Август, дорога, распределение, спальня.
25 марта 2023 г., 16:46
Тот август, после покупки всех вещей и перед тем, как уехать в Хогвартс, можно было назвать весёлым.
Конечно, после всех покупок, Сириус и Гарри опять поговорили на счет того лже-воспоминания, но долго не затянулся разговор, Вальбруга буквально заставила прекратить разговор, так как напряжённая атмосфера была. Римус буквально изводился весь, перечитывая раз за разом библиотеку Блэков в разных поместьях, хоть и помогали другие члены семьи, но за столько времени они ничего не смогли найти, к сожалению. Всё было другим, другие случаи, люди и ничего про то, что человек видит другие воспоминания. Так же часто приезжали гости или Блэки ездили к друзьям, или у них было совместное обучение, но всем нравилось. Хоть учебники были давно известны юным волшебникам, но всё же перечитывать было интересно, что бы точно хорошо учиться, а так же бдущие первокурсники слушали рассказы старших о Хогвартсе. Август прошёл спокойно, весело и хорошо.
— «Куда лучше, чем август у Дурслей», — пронеслось в голове Поттера, когда он засыпал 31 августа.
***
На следующее утро Гарри проснулся в пять часов и уже не смог заснуть, он был слишком взволнован. Он сразу начал готовиться, хоть и понимал, что это глупо, но ничего не мог с собой сделать. Маясь из угла в угол комнаты, не зная, куда себя деть, уселся на кровать, беря очередную книгу. К 8 часам наконец Кричер появился в комнате и попросил к столу, куда мальчишка пулей спустился, позабыв о всем этикете. — Непозволительно себя так вести юному наследнику, Гарри, — важно сказала Вальбруга, смерив взглядом Поттера. Сириус на это замечание лишь закатил глаза, но так, что бы не видела матушка. Да уж, Вальбруга всегда оставалась такой же чопорной, но уже куда мягче. — Простите, бабушка. Больше такого не повторится, — кивнув в знак уважения, заметил крестного. Когда наконец все расселись и пожелали приятного аппетита, началась трапеза, но Гарри есть не хотел, он был слишком взбудоражен тем, что сегодня он станет учеником Хогвартса. Спустя два часа, когда все собрались и перепроверили чемодан, вышли на улицу и взяв за руку Сириуса, трансгрессировали на платформу, в укромное место. На вокзале «Кингс-Кросс» они были ровно в десять тридцать. Сириус взял тележку и положив вещи ребёнка, начал идти в сторону нужной платформы, Гарри шел следом, а Вальбруга шла чуть впереди всех. За 10 лет леди Блэк хоть и не прониклась любовью к магглам, но начала относится терпимее, а потому стало куда спокойнее в такие моменты и Сириус мог спокойно дышать, а не ждать, пока бомба под названием «Матушка Блэк» взорвётся. В момент, когда они остановились у платформы, Гарри вспомнил момент:» — Ну что ж, мальчик, вот ты и на месте. Вот платформа девять, а вот платформа десять. Твоя платформа, по идее, должна быть где-то посередине. Но, судя по всему, ее еще не успели построить. Разумеется, он был абсолютно прав. Над одной платформой висела большая пластиковая табличка с цифрой девять, а над другой — такая же табличка с цифрой десять. Посередине ничего не было. — Ну что ж, счастливой учёбы. — Улыбка на лице дяди Вернона стала ещё злораднее…»
От этого воспоминания стало очень грустно, будто обида и недопонимания того Гарри проникла к нему, но пытаясь не омрачать себе день, вздохнул и взяв тележку, вместе с Сириусом перешли барьер, а следом элегантно, как подобает леди, зашла и Вальбруга. Как только они оказались на платформе, многие под тяжёлым взглядом Вальбруги Блэк начали расходиться в сторону, а кто-то всё ещё не верил в невиновность Сириуса, потому и бывший предатель Рода шёл как истинный Блэк, олицетворяя силу и могущество Блэков. Гарри тоже шёл уверенно, хоть он в который раз чуть ли рот не открыл от изумления… Над головами собравшихся на платформе людей плыли извергаемые паровозом клубы дыма, а под ногами шмыгали разноцветные кошки. До Гарри доносились голоса, скрип тяжёлых чемоданов и недовольное уханье переговаривавшихся друг с другом сов. Но так же были видны и друзья: Рон Уизли и его семья стояли у вагона, Молли пыталась всех пересчитать, дать напутствия и отчитать близнецов. Невилл Лонгботтом стоял с бабушкой, которая так же прощалась с внуком и говорила слова поддержки, положив руку на плечо. Все они стояли рядом, ожидая Блэков и наконец, они пришли. Леди семейств кивнули друг другу в знак приветствия, прощаясь с детьми, Сириуса окружили близнецы, а Гарри весело переговаривался со сверстниками. Семья Малфоев так же подошла к компании людей, Люциус завёл беседу с Артуром и Сириусом, Драко радостно всех встретил и начал общаться с друзьями детства, в то время, как Нарцисса весело щебетала с Молли. Они были спокойны, ведь у них была связь, а так же Римус, который присмотрит за всеми. Все они были разные, но каждый прикипел друг к другу за столько времени, почти простив все обиды прошлого. Хоть у Гарри и остался осадок, что всё должно идти не так, но он решил подумать об этом после, если будет время и силы. Второй раз поезд дал знак, что до отправки не так долго, а потому учащиеся или будущие ученики начали прощаться и заходить в вагоны, занимая свободные места. Старшие ребята ушли, а первогодки остались, о чем-то весёлом говоря. Поезд двинулся с места. Гарри и его друзья увидели, как Молли машет сыновьям рукой, а Джинни, то ли смеясь, то ли плача, бежит за вагоном, Сириус счастливо улыбался, так же махая детям, а Вальбруга лишь почтенно смотрела на Гарри, хотя в глазах была видна радость и гордость. Но вскоре все они скрылись из виду, потому что поезд набирал скорость. Ребята говорили о планах, потом о распределении и опять о планах на будущий год. У всех была приятная нервозность. И никто не боялся, что факультеты разрушит их дружбу, ведь еще в августе у них состоялся диалог: — Меня отправят в Слизерин, я уверен в этом, — задумчиво сказал Малфой, на одной из встреч. — Я буду в Гриффиндоре, — уверенно произнёс Уизли, хоть в глубине души и боялся, что если все они попадут в разные факультеты, то дружба пропадет. Каждый начал делиться своими мыслями на этот счет и Невилл всё же закрыл данную тему предложением: — Давайте, мы постараемся попасть на один факультет, а если мы всё же попадем в разные факультеты, то всё равно сохраним нашу дружбу, — все поддержали это предложение и скрепили данное обещание положив руки друг другу на тыльную сторону ладони, тем самым создавая башенку. Пока они болтали, поезд выехал из Лондона и сейчас несся мимо полей и лугов, на которых паслись коровы и овцы. Примерно в половине первого из тамбура донесся стук, а затем в купе заглянула улыбающаяся женщина с ямочкой на подбородке. — Хотите чем-нибудь перекусить, ребята? Естественно, все ответили согласием и хоть семья Уизли всё же была бедной, они выделили Рону карманные деньги. И Рон ни на секунду не думал завидовать друзьям их богатству, зная, что все они чем-то и отличаются. Купили они много сладкого, делясь карточками от шоколадной лягушке, так же говоря, каких не хватает. Такой обмен был частым явлением, поэтому над этим ребята уже не задумывались. После они играли с драже «Берти Боттс». Так они доехали до платформы в Хогсмиде, когда уже стемнело. Поезд все сбавлял и сбавлял скорость и, наконец, остановился. В коридоре возникла жуткая толчея, но через несколько минут Гарри и его друзья всё-таки оказались на неосвещённой маленькой платформе. На улице было холодно, и он поёжился, надевая тёплую мантию. Затем над головами стоявших на платформе ребят закачалась большая лампа, и Гарри услышал знакомый голос: — Первокурсники! Первокурсники, все сюда! Эй, ребята, у вас все в порядке? Над морем голов возвышалось сияющее лицо Хагрида. — Так, все собрались? Тогда за мной! И под ноги смотрите! Первокурсники, все за мной! Поскальзываясь и спотыкаясь, они шли вслед за Хагридом по узкой дорожке, резко уходящей вниз. Их окружала такая плотная темнота, что Гарри показалось, будто они пробираются сквозь лесную чащу. Все разговоры стихли, и они шли почти в полной тишине, лишь временами переговариваясь. У Гарри было ощущение, будто он проживал этот миг. — Ещё несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! — крикнул Хагрид, не оборачиваясь, — Так, осторожно! Все сюда! — О-о-о! — вырвался дружный, восхищенный возглас. Они стояли на берегу большого черного озера. А на другой его стороне, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, а его огромные окна отражали свет усыпавших небо звёзд. — «Как и рассказывал Сириус…», — пронеслось в голове у Гарри, заворожённо смотря на открывшийся вид. — По четыре человека в одну лодку, не больше, — скомандовал Хагрид, указывая на целую флотилию маленьких лодочек, качающихся у берега. Гарри, Рон, Невилл и Драко сели в одну лодку. — Расселись? — прокричал Хагрид, у которого была личная лодка. — Тогда вперёд! Флотилия двинулась, лодки заскользили по гладкому как стекло озеру. Все молчали, не сводя глаз с огромного замка. Чем ближе они подплывали к утёсу, на котором он стоял, тем больше он возвышался над ними. — Пригнитесь! — зычно крикнул Хагрид, когда они подплыли к утёсу. Все наклонили головы, и лодки оказались в зарослях плюща, который скрывал огромную расщелину. Миновав заросли, они попали в тёмный туннель, который, судя по всему, заканчивался прямо под замком, и вскоре причалили к подземной пристани и высадились на камни. Друзья тихо говорили, даже не смотря друг на друга, но они были рады, что наконец доехали. Когда всё же все вышли с лодок, они начали идти до замка, который с этого ракурса казался более величественный. Хагрид повёл их наверх по каменной лестнице, освещая дорогу огромной лампой. Вскоре все оказались на влажной от росы лужайке у подножия замка. Еще один лестничный пролёт — и теперь они стояли перед огромной дубовой дверью. — Все здесь? — поинтересовался Хагрид. Убедившись, что всё в порядке, Хагрид поднял свой огромный кулак и трижды постучал в дверь замка.***
Дверь распахнулась. За ней стояла высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зеленых одеждах. Лицо ее было очень строгим, но Гарри и друзья знали её с детства, потому их нельзя было напугать этим выражением лица. Все они знали, что она может и улыбаться, и смеяться. — Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, — сообщил ей Хагрид. — Спасибо, Хагрид, — кивнула ему волшебница. — Я их забираю. Она повернулась и пошла вперёд, приказав первокурсникам следовать за ней. Они оказались в огромном зале и Гарри с удивлением рассматривал всё вокруг. Взрослые были правы: место удивительное. Они шли вслед за профессором МакГонагалл по вымощенному булыжником полу. Проходя мимо закрытой двери справа, Гарри услышал шум сотен голосов — должно быть, там уже собралась вся школа. Но профессор МакГонагалл вела их совсем не туда, а в маленький пустой зальчик. Толпе первокурсников тут было тесно, и они сгрудились, дыша друг другу в затылок и беспокойно оглядываясь. — Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их профессор МакГонагалл. — Скоро начнутся банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Отбор — очень серьёзная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьёй. Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведённой для вашего факультета. Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. У каждого из них есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи. Церемония отбора начнётся через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями. Её глаза задержались на Невилле, Роне, Драко и Гарри и сразу взгляд стал теплее. Ребята улыбнулись ей, на что она ответила приподнятыми уголками губ. И как бы она не говорила, что в школе будет такое же отношение к ним, как и к другим ученикам: все понимали, что это не так. Одни выходки близнецов чего стоят, а Мародёры… — Я вернусь сюда, когда все будут готовы к встрече с вами, — сообщила профессор МакГонагалл и пошла к двери. Перед тем как выйти, она обернулась, — Пожалуйста, ведите себя тихо. Как только дверь закрылась, ребята начали перешёптываться, беспокойно спрашивая о том, как будет проходить отбор. Кто-то начал выдумывать немыслимые испытания, а кто-то всё же стоял спокойно, а девочка с непослушными кудрявыми волосами, шёпотом рассказывала всем вокруг о том, какие заклинания она уже выучила, и вслух гадала, какое из них ей понадобится на церемонии отбора. Компания друзей решили не вмешивались в общий балаган, хоть и знали, что придётся надеть лишь шляпу. Но страх того, что их дружба может закончиться, был сильный. Даже при обещании, ребята всё же волновались. Внезапно воздух прорезали истошные крики, и Гарри даже подпрыгнул от неожиданности, выходя из своих мыслей. — Что?.. — начал было он, но осёкся, увидев, в чем дело, и широко раскрыл рот. Как, впрочем, и все остальные. Пусть они и слышали о призраках, это было удивительное зрелище. Через противоположную от двери стену в комнату просачивались призраки — их было, наверное, около двадцати. Жемчужно-белые, полупрозрачные, они скользили по комнате, переговариваясь между собой и, кажется, вовсе не замечая первокурсников или делая вид, что не замечают. Судя по всему, они спорили. — А я вам говорю, что надо забыть о его прегрешениях и простить его, — произнёс один из них, похожий на маленького толстого монаха. — Я считаю, что мы просто обязаны дать ему ещё один шанс… — Мой дорогой Проповедник, разве мы не предоставили Пивзу больше шансов, чем он того заслужил? Он позорит и оскорбляет нас, и, на мой взгляд, он, по сути, никогда и не был призраком… Призрак в трико и круглом пышном воротнике замолчал и уставился на первокурсников, словно только что их заметил. — Эй, а вы что здесь делаете? Никто не ответил. — Да это же новые ученики! — воскликнул Толстый Проповедник, улыбаясь собравшимся, — Ждёте отбора, я полагаю? Несколько человек неуверенно кивнули. — Надеюсь, вы попадёте в Пуффендуй! — продолжал улыбаться Проповедник. — Мой любимый факультет, знаете ли, я сам там когда-то учился. — Идите отсюда, — произнёс строгий голос. — Церемония отбора сейчас начнётся, — это вернулась профессор МакГонагалл. Она строго посмотрела на привидения, и те поспешно начали просачиваться сквозь стену и исчезать одно за другим. — Выстройтесь в шеренгу, — скомандовала профессор, обращаясь к первокурсникам, — и идите за мной! У Гарри было ощущение, словно его ноги налились свинцом. Он встал за мальчиком со светлыми волосами, за ним встал Рон, и они вышли из маленького зала, пересекли зал, в котором уже побывали при входе в замок, и, пройдя через двойные двери, оказались в Большом зале. Гарри даже представить себе не мог, что на свете существует такое красивое и такое странное место. Зал был освещён тысячами свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие ученики. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. Профессор МакГонагалл подвела первокурсников к этому столу и приказала им повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам. Перед Гарри были сотни лиц, бледневших в полутьме, словно неяркие лампы. Среди старшекурсников то здесь, то там мелькали отливающие серебром расплывчатые силуэты привидений. Чтобы избежать направленных на него взглядов, Гарри посмотрел вверх и увидел над собой бархатный чёрный потолок, усыпанный звёздами. — Его специально так заколдовали, чтобы он был похож на небо, — прошептала опять оказавшаяся рядом Гермиона. — Я вычитала это в «Истории Хогвартса». Было сложно поверить в то, что это на самом деле потолок. Гарри казалось, что Большой зал находится под открытым небом, хоть он слышал о нём много раз, знал, что оно заколдованное, но восхищение был уже в который раз. Гарри услышал какой-то звук и, опустив устремленный в потолок взгляд, увидел, что профессор МакГонагалл поставила перед шеренгой первокурсников самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную Волшебную шляпу. Эта та самая шляпа, которая распределит, кто куда попадёт. На несколько секунд в зале воцарилась полная тишина. А затем Шляпа шевельнулась. В следующее мгновение в ней появилась дыра, напоминающая рот, и она запела. Пела она странно, не слишком красиво, но друзья вслушивались в каждое её слово. Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Шляпа поклонилась всем четырём столам. Рот её исчез, она замолчала и замерла. Профессор МакГонагалл шагнула вперёд, в руках она держала длинный свиток пергамента. — Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнем. Аббот, Ханна! Девочка с белыми косичками и порозовевшим то ли от смущения, то ли от испуга лицом, спотыкаясь, вышла из шеренги, подошла к табурету, взяла Шляпу и села. Шляпа, судя по всему, была большого размера, потому что, оказавшись на голове Ханны, закрыла не только лоб, но даже ее глаза. А через мгновение… — ПУФФЕНДУЙ! — громко крикнула Шляпа. Те, кто сидел за крайним правым столом, разразились аплодисментами. Ханна встала, пошла к этому столу и уселась на свободное место. Гарри заметил, что крутившийся у стола Толстый Проповедник приветливо помахал ей рукой. — Бут, Терри! — КОГТЕВРАН! Теперь зааплодировали за вторым столом слева, несколько старшекурсников встали со своих мест, чтобы пожать руку присоединившемуся к ним Терри. Мэнди Броклхерст тоже отправилась за стол факультета Когтевран, а Лаванда Браун стала первым новым членом факультета Гриффиндор. Крайний слева стол взорвался приветственными криками, и Гарри увидел среди кричавших рыжих близнецов. Миллисенту Булстроуд определили в Слизерин. Гарри заметил, что иногда Шляпа, едва оказавшись на голове очередного первокурсника или первокурсницы, практически молниеносно называла факультет, а иногда она задумывалась. Так, Симус Финниган светловолосый мальчик, стоявший в шеренге перед Гарри, просидел на табурете почти минуту, пока Шляпа не отправила его за стол Гриффиндора. — Гермиона Грейнджер! Судя по всему, Гермиона с нетерпением ждала своей очереди и не сомневалась в успехе. Услышав своё имя, она чуть ли не бегом рванулась к табурету и в мгновение ока надела на голову Шляпу. — ГРИФФИНДОР! — выкрикнула Шляпа. Вот очередь дошла до Невилла и похлопав по плечу друга, тот сел на табурет и надел шляпу. Она какое-то время думала и всё же выкрикнула: — ГРИФФИНДОР! — друзья громко начали хлопать, значит, надо стараться попасть в Гриффиндор. Драко слегка приуныл, он был уверен, что шляпа не отправит его на Гриффиндор, но хотел в это верить. Когда всё же вызвали Малфоя, он вышел из шеренги, стараясь сохранить лицо перед школой, хотя все равно смотрел на друзей, пока надевал шляпу. Шла минута и все ученики замолчали, ведь все Малфои учились в Слизерине, но шла другая минута и Гарри с Роном начали переживать уже, но шляпа вынесла свой вердикт: — Гриффиндор! Малфой счастливо снял шляпу, но никто не хлопал ему, кроме семьи Уизли, Невилла, Гарри и Римуса с Минервой. Среди всего зала эти хлопки показались редкими, но Драко хватило этого, что бы почувствовать себя уверенно и улыбнувшись профессору МакГонаггал, прошёл на свой факультет, где его горячо встретили друзья. Не прошедших отбор первокурсников оставалось все меньше. Вызывали следующих и наконец… — Поттер, Гарри! Гарри сделал шаг вперёд, и по всему залу вспыхнули огоньки удивления, сопровождаемые громким шёпотом. — Она сказала Поттер? — Тот самый Гарри Поттер? Последнее, что увидел Гарри, прежде чем Шляпа упала ему на глаза, был огромный зал, заполненный людьми, каждый из которых подался вперёд, чтобы получше разглядеть его. А затем перед глазами встала чёрная стена. — Гм-м-м, — задумчиво произнёс прямо ему в ухо тихий голос. — Непростой вопрос. Очень непростой. Много смелости, это я вижу. И ум весьма неплох. И таланта хватает — о да, мой бог, это так, — и имеется весьма похвальное желание проявить себя, это тоже любопытно… Так куда мне тебя определить? Помню, твой крестный отец отчаянно желал поступить в Гриффиндор… Гарри крепко вцепился обеими руками в сиденье табурета. «Пожалуйста, отправь меня в Гриффиндор, — думал Поттер, начиная волноваться, — только Гриффиндор». — Ага, значит, в Гриффиндор? Я увидела между вами связь, все вы хотели поступить в Гриффиндор… Даже Малфой… Но раз так, то пусть вы свершите великие дела вместе… — ГРИФФИНДОР! — выкрикнула шляпа и зал утонул в аплодисментах и Гарри счастливо побежал к столу своего дома, ободряюще улыбаясь Рону. Все кричали, радовались, но Гарри просто хотелось увидеть своих друзей за одним столом, а потому усевшись и когда профессор попросила тишины, взглянув на дядю Лунатика, а точнее, на профессора Люпина, улыбнулся ему, помахав рукой, получив в ответ то же самое. Тогда он наконец начал оглядывать других преподавателей, заметив профессора Снейпа, друга семьи Малфоев, профессора Дамблдора, маленького Флитвика, которого он пару раз видел на Косом Переулке, да профессор Стебль. Это были все известные ему профессора, не считая тётю Минерву. Вот и настала очень Рона, шляпа недолго думая, отправила его на Гриффиндор и львиный стол взорвался в аплодисментах. Друзья пожали ему руки и усевшись, начали ожидать начало банкета. Альбус Дамблдор поднялся со своего трона и широко развёл руки. На его лице играла лучезарная улыбка. У него был такой вид, словно ничто в мире не может порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики его школы. — Добро пожаловать! — произнёс он. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнём наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Все, всем спасибо! Дамблдор сел на своё место. Зал разразился радостными криками и аплодисментами. Теперь на столе появилась еда, и друзья начали трапезу. Еды было много и вся она была разной, поэтому брали всего понемногу, надеясь попробовать всё. Так же ребята пытались познакомиться с будущими сокурсниками, но Драко явно в этом не преуспел: его явно невзлюбили из-за фамилии и семьи, но Невилл, сидящий рядом, поддерживал его хотя бы морально и так как за столько лет дружбы они научились понимать с одного взгляда друг дуга, ребята договорились обсудить это после пира. Вот и пир закончился, они спели гимн кто на свой лад и первокурсники дома Гриффиндора встали в линейку и пошли за старостой — Перси Уизли. Шли они долго, ребята настолько устали, что хотели уже оказаться в спальнях и через какое-то время, пролётов и лестниц, они дошли до портрета Полной Дамы, о которой говорил столько лет Сириус. Перси назвал пароль, провел краткий обзор на гостиную и четверо друзей вошли в спальню: они были теперь соседями по спальне. Каждый выбрал себе в кровать и переодевшись, Малфой начал: — Меня не примут на Гриффиндоре, — он не начал ходить вокруг да около, а сразу высказал свои опасения — Неправда, они увидят, что ты истинный Гриффиндорец! — проговорил Рон, поудобнее устраиваясь на кровати — Я согласен с Роном, — в унисон произнесли Невилл и Гарри, ободряюще улыбнувшись — Вот только не забывайте, что все Малфои были Слизеринцами, — приподняв бровь, заметил светловолосый — Ага, а еще не забываем, что твоя мама — урождённая Блэк. А один Блэк уже был на Гриффиндоре, — намекая на Сириуса, сказал Невилл, помолчав с минуту, о чем-то размышляя, Драко прикрыл глаза. — Посмотрим, что будет завтра. И он был прав: утро вечера мудренее. На этом разговор был закрыт и новые ученики Гриффиндора уснули, напомнив друг другу с утра написать письмо домой. — «В прошлый раз тебе некому было писать письма.», — сказал тихий голос в голове Поттера, но его он не запомнил: тогда мальчик уже провалился в царство Морфея
