Тень

Казуха закрывает дверь, в то время как Скарамучча снимает куртку и обувь. Очень жаль, что настроение было испорчено. Пусть Скарамучче и абсолютно все равно, ведь он никогда не видел опасность в таких никчёмных, по его мнению, людях, тем не менее, он знал, пускай ему это и не нравилось, что Итер и Венти были друзьями Казухи. Парень чувствовал некую неловкость, не зная, как теперь заговорить с ним. — Ничего страшного. — скорее для самого себя произнес Казуха, нервно глядя на входную дверь. Не сказать, что парень сильно переживал. Ему скорее было стыдно перед Итером. Он обязательно ему все объяснит, но не факт, что даже после объяснений Итер сможет его простить. — Это для меня ничего страшного, а для тебя, наверное, страшно. Вы же там все меня ненавидите. — Скарамучча кое о чем подумал, и его губы исказились в подозрительной улыбке. Он подошёл к Казухе почти вплотную и прошептал: — Или ты скажешь, что заманил меня в ловушку? Я попался в твои коварные лапы и уже завтра буду мертвым лежать перед всеми, кто меня ненавидит? — Скарамучча говорил тихо, но его голос эхом отдавался у Казухи в ушах. Он взял парня за запястье и притянул к себе, это было легко только потому, что тот не сопротивлялся. — А ты хочешь сказать, что не попался? — Казуха свободой рукой сжал подбородок парня и наклонился к его лицу. — Мучча, мне страшно. Скарамучча чувствовал невыносимое волнение, что собралось в животе. Он был расслаблен и ему нравилось находиться в руках Казухи. — Почему? — Я тебе соврал. — Казуха проводит пальцем по губам парня. — Мне ведь не нравятся парни. Вернее, не нравились. До Скарамуччи не сразу доходит смысл этих слов. Его настойчиво целуют, не давая возможности что-либо сказать. Казуха придерживал лицо Скара, нежно целовал губы, а другой рукой приобнимал, прижимая к себе ближе. — До тебя мне не нравились мальчики. — отстранившись, на выдохе произнес Казуха. Он не знал, что послужило порывом таких откровений. Просто захотелось произнести вслух мысли, от которых ему становилось страшно. Его действительно физически тянет на парня, да к тому же не просто на какого-то, а на самого Скарамуччу! На этого бессердечного ублюдка, эгоиста и тирана. — Каэдэхара Казуха умеет врать? — переведя дыхание, ответил Скарамучча. — Умеет. — тихо подтвердил Казуха, отпуская его. Никогда Скар раньше не думал, что проведет свой день рождения так хорошо, как сейчас. Сегодня даже разговоры с Казухой были не такими неловкими, как раньше. Казалось, что за одну новогоднюю ночь они стали ближе, гораздо ближе, чем были до этого. Скарамучча знал, что сегодня ему не нужно быть дома вовремя, но чувство тревоги все равно не покидало его. — Знаешь, через несколько дней приезжает моя тетя со своим мужем и детьми, может ты хочешь составить нам компанию за ужином? — Казуха спросил это как бы невзначай, совсем не ожидая, что Скарамучча с удивлением приподнимется и на секунду о чем-то задумается. Парни лежали на кровати у Казухи, точнее Скарамучча лежал, Казуха же сидел, прислонившись к стене. — Что такое? — Каэдэхара не понимает, что так смутило парня. — Извини за не тактичный вопрос, но где твои родители? — Скарамуччу давно это волновало, а сейчас, когда Казуха упомянул тетю, захотелось наконец спросить. Он не считал, что имеет право влезать в чужую личную жизнь, но они же с Казухой уже не чужие, да? Каэдэхара отворачивается и пожимает плечами. — Это как? — не понимает Скарамучча. — Я думал, что Фатуи знают все о всех. У меня нет родителей. Скарамучча совсем не ожидал такого ответа. Он уже многое себе надумал, вплоть до семейных драм про разводы, раздел имущества, детей, наследства. А в итоге, все оказалось вот так… — Прости меня, я не думал, что все так. — Скар смотрел парню в спину и не знал, что стоит делать в таких ситуациях? Казуха явно не нуждается в его поддержке именно сейчас, но не сидеть же просто так? Как поступают в таких случаях? — Ничего страшного. Скарамучча ненавидит такие ужасно неловкие моменты, когда хочется просто провалиться сквозь землю. Тем не менее он пододвигается к Казухе ближе и обнимает со спины. Лучше уж так, чем вовсе никак. — Эй, ну все правда в норме. — Казуха старается увернуться от чужих объятий. — Ты не похож на тактильного человека. — И что? — Скарамучча утыкается в чужую грудь и крепче сжимает руки. — Я делаю, что хочу и не загоняю себя в рамки: тактильный, не тактильный… — Не злись. И вроде как вновь атмосфера в комнате улучшилась. Скарамучча все ещё был удивлен таким поворотом. Оказывается Казуха совсем один. Скарамучче тяжело посочувствовать искренне, потому что ему казалось, что лучше быть одному чем с такой матерью, как у него. Но у Казухи могли быть хорошие, заботливые родители… — Сегодня третье января. — произнес Скарамучча спустя какое-то время. Казуха выжидающе на него посмотрел. — Я родился третьего января. — не успел Казуха открыть рот, чтобы что-то сказать, как Скарамучча продолжил: — А мой папа умер третьего января. — Почему ты раньше не сказал, что у тебя день рождения? — возмутился Казуха, стараясь не заострять внимание на второй фразе. Он знал, что у Скара нет отца, но то, что даты так совпали действительно удивительно и одновременно печально. — А что бы ты тогда сделал? Подарок подготовил? — Скарамучча усмехнулся. — Это не важно, я просто хотел вкинуть что-то грустное. — Хорошие люди уходят рано. — зачем-то произнес Каэдэхара. Скарамучча был в корне не согласен с этой фразой, но спорить не стал. Его отец не был хорошим человеком. Да какая уже разница, кем он вообще там был, если теперь его нет? — У меня есть одно желание, в честь дня рождения. — Скарамучча не считал, что подобрал хороший момент, но когда если не сейчас? Он что, зря терпел насмешки от Тартальи, зря терзал себя этими мыслями? Не известно, как отреагирует Казуха, но судя по всему, он, в отличии от Скарамуччи, имеет опыт в отношениях. К сожалению им ещё не выпала возможность поговорить на эту тему. Да и Скарамучча не хотел слышать о прошлых отношениях Казухи. — И что за желание? Скарамучча никогда не думал, что озвучить это будет так стыдно. — Я хочу тебе отсосать. Как только с губ слетела эта фраза, Скарамучча мгновенно отвел взгляд. Он подумал, что в жизни не говорил ничего более постыдного. Казухе показалось, что ему послышалось, но это явно не тот случай, когда стоит переспрашивать. Ему нравилось целоваться со Скарамуччей, но был ли он готов к чему-то большему? Не ответив ничего, Каэдэхара протянул руку к лицу напротив и провел пальцами по нежной коже. Скарамучче казалось, что он впервые в жизни опозорился так сильно, так ещё и перед самым любимым человеком. Он начал думать, как исправить свое положение, но в этот момент Казуха осторожно приподнял его голову за подбородок и глядя в глаза произнес: — Ты правда этого хочешь? «Что за дурацкий вопрос?!» — пронеслось в мыслях у Скарамуччи, но он быстро успокоился. Конечно он хочет. Чуть ли не с начала года. Наверное у всех подростков наступает такой период, когда голова забита только пошлятиной. Вот и у Скарамуччи так сейчас, только в этой чертовой голове приходится находить место ещё и для поручений Дотторе и ссор с матерью. — Хочу. Казуха улыбнулся и очень легко ответил. — Тогда дай мне пять минут. Я схожу освежиться. — на последок ущипнув парня за щеку, произнес Казуха. У Скарамуччи покраснели кончики ушей, когда он остался в комнате один и наконец осознал, что прямо сейчас получит то, чего так давно хотел. Вообще, все что происходит последний месяц кажется таким нереальным. Скарамучча был из тех людей, которые верят в то, что белая полоса в жизни сменяется на чёрную. И так по кругу: хорошее, плохое, хорошее, плохое. Парню было страшно, что это плохое скоро наступит. Он смотрел в потолок размышляя о Казухе. Он такой хороший, но ведь полностью хороших людей не бывает. Какие могут быть минусы у Казухи и есть ли они вообще? Что тот может скрывать? Скарамучча старался не думать об этом именно сейчас, но мысли почему-то так и лезли в голову. Парень закрыл глаза. Закрыв за собой дверь в ванную, Казуха тяжело вздохнул и опустился на пол, закрывая лицо руками. На него слишком давило ощущение того, что его чувства не правильные. Он действительно раньше собирался причинить Скарамучче сильную моральную боль, хотел втереться в доверие, хотел держать при себе и использовать его, в отместку за все издевательства. И он до сих пор хочет этого… Но отчего сейчас так тревожно? Казуха не думал, что ему когда-нибудь может понравиться целовать парня, а может, дело в самом Скарамучче? Может он действительно понравился Казухе? Но такого не может быть. Просто… Казухе приятно, что рядом с ним Скарамучча ведёт себя не так, как с остальными. Ему нравится быть особенным, нравится чувствовать превосходство, находясь рядом с ним. Но если хорошо подумать, узнавая Скарамуччу ближе, Казуха так же начинал проникаться тёплыми чувствами и не мог ничего с этим поделать. Каэдэхара встал под душ и включил холодную воду. Мысли, мысли, мысли! Они не дают спокойно жить. Почему нельзя просто ни о чем не думать? Он не хотел думать об Итере и Венти, не хотел думать о Скарамучче, не хотел думать об отце — все эти мысли причиняли только боль. Когда дверь открылась, у Скарамуччи чуть не выскочило сердце. Ему казалось, что с момента, как Казуха покинул комнату, прошла вечность. Казуха сел на край кровати и посмотрел на лицо Скарамуччи, а после его губы исказились в улыбке. — Мучча, я кое-что придумал. — парень встал с кровати и открыл один из ящиков прикроватной тумбы. Он достал оттуда две черные заколки для волос. Скарамучча скептически взглянул на них. — Только не говори, что собираешься нацепить их мне на волосы. Я же не девка тебе. — Ну-ну, это же не для красоты, а для удобства, или ты забыл о своем предложении? — Казуха не стал ждать одобрения. Он вновь забрался на кровать и за руку притянул Скара ближе к себе. Бережно поделив пальцами челку на две половины, Казуха закрепил по заколке с каждой стороны. Скарамучча все это время чувствовал, как приятное ощущение разливается по всему телу. Особенно приятно было, когда пальцы касались его головы. Закончив, Каэдэхара встал, чтобы выключить свет. На мгновение комната погрузилась в кромешную тьму. Далее Казуха включил ночник, который светил не ярко, но зато свет этот был приятным, теплым. Скарамучча вздрагивает, когда Казуха осторожно кладет руки ему на плечи, заставляя лечь. Ничего не понимающий взгляд синих глаз кажется Казухе довольно милым. Интересно, кто-нибудь когда-нибудь укладывал Скарамуччу под себя? Судя по его реакции — вряд-ли. — Тоже хочу принять участие. Скарамучча не понял, что Казуха хотел этим сказать. Какое участие? Где? Скар вздрагивает, когда чувствует теплое дыхание возле своей шеи. Он хватает Казуху за руку. — Постой. Мне жарко. Казуха выжидающе смотрит на него. Скарамучча пытается стянуть с себя кофту, но, как обычно это бывает, когда делаешь что-то в спешке, начинаешь путаться в элементарных вещах. Каэдэхара, не спрашивая разрешения, помогает Скарамучче снять этот элемент одежды, под которым оказывается черная футболка. Невозможно описать, как неловко становится Скарамучче. Казуха видит это по глазам. Вся ситуация кажется ему такой забавной. Казуха убирает кофту в сторону и вновь прижимает парня к постели. Скарамучча, не привыкший чувствовать себя сковано, ощущает странное удовольствие. Оказывается, иногда быть уязвимым так приятно. Казуха все же целует чужую шею, в ответ на что Скарамучча томно выдыхает. Но на этом Казуха не собирается останавливаться. Он покрывает кожу поцелуями. Конечно, Каэдэхара не слишком опытный партнёр, но по крайней мере всем его бывшим девушкам нравились поцелуи в шею, и Скарамучче вроде тоже нравится. Интересно. Неожиданно для Скара свет в комнате пропадает. Он хочет сообщить об этой неполадке Казухе, как будто тот и так не заметил. Как будто тот сам только что и не нажал этот самый выключатель. Рот затыкают поцелуем, невероятно нежным. В отличии от поцелуя, рука Казухи сжимает пальцы Скара довольно сильно. Где раньше была эта его сила? Или, может, это Скарамучча ослаб в чужих руках и потерял контроль над собственным телом? Скарамучча старается перехватить инициативу на себя, но Казуха явно превосходит его. Целует умело и напористо. От этого Скарамучча начинает злиться, думая о том, что до него эти губы уже целовали кого-то. Казуха был с кем-то так же близок, как сейчас с ним. Каэдэхара отстраняется. Губы горят, а глаза полны желания. Хорошо, что в темноте Скарамучча не может этого увидеть. Казуха осторожно цепляет край его футболки. Пальцы касаются горячей кожи, а с губ Скара срывается короткий вздох. Казуха позволяет себе немного дерзости и в поцелуе кусает губы парня. Тот протестующие мычит. Тем временем пальцы Казухи двигаются нежно. Вдруг Каэдэхара ощущает под ними шрам. Скарамучча чувствует это и прикрывает глаза, шепотом произнося: — Позже расскажу. Казуха кивает и опускает руку ниже. Когда Скарамучча понимает, куда именно метит Казуха, он хватает его за запястье. Сжимает сильно. Каэдэхара останавливается. Скарамучче безумно стыдно, но он возбудился так быстро. Такое чувство, что он может кончить даже не прикасаясь к себе. Прямо сейчас Казуха ведь хочет залезть ему в штаны? У Скарамуччи сбивается дыхание и он ещё крепче сжимает пальцы на чужом запястье. Казуха не ожидал, что в следующее мгновение довольно грубым движением Скарамучча поменяет их местами. Благо, рука, за которую схватил его Скар, была не той, которую ранее парень ему вывихнул. Сердце Скарамуччи начинает биться быстрее, когда он, случайно прислонившись слишком близко, ощущает, что Казуха возбуждён так же, как и он сам. Это придает уверенности. Наверное, даже хорошо, что света больше нет. Потому что теперь Скарамучча может спокойно выдохнуть и подцепить резинку чужих штанов, начиная медленно стягивать их. Казуха улыбается, замечая, что в темноте обостряются другие чувства — например слух. Казуха слышит дыхание Скарамуччи и стук собственного сердца. В темноте не так неловко. Казуха не ощущает дискомфорта, когда оказывается перед Скарамуччей практически в чем мать родила, единственный элемент одежды, находящийся на парне — это футболка, которую тот, впрочем, не был бы против снять. Казуха поражается тому, каким осторожным оказывается Скарамучча. Глядя на него и не скажешь, что он может быть таким. Скарамучча облизывает влажные после поцелуев губы и устраивает свою руку на чужом бедре. Страх сделать что-то не так не покидает его. Скарамучча наклоняется ближе, Казуха чувствует горячее дыхание прямо на своем возбуждённом члене. Парень предварительно прикрыл рот рукой, зная, что является достаточно чувствительным человеком. Не хотелось бы издавать лишних звуков. Скарамучча касается возбуждённой плоти рукой и в следующее мгновение обводит языком головку его члена. Казуха сильнее прижимает пальцы к губам. Слишком невыносимо. Невыносимо думать, что это тебе делает Скарамучча. Тем временем Скар ощущает давление в собственных штанах, ему становится душно и тесно. С губ срывает вздох, Казуха не знает, за что в такой темноте можно зацепить взгляд. Скарамучча вновь припадает губами к его члену, на этот раз вбирая его в рот. Казуха вынужден укусить собственный палец. Он опускает свободную руку и кладет ее на голову парню, чувствуя, как тот напрягается, но продолжает ласкать его языком. — Я знаю, ты делаешь это в первый раз. Я тебе немного помогу. — шепчет Казуха, запуская пальцы в его волосы. Скарамучча теряется в ощущениях, когда Казуха нежно перебирает его волосы, гладит и немного тянет в сторону. Скарамучча доверяется своему чутью и делает минет так, как этого хочет. Он медлителен, и это почти мучительно, но до того сладко, что Казуха все же испускает лёгкий протяжный выдох, который можно расценивать как стон. Скарамучча чувствует, как рука Казухи напрягается и сильнее сжимает его волосы. А после парень чувствует, как его тянут вниз, заставляя ещё глубже взять в рот. Скарамучче немного больно, но при этом его возбуждение только растет, и ему кажется, что он вполне может достигнуть своего пика раньше, чем доведет до этого Казуху. Каэдэхара искусал все пальцы. Он чувствует, что скоро достигнет своего предела и двигает бедрами на встречу горячему рту парня. У Скарамуччи на глазах наворачиваются слезы, а уже в следующее мгновение его сильно тянут за волосы назад. Казуха кончает, издавая самый громкий за этот вечер стон. Скарамучча думает, что это конец, но пальцы Казухи обхватывают его запястье и Скар почти падает на него. Губы обжигает новым поцелуем. Скарамучче резко приходит осознание, он ведь только что… Неужели Казухе не противно? Поцелуй становится последней каплей и Скарамучча тоже испытывает оргазм. Он кладет голову Казухе на грудь и закрывает глаза. Казуха ощущает невероятный порыв нежности в сторону, казалось бы, такого ненавистного человека. Неожиданно для самого себя, он целует Скарамуччу в макушку. У того на мгновение замирает сердце. Глаза уже более менее привыкли к темноте, и Скарамучча протягивает руку, чтобы зажечь ночник. Однако ее перехватывают ловкие пальцы Казухи. — Подожди ещё немного. Минут семь они просто лежат в темноте, а затем Казуха шепчет Скару на ухо: — Мучча, мне было хорошо с тобой. Парни по очереди идут в душ. Казуха даёт Скарамучче свою одежду, и тот, стоя перед зеркалом, прижимает ее к себе. Она пахнет Казухой. Надев ее на чистое тело, Скарамучча чувствует, будто Казуха теперь везде. Он не может контролировать улыбку на своем лице. Когда они вновь оказываются в комнате вдвоем становится немного неловко. О чем теперь разговаривать? Но Казуха быстро находит выход из положения. — Хочешь я сыграю что-нибудь на гитаре? Скарамучча не верит своим ушам. А ведь он думал, что этот день не может стать ещё лучше. — Только петь я, с твоего позволения, не буду. — предупреждает Казуха. Он достает уже успевший покрыться пылью инструмент и кладет на кровать. Дальше идёт муторный процесс настройки гитары, как никак она долго лежала без дела. Скарамучча наблюдает за этим и ему опять хочется улыбаться. Казуха, оказывается, знает много популярных песен на гитаре. Скарамуччу начинает клонить в сон и он боится, как бы Казуха не принял его сонливость за неуважение. Однако Казуха и сам хочет спать. Ещё даже не полночь, но так хочется провалиться в сон. Парни уже ложатся, когда вдруг раздается звонок телефона. Причем звонят Скарамучче. Он уверен, что ему никто не может звонить, поэтому, глядя на незнакомый номер на экране, просто выключает звук. Парни укладываются, а телефон Скарамуччи все никак не перестает вибрировать и светиться. Казуха почти засыпал, каждый раз, когда вибрация начинала резать слух. — Мучча, подними. Скарамучча смотрел на незнакомые цифры на экране и чувство тревоги сильнее охватывало его. Он нажал кнопку приема вызова. — Да. — произнес Скар. — Здравствуйте, вас беспокоят из третьей городской больницы. Извините за столь поздний звонок. Вы ведь сын Райдэн Эи? Скарамучча сжал пальцами телефон и произнес «угу». — Ваша мама попала в аварию, сейчас ее состояние стабильно, я хотел сообщить, что– Скарамучча оборвал звонок. — Кто там? — сонно спросил Казуха. — Да так, придурки какие-то прикалываются. Забей. — Мгмм, ладно. Скарамучча от досады сжал зубы и с громким стуком положил телефон на тумбочку.