Крылья цвета страшной смерти.

      Чтобы нормально осмыслить происходящее, уходит довольно много времени. Техноблейд позволяет слугам таскать себя от ванной до гардероба, от гардероба до столовой. Горничные смотрят на него с тревогой, перешёптываются о его самочувствии. Видеть вечно шумного, активного и придирчивого наследника молчаливым и задумчивым кажется не то, что непривычным, а неправильным. А когда тот мало того, что не делает замечание, а просто пропускает мимо глаз очевидную оплошность одной из горничных, они задумываются о том, чтобы позвать принцу врача.       Техно, конечно, тревоги слуг волновали меньше всего. Он мысленно расставлял по полочкам все произошедшие события, явление Бога и его условия. Перед глазами вновь встают руины города, безумная улыбка мужа, его окончательно опустевшие глаза. По спине ползёт могильный холод. Ох, он не имеет права подвести его и в этот раз тоже.       Сидя на завтраке в столовой, он вяло ковыряет яичницу, полностью погрузившись в составление планов и анализ своих возможностей. Его отец, нынешнее солнце империи, Филлип Крафт, замечает необычное состояние сына. — Волнуешься, Техно?       Мальчик вздрагивает, услышав своё имя. Отец погиб на войне за месяц до его свадьбы, он не может нормально смотреть на того, кого уже давно похоронил. И всё же он заставляет себя поднять глаза, встречается и идентичной небесной синевой. Он натягивает улыбку и чуть качает головой. — Нет, отец. Не волнуюсь.       Техноблейд не волновался. Техноблейд был в ужасе.       Как ещё он должен себя чувствовать, когда собирается встретиться с тем, чья кровь до сих пор слишком ярко ощущается на его руках?       И всё же, он должен встретиться с Дримом. Должен пройти через этот день снова. В этот раз его главная задача — не оттолкнуть мальчишку. Он сжимает руки в кулак, чувствует как его ладони потеют. Переводит взгляд в окно кареты — Магическая башня, где до этого момента держали Дрима, стремительно приближается. Именно там, на самом верхнем этаже, находится кабинет, в котором всё и началось. Отголоски его детского разума требуют немедленно сбежать. Но он этого не делает. У него нет иного выбора, кроме как войти внутрь.       Кабинет, выполненный в тёмно-красных и тёмно-синих тонах, откровенно давит на детскую психику. Техно задыхается под грузом воспоминаний, его пугает то, что этот день повторяется шаг за шагом. Он садится в кресло, слишком большое для восьмилетнего ребёнка. Ему кажется, что он ступает на тонкую нить, подвешенную над пропастью. Дверь открывается, нить натягивается. Один неверный шаг — ничего нельзя будет изменить.       Он заходит в кабинет и сердце Техно пропускает удар.       Дрим.       Золотые волосы, глаза цвета засохшей травы. Он такой же, как и в его воспоминаниях. Почему его постоянно одевают в белый?..       Смотря на мальчика перед собой, Блейд не может не отметить, насколько тонким, низким и хрупким тот выглядит. В то время он не разбирался в телосложениях, но теперь, смотря на мальчика глазами взрослого, он понимает, что тот не выглядит на свой возраст. Боги, сколько раз в неделю эта несчастная спичка ест?       Он не видит своего мужа, он не видит того Дрима. Он видит маленького мальчика, запуганного и забитого. Он видит ребёнка, который страдает лишь потому, что родился. В горле встаёт странный ком.       Дрим замечает его пристальный взгляд, тут же зашуганно опускает глаза. Сердце щемит от осознания того, что он делал так всю жизнь и только в день своей смерти осмелился поднять голову.       Мальчика толкают в спину, он спотыкается, но, благо, не падает. Зато ускоряет свой шаг и в два счёта оказывается напротив Техно. Цепляется пальцами за края своей белоснежной одежды, выученно кланяется. Его голос тихий, иногда подрагивающий: — Приветствую восходящее солнце Империи, наследного принца.       Техноблейд молча кивает, смотрит как Дрим неуверенно присаживается в кресло напротив. В мыслях заевшей пластинкой повторяется одна фраза: не толкать его. Не толкать его. Не толкать его. Не толкать его.       Он думает, что делать дальше. Затем смотрит на своего сопровождающего. — Выйдите все. Я хочу остаться со своим женихом наедине.       Слуги и сопровождающие нервно переглядываются. Никто из них не хочет оставлять наследника вдвоём с монстром. Но спокойного, строгого и выразительного взгляда принца достаточно, чтобы понять: это не просьба, а приказ.       Пока люди покидают кабинет, Дрим опускает голову, треплет пальцами манжеты рукавов. Зачем принц приказал?.. Дверь с щелчком закрывается, мальчик вздрагивает. Боится поднять глаза, боится взглянуть на чужое лицо.       Поэтому он почти ужасается, когда принц подходит ближе. Он опускается на колени перед ним, чтобы взглянуть в его глаза. Кладёт свои тёплые руки поверх трясущихся его. Дрим вздрагивает, испуганно поднимает взгляд. Он не понимает, что происходит. — Ваше Высочество?.. — Они сильно болят, да? — первое, что говорит ему принц.       На его спокойном лице он не видит столь обыденной ненависти. Небесно-голубые глаза смотрят с сочувствием, необъяснимой и глубокой болью. — Твои крылья.       Дрим замирает. Наследный принц только что… Спросил про его крылья? Ненавистный символ проклятья, который стоило выдрать с корнем при его рождении. Они кому-то интересны?       Наблюдая за смятением на чужом лице, Техноблейд и не ожидает нормального ответа. — Если позволишь…       Он осторожно тянется к нему, даёт возможность оттолкнуть в любой момент. Его руки забираются под просторную белоснежную рубашку, безошибочно находят тугой узел на спине. Дрим вздрагивает, не знает что делать. Принц слишком близко, он фактически обнимает его, утыкается парню в плечо, чтобы иметь возможность дотянуться. Дриму почему-то становится очень тепло.       Когда узел исчезает, ткань плавно опадает на кресло. Дрим не может сдержать рваного вздоха. Его крылья непроизвольно расправляются, открываясь взгляду принца. Мальчику страшно, что этот символ смерти оттолкнёт его будущую пару. И каждую секунду, пока наследник молча рассматривает его крылья, ужас в его груди лишь сильнее вскипает. Почему он молчит? Ему неприятно их видеть? Он его ненавидит? Как ему это исправить?..       Техноблейд смотрит на чужое оперение слишком долго. Сейчас его тонкие крылышки можно перехватить одной рукой (хотя, кажется, всего Дрима можно перехватить одной рукой), однако в воспоминаниях навсегда выжжены переливы этих самых чёрных перьев в дыме разрушенного города. Он никогда не забудет, как эти самые крылья заслоняли солнце. Но это не значит, что нынешний Дрим должен страдать. Он заставляет себя вернуться в реальность и отпустить своего внезапного заложника. — Так-то лучше, верно?       Голос принца заставляет Дрима вздрогнуть. Когда он отстраняется, на его лице видна мягкая улыбка. Дриму ещё никто не улыбался. Принц возвращается на своё место, а блондин чувствует внезапный холод. Он не может ответить словами, поэтому лишь смущённо кивает. Он осмеливается поднять взгляд и встречается с глазами удивительного цвета. Цвета неба, которое он видел лишь из окна с решётками в своей комнате. Это небо казалось домом для всех птиц. И это небо смотрит на него сейчас.       Видя улыбку принца, Дрим чувствует жар на своём лице. Всё происходящее слишком странно для него. — Дрим, у меня для тебя есть предложение. Так как мы будем официально помолвлены, не хочешь жить со мной во дворце?       Дыхание Дрима перехватывает. Он не может вымолвить ни слова, лишь глупо пялится на Техноблейда, который его совершенно не торопит. Смотрит внимательно так, дружелюбно-изучающе. И эта доброта бьёт куда больнее привычного презрения. Потому что Дрим знает, что не заслуживает её. — Зачем?.. — он вновь запинается, чувствует как к горлу подкатывает невнятный ком слёз. — Там о тебе позаботятся лучше. Разве тебя устраивает жизнь здесь?       Он всё ещё не может понять. С самого рождения ему повторяли, что другой жизни он и не заслуживает. А тут ему предлагают другие условия. Разве принц не понимает, что Дрим — чудовище? Разве чудовище может жить иначе? — Как я смею… Разве монстр может жить во дворце?       Техноблейд хочет ударить себя в лицо. За то, что посмел оставить всё как есть. За то, что посмел не сделать Дрима счастливым. Он не выдерживает, вскакивает со своего места чересчур резко. Мальчик напротив вздрагивает, сжимается так, словно ждёт удара. Принц подходит медленно, осторожно берёт руками его лицо, заставляет посмотреть в свои глаза. — Дрим, — мальчик смотрит на него непонимающе, так жалобно и напугано, — Ты не монстр.       … — О нет, ты что, плачешь? Прости, я не хотел…       Только смотря на чужое растерянное лицо, Дрим понимает, что по его щекам действительно текут слёзы. Он вздрагивает, дрожащими пальцами пытается утереть предательскую влагу. — Прошу меня простить… Я не специально, мне жаль, я…       Договорить ему не дают. Наследный принц притягивает его к себе, заключает в объятия. Дриму хочется взвыть от того, насколько тепло ему становится. Он задушенно всхлипывает, осмеливается коснуться его в ответ, цепляется за чужие плечи. — Всё хорошо, — тихо произносит принц, Дрима начинает трясти, слёзы никак не останавливаются, — Я не позволю тебе больше страдать.       Дрим прижимается к нему, дрожит в тихой истерике. Он не знает, что с ним происходит. Он не знает, заслуживает ли это. Но почему-то он хочет ему верить.

***

      Он не знает, сколько времени проходит, пока Дрим не успокаивается. Техно не может его заставлять сдерживаться, он знает: Дрим и так страдал слишком долго. Поэтому в какой-то момент они меняют позу, теперь мальчик сидит у него на коленях, доверчиво вжимаясь в чужое тёплое тело. Техно ужасается тому, что чужой вес совершенно не ощущается.       Когда Дрим перестаёт всхлипывать, они сидят так ещё какое-то время, прежде чем он наконец отстраняется. Смотрит смущённо и стыдливо. — Извините за это…       Техно вздыхает, его точно нужно отучить извиняться. — Всё хорошо. Тебе стало легче?       Получив в ответ кивок, он позволяет себе улыбнуться. — Вот и замечательно. А насчёт моей просьбы… Тебе не обязательно отвечать сейчас. Я ещё приеду сюда тебя прове- — Нет! — восклицает Дрим раньше, чем даже понимает свои мысли. Он тут же закрывает рот ладонями, испуганно глядит на принца, — Ох, прошу прощения, я… Я… Я хотел сказать, что я согласен. Я поеду с Вами…       Техно не хочет торопить его, но ещё больше хочет забрать поскорее отсюда. С остальными проблемами он успеет разобраться потом. Поэтому сейчас он вновь заставляет себя улыбнуться для Дрима.       Когда наследник приказывает собрать монстра во дворец, во всей башне поднимается шумиха. Благо, никто не пытается его переубедить. Слуги смотрят на него с беспокойством, на Дрима — со страхом. Он невзначай запоминает их лица и имена. Разберётся потом. Главное сейчас — забрать Дрима отсюда.       Он явно растерян и не знает что делать. Людей вокруг слишком много, пространство вокруг непривычно просторное. Но когда принц осторожно берёт его за руку, все мысли и беспокойства исчезают из его головы. Он снова чувствует тепло на своём лице. Его смелости хватает для того, чтобы сжать руку наследника в ответ. — Ваше Высочество, вы уверены в своём решении?       Этот голос кажется знакомым. Дрим, только услышав его, неосознанно прячется за спину Техно. Тот поднимает взгляд, быстро узнаёт в подошедшем мужчине главного мага Башни. Шлатт, как ответственный за воспитание монстра, очевидно недоволен его отъездом. — Вы можете не знать, но существо рядом с Вами — не обычный ребёнок. Это жестокий монстр, наделённый даром Смерти, для его содержания нужны особые условия, иначе он может Вам навредить…       Техно чувствует, как сжимается за его спиной Дрим и презрительно фыркает. Если ему нужны особые условия, почему он смог спокойно жить во дворце? Его считают за глупого, избалованного ребёнка, который верит всем словам взрослых. Возможно, в этом возрасте он действительно был таким. — Дрим уже сделал что-то плохое? — …Что?       Мужчина выглядит шокированным, не может ответить на вопрос. Похоже, ему никогда не давали отпор, особенно дети. Техно хмурится, Шлатт ему всё больше не нравится. Говорил ли он о Дриме таким образом перед всеми? — Я спрашиваю, совершил ли Дрим какое-то зло, — его голос звучит холоднее, чем он хочет. Он чувствует дрожащие пальцы в своей руке, заставляет себя успокоиться, — Или же вы на основе одних предрассудков так отвратительно относитесь к будущему члену императорской семьи?       Как гром средь ясного неба. Он с определённым удовольствием наблюдает за тем, как замешательство на лице мага перетекает в страх осознания. Наконец-то до него дошло, что Техноблейд серьёзен. И, судя по шепоткам с разных сторон, не только до него. Принц удовлетворённо хмыкает, поворачивается к Дриму, стараясь сделать свой голос спокойнее и мягче: — Пошли, Дрим. Нам здесь больше нечего делать.       Мальчик запоздало кивает, определённо удивлённый такой сменой настроения, позволяет себя увести прочь от застывшего от шока мага. Он поворачивает голову, смотрит ему в спину, мысленно прощается. Почему-то ему не грустно вот так уходить от человека, который растил его все эти восемь лет.       Принц не смотрит назад, но позволяет это Дриму. Отдаёт короткие и уверенные приказы, повелевая слугам подготовить карету. Они останавливаются у тяжёлых и высоких входных дверей, Дрим нервно сглатывает. Это первый раз в его жизни, когда он выходит из Башни. Техно смотрит на его лицо, успокаивающе сжимает его руку в своей. — Готов, Дрим? — спрашивает он, мягко улыбается. У Дрима не находится слов, поэтому он лишь кивает, стараясь придать себе уверенности.       Дверь открывается с низким скрипом, а в лицо ударяет яркий дневной свет вместе с лёгким прохладным воздухом. Он поднимает взгляд, видит такое знакомое синее небо. Но теперь его много… Слишком много. Кажется, он забывает, как дышать. — Дрим, — голос совсем рядом возвращает его в реальность. Он поворачивает голову и видит всё то же небо, только намного ближе, прямо в чужих глазах, — Всё будет хорошо. Не отпускай мою руку, ладно?       Мальчик судорожно кивает, вцепившись в чужое предплечье так, словно это единственная соломинка, держащая его на месте в безумном речном потоке. Техно тянет его за собой, помогает сделать первый шаг. Потом идти становится легче. Они спускаются по лестнице, прямо перед которой стоит их карета. Подобное путешествие длится чуть ли не минуту, но для Дрима оно растягивается в личную бесконечность. И всё же он рад оказаться в маленьком пространстве.       Карета обита мягкой тканью, в ней светло и приятно пахнет. Дрим неловко присаживается рядом с наследником, заинтересованно смотрит в окно, на возвышающуюся махину Башни. Он и не думал, что она такая огромная… Он поворачивает голову, незаметно косит взглядом на принца. Хочет что-то спросить, робко начинает: — Ваше Высочество… — Техно, — поправляет его собеседник. Видя замешательство в чужом взгляде, он поясняет, — Зови меня просто Техно. Всё же, ты мой будущий муж.       Дрим не может не удивиться тому, как легко тот это говорит. Такие серьёзные, взрослые вещи, которые ждут их в далёком будущем… Рассуждая о них, наследный принц не кажется ребёнком. Ему остаётся только кивнуть, соглашаясь на непонятную просьбу.       Сказать, что император был шокирован выходкой своего сына — ничего не сказать. Перевернул вверх дном Башню магов (слуги услужливо сообщили, какой диалог произошёл между его сыном и Шлаттом), забрал будущего жениха во дворец и… Поселил в собственных покоях.       Фил наблюдает за слугами, вереницей торопливых муравьёв заходящими в комнату и так же быстро покидающие её. Они заносят новые вещи, переставляют старые, готовят это место для появления второго владельца. Наследный принц стоит рядом с отцом, наблюдает за происходящим и иногда даёт указания. — Чтобы альфа и омега жили в одной комнате… У вас будут большие проблемы, детишки, — неодобрительно замечает император.       Принц поднимает взгляд, смотрит так ясно и спокойно. Словно прекрасно понимает, о чём тот говорит. — До возможных «проблем» у нас как минимум года четыре, пока что беспокоиться не о чем. Я буду решать проблемы по мере поступления…       Император и слова не может вымолвить. Это точно его сын?.. Он, конечно, всегда знал, что жизнь со временем научит Техно мудрости, но не так быстро же! Ещё вчера он закатил истерику из-за того, что своего жениха в глаза видеть не хотел, а теперь рассуждает как взрослый человек. Такого точно быть не может.       Техно конечно же прекрасно понимает мысли отца. Возможно, однажды он сможет всё объяснить. А сейчас ему остаётся только ответить: — Не хмурься, а то быстрее состаришься.