Вместо смерти. Убитый Поэт

- Ваше величество, – обратилась королева-зелигена к Тайрону, улучив подходящий момент. – Перестаньте, наконец, мучить своего брата. Почему вы постоянно над ним издеваетесь, да ещё при всех? - Просто шучу, – беззаботно возразил король. – Чтобы не зазнался красавец наш писаный! А что это вы вдруг за него заступаетесь, добрая моя зелигена? - Шутки ваши – чересчур злые, – печально молвила королева. – Я вовсе не в восторге от лорда Альфийского – слишком тяжёлый и сложный у него характер, и ругается он, ах, ну просто невыносимо! Но, по моему мнению, в первую очередь, это – преданный нам с вами, порядочный и честный человек. А вы его восстанавливаете против себя, кажется, как только можете! - Ничего, переживёт, честный и порядочный, – хмыкнул король в ответ. – Мне лучше знать, каков мой брат, и как с ним обращаться… и – вообще! - Да вы его унижаете на каждом шагу, перед всеми! – воскликнула королева. – Напрасно! Он гордая и сильная личность, такие не прощают обид! На предстоящем балу вы опять станете заставлять его танцевать весь вечер, хотя прекрасно знаете, что он это ненавидит! - Он всё на свете ненавидит, – буркнул король. – Такой уж у него характер мерзкий. Так, что даже не сомневайтесь, обязательно буду! – упрямо заявил Тайрон. – Ещё как буду заставлять танцевать! Пусть принимает участие во всеобщем веселии, скучный зануда! Я и так устал объяснять на международных встречах и раутах, отчего второе лицо государства после меня – где угодно, но только не там, где должно быть, не рядом с нами! Мой брат столь не любит вращаться в обществе… - Просто он не светский человек. И… мне почему-то кажется, что он очень несчастен, – задумчиво проговорила королева. - Несчастен? Наш Великий Инквизитор?! – король рассмеялся так, что задребезжали духонепробиваемые стёкла. – Ах, да перестаньте! Не ищите в нём того, чего нет. Это всё ваши женские сантименты! Лорд Альфийский прежде всего – рыцарь Святого Ордена. Борьба с нечистой силой – вот смысл и цель жизни моего брата. Хотя, я никогда не понимал его до конца, это правда. Вообще, – Тайрон понизил голос, – между нами говоря, мой любезный братец в некотором роде тот ещё извращенец: принять сан и дать обет целомудрия, с его-то внешностью! Впрочем, пусть, как хочет.