Тень

— Так какие у нас планы на этого Чжун Ли? — поинтересовался Скарамучча, когда они с Тартальей оказались на кухне. Парень все еще выглядел не очень хорошо, но Скар больше не собирался предпринимать попыток его утешить. Смысл, если лучше он все равно не сделает? Вместо этого он просто решил перевести тему. В принципе, ему и так нужно было хотя бы что-то разузнать. Дотторе обо всем этом явно болтал с Тартальей, считая того более ответственным. Скарамучча же даже имя Чжун Ли впервые слышит, что с него взять, только и умеет махать кулаками да плакаться о своей ужасно тяжелой жизни. — Во-первых, оденься по-деловому. — Чайльд улыбнулся, представляя, как сможет впервые увидеть своего друга в рубашке и при галстучке. Все точно удивятся, такого Скара явно никто никогда не видел. — Во-вторых, встречаемся ровно в 7:50 на школе. Я отвожу мелких в сад, постараюсь не опоздать. Проведем его вместе с другими гостями по школе, а потом сходим к Дотторе. Во второй заход спиздим эту хуевину. — Тарталья вздохнул. — Ну, ты спиздишь. — и откусил круассан. — А, — Скарамучча зевнул. — скука смертная.

***

Перед первым учебным днем после долгих и утомительных зимних каникул, Казуха плохо спал. Если быть точнее, он не спал совсем. Сидел в телефоне, а когда заметил, что уже шесть утра, решил, что лучше вообще не спать, чем поспать полчаса. Первый день, когда Скарамучча не писал ему, Казуха даже обрадовался. Он наконец может отдохнуть и побыть наедине с собой. Может подумать о своих чувствах или просто почитать книгу. В общем, провести время с пользой. На следующий же день на его телефон пришло сообщение. Казуха было уже подумал, что вот, объявился Скарамучча, но нет, это был Итер. И самое удивительное, Казуха… расстроился? Не то, чтобы он ждал сообщения от Скара, вовсе нет. Просто, когда он понял, что это Итер, его пробрала тоска. Как оказалось, у Итера сейчас тяжелые времена, сестру увезли на сложную операцию с возможностью летального исхода. Ему нужен был кто-то рядом, кто может поддержать, и естественно этим кем-то стал Казуха. Он своими мыслями по поводу Скарамуччи и всей этой химии, что творится между ними, высказаться никому не мог. Но при этом он терпеливо слушал Итера, искренне ему сочувствовал и также искренне поддерживал, пускай в глубине души у него и таилась обида, ведь Итер его самый близкий друг, а Казуха вынужден скрывать от него все, что связано со Скарамуччей… С кем ему можно об этом поговорить? Так хочется, чтобы кто-то послушал, дал совет, да блять, просто послушал было бы уже достаточно. Послушал и не осудил. Вот так требования, неужели это так сложно? В любом случае, зная ситуацию, в которой сейчас находится Итер, он бы не стал загружать того своими проблемами. В тот день, суббота, они неплохо погуляли, даже погода была нормальной. Тогда Итер зарекнулся, что кроме всей семьи и его самого, Люмин также провожал и Тарталья. Он сказал это как бы невзначай, мимо слов, но Казуха ухватился за этот момент. Точно, скорее всего, Скарамучча сейчас поддерживает Чайльда, поэтому и не пишет ему! «Боже, почему я об этом думаю?!» — мысленно негодовал Казуха. В воскресенье он все же сам написал Скару пару слов, просто спросил, как он, чем занимается. Через несколько часов сообщения остались без ответа, и Казуха написал еще парочку. «Почему ты мне не отвечаешь?» Ночью заснуть так и не получилось, потому что Казуха думал, что влюбился. Ему не нравились эти мысли, и головой он был уверен, что никак Скарамуччу любить не может. Он же собирался мстить ему, заставить страдать, тогда почему сейчас он мучается, а не Скарамучча? Почему это он переживает из-за этого придурка, а не наоборот? Казуха пообещал себе, что, когда увидит Скара в школе, будет всячески показывать свое безразличие. Ну и пускай кто-то скажет, что это по-детски! Скарамучча, долбанный игнорщик, заслужил этого. В школу Казуха собирался с ощущением полной безнадежности. Зря он не лег спать. Сейчас мягкая кроватка так и манила в свой плен. За чашкой кофе Каэдэхара почти уснул, если бы не внезапно упавший с крыши снег, который чуть не довел парня до инфаркта. Он несколько раз умылся холодной водой, и это даже как будто помогло. Сегодня в школе вроде какие-то важные гости. Имен никто, естественно, простым ученикам не разглашал, и Казуха даже не был уверен, есть ли эти гости на самом деле. Но тем не менее выглядеть сегодня нужно было хотя бы немного по-школьному. Казуха долго стоял перед зеркалом, и не потому, что любовался своим внешним видом, а просто потому, что на несколько минут завис из-за недосыпа. В итоге Казуха надел черный гольф, а наверх накинул рубашку. Вроде по-школьному. В любом случае он из класса-то редко высовывается, никакие проверки или гости его там не достанут. Да и если копнуть глубже, в такой школе, как эта, форма — это последнее, на что стоит обратить внимание проверкам. Из-за задержавшегося автобуса Казуха на пару минут опоздал. В фойе было уже почти пусто. Почти, потому что неподалеку столпилась группа подростков из разных по старшинству классов, а вместе с ними завуч и еще какие-то люди из администрации. Всем было плевать на опоздание Казухи, кому до него здесь вообще есть дело? Вместе с Казухой сегодня опоздал еще кое-кто. Вернее, не опоздал, а вовсе не пришел. Тарталья нервно набирал номер Скарамуччи уже седьмой раз. Завуч тоже нервничала, боялась, что, если Дотторе узнает, что Скар не явился, оторвет ей голову. Чайльд еле удержался, чтобы после очередного последнего гудка не кинуть телефон об стену. Детишки, что собрались здесь, отошли от него подальше. В этой группке были собраны всякие отличники и активисты школы, чтобы показать, какие же таланты тут учатся. И плевать, что их едва ли штук десять со всей школы. Удивительно, что вообще есть! Сердце Тартальи тревожно подпрыгнуло, когда главные двери школы распахнулись. Несколько статных и красивых людей оказались на пороге их несчастной школы. Среди них Чжун Ли распознать было не сложно. Несмотря на ужасный утренний мороз, его пальто было расстегнуто (ах, да, он же наверняка добирался сюда на машине, а не на автобусе), волосы были аккуратно собраны, в руках мужчина держал портфель. Его образ был строг и изящен, но взгляд и улыбка были добры. Тарталья спрятал телефон в карман. Засмотревшись, он пропустил момент, когда Чжун Ли и его свита оказались совсем рядом. Тут же начался и взаимообмен любезностями. Завуч, с улыбкой на лице, читала какую-то заученную приветственную речь, а также приносила извинения за то, что директор школы не может лично присутствовать при встрече, так как до обеда он в отъезде по очень важным делам. Чайльд внимательно слушал все это, поражаясь тому, как хорошо люди умеют притворятся. Одна женщина, что представилась именем Нин Гуан, начала задавать детям какие-то вопросы, при этом выражение ее лица было суровым, совсем не таким, какое было у Чжун Ли. — Не торопитесь. — спокойно попросил он свою коллегу, и та бросила на него странный взгляд. Все это длилось так долго, что у Тартальи успели заболеть ноги, от долгого стояния на одном месте. Разве фойе школы лучшее место для бесед? Хотелось поскорее все это закончить. Чжун Ли, как и подобает «проверке», осматривался вокруг. Пока администрация отвлеклась на Нин Гуан, мужчина отошел в сторону. Чайльд не сводил с него глаз. Но и Нин Гуан старался не оставлять без внимания. За всем, что здесь происходило, со стороны наблюдала вахтерша. Она и не ожидала стать участником сия мероприятия. Женщина удивилась, когда Чжун Ли подошел к ней и дружелюбно спросил: — Как вам ваша работа? Как ребята, всегда ли здороваются? — совсем недавно просил свою коллегу не торопиться, и вот уже сам, с порога, задает вопросы побледневшей от неожиданности вахтерше. Даже она знала, что нужно говорить. Пускай и сидит тут на такой должности, но не глупая же! Всеми любезными словами, которые только знала, начала она нахваливать школу, детей, и даже не забыла упомянуть, какой хороший у них директор, лучше в стране не найти. Чжун Ли еле удавалось держать на лице улыбку. Кому, как не ему, не знать Дотторе. Но ладно, он продолжал слушать ту лапшу, что вешала ему на уши вахтерша. Никто никогда не опаздывает, все здороваются, пропускная система в школе находится на высшем уровне! Чжун Ли смутился, ведь никакой пропускной системы здесь не заметил. Чайльд начал нервничать. Ну сколько можно болтать?

***

Скарамучча удивился, когда, проснувшись, увидел на часах без пяти минут восемь. Ему показалось, что он проснулся слишком рано. Парень неторопливо направился на кухню, там он заметил свой телефон, лежащий на столе. Стоп. Стоп. Стоп. Наконец, к Скарамучче пришло осознание, что, походу, сегодня не воскресенье. То ли из-за собственного безразличия, то ли благодаря таблеткам, Скар совсем не встревожился. Не зря Дотторе считает его безответственным. Как можно было дни недели спутать? Экран телефона начал светиться. Входящий вызов от Чайльда. Скарамучча не стал поднимать, но и не сбросил, просто подождал, когда закончится. Оказалось, у него уже целая гора пропущенных от друга. Скарамучча включил телефон, и кое-что все-таки заставило его сердце дрогнуть. Сообщения от Казухи. Они были, и сам факт их наличия безумно обрадовал Скарамуччу. Значит, про него не забыли. Но отвечать уже не было смысла. Скарамучча оценил свои возможности и решил, что еще не все потеряно. Ну, опоздает чуток, ничего страшного, все же опаздывают. Скар очень долго возился с рубашкой, как же это неудобно, застегивать все эти пуговицы. Он схватил рюкзак и накинул куртку. Не в первый раз ему приходится бежать до школы. Хотя, чаще всего, опаздывая, Скарамучча просто идет более быстрым шагом. Сейчас же он прям бежал. И, стоит отметить, бежал очень быстро. Наверное, благодаря этому, он добрался до школы, когда на часах было всего 8:20. После такого, Скару нужно было отдышаться. Он забежал в школу и опустил голову, тяжело дыша, глядел в пол. Стоило поднять взгляд, и он понял, что пришел не совсем вовремя. Точнее, он знал, что не вовремя, но лучше бы он вообще не приходил, чем прямо сейчас стоял перед мужчиной, чей взгляд был холоднее погоды за окном. Скарамучче этот мужчина почему-то показался смутно знакомым, но времени вспоминать, где он мог его видеть, не было. Скорее всего, этот человек — Чжун Ли. Может поэтому он кажется знакомым? По телику, возможно, часто светится. — Здравствуй. — вернув привычное дружелюбие, сказал Чжун Ли. Тарталья поклялся себе, что обязательно прибьет Скарамуччу. Но больше всего было стыдно вахтерше, что на протяжении стольких минут заливала о пунктуальности детей в этом прелестном учреждении образования. — Здравствуйте. — вздохнув, ответил Скарамучча и пожал протянутую ему руку. — Такой сильный гололед… еле отвел сестру в садик! — на ходу начал оправдываться Скарамучча, хотя его об этом не просили. Чжун Ли искренне удивился. Ему так и хотелось переспросить: «Сестру?» Но он не стал. Просто кивнул и вернулся к остальным гостям. Наконец-то они двинулись дальше по школе. Администрация постаралась на славу. Они не переставали рассказывать какую-то чепуху вроде истории создания школы, про знаменитых учителей, про заслуги детей. Гости внимательно слушали, а Чжун Ли в это время общался с детьми, задавая нетипичные вопросы. Он мог спросить, про любимое животное, мог попытаться узнать о семье ребенка или просто спрашивал, кем тот хочет стать в будущем. Прошло какое-то время, и между завучем и Нин Гуан завязался спор, на который все коллективно отвлеклись. Чжун Ли, на удивление, не стал встревать. Вместо этого он обратился к Чайльду. — Как тебя зовут, юноша? Тарталья ожидал, что скоро очередь дойдет и до него. Болтать и отвечать на тупые вопросы как-то не хотелось, но выбора у него не было. — Тарталья. У Чжун Ли блеснули глаза. Он сделал шаг в сторону, как бы приглашая Чайльда отойти. Тарталья напрягся. — Тарталья Чайльд. — как будто пробуя это имя на вкус, произнес Чжун Ли. — Твое имя проскакивало по одному уголовному делу. — задумчиво сказал он. — Тяжело, наверное, когда на тебя по ошибке вешают такое страшное преступление. — Нелегко. — стараясь не выдать своего беспокойства, ответил Тарталья. Вот черт! А Дотторе говорил, что он не докопается. Уж лучше отвечать на то, какое твое любимое животное, чем на это… — Убийство — не самый страшный грех. Страшно становится тогда, когда убийца не признает, что он убийца. Это я к тому, что многие дела в вашем городе просто на просто закрывают, даже когда виновные не наказаны. — Чжун Ли говорил это, не глядя на Чайльда. — А ты добрый мальчик. — улыбнулся он. Чуть помолчав, добавил не совсем в тему: — Я верю, что каждый человек заслуживает второй шанс. — Вы не правы. — резко ответил Чайльд. Он уверен, что такие как Дайнслейф второго шанса точно не заслуживают. Скольких бы еще этот моральный урод заставил страдать? Чайльд понимал, что не он должен был стать Дайну судьей. Но тем не менее, только он мог отомстить за свою возлюбленную. Тогда почему так тяжело становится, когда Тарталья думает об этом? Интересно, чувствует ли то же самое герой, когда убивает злодея? Вроде ты спас мир, а вроде и убийца. Да, герой? Чжун Ли лишь кивнул, как бы намекая, что мнения у людей часто разнятся. — Мне кажется, мы еще встретимся. — загадочно протянул мужчина. — Позвольте вас поправить. — обратился он к спорящим коллегам, отходя от Тартальи. Парень решил просто забить на его слова. Вся эта процессия двинулась по кабинетам дальше. А Скарамучча в это время сидел на уроке и пытался незаметно пялиться на Казуху. Это было несложно, ведь соседа по парте Скара сегодня не было. Со стороны могло показаться, что парень просто втыкает от скуки в одну точку. По сути, так и было. Точка была уж больно привлекательной. Скарамучча думал, не слишком ли эгоистично оставлять Тарталью одного с этим стремным мужиком? Ах, да плевать вообще, какой же Казуха красивый! После урока Скарамучче хотелось поймать его и поболтать, но тот, как назло, везде шатался с противным Итером. Это порядком раздражало. Ладно одну перемену, но вторую и третью… Скарамучча хмурый ходил один по коридору. После четвертого урока Казуха остался наедине с Венти. Они не часто сидели вот так вот вдвоем, поэтому было как-то неловко. Венти имел к Казухе пару вопросов, но не осмеливался их задавать. Казуха чувствовал это напряжение и начал сам. — Мы со Скарамуччей подружились. — обратился он к своему другу, пытаясь по лицу угадать его реакцию. — И он правда с тобой добр? — искренне удивился Венти, но осуждением с его стороны даже не пахло. Парень наоборот был заинтересован. Казуха кивнул. Самому было сложно в это поверить. Укротил самого буйного мальчика в школе. — Это очень круто, но Итер против вашей дружбы. — понизив голос, сообщил Венти. Сам парень, как бы он не ненавидел Фатуи и в том числе Скара, относился более мягко. Все же, Казуха не выглядел несчастным, он наоборот в последнее время как будто бы стал более веселым. Еще бы, от него наконец-то отцепились все эти придурки! — Я знаю, на самом деле, есть кое-что, чем я не могу ни с кем поделиться, и мне тяжело. — скамейка на первом этаже, наверное, не самое лучшее место для откровений, но Казуха вдруг почувствовал прилив комфорта. Скорее всего, это из-за спокойной реакции Венти. Тот в принципе был очень понимающим человеком. — Хочешь сказать мне? — сразу сообразил он. — Можешь быть уверен, что я никому не скажу! — он приставил к губам указательный палец в знак молчания. Казуха не знал, станет ли ему легче… Но он привык вечно с кем-то что-то обсуждать. В прошлой школе он был чуть ли не главным сплетником! А сейчас молчит весь год, пора это исправлять. Он приподнялся и шепнул Венти на ухо. — Я встречаюсь со Скарамуччей. Венти от удивления распахнул глаза и прикрыл рот рукой. — Ты не шутишь? — так же тихо произнес он. — Вот это да… — Не шучу. — А как так вышло? Казуха не успел раскрыть рот — к ним подошел Итер. Он весь день ходил мрачным и нервным. Это и понятно, ему сейчас нелегко. Хотя, Казуха считал, что тяжелая жизненная ситуация не повод для агрессии. Что ж, каждый переносит стресс по-разному… — Прячетесь от меня? — с ноткой наезда, сказал пришедший. — Действительно, зачем брать меня в разговор. — Эй, ты же у классухи был, мы просто на лавку отошли. — попытался оправдаться Венти. — На лавку, которая тремя этажами ниже. — усмехнулся Итер. — Вы очень «хорошие» друзья. Казуха положил ему руку на плечо, и Итер поднял на него вопросительный взгляд. — Не нервничай. — абсолютно спокойно сказал Казуха. — Тебе не идет быть злюкой. Итер приоткрыл рот, не зная, что и ответить. Он почувствовал себя неловко: подошел и ни с того ни с сего обрехал. Парень опустил голову и прошептал: «Прости». Казуха взъерошил ему волосы. — Скоро урок, идите. А меня просили забрать тетради в кабинете музыки. — сказал Казуха. — Давай я с тобой! — тут же вызвался Итер. Но Казуха до того устал от него сегодня, что хотел просто пройтись один. — Не надо, я сам. — Ты обиделся? — встревожился блондин. — Нет, просто я быстро. Казуха кивнул Венти и побежал к лестнице, что вела в младший блок, так как нужный кабинет находился именно в том блоке. Вообще, Казуха даже замедлился. Он решил не торопиться, просто прогуляться по школе. Скарамучча шел, уткнувшись в пол. Его резко остановили, схватив за руку. Начал звенеть звонок. Скар поднял голову и увидел перед собой Чжун Ли. Но вокруг не было никого. Ученики расходились по кабинетам, взрослых рядом не было. Ни администрации, ни завуча, ни других гостей. И Тартальи здесь тоже не было. — Скарамучча. — позвал его по имени мужчина, все еще держа за руку. «Да что я сделал?» — про себя подумал парень, вырывая руку из чужой хватки и вопросительно глядя в янтарные глаза напротив. — Ты меня не узнал? — наклонив голову, но все же отпустив юношу, спросил мужчина. — Пойдем со мной. — он продемонстрировал в своих руках ключ от какого-то кабинета. Скар не совсем понимал, что происходит, но он шел за Чжун Ли, думая, как исполнить волю Дотторе. Пока мужчина открывал дверь, Скар успел отправить Чайльду короткое сообщение со своим местоположением и добавил, что их цель вместе с ним. Итак, они вошли в кабинет. Чжун Ли не стал его запирать. Скарамучча бросил взгляд на стоящий в углу синтезатор. Когда-то мать пыталась заставить его играть на этих мерзких клавишах. Парень снял с парты стул и сел на него. — Так мы знакомы? — без особого уважения, спросил Скарамучча, пытаясь вспомнить этого человека. Да, лицо было знакомо, но вот имя — совсем нет. — Наверное, прошло слишком много времени. Позволь тебе напомнить. В прошлом я был адвокатом твоего отца. Взгляд Скарамуччи резко похолодел. Он не хотел возвращаться в те ужасные дни, в то время, когда шел суд. Да, у мертвых тоже бывают адвокаты. Вернее, Чжун Ли защищал интересы родственников мужчины, пытаясь добиться того, чтобы убийце дали максимальный срок. Но, как нам уже известно, он продул. — Допустим. — начиная что-то припоминать, смирился Скарамучча. — И что ты хочешь, адвокат? — резко перейдя на «ты», спросил Скар. — Понимаешь, я за справедливость. Не важно когда, главное, чтобы она восторжествовала. Это ведь была не оборона. Да, Скарамучча? Об этом ты говорил мне в слезах, когда шло дело. — Чжун Ли буквально давил на парня своими словами и взглядом. Скарамучча, не желающий больше к этому возвращаться, сжал губы, продолжая слушать. — Я понимаю, как тяжело ребенку осознавать, что его мать — убийца. Ты можешь помочь мне, и мы вместе посадим ее за решетку. Никто не в праве отнимать чужую жизнь. Тогда я был молод и глуп, но сейчас все иначе. Это дело до сих пор меня душит, пойми, я чувствую вину. Неужели, ее не чувствуешь ты? Скарамучча смотрел в пол и долго думал. Но думал не о словах Чжун Ли, а о том, как выполнить свое задание. На удивление, то, что раньше было триггером, сейчас не вызывало никакой реакции. Надо поблагодарить Дотторе за те таблетки, они сейчас действительно помогли. — Что от меня нужно? — подняв голову, с пустым взглядом, поинтересовался Скар. — Подпиши некоторые бумаги. — уже открывая портфель, восприняв ответ Скара как согласие на сотрудничество, ответил Чжун Ли. — А дальше мы возобновим дело. — И печать поставите? — как бы невзначай спросил Скар. — Все более чем официально, клянусь. — восприняв вопрос по-своему, сказал мужчина. Скарамучче только это и нужно было, главное, чтобы ловкость не подвела его. Чжун Ли не ощущал подвоха. Он помнил Скара маленьким разбитым мальчиком, который только и грезил тем, чтобы вернуть папу. По логике Чжун Ли, сейчас этот мальчик должен мечтать отомстить. Скар внимательно следил за движениями мужчины. И вот, в его руках сверкнула нужная парню вещь. Он уже впился в нее изучающим взглядом, как вдруг двери в кабинет раскрылись. И Скарамучча, и Чжун Ли замерли, глядя на вошедшего. Казуха в принципе тоже удивился. Впервые за несколько дней он смотрит Скарамучче в глаза. — Извините, мне нужно кое-что забрать… — произнес Каэдэхара и прошел в кабинет, не закрывая за собой дверь. Чжун Ли занервничал, а Скарамучча понял, что это его шанс. Парень выхватил из рук не ожидавшего подставы мужчины печать и побежал вон из кабинета. Казуха обернулся на шум. Чжун Ли уже метнулся вслед за вором. Но когда он выбежал из кабинета, Скарамучча как ни в чем не бывало стоял, прижавшись к стене и улыбаясь. — Простите, адвокат, но со своей мамой я как-нибудь без вашего участия разберусь. — Скар замолк, когда из кабинета высунулся Казуха, решив понаблюдать за происходящим. Чжун Ли от злости не совладал с собой и схватил Скарамуччу за руку, больно потянув на себя. — Мелкий гад. — прошипел мужчина. Скар не сопротивлялся, лишь отвернул голову, чтобы посмотреть на Казуху. Он и не ожидал, что тот не станет молча наблюдать, а встрянет в их перепалку. — Что Вы делаете? — раздалось у Чжун Ли из-за спины. Он ослабил хватку, но не отпустил Скара полностью. Оборачиваться мужчина также не стал. — Верни то, что украл. — сквозь зубы проговорил Чжун Ли. — Я ничего не крал! Проверьте карманы. Чжун Ли собирался вновь хорошенько встряхнуть парня, но в этот момент, Казуха схватил Скара и вырвал его из лап мужчины. Тот старался держать лицо, но было сложно, он смотрел на двух подростков, как на врагов. — Ты украл? — обратился Казуха к Скарамучче, но тот в ответ промолчал. Он уже завидел за спиной Чжун Ли кое-кого. Послышались хлопки в ладоши на манер аплодисментов. Казуха тоже заметил, что кто-то приближается. Это был Дотторе собственной персоной, который, по утренней легенде, был занят очень важными делами. — Здравствуйте. — обратился он к Чжун Ли, тот вздрогнул, услышав этот голос. — Так вот в чем дело. — протянул Чжун и досадно рассмеялся. — Это ты устроил мне такой теплый прием? — Давайте не будем вмешивать детей. — с легкой надменной улыбкой, сказал Дотторе и обратил внимание на Скарамуччу, а потом на Казуху, что стоял с ним рядом. — Почему не на занятиях? — глядя только на последнего, произнес он. — Он помогал мне в кабинете. — прикрыл парня Скар, на что Дотторе лишь кивнул, намекая, что с этим они разберутся позже. Чжун Ли скрылся в стенах кабинета, а после вернулся со своим портфелем. — Ну пошли, Дотторе. — с явно ощутимой неприязнью, проговорил он. И мужчины удалились в даль коридора. Скарамучча собирался последовать за ними. Где-то там сейчас сидит Тарталья, который оказался просто прекрасным сообщником. Ловко принял объект из рук Скара и быстро скрылся, оставшись совершенно незамеченным. Ну вот, и делов-то. А раздули из этого всего не пойми какой сложности дело. Скарамучча уверенно зашагал вперед. Но его схватили и за руку затащили в кабинет. Казуха закрыл за ними дверь на ключ, что был оставлен в замке. Сам парень прижался спиной к этой самой деревянной двери и вздохнул. — Объяснишь, что только что здесь произошло? — глядя в недовольное лицо парня, спросил Казуха. — Не, времени нет. Дай пройти. Казуха прикрыл ключ рукой, намекая, что никуда Скара не пустит. Тот нахмурился. С одной стороны, он соскучился по Казухе, но с другой, ему правда нужно было идти… Он подошел к парню вплотную, слегка отталкивая. Но, похоже, Казуха отступать не собирался. Он стоял, держа дверь спиной и вдобавок накрыв ключ рукой. Скарамучча предпринял еще несколько слабых попыток его оттолкнуть, но Казуха никак не поддавался. Все это было похоже на какую-то игру. Скарамучча не мог похвастаться бесконечным терпением. В итоге он в половину силы ударил Казуху локтем в бок. Блондин этот удар ощутил очень хорошо. Боль тут же разлилась по всему телу, и он, естественно, отшатнулся от двери. Скар собрался уже отворить ее, но все же бросил взгляд на Казуху. — Ну и вали. — держась за ушибленный бок, сказал тот. — Только имей в виду, если ты сейчас уйдешь — мы расстанемся. Скар открыл рот, чтобы возразить, но не смог ничего сказать. Ему стало противно от себя. Он правда сейчас ударил Казуху? Как же так… Он не хотел. — Зачем мне парень, который меня бьет. — чуть тише добавил Казуха. Скарамучча продолжал молчать, но сделал к нему шаг и в следующее мгновение крепко сжал в объятиях. Казуха, зажатый между дверью и Скаром, старался стерпеть несильную боль, оставшуюся после удара. — Прости, прости, прости. — повторял Скарамучча. — Я случайно, Казуха, я скучал, прости меня. — Может, если ты встанешь на колени, я тебя прощу. — не совсем всерьез, сказал Казуха. Разве мог он ожидать, что тот действительно встанет перед ним на колени, опустит голову и начнет извиняться. Эта картина просто поразила Каэдэхару. Скарамучча ощущал себя так, словно его отчитала мать и приказала извиняться. Хотя, кое-что было не так, как в те моменты. Например, Райдэн никогда не протягивала ему руку, чтобы помочь встать, а Казуха протянул. И Скарамучча ухватился за эту руку, опять прижимаясь к парню. На самом деле, Казухе не было так уж больно. Он просто слишком вжился в роль. В общем, Скарамуччу он простил и сейчас охотно сжимал в объятиях. — И где ты пропадал? — понизив голос, спросил Каэдэхара. — Я потом все расскажу, мне правда нужно идти… — Скарамучча собирался отстраниться, но Казуха не собирался ему этого позволить. Он ласково убрал челку Скара с лица и накрыл его губы своими. Скарамучча обвил руками его шею, прижимаясь ближе и углубляя поцелуй. Его сердце бешено стучало в груди. Парень целовал мягкие губы, а после, стыдливо уткнулся в чужую грудь покрасневшим лицом. — Тебе идет рубашка. — улыбнувшись, сказал ему Казуха. — А еще, у тебя так волосы отросли… — пропуская меж пальцев темно-синие прядки, добавил он. — Ты в курсе, что девушки тащатся по тощим мальчикам в обтягивающих шмотках? — как-то злобно произнес Скар, выставив перед собой и Казухой руку. То есть, он упирался ею в его грудь. — Это ты к чему? — накрыв своей ладонью его руку, спросил Каэдэхара. — К тому, что ты совращаешь девчонок. — подняв взгляд, резко ответил Скар. Он сам не один раз за день подмечал, как же, черт возьми, Казухе идет этот гольф, что прекрасно подчеркивает все прелести молодого тела. Казуха рассмеялся. Ему было так легко и комфортно рядом со Скаром, что он даже забыл о том, что хотел выведать у Скара, что за мужик к нему прицепился, и что же парень вновь натворил. Казуха сжимал руку Муччи в своей несколько секунд, но вскоре все же отпустил. — Иди, я закрою кабинет. — наконец отстраняясь, сказал парень. Скарамучча уже не хотел уходить, но просто знал, что это нужно. Он ушел, оставив Казуху одного в кабинете. Тот чуть было уже просто не вышел за ним, пока не вспомнил, что вообще-то пришел сюда за тетрадями. Парень подошел к столу, стал отодвигать все ящики. Какая-то подозрительная бумага привлекла его внимание. Казуха взял ее в руки. Текста было много и текст был мелкий. Взгляд парня зацепился за имя «Скарамучча». Он сложил бумагу в несколько раз и спрятал в карман, решив, что прочитает дома. Скарамучча шел по направлению кабинета Дотторе. Он думал уже войти внутрь, пока не увидел Чайльда, сидящего на лавке неподалеку. — О, ну что ты? — подходя к нему, спросил Скар. — Отлегло от души? — Думаю, да. Интересно, о чем они разговаривают?

***

Чжун Ли нервно наблюдал за тем, как Дотторе вертит в руках дорогую ему вещь. Семейная реликвия, которая была очень важна для мужчины, была утеряна таким глупым способом. Чжун Ли ведь знал, что ему обязательно устроят подлянку, но почему же он был таким не бдительным? Это все чертов Скарамучча, будь он проклят! Чжун Ли был уверен, что Скар согласится пойти к нему навстречу и начать сотрудничать, неужели за эти годы ему хорошенько промыли мозги? — Всегда мечтал подержать в руках эту хреновину. — губы Дотторе исказились в кривой ухмылке. — А ты всегда был жадиной. Оба мужчины не хотели вспоминать прошлое и свою дружбу, но Дотторе делал это неосознанно. Их прошлые взаимоотношения вряд ли можно назвать дружбой, но в молодости они все же были близки. Сейчас же между ними толстая стена. Чжун Ли — человек, который борется за справедливость, а Дотторе — тот, кто плевал на все это и с высоко поднятой головой идет против закона. От дружбы не осталось и следа. — Я от тебя не отстану. Я просто не могу. — сказал Чжун Ли, опустив взгляд в пол. Он не мог закрывать глаза на аморальные поступки Дотторе. Мужчина был задействован в крупном обороте нелегальных медицинских препаратов, к тому же сам принимал участие в разработке не пойми каких лекарств, но самое ужасное, что он тестировал их на детях и при этом являлся директором школы. Решетка плачет по этому мужчине. Ни капли человечности. — Отстанешь. — уверенно ответил ему Дотторе и пододвинул к мужчине его вещь. Тот вскинул брови от удивления. — И из-за этого нелепого номера я должен смириться с тем, что из-за тебя страдают дети? Дотторе улыбнулся. Он никогда еще не чувствовал себя настолько победителем, как сейчас. Вместе с печатью он придвинул к Чжун Ли папку. Тот недоверчиво на нее взглянул. — Что это? — Одобрение государства на мою деятельность в сфере разработки медпрепаратов. — сложив руки на груди, ответил Дотторе. — Не может быть. — хватаясь за бумаги, воскликнул Чжун Ли. — А как же пострадавшие дети? Коллеи до сих пор не встала на ноги из-за тебя! — Доказательства? — наклонив голову на бок, спросил директор. — Я не причастен к болезни этой малышки. — пожал плечами он. Чжун Ли вскочил, хотел наброситься на урода с кулаками, но сдержал себя. Лишь поправил свой галстук и вновь сел. — Эти бумаги получены незаконно. — вздохнул он. — Это просто бумаги. Неужели судьбы детей тебя не волнуют? — Видел Скарамуччу? — резко спросил Дотторе. Чжун Ли напрягся. — Он пьет мои таблетки и чувствует себя отлично, гораздо лучше, чем без них. — Он же не сможет слезть. Они убьют его организм и вскоре эффект будет, как от наркотиков. — старался донести до Дотторе очевидные вещи Чжун Ли. — Не говори о том, чего не знаешь. — Я все равно тебя засужу. Ты будешь гнить в тюрьме. — сквозь зубы произнес мужчина. — Давай, если кишка не тонка. — Своими действиями ты приносишь вред детям. Ребята из неблагополучных семей или те, чья жизнь не сложилась, бегут к тебе за помощью, а ты их просто используешь. — Услуга за услугу. Я им себя, они мне себя. Все честно. Не лезь не в свое дело. — Ты сядешь за решетку, клянусь.

***

— Бля, может нам не нужно здесь сидеть? — через пару минут спросил Скарамучча, которому надоело бессмысленно смотреть в потолок и молчать. — А куда пойдем? — с ощутимым безразличием ответил ему Чайльд. — На уроки. Тарталья меньше всего ожидал такой ответ от Скарамуччи. — Откуда такая тяга к знаниям? — удивился он. — Ты знаешь, как зовут мою тягу к знаниям. — тихо произнес Скарамучча и поднялся со скамейки. Казуха порядком взбудоражил его, хотелось скорее пережить эти пару уроков и наконец поговорить с ним вне школы. Или не только поговорить. — Ах, да. Как я мог забыть. — улыбнулся Чайльд. — Иди тогда, а я еще посижу. Скарамучча кивнул ему и ушел. Тарталья поднял ноги на скамейку и уложил на коленях свою голову. Он думал лишь об одном, и эти мысли доставляли неимоверную боль. Он сильно переживал из-за Люмин и мысленно каждую секунду просил Бога, чтобы он сжалился и помог его девушке победить болезнь. Подходя к кабинету Скар заметил Казуху, сидящего возле стены на коленях и сжимающим в руках стопку тетрадей. Каэдэхара тоже его заметил. — Быстро ты, а как резво от меня убегал. — обратился он к Скарамучче. — А ты чего сидишь тут? — Стремно заходить. Ругать будут. Уже пятнадцать минут урока прошло. — Всего пятнадцать? Пошли. — Скарамучча шагнул к двери и распахнул ее. Казухе пришлось резко встать. Они вместе зашли в кабинет. Первым вошел Скарамучча, претензий к нему не было, а вот бедного Казуху все-таки зацепили. — Каэдэхара, больше ни о чем тебя не попрошу. — недовольно произнесла преподавательница. Казуха лишь неловко улыбнулся и сел на свое место, оставив тетради на учительском столе. После урока они вместе с Итером вышли из кабинета и пошли в сторону класса, где сейчас был урок у параллели, чтобы встретить Венти. На удивление, Итер не стал спрашивать, как же так вышло, что они со Скарамуччей вместе вошли в кабинет, и вообще, почему Казуха так долго ходил за тетрадями. — Может прогуляемся после школы? — вместо этого спросил Итер. Казуху вопрос озадачил. В теории, он еще не предлагал встречу Скарамучче, но их отношения как будто были такими, что им не нужно было договариваться, чтобы знать, что они встретятся. — Я после школы не могу. — ответил Казуха, стараясь отвести взгляд. — Почему? — остановившись, спросил парень. Каэдэхаре тоже пришлось остановиться. — Ну, дела есть. — неловко ответил он, не успев придумать ничего лучше. — Отлично. — с иронией произнес Итер и развернулся в другую сторону. Казуха хотел его нагнать, но передумал. Что вообще творится с этим парнем? Казуха один пошел к Венти. Больше в этот день Итер к Казухе не подходил. Он все время ходил с Сяо и Каэдэхара чувствовал, что они обсуждают его. И это чувство не давало парню покоя. Он успокаивал себя тем, что Итер не такой и он не стал бы сплетничать о друге. Но встречаясь с парнем взглядом он понимал, что тот не белый и пушистый, каким кажется. После школы Казуха вместе с Венти шли к остановке. Они болтали о всяких мелочах, пока Венти не заметил кое-кого, идущего сзади. Он наклонился к Казухе и шепнул: — Эй, там твой Скарамучча. Казухе стало неловко от местоимения «твой». Он обернулся и поманил парня рукой. Тот не сразу понял, что можно подойти и что этот жест — знак приглашения. В компании Венти было очень неуютно. Парню нахождение рядом со Скарамуччей тоже особого удовольствия не доставляло. Поэтому он быстро и аккуратно, без лишних объяснений, слился. — Казуха, давай выпьем. — прижимаясь плечом к чужому плечу, предложил Скарамучча, заведомо зная, каким будет ответ. Он так был уверен в отказе, что не поверил, когда Казуха ответил: — Давай.

***

Венти пришлось свернуть и пойти пешком. К своему великому несчастью он наткнулся на Итера, причем тот был не один, а с Сяо. Это было очень плохо. Венти с этим парнем связывает одна очень неприятная история. В прошлом году на какой-то вписке он украл у Сяо первый поцелуй. Это была совершенная случайность. Если до этого Венти с Сяо просто редко общались, то после инцидента не разговаривали вообще. Венти надеялся просто пройти мимо, но Итер его окликнул, зовя к себе. Черт, ну что за невезение! Он подошел и столкнулся с суровым взглядом Сяо. «Чувак, я же сто раз извинялся, почему ты все еще так смотришь на меня!» — думал про себя Венти. — Почему избегаешь меня? — поинтересовался Итер. — Что?! Это ты нас избегаешь. — искренне удивился Венти. — Казуха предатель. — словно обиженный ребенок, проговорил блондин. — Это его дело, с кем ему общаться. — спокойно ответил ему парень. Нет, ну серьезно, это уже перебор. Венти все понимал, и он тоже ненавидел Фатуи, даже сильнее, чем Итер, но вмешиваться в дела Казухи — это не норма. Тем более, что тот не выглядит измученным или подавленным. Казухе хорошо не только с ними, и это нужно понимать. А Итер просто наглеет. — Пойдем отсюда. — беря Итера под руку, сказал Сяо. — Не хочу стоять со всякими… — он хотел добавить «пидорами», но воздержался от оскорблений. — А ты истеричка. — сквозь зубы в его адрес, сказал Венти. Сяо наградил его презренным взглядом. — Ну и смотри на меня так до конца школы. — Ну и буду. — впервые за весь год, Сяо сказал ему хоть что-нибудь. И почему-то Венти ощутил какое-то облегчение и даже не смог скрыть легкой улыбки.