Noir. Rouge.

— Кот Нуар, берегись! — её голос, надрывный и громкий прозвучал совсем рядом. Леди оттолкнула напарника в сторону, защищая от атаки акумы. — Прости, Моя Леди, — только и смог выдать герой, и Баг смеряет его обеспокоенным взглядом. В последнее время он часто такой. Несобранный. Отстраненный от всего. С печально опущенными уголками губ. Словно ушедший слишком глубоко в себя. Леди Баг больше не слышала его штук. Не могла читать его эмоции, хотя раньше они понимали друг друга без слов. Акума в этот раз лёгкая, и Леди очищает её за рекордное время. Кот старается скрыться раньше, даже не попрощавшись, однако героиня успевает удержать его за руку. И невольно вздрагивает, встречаясь с безжизненным взглядом зелёных глаз. — Котёнок, — голос так некстати дрогнул, но Баг всё же смогла с собой совладать. — Что с тобой происходит? Уголки его губ поползли вверх, изгибаясь в вымученной полуулыбке. — О чём ты, моя Леди? У меня всё замечательно, как и всегда. А вот у тебя… — он ткнул пальцем в мелькающую серьгу, едва касаясь её когтем. — Скоро завершится трансформация. Я конечно всё ещё мечтаю о том, чтобы ты, моя Леди, открыла мне свою личность, но я бы предпочел более…романтическую обстановку. Задорно подмигнув, напарник оттолкнулся шестом от земли и скрылся где — то среди крыш. На мгновение Леди кажется, что всё как прежде. Если бы не одно весомое но. Они не стукнулась кулаками после победы над акумой, как делали это с первого дня геройства. Он не коснулся губами костяшек её пальцев, как делал это на прощание. Леди Баг озадаченно нахмурила лоб. Переживания за её Котёнка причиняли боль — будто кто - то жестокий вонзил в живот раскалённый прут и беспощадно заворочал им во внутренностях.

***

— Никаких новостей, верно? — Никаких, — шумно выдохнула мадам Агрест, просто медленно осев на паркет сцены. Кот Нуар затаился на одном балконе последнего яруса огромного зала театра, в котором работала его мама.Укрытие его было надёжным — сколько он себя помнил, в эту ложу никогда никого не пускали, а обзорное окно было постоянно завешено тяжёлыми бордовыми портьерами. Лишь сейчас, поселившись на чердаке театра, чтобы хоть как-то быть ближе к родителям, юный Агрест понял почему – в потолке был небольшой лаз, ведущий аккурат в его временное убежище. Нуар осторожно отодвинул штору, оставляя себе небольшую щёлочку для обзора. Ему было мало просто слышать Эмили. Он очень хотел увидеть её хоть издалека. — Габриэль лично возглавил поиски, — тихим голосом продолжила женщина, с печалью водя пальчиком по полу. — Все уже с ног сбились, его фото через каждую пару метров на улицах, город перевернули – но ни одного следа не нашли!.. Последние слова прозвучали с едва скрываемым отчаянием, заставив Кота зажмуриться. Адриан прекрасно знал, как переживают его родители, из минуты в минуту продолжая его искать по всему Парижу и даже за его пределами. Он и сам не находил себе покоя –ему было стыдно: за ложь, за такой скоропалительный побег, за то, что продолжает упорно скрываться. Но в то же время Агрест-младший понимает, что иначе у него не получится… Ведь возвращение домой ничего не сможет исправить – ему вновь придётся из раза в раз продолжать врать близким людям. Врать лишь из желания защитить, но и этого им не объяснишь. И даже личность свою не раскрыть… — Может, тебе взять отпуск, пока его не отыщут? — предложил мсье Дюбуа – режиссёр-постановщик новой постановки, в которой играла мадам Агрест. — Тем более, завтра премьера. Отыграешь роль, и можешь быть свободна. — Дома я и подавно с ума сойду, — покачала головой Эмили, отказываясь от подобного. — Тогда у тебя есть пятнадцать минут на то, чтобы собраться перед генеральной репетицией. «Скупой» – комедия непростая, она требует много внимания, — назидательным голосом проговорил режиссёр. По залу раздались шаги – мужчина покинул помещение, оставляя мадам Агрест наедине со своей печалью.

***

Битва с акумой сегодня выдалась изнуряющей. Нуар изо всех сил пытался помочь своей Леди, но иногда всё-таки больше мешал – из-за его уже обыкновенной растерянности они один раз потеряли Талисман Удачи, а от новоиспечённого злодея Кот даже пропустил несколько сильных ударов, оставивших после себя ссадины на лице. К счастью, физическое состояние поправило после Чудесное Исцеление. Жаль, что в душевном плане ему ничто не могло помочь. По привычке вяло отшутившись, Нуар поспешил скрыться в своём убежище, совершенно не заметив, как за ним погналась пятнистая героиня. Тихонько ступая по чердаку, он пробрался к необходимому лазу – вот уже полчаса в большом зале шел спектакль, в котором играла мадам Агрест. Судя по слухам, которые Адриан уловил этим утром, его мама всё-таки согласилась уйти в отпуск, чтобы и рабочее время посвятить поискам сына. А это значило, что сегодня последний вечер, когда он сможет услышать её голос в относительной близи. Премьера «Скупого» была в самом разгаре – на сцене было двое действующих лиц. Агрест за эти дни успел уже выучить сюжет. В этой сцене скупердяй Гарпагон объявлял своей дочери о намерении этим же вечером выдать её замуж. — Смею вас уверить, батюшка, но я вовсе не хочу выходить замуж, — тихо прошелестела Эмили, отвесив поклон. — Смею вас уверить, милая дочь, что замуж вы выйдете, — повелительным тоном ответил ей актёр. — Не взыщите… Накладное ухо Нуара шевельнулось, уловив посторонний звук. Кто-то пробирался по его потайному лазу и вот-вот должен был оказаться в ложе. Кот успел лишь сглотнуть и отступить на шаг, чтобы неизвестный не свалился прямо на него. Каково было его удивление, когда на него через мгновение смотрела пара удивлённых сапфиров, обрамлённых в алую маску с чёрными пятнами. Его Леди не произнесла ни слова – он сам прекрасно понял, что разговора в этот раз не избежать. Кот лишь кивнул в сторону лаза, давая понять, что им лучше не привлекать внимания.

***

— И как давно ты здесь обитаешь? — тихим голосом спросила Леди, когда они устроились в дальнем углу, где Нуар оборудовал себе подобие жилища. Небольшая раскладушка из старого реквизита, потрёпанное кресло оттуда же и пара фонарей, едва развевающих удушающий мрак чердака. — Пару дней, — уклончиво ответил Кот, смотря строго перед собой. — Котёнок… — ладошка Баг легла на его плечо и подбадривающе сжала. — Я же вижу, что это не так. Ведь ты уже давно сам не свой. И я очень хочу тебе помочь… — Ты, как всегда, проницательна, моя Леди, — вяло усмехнулся Нуар, шумно вдохнув воздух. На выдохе он едва слышно пробормотал: — Вряд ли мне кто сможет помочь… Этот шепот не укрылся от девушки. — О чём ты? — Если я тебе расскажу подробно, то ты рискуешь узнать, кто скрывается под маской, — покачал головой юноша, пытаясь избежать больной для него темы. Не хватало ещё Леди втянуть в его проблемы. — Давай просто продолжим разбираться с Бражником и… — Ты же можешь мне рассказать обобщённо, — не собиралась уступать Баг. Нуар лишь в очередной раз вздохнул. На губах мелькала печальная улыбка. — Ты ведь не успокоишься, — покачал головой он. Не вопрос — утверждение. Ответом послужил кивок. — У меня проблемы, моя Леди, с родителями, — Кот, наконец, взглянул на девушку, которая впитывала каждое его слово. — Из-за этой постоянной беготни за марионетками Бражника, мне приходится много где отсутствовать в положенное время. До этого мне удавалось сглаживать все углы, но… недавно они узнали об этих моих отлучках. А врать им в очередной раз я просто не в силах. — И поэтому предпочёл спрятаться на крыше театра? — Что-то вроде того, — небрежно пожал плечами Нуар, поморщившись, словно что-то кислое съел. — Наши отношения с ними доверительные… были до этих пор. Я никогда и ничего от них не скрывал, а сейчас… — Сложно, — кивнула Леди, — я… понимаю, Котёнок. Я тоже скрываю всё от своих. Но это ради их же блага… — А если это благо причиняет им боль? — не выдержал Кот и зажмурился, опасаясь услышать ответ. — Много боли? Леди Баг молчала некоторое время, обдумывая ответ. Если бы Нуар открыл глаза и взглянул на неё, то заметил бы, как она задумчиво хмурится, словно борясь с тем, что вертелось на языке. В конце концов, Баг выдохнула и тихо произнесла: — Тогда бы я… как-то устранила причину обмана, — девушка сглотнула, вцепившись в руки Кота, словно боялась, что он как-то не верно расценит её слова. Одной ладонью она накрыла его руку с кольцом, словно удерживая Камень Чудес на месте. Словно подсказывая верный путь. Нуар задумчиво рассматривал этот жест и едва заметно кивнул Леди. — Тогда я сделаю одну вещь, которая… Баг едва заметно кивнула, прерывая его слова: — Уверена, что ты сделаешь всё правильно.

***

Адриан неуверенно топтался возле ворот собственного дома — страх сковал юношу до основания, мешая вытянуть руку и нажать кнопку видеозвонка. Хотелось вновь произнести слова трансформации и бежать, бежать как можно дальше, заткнув уши и закрыв глаза. Но ведь это не выход, верно? В конце концов, он и сам тянул с этим решением слишком долго. Агрест вновь протянул руку к заветной кнопке. Нажать не успел — возле ворот плавно затормозил знакомый автомобиль. Адриан оглянулся и вжался спиной в стену. Наверное, сейчас в свете фар он очень похож на затравленного кота — несмотря на то, что выбравшиеся из салона автомобиля родители совершенно не выглядели сердитыми. Губы матери дрожали — она едва сдерживая слёзы, протягивала руки к сыну, безмолвно моля его остаться. Не исчезать бесследно в темные ночи. Даже всегда сдержанный отец теперь не излучал прежней уверенности и хладнокровия — за эти несколько дней он будто бы постарел на десятки лет. — Адриан, — нежно позвала сына Эмили. Она сделала несколько шагов ему навстречу, смахивая непрошенные слёзы. Одними губами шепнула: — Только не уходи… И Адриан сорвался… …для того, чтобы в два шага оказаться рядом с родителями и спрятаться от всех тревог в их крепких объятиях.

***

Адриан в нерешительности замер у дверей гостиной, зная что по ту сторону находятся его родители. По возвращению домой они не сказали ни слова, лишь окружили сына какой-то незримой, но все же ощутимой заботой. Они не давили на него с разговором о его недавнем поступке, и за это Агрест-младший был им очень благодарен. Даже в первое время решил было передумать, оставить всё как есть. Однако недосказанное всё так же мучало его. Снова и снова проходя по комнатам своего дома, Адриан погружался в горькие воспоминания о собственном трусливом побеге. О своей лжи. Об обещании своей Леди всё исправить. Порой казалось, будто весь мир ждёт, когда он сделает шаг навстречу и всё-всё расскажет. Это ожидание таилось в глазах мсье и мадам Агрест и его Леди, и порой ему чудилось, что даже марионетки Бражника смотрят на него с ожиданием – когда, Кот Нуар? Будто весь Париж хотел, чтобы Адриан наконец покончил со всей этой ложью. Этого он хотел и сам. Дверь гостиной наконец робко открылась. Но этого достаточно, чтобы чета Агрест одновременно подняли головы и обернулись на порог. — Мам, пап, — голос будто бы рассыпался песком, однако Адриан, шумно выдохнув, продолжил. — Мы можем поговорить? — Конечно, — ему показалось, что даже черты лиц родителей исказились. Стали острее и болезненнее. Мама похлопала рядом с собой по дивану, и юноша послушно опустился рядом, в аккурат между родителями. — Я знаю, что между нами в последнее время случилось много…недомолвок, — его голос звучал неуверенно, словно кто-то дрожащей рукой нанизывал жемчуг на нить. Эмили нашла его руку и сжала в своей. Габриэль же, сидевший с другой стороны, аккуратно положил руку на плечо. Адриан улыбнулся этой поддержке. И продолжил: — Между нами действительно много было лжи, особенно в последний год. Я... я не хотел этого, правда. Мне так хотелось, чтобы наши отношения так и оставались доверительными, чтобы вы не волновались за меня, но…я вас подвел. Заставил беспокоится и причинил столько боли. Простите меня. — Ну что ты такое говоришь, милый. Ты вернулся, целый и невредимый, а это главное. — Мы вовсе не сердимся на тебя, сын, — вторил супруге Габриэль. Голос его дрожал лишь едва. — Я понимаю. Спасибо вам. Вы действительно лучшие…и поэтому я больше не могу лгать вам. Мама, папа, я пропускал занятия не из-за моих плохих отношений в коллеже. Всё дело в том, что я… Я Кот Нуар. Реакция родителей поразила его непредсказуемостью. Он ожидал от них чего угодно: страха, скандала, требования немедленно отдать талисман туда, откуда его взял, поддержки, просьб быть осторожным…но точно не этого. Габриэль Агрест обречённо выдохнул, будто бы…ожидал чего подобного? Глаза Эмили округлились, и она приложила изящную ладонь к губам. — Я… не могу поверить, — едва прошелестела она. — Не могу поверить, что столько лет спустя он отдал талисман Разрушения тебе. — Что? Кто? — пробормотал Адриан, анализируя сказанное мамой. Юноша ведёт плечом. Ему становится ещё некомфортнее, чем до этого. Адриан невольно замирает в ожидании. Почему-то ему хотелось, чтобы сейчас их беседу кто - то прервал, бесцеремонно щёлкнув дверным замком. Вот только щёлкает не дверная ручка, а шестерёнка в голове. Адриан опускает веки. Пазл сложился. — Подожди. Ты …вы знаете Мастера? Знакомы с ним? Супруги переглядываются между собой. Затем отец кивает головой, подтверждая догадку. — Да, Адриан. Мы знаем Мастера. Мы знаем о Камнях Чудес. — Потому что и сами когда-то были их обладателями. Мне достался талисман Разрушения. Я…была мадемуазель Нуар. Адриан шумно выдохнул – от удивления все его мысли испарились. Сил хватило на жалкое: — А ты, папа? Ты… — Я бывший обладатель талисмана Созидания. Лорд Баг. Агрест - младший опустил глаза в пол — почему - то сразу стало неловко находиться в одной комнате сразу с двумя супергероями. Хоть и бывшими. Тем более, что эти герои — его собственные родители. Эмили поднялась на ноги. Обвела потерянным взглядом семью. — Нам всем предстоит долгий и серьёзный разговор. А что ещё может скрасить его, как чашка горячего шоколада?

***

Разговор с родителями получился долгим. Сложным. Но Адриан этому даже благодарен — наконец - то столь желанное доверие вновь восстановилось. У них появился шанс как и раньше стать крепкой семьёй и опорой друг другу. — Прости что не сказал тебе раньше, — Плагг, всё это время тихо сидевший во внутреннем кармане рубашки, наконец подал голос и приземлился на плечо Кота Нуара без маски. — Квами не имеют права раскрывать личность, вне зависимости бывший это владелец или нынешний. — Ты не виноват, Плагг, — задумчиво проговорил юноша. И тут же оживился. — А мама…то есть Мадемуазель Нуар, какой она была? — Так и знал, что ты это спросишь, — закатил глаза квами. — Ну слушай. Я первое время был крайне недоволен таким раскладом, но со временем понял, что ошибся в ней. Она была… смелой, отчаянной. Бросалась на защиту кого угодно, зная, что может пострадать. Она умела фехтовать, ей нравилось вести двойную жизнь, так что талисман она освоила очень быстро. А ещё – без ума от Лорда Бага и по сей день. Понятно теперь, откуда лапы ра… Плагг, насторожившись, юркнул под рубашку. Вовремя – потому что в ту же секунду раздался деликатный стук в дверь. — Адриан? — голос матери по ту сторону звучал встревоженно. — Входи, мама! — крикнул юноша, опустившись на кровать. Вошедшая мадам Агрест тут же опустилась рядом. Накрыла ладонью пальцы сына. — Я пришла узнать, как ты… после всего того, что мы с папой тебе рассказали, и что ты рассказал нам… — Всё хорошо, мам, спасибо. Не волнуйся. — Агрест одобряющие улыбается маме, сжимая её руку в своей. — Вы с папой… так и не рассказали, что случилось после того, как вы загнали Маюру в угол. Вам удалось вернуть талисманы Мастеру? Эмили шумно выдохнув, улыбнулась. Но то была совсем не мамина улыбка – скорее вымученная, уставшая хранить страшный секрет. — Удалось, но нам пришлось заплатить очень огромную цену, о которой я никогда не забуду. Я…— голос её дрогнул, но женщина смогла взять себя в руки и продолжить рассказ. — Катаклизмом по Маюре прошлась… Ни я, ни твой отец этого не хотели, мой милый… — Как, — от удивления у Нуара перехватило дыхание. — Как так вышло? — Нелепая случайность. Наша ошибка. Мы недооценили врага. Никто из нас и подумать не мог, что проигрыш для неё окажется страшнее чем смерть. Она напоролась на охваченную Катаклизмом ладонь, лишь бы не отдавать Камень. Мы так и не узнали, кто скрывался под маской. — А что с талисманом Мотылька? — Он так и не был найден, мой дорогой. Мастер заверил нас, что его квами больше не ощущает его активности, и велел нам вернуть Камни Чудес. Включая кольцо и серьги. Нам даже не дали попрощаться как следует. Они встретились в излюбленном месте – на крыше театра Одеон. Сегодня тепло и туманно. На душе Мадемуазель Нуар - гадко и пасмурно. — Что ж, видимо пора нам прощаться, мой Лорд. — Мадемуазель Нуар, я… В зелёных глазах вспыхивает огонёк надежды. А может… — Вы раскрыли личности друг другу? Она прикрывает веки, и нежно берёт напарника за руки. Тот бережно сжимает её пальцы в ответ, и даже чуть – вполне искренне, между прочим! – улыбается. Но аквамариновые глаза, обрамлённые алой маской, наполнены печалью. — … я буду по тебе скучать. — наконец с шумом вдыхает он. — Мы скоро расстанемся, возможно навсегда, — горько подытожила Нуар. — А ты всё о своем. Хоть раз в жизни сделай пожалуйста то, что ТЫ сам хочешь, а не следуй глупым и никому не нужным пра… — Нет Адриан. Для Лорда Бага слишком важна была тайна личности. Веки Лорда дрогнули. И он, притянув к себе удивленную героиню, втягивает её в пылкий, пропитанный отчаянием поцелуй. Мадемуазель Нуар не сопротивляется. Её поцелуи не менее неистовы, и точно так же пропитаны горечью.Она боялась потерять его, не хотела отпускать. Собственные чувства загнали их в угол. Адриан удивлённо вскинул брови. — Но…но как же вы потом встретились? — Чистая случайность. Два года спустя мы столкнулись с ним в том самом театре, на крыше которого прощались. И больше не расставались. Никогда. Адриан слабо улыбнулся. Прильнул к матери. — Это… замечательная история. Спасибо, что поведала, мама. Я.я горжусь вами. Очень. — И мы с папой тобой гордимся, Котёнок. Очень. — Эмили ласково улыбнусь. Коснулась губами растрёпанной макушки. — Только пожалуйста, будь очень осторожен. Иначе отберу кольцо и сама стану Нуар! — Тогда папе придется отобрать серьги у моей Леди, потому что одну он тебя явно не отпустит! — парировал Адриан и засмеялся. И Эмили рассмеялась в ответ. Впервые за долгое время. — И…ещё одна просьба, Адриан, — тихо произнесла она, размыкая объятия. — Все, что угодно, мама. — Могу я, — изумрудные глаза на мгновение задержались на кольце. — Могу я поговорить с Плаггом? Хотя бы ненадолго. Юноша лишь улыбнулся, и стянув кольцо, бережно вложил его в ладонь матери.