В одной лодке

Мина выглядела просто неприлично довольной. После того, как розовокожая подруга самым вопиющим образом буквально затащила Очако на кухню своей квартиры - захлопнув при этом входную дверь прямо перед носом Бакуго - она настойчиво усадила ее за стол и вывалила перед ней практически все, что было в холодильнике. А потом просто села напротив, умостив подбородок на ладони, и с широченной улыбкой уставилась на нее. Очако некоторое время ждала, пока Мина начнет разговор. Или вообще хоть немного пошевелится. Но та лишь улыбалась и молчала. Жуть-то какая. Мина Ашидо НЕ молчит. А если молчит - случилось что-то страшное. Урарака опасливо сглотнула и поспешила нервно занять руки, машинально схватив кружку с чаем. Приятное тепло тут же окутало ее ладони, вызвав умиротворенный вздох девушки. Окинув ленивым взглядом стол, она наткнулась на ее любимое печенье, заботливо придвинутое ближе к ней. Ее живот громко заурчал. Урарака стыдливо нахмурилась. Она не могла быть голодной снова, они с Цую плотно пообедали перед уходом. Девушка вспомнила об этом только сейчас, но в последнее время к еде она дышит слишком неровно. Даже по ее меркам - у Урараки всегда был хороший аппетит. - Оно для тебя, - наконец-то перестала играть в молчанку Мина. Она вытянула руку и придвинула пиалу ближе к подруге. - Когда этот неблагодарный Бакубро сказал, что привезет тебя к нам, я тут же отправила Эйджиро накупить всего, что ты любишь! - Не нужно было… - неловко пробормотала Очако, но за печеньем все-таки потянулась. - Ну-ну… ты не посмеешь запретить мне баловать тебя и твоего пузожителя, я надеюсь стать самой крутой тетей для него! Или… для нее? Очако не смогла удержать тихий смешок. Мина в своем репертуаре. Разворачивает обширное действие всегда, что бы это ни было. Эта девушка не делает ничего наполовину. - На самом деле, мы еще не знаем пол. - О-о-о… Как насчет сюрприза? - сверкнула энтузиазмом Ашидо. В ее темных глазах загорелся неподдельный интерес. Очако насмешливо фыркнула, чуть не захлебнувшись в чашке чая. Только этого не хватало. - Не думаю, что мы с Кацуки переживем еще хоть один сюрприз в этой жизни, - закатила брюнетка глаза, мысленно возвращаясь к воспоминаниям первых дней этого приключения. - Нет. Никаких больше неожиданностей. Внезапно лицо Мины ехидно вытянулось. Урарака сразу поняла, что где-то прокололась. - Как интересно звучит «мы с Кацуки», да? - опасно улыбалась Мина. - С этого места мне нужен подробный отчет. Очако мысленно взвыла. Не то чтобы она собиралась скрывать, что… ну. Прямо сейчас, в связи с недавними - но невероятно масштабными - событиями, она взглянула на Кацуки Бакуго совершенно другими глазами. Очако и Кауцки уже сказали всему миру, что между ними есть связь. Самая сильная, какая только может быть в понимании Урараки. Потому что, например, любовь - тоже связь. Но чувства проходят. Рано или поздно, но это возможно. А то, что они вместе создали нового человека - это на всю жизнь. Она уже поняла, что никто из них не сможет уйти. Так какой смысл увиливать? - Мы пытаемся привыкнуть к нашей новой реальности. И к друг другу. Ашидо, увидев, что подруга не собирается убегать от ее вопросов, засияла и подобралась. Может она, конечно, и производила впечатление девушки, которая может наседать на близких людей лишь для праздного любопытства, но это было категорически не так. Она очень переживала за Очако. И за Бакуго. И правда считала, что каждый из них заслуживает всего счастья мира. Так… почему бы им не иметь его вместе? Кажется, у судьбы было такое же мнение. Но вываливать все это на Очако она, конечно же, не собиралась. - Итак? Как дела в этой новой реальности? - осторожно поинтересовалась она, внимательно наблюдая за подругой. Очако выглядела немного бледновато, и ее щеки казались чуть более впалыми. Но в целом - здоровой. - С переменной облачностью, - немного взволнованно хихикнула брюнетка, - в начале было очень страшно, особенно когда я была наедине со всем этим. Ребенок… да я представить подобного не могла в своей жизни. Но потом я рассказала Кацуки и… - И? - Разумеется, я понимаю, что это и его ребенок тоже, поэтому глупо вот так удивляться его участию, но я… удивлена. И счастлива. Мне было так тяжело морально. Его поддержка - неоценима. Он не дает мне сомневаться и бояться. Я чувствую, что могу расслабиться. В том смысле, что я знаю, что могла бы справиться и одна. Я - прогерой, или нет? Но главное в том, что мне не пришлось. Я могу немного отпустить контроль и позволить Кацуки взять на себя часть моих проблем и переживаний. И это… я не знаю… невероятно. Мина слушала ее, а потом сказала: - Он тебе нравится. И это не было вопросом. Очако цеплялась за ручку кружки, как за собственную жизнь. - Думаю, этот малыш вполне является весомым аргументом в твою пользу. - Да ладно тебе! - фыркнула Мина, как будто больше не могла сдерживаться. - Хочешь сказать, до этого Бакубро тебе не нравился? Я так не думаю. Между вами еще со времен Юэй было это… как бы сказать… - Уважение? - предположила Урарака. Это звучало правдоподобно. После спортивного фестиваля на их первом году, Очако хотела быть похожей на Бакуго в плане силы и решительности, а он считал ее достойным соперником для себя. - Напряжение. Очако моргнула. - Я не помню такого, - сказала она, - может ты, Мина, училась в какой-то другой школе? Ашидо закатила глаза так сильно, что практически увидела свой мозг. - Не знаю, заметила ли ты, дорогая, но только для тебя у Бакубро нет оскорбляющего прозвища. И нет, ты никогда мне не докажешь, что «круглолицая» в его исполнении - оскорбление. Это похвала, клянусь Богом. И, да. Он всегда с горящим энтузиазмом мчится с тобой сразится. Слышит и - главное - слушает, что ты говоришь, в отличии от всех нас. Помнит твой день рождения. А ты? Немалую долю времени в Юэй провела, с восхищением наблюдая за тем, каким героем становился Бакубро. Всегда делала страшное лицо, когда кто-то недооценивал его, или снова начинал это нытье про то, что ему бы лучше пошло быть злодеем. Благодаря нашим девичникам, я даже знаю, что ты считаешь его красивым. Урарака сглотнула, смотря куда угодно, только не на подругу. - В школе у меня не было чувств к Кацуки, если ты об этом. - Я и не настаиваю, - покачала головой Мина, расслабленно откинувшись на стуле, - но вы всегда были в поле зрения друг друга. И то, что происходит сейчас между вами - для меня неудивительно. Не в плане ребенка, тут вы смогли задать жару даже моему воображению. Лицо Очако вдруг просветлело и девушка рассмеялась. - Да, - с улыбкой проговорила она. - Задать жару - это про нас. Мина с пониманием ухмыльнулась ей. ******* - Как думаешь, о чем они там так долго говорят, заперевшись на кухне? - с подозрением спросил Киришима, скосив осторожный взгляд на дверь. - Ты у меня спрашиваешь? Я похож на того, кто любит встревать в девчачьи разговоры? - прорычал Кацуки, яростно тыкая по кнопкам джойстика. После того, как Бакуго все-таки впустили в квартиру, благодаря Киришиме, Мина утащила Очако на кухню и с громом захлопнула дверь. Парни же, переглянувшись, молча уселись на диван и включили приставку. - Думаю, это надолго, - резюмировал Эйджиро, возвращая внимание игре. Он ловко отбил удар противника и победно вскинул руку. - Пусть. Круглолицей полезно успокоить свою задницу и отвлечься. - Ты волнуешься о ней, - кивнул сам себе Киришима с утверждением, - это очень по-мужицки, бро! Кацуки бросил на него взгляд, обещающий скорую смерть. Что бы там не думал о нем этот каменноголовый болван, он не собирался возражать. Блондин возвел глаза к потолку и недовольно вздохнул. - Она… сводит меня с ума. Киришима, оторвавшись от игры, удивленно моргнул. - Тебе придется проявить терпение, дружище, - покачал он головой. - Раз ты взял на себя такую ответственность, как настоящий мужик ты не должен злиться на… - Чего?! - рявкнул Кацуки. - Я не об этом, чтоб тебя! Меня она не раздражает, ты что, идиот? Киришима вопросительно уставился на своего бро. Тогда он решительно ничего не понимал. - Но ты сказал… - Урарака сводит меня с ума, потому что в ее круглой голове слишком много идиотских переживаний, а я не могу ни черта с этим сделать! - негромко прошипел блондин, вовремя вспомнив, что девушки находились недалеко от них, всего на расстоянии двери. Эйджиро смотрел на друга, которого знал с первого года старшей школы. Бакуго каждый день рос над собой. И не только как герой. Он рос как личность. Больше, чем кто-либо еще, кого знал Киришима. И он каждый раз был счастлив наблюдать за этими изменениями. Но то, что происходило с его лучшим другом сейчас… - ТЫ ЧТО, РЕВЕШЬ, БЛЯТЬ? **** - ТЫ ЧТО, РЕВЕШЬ, БЛЯТЬ? Девушки вздрогнули от внезапного оглушительного ора из соседней комнаты, выплюнув чай, который они с умиротворением пили. - Даже знать не хочу, - вздохнула Мина, помассировав виски в попытке успокоиться. Очако хихикнула. - Кажется, им весело. - Кстати, о веселье. Как насчет того, чтобы пройтись на этих выходных по магазинам нашей ослепительной компанией? Позовем девочек. Урарака задумалась, но лишь на мгновение. Это было действительно хорошей идеей. Ей не помешает развеяться. Да и… - Замечательно, Мина! - с радостью кивнула брюнетка. - Будет здорово наконец-то встретиться всем вместе. Кроме того, мне правда нужно купить что-то более подходящие из одежды на ближайшее… время. Мое тело уже меняется, я это вижу. Розоволосая девушка восторженно ахнула, подавшись вперед. Ей все было интересно и необычно. Не было ничего странного или неизвестного в беременности, но данное явление не часто попадалось ей на глаза. Возможно, Мина просто не обращала внимание. - Правда? - ее голос снизился до заговорщического шепота. - Да. Кое-какие обтягивающие вещи уже туго садятся на меня. Ашидо заметила, что глаза Урараки под конец ее слов беспокойно заблестели. Подруга тут же поспешила ее утешить. - Это совершенно нормально, Очако, - Мина пересела на стул ближе к ней, и успокаивающе погладила по плечу с ободряющей улыбкой. - Ты же не надеялась до конца беременности проходить без изменений в фигуре? Малышу нужно с комфортом разместиться в своем временном жилище. Шутка должна была улучшить внезапно помрачневшее настроение Очако, но это не слишком помогало. - Я понимаю, но не рановато? Ему всего 10 недель, нормально ли, что уже видно? Вот оно что. Теперь Мина видела, что подругу волнует не столько ее стройность, как то, стабилен ли ее темп прибавки объемов. - Хочешь, я взгляну? - Как можно более ненавязчиво поинтересовалась она. Брюнетка в смущении поджала губы и вздохнула, извиняюще сведя брови к переносице. Очако безоговорочно доверяла своим друзьям. После всего, что они пережили вместе, этого самого слова «друзья» даже не было достаточно, чтобы описать все степень их привязанности друг к другу. Так есть, и так будет всегда. Она безмерно любила Мину. И практически ни в чем не могла отказать. Кроме этого момента. Может это глупо, но… Урарака хотела, чтобы именно Бакуго первым увидел изменения, которые с ней произошли. Казалось, что так будет правильно. И она сама желала этого. - Извини, Мина, я… Та, увидев, как Урарака в панике пытается подобрать слова, громко расхохоталась. - Брось, Очако! Не могу упрекнуть тебя в желании не слышать гневные крики ревности Бакубро, когда он поймёт, что я его опередила. Чего доброго, еще мигрень начнется, это вредно. Так что, так и быть, я уступаю ему эту честь, пусть он и ранил меня в самое сердце своим недоверием. - Кацуки любит тебя, - поспешила заверить ее Очако. - Даже если скорее умрет, чем признает это. Мина картинно хмыкнула, изящным движением отпив чай. - Я тоже его люблю. Но это не отменяет того, что он - полная задница. О да, он был. Очако поспешно потянулась за печеньем, чтобы скрыть улыбку. За которой скрывалось что-то, сродни умилению. Этот ребенок делал ее очень странной. **** Было решено, что на сегодняшнюю ночь Очако останется у Мины и Киришимы. Она не хотела стеснять друзей, но понимала, что ей необходима эта передышка. Хотя бы сегодня. Мина в нетерпении махнула рукой, сказав, что ни о каком стеснении и речи быть не может. Их комната для гостей всегда свободна для близких. Поэтому, когда Очако опустила небольшую дорожную сумку со своими немногочисленными вещами на кровать, она уже практически не беспокоилась. Все, чего девушка хотела - немного спокойствия. Внезапно из прихожей раздались приглушенные голоса. «… тогда я поехал. Присмотрите за ней?» Ноги Урараки будто двигались самостоятельно. Она быстро пересекла гостиную. В прихожей Бакуго надевал куртку, очевидно, собираясь уходить, а друзья провожали его. Как же так? Он даже не собирался прощаться с ней? - Ты уходишь? - брюнетка лишь надеялась, что ее голос не звучал обиженно. Бакуго окинул ее непроницаемым взглядом, под которым Урарака невольно дрогнула. Он на что-то злился? На нее? - Да, - сказал он, потянувшись к ручке двери. - Есть кое-какие де… - Подожди, я… - торопливо заговорила Очако, краем глаза замечая, как вытянулись лица Мины и Эйджиро. Бакуго остановился и посмотрел на нее через плечо. - Мы можем… поговорить? Наедине. Сглотнув вязкую слюну, она стала ждать ответа, безумно нервничая. Она даже не знала толком, что на нее нашло такое. Единственное, что Очако понимала - она не хотела, чтобы он уходил. Блондин моргнул в недоумении, но ничего не сказал. Как он и был - в верхней одежде - он прошел мимо нее, поманив за собой. Урарака бегло и с улыбкой извинилась перед друзьями, после чего поспешила за ним. Бакуго уже был в комнате для гостей. Он не стал отходить далеко от двери, явно не думая, что разговор будет долгим. Если быть до конца откровенной, Очако толком и не знала, что ему сказать. Но и отпустить просто так тоже не хотела. Временами казалось, что они уже на сто шагов ближе друг к другу, а временами - наоборот. - Ты собирался ехать домой? - Не до утра же мне тут торчать, - буркнул Кацуки. - Но у твоей квартиры тоже караулят журналисты, - обеспокоенно напомнила Очако. Не только ее одну задевает вся эта история. Бакуго такой же пострадавший, как и она. - Мне похер. Подойдут - подорву. - Но меня ты привез сюда, - сказала Очако, подходя немного ближе к нему, остановившись на расстоянии руки. - Я тоже могла переждать дома. Бакуго смерил ее очень красноречивым скептическим взглядом. - Не делай чертов вид, будто я не знаю, насколько ты уже загналась. А с объявления наших компаний и нескольких суток не прошло. Нечего тебе там делать, пока я не вобью в их пустые головы, что в сторону моей семьи запрещено раскрывать свой поганый рот. В сторону семьи. Замерев от потрясения словно каменное изваяние, Урарака не верила своим ушам. Нет, она понимала, что чужими людьми они друг другу не были. Сейчас уж точно. Но так ей казалось со своей стороны. Девушка и вообразить не могла, что в своих рассуждениях она не была одинока. Сколько еще этот парень будет сбивать ее сердце с ритма? - Нельзя внезапно говорить такие вещи беременным, - шутливо отчитала его Очако, все еще немного растерянно улыбаясь. - А? Какие еще вещи? Невероятно. Он так легко сводил ее с ума и даже не чесался. Против такого Ганхэд не дал ей ни одного урока самообороны. - Никакие! Забудь! - Урарака замотала головой. Бакуго вопросительно поднял брови, но ничего не сказал. - Это все? - ровно спросил он, бросив взгляд на дверь. - Нет, я… может, ты… о-останешься? Этот тоненький писк, который примерно находился в диапазоне ультразвука, ее голос? Девушка чувствовала, как пылает ее лицо. Она могла поклясться, что не собиралась этого спрашивать. Даже если этот вопрос и занимал ее мысли с тех пор, как она услышала его голос в коридоре. Но какое-то странное беспокойство настойчиво скреблось в ее голове. Очако не знала, откуда оно взялось, но теперь могла думать лишь об этом. Кацуки уже сказал раньше, что останется с ней. Будет рядом. И у Очако не было причин не верить ему. Бакуго никогда не лгал. Не стал бы тратить свое драгоценное время на такое бесполезное занятие. Но бессознательно она до сих опасалась того, что останется одна. Где-то глубоко-глубоко внутри. Была ли это ее неуверенность в себе? Или в других? Удивительно, но блондин расслышал ее тихие слова. - Если я займу их гостиную, - с возмущением сказал парень, скрестив руки на груди, - енотоглазая оторвет мне голову: мы с Киришимой будем рубиться в приставку до самого утра. Это было правдой. Мина не оставляла попыток бороться с новым увлечением Киришимы. А уж когда вместе с Эйджиро и приставкой в комнате находился Бакуго, их можно было потерять на сутки. Но. Кажется, Кацуки все не так понял. Урарака застыла напротив него, словно напуганный зверек в свете фар. Как она должна была объяснить ему и не покинуть этот мир от смущения? - Я не… об этом, - залепетала брюнетка, чувствуя, словно немного онемел язык. - Тебе не нужно… то есть… ты мог бы… остаться. Со мной. Здесь. Последние слова она произнесла практически одними губами. Тишина, наступившая после ее откровения, напугала Урараку. Но поднять глаза, которые она опустила в ужасе от самой себя, чтобы оценить реакцию Бакуго, она не сможет ни за что на свете. Она была готова прямо сейчас провалиться сквозь землю. Что если она что-то испортила между ними? Вечность спустя раздался голос Кацуки. - Ладно, круглолицая. Но учти, что делиться одеялом я не люблю. Девушка так резко подняла голову, что чуть не вывихнула себе шею. Сорвав с плеч куртку, Кацуки, не глядя на Очако, бросил ее на кресло возле небольшого книжного шкафа. Буркнув, что он должен сообщить друзьям, что никуда не едет, парень вышел, оставив Очако одну. Дверь неожиданно аккуратно закрылась, а к Урараке только в эту секунду пришло осознание, на что она подписалась.