Крылья цвета страшной смерти.

— Уйди от меня, монстр! — кричит юный наследный принц, отталкивая от себя будущего партнёра на всю свою жизнь.       Мальчик с золотыми волосами отлетает в сторону слишком легко, слишком невесомым оказывается его тело. Дрим всхлипывает, когда приземляется на пол, но не смеет подняться. Из-за его спины торчат тонкие и убогие, неровно покрытые угольно-чёрными перьями крылья. Они непроизвольно раскрываются, когда туго стягивающая их до этого ткань падает на пол. Люди вокруг пугаются только больше, пока восьмилетний ребёнок так и трясётся на полу, пытается закрыть свои крылья обратно, но даже не может толком до них дотянуться.              Дрим всегда был просто Дримом, у него даже фамилии не было. Он не знал своих родителей, не знал, благородного ли он происхождения. Не знал, является ли он человеком в принципе. Скорее всего нет.       Его прозвали монстром. К нему обращались таким образом так часто, что порой собственное имя забывалось совсем. Возможно, даже Дримом он был не всегда. Главная и единственная причина его несчастий — чёрные, как кровь дракона, крылья. Воплощение божественного дара. Дара Смерти. Это была невероятная сила, которая была ценна для всего человечества, но её обладателя превратила в объект всеобщей ненависти.       Дрим вырос в магической башне. К нему обращались как к зверю до тех пор, пока императору не пришла замечательная идея: отдать монстра под венец с его наследником. Тогда их дети получат благословление, Смерть будет считать их собственными детьми и обходить стороной намного дольше, чем она не трогает обычных людей. Да что дети, последующий десяток поколений будет жить в два раза больше! Эта игра стоила свеч.       Тогда жизнь Дрима меняется. Не сказать, что становится лучше. Вместо абсолютного игнорирования существования, за мальчиком начинают следить с удвоенной внимательностью. Его обучают так, чтобы он смог составить минимальную партию будущему императору. За каждую ошибку его бьют розгами. Чаще всего люди целятся в его такие нежные, хрупкие и беззащитные крылья.       Считается, что эти самые крылья становятся больше, когда их владелец совершает зло. Но Дрим ничего плохого не делает, они растут сами по себе, вместе с остальным его телом! Ему не верят. Однажды Дрим задумывается о том, что если птицы умеют летать, то и он однажды сможет. Просто задумывается — никто об этом не узнаёт. Но почему-то именно в тот день кто-то в насмешку подрезает его перья. Почему люди так жестоки?              Дриму восемь лет, когда его знакомят с его будущим альфой. Он не знает, что значат эти слова, но почему-то в груди теплится надежда, что этот человек будет всегда рядом, пусть даже и не взглянет на него.       В день помолвки он впервые надевает красивую одежду. Конечно, его крылья перевязывают особенно туго. Их прижимают к спине и мальчик каждую секунду, с каждым вздохом, ощущает боль, к которой сложно привыкнуть. Но он даже рад этому ограничению сейчас. Он искренне хочет понравиться Его Высочеству Техноблейду.       Конечно, всё идёт не так, как должно было. Его крылья, мерзкие и предательские, показываются на свет. Он видит страх в чужих глазах, видит там привычную ненависть. Он облажался.       Он встаёт на колени перед принцем, не смеет поднять головы и чувствует, как его маленькое тело трясётся. Принц ненавидит его, что, если он откажется от сделки? Дрима тогда, скорее всего убьют.       Техноблейд смотрит на существо перед собой и даже подсознательно не может назвать его человеком. Он не испытывает ни капли жалости к Ангелу Смерти, ни капли сострадания. Он ничего не говорит, когда тот начинает плакать и вымаливать прощение. Он разворачивается и молча уходит.       Дрим не помнит ни остаток дня, ни следующую неделю, ни месяц. Его наказывают куда сильнее обычного. Он знает, что заслужил это. Но именно тогда он думает, что было бы намного лучше просто умереть.              Ему восемнадцать, когда его забирают в императорский дворец. Он приезжает туда впервые в день своей свадьбы. Он выходит из кареты, осматривается по сторонам. Внезапный и непривычный простор сбивает его с толку, пугает. До того дня самое большое пространство в его жизни — комната, в которой он встретился с кронпринцем. Он сбивается с шага, его тут же подхватывают с двух сторон и тащат вперёд. Он идёт к алтарю, не веря, что это происходит с ним. Это то, ради чего он и живёт, но почему-то он не чувствует ничего, кроме страха.       В белоснежных одеяниях, лёгких как ветер, он чувствует себя как в тяжёлых оковах. Его крылья перевязаны так туго, что он не может дышать. Дриму кажется, что ещё немного и он упадёт в обморок.       Техноблейд, уже ставший императором в свои восемнадцать, даже не смотрит на него, когда парень встаёт рядом. Дрим не может посмотреть на него в ответ, не может даже поднять взгляд. Он чувствует, что его начинает трясти.       Священник за алтарём тянет пустую и долгую речь. Желает счастья и любви. Никто, даже он сам, не верит в эти пожелания. Взгляд всех присутствующих настолько же равнодушен, насколько и взгляд его жениха. Дрим проглатывает чувство тошноты. Ему страшно.              Когда церемония завершается, во дворце устраивается большое празднование. Дрима запирают в королевских покоях, но он и так слишком шокирован их размерами, чтобы жаловаться. До самого позднего вечера он просто ходит по кругу, рассматривает каждую деталь интерьера, но прикоснуться не смеет. Смотрит в большие окна и сходит с ума, насколько большой мир глядит в ответ с той стороны. Он забивается в угол потемнее, прячет лицо в согнутых коленях, прячется от такой незнакомой и пугающей свободы. Он так и засыпает, даже не сняв тряпки, удерживающие его крылья.       Ему говорят, что его супруг должен появиться в первую ночь, чтобы поставить метку. Техноблейд не приходит ни в эту, ни в последующие ночи. Дрим так и не заслужил того, чтобы этот человек признал его своим омегой.              Техноблейд великолепен на портретах, но Дрим не может смотреть в его лицо в реальности. Они пересекаются крайне редко, но парень знает, что если поднимет глаза, то встретит взгляд, полный равнодушного презрения. Он не разговаривает с ним даже когда находится рядом. Даже когда к Дриму приходит течка, он не произносит ни единого слова за весь процесс. Дрим видит, что ему противно даже прикасаться к его телу. Он не может спорить: такой человек, как император, заслуживает куда больше, чем он может предложить. Они оба просто заложники своего положения. На следующий же день Техноблейд уезжает на фронт, руководить солдатами в долгой войне.       Новость о беременности вызывает в груди крохотную искру счастья. Дрим с трепетом гладит свой живот, не может поверить, что принесёт в этот мир новую жизнь. Он был воспитан для этого, он жил для этого. Единственное, что он хочет — подарить счастье своему будущему ребёнку, сделать так, чтобы его жизнь была самой яркой, если уж судьба Дрима — оставаться тенью. Он не видит своего мужа весь остаток года, не получает писем, хоть постоянно отправляет их на фронт. Он делится с императором новостями о своём состоянии, делится искренним счастьем за то, что ребёнок в его животе растёт здоровым. Он уверен, что у малыша будут такие же небесно-голубые глаза, как и у его альфа-отца. Ответа он никогда не получает. Проходит девять месяцев. К моменту начала родов готовы все. Дрим не привык к такому большому количеству людей вокруг, но он не возражает, если они обеспечат безопасность его малышу. Рождение будущего наследника — не шутка. Несмотря на несколько лекарей в комнате и мага-целителя, который выкладывался на полную, роды проходят тяжело. В какой-то момент Дрим думает, что умрёт. На окраине сознания появляется мысль о том, что он готов умереть, если это значит, что его ребёнок выживет. Почему-то сейчас единственное, что он хочет — увидеть своего мужа ещё раз, почувствовать присутствие, чтобы умереть не в одиночестве.       Но он остаётся в живых, его ребёнок тоже. Дрим счастлив, хотя малыша не видит. Он теряет сознание от истощения, проводит в болезненном сне чуть ли не целый день. Когда он наконец просыпается, ему говорят, что о его сыне всё это время трепетно заботились слуги. Это хорошо. — Мы отправили гонца к Его Величеству, чтобы сообщить благостную весть. Император возвращается в столицу, чтобы посмотреть на сына, — мягко сообщает его новый лечащий врач. Дрим натягивает улыбку. Возможно, вместе с сыном, он и сам сможет обрести счастье.       Когда он снова может ходить, первое, что он делает — идёт в комнату сына. Поверить только, он до сих пор не видел своего ребёнка! Он осторожно заглядывает в большую комнату, в центре которой стоит маленькая кроватка. На подгибающихся ногах он подходит к ней, цепляется за бортик, чтобы не упасть, с трепетом смотрит на маленький комочек счастья, которому он дал жизнь.       И замирает, когда видит их.       Крохотные, совсем ещё слабые, но уже чернеющие крылья.       Кажется, он перестаёт дышать.       Ноги совсем не держат, он сползает на пол, до сих пор цепляясь руками за кроватку. Он трясётся в беззвучной истерике.       Его сын проклят.       Его сын такой же монстр, как и он сам.       Ребёнок, ещё даже не получивший имя, уже обречён на бесконечный ад вместо жизни.       Дрим чувствует, как сильно болят его крылья, когда они самопроизвольно расправляются, рвут плотную ткань, прямо как в тот день.       Его ребёнок пройдёт через то же самое.       Он хотел принести счастье в этот мир, хотел сделать своего малыша счастливым.       И породил монстра.       Император ненавидит Дрима, он возненавидит и ребёнка, который является его копией. Император приедет сегодня, звучит насмешливая мысль.       Дрим действительно смеётся, захлёбываясь слезами. Все его страдания и надежды больше не имеют смысла. Он срывает голос, то ли смеясь, то ли рыдая. Вся его жизнь бессмысленна. Всё бессмысленно.

Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. Бессмысленно. БессмысленноБессмысленноБессмысленноБессмысленноБессмысленноБессмысленноБессмысленноБессмысленноБессмысленноБессмысленноБессмысленноБессмысленно

      Когда он открывает глаза, дышать становится на удивление легко. Словно с его груди внезапно свалился многотонный камень. Он продолжает смеяться, когда поднимается на ноги, полностью опираясь на тонкое дерево. Его крылья впервые за всю жизнь полностью расправляются и закрывают собой луну в окне, закрывают все источники света. Дрим остаётся один, полностью поглощённый тьмой.       Он остаётся наедине с тьмой и монстром, которого породил.

Но монстры не заслуживают жить.

      Тьма вырывается наружу. Она как огонь подпитывается ненавистью, слезами и отчаянием. И в этом огне горит всё. В этом огне горят все.       Когда Император приезжает домой, его дома уже нет. Его города уже нет. Он приходит на руины столицы, уничтоженной настолько, что даже тени оказались в ней выжжены. Он идёт по улицам и не узнаёт окружающее пространство. Почему вокруг ни одной живой души? Что произошло?!       На месте замка обнаруживается чёрное, абсолютно ровное поле. А в центре стоит…

Его супруг.

      Его чёрные крылья закрывают восходящее солнце. Потухшие изумруды глаз смотрят сквозь него. На заплаканном лице расцветает улыбка. Тело Блейда пронизывает дрожь. Он смотрит на безумца. — Мой Император, свет моей жизни, я так рад видеть Вас после столь долгой разлуки!       Голос Дрима звучит совершенно непривычно. Слышал ли он его до этого? — Что ты натворил? — голос мужчины как всегда холоден, но за слоем привычного льда Дрим слышит страх. Это приводит его в восторг, наконец-то он добился каких-то эмоций от этого человека. — Наш сын был проклят, Ваше Величество, — с блаженной улыбкой сообщает крылатый. Сердце императора падает куда-то вниз, — Я знал, что вы избавитесь от него, так что решил сделать это первым. И, кажется, перестарался… Я не сожалею.       Дрим делает шаг в его сторону, император отшатывается назад. Его рука тянется к мечу на поясе. Дрим это видит, но совершенно не пугается. Улыбается счастливо, встаёт на колени и покорно склоняет голову. Техноблейд не может понять смысла чужих действий. — Прошу, убейте меня, — на удивление спокойно для своего состояния просит юноша, — В моей жизни больше не осталось смысла. Всё, что я хотел — чтобы моя семья была счастлива… — Поэтому ты убил нашего ребёнка? — его голос предательски дрожит. Они никогда не любили друг друга, но Блейд не ожидал, что Дрим способен на такое. — Да, я убил его! — парень срывается на крик. По его щекам вновь текут слёзы. — Я убил монстра, которого родил для Вас! Вы должны понимать, что у него не было будущего! Он был обречён страдать так же, как и я! Поэтому теперь, когда я бесполезен, пожалуйста, просто убейте меня.       Император смотрит на своего супруга и задаётся вопросом, как всё пришло к этому. Он действительно не замечал чужих терзаний? Или был слишком слеп в своём презрении? Похоже, это действительно его вина. И единственное, что ему остаётся — сделать так, чтобы в первый раз в жизни желание Дрима исполнилось. — Мне жаль, — шепчет он, проглатывает горечь, наносит удар в грудь, безошибочно попадает в сердце.

Дрим впервые в жизни ему улыбается.

      И вот он остался совсем один. Он остался один с собственными мыслями. Воспоминания минувших дней вновь всплывают в памяти до боли яркими картинами. Он раз за разом убеждается в том, что это его вина. Что он мог сделать жизнь Дрима лучше. И что ему делать сейчас?       Он смотрит на серое рассветное небо. Наверху бледнеют, но всё ещё остаются заметны звёзды. Он их уже не видит. Император, который подвёл свою страну. Император, который подвёл свою пару. Что ему остаётся делать? Только если уйти вслед за мужем. — Я могу предложить иной вариант, — голос из-за спины отвечает на его мысли. Блейд вскакивает, оборачивается и тут же застывает.       Перед ним точно не человек. Его волосы переливаются от зелёного к фиолетовому, а глаза представляют собой закрученные спирали. Образ щедро разбавлен золотом, а нимб, плоский и полупрозрачный, запросто выдаёт это существо. Он не мог не узнать того, о ком видел столько легенд. — Вы — Карлос?.. — его голос непривычно сипит. Божество, а это оно и есть, мягко усмехается.       Бывший смертный герой, поднявшийся по Лестнице в Небо. Карлос, новый Бог Времени. Стоит задуматься над его специализацией, так сразу становится понятно, какой вариант ему хотят предложить. — Вы действительно поможете мне? Почему Вы…       Бог Времени не отвечает, обходит человеческого императора и опускается рядом с телом Дрима. С лёгкой грустью смотрит на мертвенно-бледное, худое и истощённое лицо. — Мальчик не должен был погибнуть так рано. Он — единственный ключ к спасению этого мира, понимаешь? Конечно, не понимаешь.       Карлос поднимает взгляд, Техноблейд не может не вздрогнуть под тяжестью божественного внимания. — Я помогу тебе предотвратить одну катастрофу, а ты взамен — предотврати другую. Когда крылья Ангела Смерти окрепнут, позволь ему защитить себя и свою семью. — Я действительно не понимаю. — Тебе пока и не нужно. Когда придёт момент, я сам тебе всё расскажу. А до тех пор твоя обязанность — защитить Ангела Смерти. Ты понял?       Техноблейд сглатывает. Он обязан защитить монстра. А кто защитит его, если история повторится…? Бог видит его сомнения и лишь насмешливо хмыкает. — У тебя нет другого выбора. Любой ценой сохрани его жизнь до восхода этого дня.       Блейд хмурится. Дрим уже мёртв, как он?.. Но Карлос не даёт ему задавать больше вопросов. Подходит вплотную, кладёт руку на его лоб. Тонкие пальцы оказываются тяжелее любого груза, который Техноблейд когда-то брал в руки. — Дрим должен прожить до рассвета этого дня, запомни дату хорошенько. Второй шанс даётся тебе только единожды.       Император не успевает даже ответить, когда его голова внезапно разрывается от невыносимой боли, а затем тяжелеет. Он словно проваливается в обморок или тяжёлый сон.       Он не знает, сколько времени проводит в таком состоянии. Вскакивает он резко, словно из-под толщи воды. Делает жадный вдох и наконец успокаивается. Перед глазами всё плывёт, но, когда головокружение прекращается, он видит свои руки. Стоп, почему они такие крохотные?.. И… Где все шрамы? — Проснулись, Ваше Высочество? — мягкий, давно забытый, но такой родной голос, заставляет его вздрогнуть и обернуться. Перед собой он видит свою бывшую личную горничную, которая ухаживала за ним в детстве, — Волнуетесь, да? Сегодня вы впервые встретите своего будущего супруга…       Ох.       Так вот что произошло.       Очевидно, он попал в прошлое.       Вот он, его второй шанс. Шанс всё исправить.