаз катятся слезы. Все вокруг плывет. - Отпусти! - молит она, но встречает лишь холодный, лихорадочный блеск глаз. Перед ней взбешенный дракон. Дракон, который причиняет боль. Который не видит ничего, кроме своих эмоций.