Хуа Се Ин

      Се стоял рядом с мужем и смотрел на то, как тот следит за слугами. Он очень переживал, что что-то будет не так. Взрослый Небожитель, хороший папа, замечательный генерал, бог войны боится кому-то не понравиться. Абсурд! — Гэ-гэ? — целует его Хуа Чэн. — Сань Лан? — Папа, отец! — кричит Хуа Се издалека. Он влетает в их объятия, улыбаясь. Он так счастлив быть дома. — Это Лань Чжань — мой спутник по самосовершенствованию, а это — наш сын, Лань Сычжуй, или просто малыш А-Юань, — Вэй Ин представил их родителям и обнял Се сильнее, видя как он белеет. — Пап? — Прости, распереживался, — бросил тихо Небожитель. — Я — Се Лянь, папа А-Ина, а это мой муж. — Гэ-гэ, — наигранно нахмурился демон. — Зовите меня Хуа Чэном, а ты малыш А-Юань, можешь звать дедушкой, — он улыбнулся, указав на стол. — Присаживайтесь. — Вэй Ин… — прошептал Се. Вэй Ин кивнул. — У меня вдруг появились дела, я отлучусь на пару минут, — и Усянь быстро смылся, подбросив кости. Лань ничего не успел даже сказать. — Почему он ушёл? — Сильная молитва. Кто-то пришел в его храм и начал молитву. Желания этого человека настолько сильны, что и я почувствовал это. Кто же это? Ювелир, или может девушка ищущая мужа. В любом случае, ему нужно послушать столь сильную просьбу — это важно, это валюта небес. — Валюта? — уточнил Сычжуй. — Если Небожителю молятся — он получает добродетели, а они — залог успеха на Небесах: шикарный дворец, лучшие слуги и многое другое, — объяснил Сяньлэ. — У Вэй Ина много работы, но он ни на день её не забросил, даже когда учился в ордене Цинхэ Не. Он всё время появлялся на Небесах, решая те или иные проблемы. Он не из бедных, на данный момент, богаче него только я и Линвень, — усмехнулся Се, завидев ещё гостей. — Вы припозднились. — Извини, решал вопрос с долгом и ущербом, — скривился Минцзюэ, держа мужа за руку. Сичень улыбнулся, садясь рядом с мужем, и кивнул брату. — Одним заданием всё погасил? — спросил Хуа. — Да, — кивнул за мужа Лань. Он очень им гордился, ведь был погашен не только долг мужа, но и его долг, а ущерб во время двух вознесении был не маленький. — Хорошо, — улыбнулся Владыка. — Ши Цинсюань, Хэ Сюань, рад вас видеть, садитесь. — Спасибо, — улыбнулся Повелитель Ветров. Черновод кивнул. — А-Юань, ешь не стесняйся, — улыбнулся Хуа Чэн. — Да, — кивнул подросток. — Может ты что-то спросить хочешь? — уточнил Собиратель. — Сколько существует Бедствий? — спросил он, и сразу завидел ещё гостей. — Ци Жун, проходи, садись, — попытался выдавить улыбку Главный Небожитель. — Бедствий на данный момент четверо. Каких ты знаешь? — Собиратель Цветов под Кровавым Дождем. — Это я, — помахал рукой Хуа Чэн. — У Вас и правда есть сабля, которая была создана при помощи вашего второго глаза? — восторженно спросил он. Нет, он догадывался кем может быть Хуа Чэн, но догадаться и знать разные вещи. — Да, Эмин. Я потом его тебе покажу, — улыбнулся на детский восторг внука Непревзойденный. — Вы очень крутой. А папа тоже Непревзойденный? Если вы алое бедствие, то он, наверное, Бескровное Бедствие не Пролившее Лишней Крови? — уточнил ребёнок. Хуа кивнул. — Правда? Здорово! — Это все, кого ты знаешь? — нахмурился Ци Жун. — Нет, я слышал про чёрное и лазурное бедствие, но не прям уж и много, если честно. Чёрное бедствие — Хозяин Черных Вод? К сожалению, я не учился в Пристани Лотоса, может к счастью, — уточнил Сычжуй. — Но именно там о нем можно узнать больше, но мне даже проездом не доводилось там быть, что бы расспросить людей. — А Лазурное? — Лазурное бедствие — это Лазурный Фонарь в Ночи. Демон, ранга свирепый, он не является Непревзойденным. Там где он поселяется, появляется лес трупов. Я в одном таком лесу даже был, но это бедствие совсем неинтересное в отличии от других. Лазурный не достиг уровня Непревзойденный, и он же убивает много людей. А причина? Даже причины нет, по крайней мере, она никому не известна, — фыркнул подросток. Лань Чжань, сидящий рядом, нахмурился, неодобрительно посмотрев на сына. Се Лянь хохотал с лица двоюродного брата. — Хотя папа сегодня сказал, что последний лес трупов не его работа, поэтому может он вообще не такой уж и плохой?.. — уточнил Сычжуй. — А что ты хочешь узнать о Черноводе? — спросил Ветерок. — Побольше. — Ладно, поскольку ты — сын моего племянника, спрашивай, — буркнул Хэ Сюань под одобрительный кивок Собирателя. — Так сказать у первоисточника. — Вы — Хозяин Черных Вод? — восторженно залепетал подросток. — Собственной персоной, А-Юа… — не успел договорить он, как возле него пролетела бабочка. — Прошу прощения, тяжёлый случай. Вернусь позже, — появилась фигура Вэй Ина в послании от бабочки. Как голограмма во весь рост. — Отдыхайте. Это не опасно, скоро вернусь. Да, папа, я читаю твои мысли. Я снова нарушил правила и спустился к смертным. Ещё увидимся. — Маленький проказник, — ласково улыбнулся Се Лянь. — Вы его ругать не будете? — удивился младший Лань. — Нет, он делает, что должен. Если без этого никак, то как он должен решить проблему? — объяснил Се, не удивляясь. Заклинатели жестоки к адептам, которые совершили ошибку. — С ним всё будет хорошо? — уточнил всё время молчавший Ванцзи. Хуа мягко ему улыбнулся. — Он уже мёртв и ты знаешь, что его убьет, — да, он знает. Лань Чжань кивнул головой, чувствуя на голове заколку. На месте. — Всё будет хорошо, — ссориться с человеком, у которого в волосах прах сына, Хуа не собирался, да и не хотелось. Каким бы для него не казался маленьким сын, Ванзци хороший вариант. — Да, — улыбнулся Лань. Минцзюэ снова затронул тему бедствий. Пока Черновод отвечал на восторженные вопросы, Ци Жун грустно улыбался, он был похож на хомяка, обижаясь на ситуацию.

***

      Ему молился Цзян Чэн, Цзинь Лин и его родители. Кажется, всё идёт не по плану. — Прости, брат. Я… Я очень виноват. Про ядро, я не знал, и ты не сказал. Прости, умоляю, я хочу чтобы всё было как раньше. — Как раньше не будет. Я больше никому не поклоняюсь, я наследник двух самых великих царств, меня больше не сломать и не использовать, — отрезал сам для себя А-Ин. — Прости, если бы я не пошла туда, ты бы не умер. Прости. Я должна была сделать больше. — Мой орден очень виноват перед тобой. Мне жаль, что мои родственники и Старейшины, довели мир до такого. Мне жаль, что ты стал козлом отпущения. Я рад за тебя. — Я рад, что ты жив. Хочу обучаться у тебя и просить руки Сычжуя. — Цзинь Лин, это самая милая молитва, которую я слышал. Меня ждут, но с этим тоже нужно закончить.

***

— Дядя Вэй, — кричит наследник ордена, пока взрослые молча идут вперёд, и это дети ничего не замечают. — Очень хорошая молитва, Жулань. Я был бы не против стать твоим учителем позже. И если А-Юань не против… — ребенок закричал от досады и покраснел. — Ха-ха. — Вэй Усянь, — дрогнувшим голосом позвал Цзян Чэн. Демон помрачнел и сложил руки на груди. — Шицзе, Цзысюань, я рад, что вы живы, рад вас видеть, буду заглядывать иногда на чай, — Яньли его обняла, не отпуская руки мужа. — Будем ждать. — Цзинь Лин, встретимся завтра и поболтаем, хорошо? Меня ждут, мне ещё нужно решить проблему с твоим дядей. — Хорошо, — засветился подросток, взяв родителей за руки и потянув на выход.