Инквизитор - Аколит

Тихий стук в дверь заставил меня дернуться. — Да? Я оторвал голову от экрана, на котором крутился очередной отчёт о столкновении с пиратами. Нам катастрофически не хватало собственного флота. Какой толк от стотысячной армии из клонов и дроидов, когда мы просто не можем доставить всю эту группу за раз? Неудивительно — одних фрегатов и корветов недостаточно, нужны крейсера, вот только, по забавному стечению обстоятельств, никто не хотел нам их продавать. Два старых, полуразобранных «Венатора» не в счёт — они войдут в эксплуатацию только через полмесяца, и то, если наши работники на верфях не будут спать. Забавный парадокс — сперва мы не хотели сорить деньгами, но нам поступали десятки предложений. Стоило начать их серьёзно рассматривать — они все исчезли. — Ты просил принести тебе чай, — моя жена в своей ночнушке беззвучно зашла в рабочий кабинет. Синий халат кокетливо сполз с одного плеча, обнажая светлую кожу, покрытую очаровательными веснушками. — Всё хорошо? — Ну как сказать… — я потер глаза и снова посмотрел на отчёт. — Помнишь, я говорил про горнодобывающий комплекс, который мы хотели выкупить после банкротства? — Да, припоминаю, — она откинула волосы, лезущие в глаза, и, поставив поднос на чайный столик, присела рядом. — И, насколько помню, ты говорил, что с вами соперничает какая-то банда. — Верно, — мои руки обхватили её за талию и легко пересадили ко мне на колени. Лана, словно котёнок, уткнулась мне в грудь, лукаво смотря снизу вверх своими огромными зелёными глазами. — За ними, само собой, были Хатты, которые последний год основательно пытаются залезть в наши дела. — А как же ваш дорогой чиновник в секторальном управлении, на которого вы несколько миллионов спустили? Не может помочь? — Пока дело не дойдёт до прямого столкновения — он бессилен. Местечковые разборки администрацию мало волнуют. Мы можем… Мы замолчали, смотря, как дверь тихо приоткрывается. — Мам, пап, — на пороге стоял наш сын, сонно тря глаза и прижимая к груди любимую игрушку. — Вы чего не спите? Что-то случилось? — Всё хорошо, — Лана соскочила с меня и, подхватив ребёнка на руки, погладила его по голове. Мальчик сонно зевнул и поудобнее устроился на плече. — И как ты так быстро растёшь? Вон, пижама уже мала. — Всё потому что я уже большой. Доктор сказал, что скоро зубки начнут выпадать… Правда, я не понимаю почему. Пап… — даже сонным он скорчил умильное выражение лица, которое у него появлялось каждый раз, когда хотел что-то узнать или выпросить. — Обязательно. Но только утром, — я подошёл и, откинув его светлые волосы, которые постепенно уже начинали темнеть, поцеловал его в лоб. — Иди спать, Эрон. — Но я не хочу спать… — опровергая только что сказанное, малыш зевнул и обхватил Лану руками, чтобы удобнее устроиться щекой на её плече. — Совсем-совсем не хочу… — Эри, а мама очень хочет спать, — Лана чмокнула его в макушку. — Будешь меня охранять, чтобы монстры не пришли? — Буду, — он покрепче ухватился. — Никакие монстры не заберут тебя. — Ты ж мой маленький герой. Меня быстро чмокнули в щёку, и два самых дорогих для меня человека во всей галактике скрылись за дверью. Хотелось плюнуть на всё и пойти с ними, но надо работать. Этот кризис может перерасти в полноценную войну с преступным синдикатом. Нужно либо предотвратить его, либо поддержать в холодной стадии ещё полмесяца. К этому времени три наших крупных заказа завершатся, и треть флота вернётся в систему. До этого момента ситуация патовая. У нас есть планетарные силы, которые в избытке, и можно треть перенаправить, но флота хватало только на оборону и обязательное сообщение между двумя другими нашими мирами. И эту логистическую цепочку не разорвать без экономического ущерба — по двадцать миллионов в день за простой. Крайне неудачное время. Я зарылся руками в отросшие волосы, напряжённо думая. Видимо, придётся идти на крайние меры. — Вос, приём. — Что, тоже бессонница? — его голос звучал уставшим, но точно не был сонным. — Да вот, смотрю на наши дела с горнодобывающим комплексом… — Паршиво всё там. Эти парни ещё раз подняли цену, теперь она больше миллиарда, и даже несмотря на то, что у нас сильное лобби в административном аппарате, они перебивают нашу ставку больше чем на сто миллионов, — Вос по внутренней связи вывел новый доклад, полученный меньше чем час назад. — Наши люди просто ничего не могут сделать: разрыв слишком большой, а для такой дыры мира космический. — И денег у нас лишних нет, да и сам комбинат столько не стоит слишком большие потери… Цена и так уже завышена. Видимо, мы кому-то из Хаттов слишком сильно наступили на больную мозоль, если весь теневой мир так резко остановил торговлю, а теперь ещё и это. — Я предупреждал: как только наше влияние выйдет за пределы трёх планет, к нам возникнут вопросы. У нас и так, по сути, уже самодостаточная система с сильной военной структурой, особенно на фоне ближайших райнов. Естественно, эти слизни не хотят себе такую занозу в боку, вот и душат. Мои агенты уже выловили больше сотни шпионов и это только те, кто прибыл за последний месяц под видом переселенцев. — И что ты предлагаешь? — Сменить подход. Нам ведь нужен был не столько комбинат, сколько ширма для перегона кораблей и запчастей для станций в Неизведанные регионы. Последняя вылазка дроидов-учёных принесла нам полезных пород на сорок миллионов, верно же? Мы отобьём затраты за год активного производства. — Да, вот только это создание всей экономической и промышленной базы с нуля. — Тогда платите больше миллиарда, — я ясно представил, как он пожал плечами и поправил седые волосы, заплетённые в косички. — Как по мне, лучше оставить эти деньги и перенести внимание в другое место. Даже с учётом затрат на создание лояльных чиновников, подкуп, шантаж и прочие схемы мы окажемся по итогу не в таком большом минусе. Впрочем, я не экономист. — Хан, — я вызвал своего неспящего советника, подключая его к нашему разговору, — что думаешь насчёт горнодобывающего комплекса? — Во-первых, доброй ночи, а скорее уже доброго утра, во-вторых, думаю, что нам стоит выйти из сделки и свернуть все программы в этой системе, кроме добычи пород из астероидного пояса. Она и так завершится через полгода. Квинлан Вос, ты узнал, кто стоит за этой проблемой? — А вы, мой друг-экономист, не читали доклад? — Я всё читаю, — голос дроида сымитировал раздражение, или он реально его испытывает уже? — Слишком расплывчатая формулировка. Очевидно, что это Хатты после того, как мы два года назад купили планеты в соседних системах. Вопрос в том, кто именно из Хаттов, нет ли тут следа Пайков или новой коалиции синдикатов. Мы всё ещё не знаем, кто глава организации, пусть даже фиктивный, и какой реальной мощью они располагают. Тех данных о флоте и армии, что я видел, недостаточно. — Мой отдел работает над этим. — Нужны результаты, а не работа. — Стоп, стоп, — я вмешался в разговор, перебивая их. — Об этом поговорим на дневном собрании. Сейчас приоритетный вопрос то что мы выходим из сделки. Возражений нет? — после короткой паузы продолжил: — Хорошо. Тогда, Хан, подготовь к нашей встрече альтернативные варианты, как мы можем незаметно перебросить наши силы в Неизведанные регионы. У нас всего четыре чувствительных к Силе подростка, которые обеспечивают нам навигацию в этих местах при помощи Силы, но они слишком медленно исследуют территорию. Нужно перебросить флот и создать станции, связанные между собой и помогающие в навигации. Кстати, о флоте: прочеши, хоть весь голонет, но найди нам корабли. Я не хочу снова оказаться в ситуации, где какие-то мрази качают права, а мы не можем ответить только потому, что все корабли на миссиях. Возможно, стоит часть денег направить на строительство третьей верфи. — Я знаю, понял, — Хан скрипнул пальцами по маске, как стал делать последний год, изображая задумчивость. — Посмотрю, что можно предпринять. — Хорошо. Вос, новая задача твоему отделу: делай что хочешь, но узнай, кто под нас копает, нужно понимать, к чему готовиться. — Принято, Глава. — Конец связи. Оборвав разговор, устало уткнулся в ладони. Как много всего нужно держать в голове, слишком много дел. Развитие социальной сферы, которая вытягивала деньги как пылесос. Хотя так можно было сказать про всё. Везде нужны были деньги, деньги и ещё раз деньги. Хочешь построить новый город, потому что переселенцев прибыло дополнительные два миллиона давай деньги. Нужно построить новые фермы с учётом экологии и природного ландшафта плати деньги. И, учитывая стремительное развитие наших миров, как и постоянно растущее население, никакие налоги не могли закрыть эту бездонную пропасть. Армия, промышленность, флот, торговые контракты, заказы госсектора, население, питание, беженцы… — Где бы взять ещё денег… Может, тоже ограбить имперский пост? Недавно повстанцы обнесли центр на Альдани. Сколько там было? Миллионов семьдесят? Было бы неплохо. Три вылазки и можно спокойно жить полгода с профицитом бюджета, — я притянул всё ещё тёплый чай и сделал глоток. — Мечты мечтами, но нужно работать… *** Массивные двери бесшумно сомкнулись за последним прибывшим. Комната погрузилась в звенящую тишину. Гранд-мофф Таркин медленно обвёл взглядом сидящих за чёрным столом из цельного обсидиана. Девять фигур. — Совет объявляю открытым. Записи не ведутся. Никто не покинет зал до завершения обсуждения. Говорите, но помните цену слов. Взглядов он не боялся, зачем бояться тех, кто вздрагивает от собственной тени? Они боялись своих идей, своих мыслей, в которых не могли признаться даже себе. Молчание прорезал хриплый голос моффа Тарвиса Дрентала: — Император требует шестой конвой с редкими сплавами. Без отчётов. Без возврата. А Альянс Повстанцев между тем овладел Натарой и продвигается к границам Среднего Кольца. Когда спрашиваю, почему мой собственный флот не реагирует, мне отвечают: «Приказы идут с самого верха». С какого, спрашивается, верха? Может, вы нас просветите, Таркин? Сухой мужчина в строгой армейской форме слегка приподнял брови, но все в этой комнате слишком хорошо его знали, так что даже это простое движение заставило многих нервно сглотнуть. — Возможно, Тарвис высказался несколько резко, но я согласен с ним, — мягко сказал один из гранд-моффов. — Но всё же склонен согласиться и попросить хоть каких-то объяснений. Я видел последнюю серию указов. Новые налоговые сборы, которые фактически обрекут десятки миров на голодную смерть. Конфискация всех корпоративных активов в пользу Империи даст шанс Повстанцам привлечь на свою сторону недовольных и расширить своё влияние. — Повстанцы — не более чем террористы, — Таркин сложил руки за спиной, тени легли на его хищное лицо, а свет отражался от глаз, из-за чего казалось, что они светятся изнутри. — Сброд, который не представляет угрозы. — Оставьте всё это для имперских пропагандистов, — прохрипел мофф Бреннер. — Террористы не отвоёвывают планеты, не разрушают наши цепочки поставок. Мы фактически утратили контроль над Внешним Кольцом, а теперь ещё и Среднее оказывается под угрозой. А вы не хуже меня понимаете, что это значит как для ВВП, так и для ВПК. В большом зале, выточенном прямо в недрах горы, над которой располагалась одна из бесчисленных секретных баз Империи, повисла опасная тишина. Казалось, словно кто-то взвёл курок и готов выстрелить в любой момент и неизвестно, в кого попадёт шальной заряд. — Я был на Корусанте шесть недель назад, — другой мужчина, на вид старше всех присутствующих, нервно усмехнулся. — Видел Императора. И не надо на меня так смотреть, Таркин, я вас не боюсь и вы это знаете. Я прожил неплохую жизнь и не разочаруюсь, получив в спину выстрел от своих собственных солдат за то, что сейчас скажу. Наш правитель после покушения никогда не выглядел особо привлекательно, но даже так сейчас, кроме его внешности, похоже, повредился ещё и разум. Мы стояли прямо перед ним, но он говорил с кем-то, кого не было в зале, — старик поочерёдно посмотрел на каждого, читая в их взгляде сомнения или потаённый страх того, о чём все подозревали, но боялись сказать. — Гранд-мофф Таркин, я обращаюсь к вам как к самому приближённому к Императору из нас. Я допускаю возможность, что Император... работает над высшими задачами, недоступными нашему пониманию. Но я не хочу, чтобы при этом Империя рушилась. Мы сражались за неё, мы строили её. А сейчас нас просят молчать, когда основа Империи начинает гнить, распадаясь на части, и почему-то первыми под карающую длань падают самые верные. — Верно, — молчавшая до сих пор женщина, сухая, словно высушенная коряга, посмотрела на всех. — Мой адмирал расстрелян после вопроса о судьбе его крейсера, который реквизировали по приказу Императора. Вы все его знали — верный, твёрдый, до последнего лояльный. Причём расстрелян как собака и предатель по приказу Преторианского трибунала, — продолжила она. — Без суда. Без права на последнее слово. Как это можно объяснить, Таркин? У нас было достаточно сигналов, а намёков и того больше. Что-то в нашей славной Империи идёт не так и ты знаешь это не хуже нашего. Подобные слова можно было интерпретировать как измену, как подстрекательство к мятежу и попытку завербовать лояльного человека из окружения Императора. При желании Таркин мог отдать короткий приказ и всех говоривших тут же бы лишили жизни или подготовили «несчастный случай». Вот только он так не сделает. Потому что, хоть ему и не хотелось признаваться в этом даже себе, в чём-то они были правы. Приоритеты Императора изменились, и тем, кто не посвящён в его дальнейшие планы, может показаться, что всё это странно. Многие проекты держались в тайне даже от самого Таркина, но он знал намного больше других. Вопросы, звучавшие сегодня, были полностью логичны и оправданы, что косвенно подтверждало профессионализм этих людей, полезных для Империи. Да, именно так он напишет в отчёте, который увидит Император… если увидит и если потребует… — У этого есть объяснение, и когда время придёт, Император скажет своё слово, — несмотря на свои мысли, гранд-мофф говорил всё так же спокойно и отстранённо, как и раньше. Ни одна мышца на его лице не дрогнула. — Сейчас же нам нужно составить план, как действовать в условиях растущей угрозы повстанческого движения, которое громко заявило о себе после инцидента с Альдани. **** Координаты сектора, где располагался Экзегол, не были отмечены ни в одном из известных астромеханических реестров. Даже на гиперкартах Имперского флота этот участок пространства значился как «аномалия: недоступен для навигации». И всё же туда ежедневно направлялись имперские корабли, которые не возвращались обратно, несущие на борту контейнеры с оборудованием, криогенными капсулами, генно-модифицированными тканями и фрагментами древних артефактов. Стенки моста флагмана «Пожиратель» дрожали от резонанса гравитационных всплесков — пространственные вихри вокруг Экзегола никогда не затихали. Но Император стоял неподвижно, укутанный в глубокий капюшон, его руки, сцепленные за спиной, слегка вздрагивали, показывая степень максимального волнения. Из темноты комнаты лишь свет голограмм освещал его измождённое лицо. Когда он в последний раз нормально спал? Года три назад? Нет, больше… Всё его свободное время занимал поиск системы, которая мерещилась ему во снах. Перед ним на мостике зависла голографическая проекция системы. Несколько точек отмечены жёлтым: узлы будущих лабораторий, автономных научных платформ, а также специализированных фрегатов класса «Эридий». Каждое из этих судов было не просто передвижной базой — они стали бы плавучими гробницами и ковчегами для новых форм жизни, рождающихся не в утробе природы, а под чутким руководством когорты имперских учёных и тех, кто изучал пути Тёмной стороны. — Ускорьте монтаж биореакторов на фрегате SN-22, — голос Палпатина был едва слышен, но капитан сразу же склонился в поклоне, ощущая, как вибрация голоса проникает в самые кости. — Новый протокол требует начать цикл в течение 36 стандартных часов. — Да, мой повелитель. Мы уже перебросили ресурсы с корабля Арксус IV. — Этого недостаточно, — тихо прошипел Сидиус, не отводя глаз от голограммы. — Всё должно быть готово к фазе «воплощения». Он сделал шаг вперёд. На другом экране — обломки древнего храма ситхов, которые дроиды медленно раскапывали на поверхности Экзегола. Потоки синих искр вырывались из земли: фрагменты артефактов вступали в резонанс с установленными маяками. — Эти древние тексты… — Император прошептал, проводя пальцами по голографической плоскости, — они говорят об энергии, что способна изменить саму структуру клетки. Не просто копия… не просто клон… новая воля, рождённая из моей собственной. Сзади подошёл высокий силуэт директор программы, женщина в белом плаще, чьё лицо было скрыто шлемом с красным визором. — Мой Повелитель, мы завершили цикл стабилизации образцов. Более пятидесяти процентов тел отвечают на стимулы, хотя нейронные цепи по-прежнему не допускают полной синхронизации. Мы готовы предложить вариант с жертвоприношением энергетического носителя для закрепления поведенческой матрицы. Палпатин не ответил сразу. Он смотрел на другую часть карты, где между кольцами астероидов медленно строилась станция «Фаласс-Мирра» — подвижная орбитальная лаборатория с защищённым ядром. Там должны были разместиться изолированные модули с прототипами С.Н.О.У.К. — Передайте приказ гранд-моффу Пятого Сверхсектора, — наконец сказал он. — Я хочу, чтобы половину его флота сопровождения передали под наше управление. Капитан поклонился и скрылся. А Палпатин остался наедине с проекцией. Он чувствовал, как всё, что он строит, начинает дрожать, но это лишь мелкие помехи на его пути. Он протянул руку. Голограмма изменилась: теперь перед ним — лаборатория на фрегате SN-05. Внутри, в прозрачной колбе под ярким светом, плавала искажённая уродливая фигура.