Бесконечность

      — Что скажешь, сестра? — Шамаш внимательно, приложив указательный палец к губам, посмотрел на стоящую в центре тронного зала девушку.       Его сестра, Элишва из воздушных магов, лишь поджала свои пухлые губы и внимательно посмотрела на каждого из Повелителей, в число которых входил и её родной по крови брат. По всем законам природы, учитывая их схожий характер, их родители верили в то, что и Элишва станет огненной, но судьба решила иначе, одарив тогда ещё девочку магией воздуха.       Шамаш пристально смотрел на сестру, ожидая услышать её мнение насчёт произошедшего здесь и сейчас обсуждения, касаемого улучшения плана о поимке Пятого из Повелителей — Кингу. Ещё давно он заметил потенциал в Элишве, который вполне позволял встать на одну ступень с ним и остальными — быть одной из Пяти, опуститься на трон, что оставался пустым уже очень давно, расправить плечи и гордо приподнять подбородок, а не стоять здесь перед ними, не щадя своих ног.       Если бы это обсуждение проходило без Верховного и Иштар, что никогда не скрывала своей неприязни к Элишве, Шамаш позволил бы своей дорогой сестре сидеть, а сам бы простоял хоть час, хоть несколько за её спиной. Огненный маг сильно раздражался от того, что с ней их разделяло несколько ступеней в структуре иерархии власти их мира. Он жаждал видеть её наравне с собой, везде и всегда идти рука об руку, как шел рядом с Энлилем. Но Кингу, этот чёртов Кингу, скрывающийся неизвестно где, рушил все его планы и желания.       Как же сильно Шамаш хотел его свергнуть, чтобы это паршивое отродье Тиамат находилось в ногах всю свою долгую жизнь. Хотел видеть трон не пустым, а занятым Элишвой, которая была достойна. И так считал не только он сам. Энлилю такой расклад тоже был по душе. Возможно, и Энки, но мысли Верховного далеко не были доступными.       Сам Энлиль с интересом наблюдал за ней, точно так же ожидая долгожданного ответа, как и Шамаш. Элишва медленно перевела на него беспристрастный взгляд, получая в ответ легкую улыбку и едва заметный кивок, показывающий, что ничего не изменилось и не изменится между их троицей — и Шамаш, и Энлиль всегда будут на её стороне. Но всегда улыбчивый мужчина никогда не скрывал и подтекста: на её стороне, пока, так или иначе, их интересы совпадали. Он не скрывал своих намерений от Шамаша, несмотря на то, что они были братом и сестрой. И Шамаш всегда уважал его за правду, даже если она могла не понравиться.       — Я здесь состарюсь, пока дождусь ответа от неё, — вздохнула Иштар с наигранной усталостью, покачивая ногой и откинувшись на спинку трона.       Голова Элишвы повернулась резче, и она совсем не скрывала неприязненного взгляда, направленного на Повелительницу. Иштар надменно посмотрела в ответ и растянула губы в ухмылке. Ей нравилось показывать ту самую разницу между ними — она всегда и везде была выше, лучше, талантливее, сильнее. Оказывалась на шаг впереди. Не то, что Элишва. Но девушка терпела, молчала, не реагировала на подначивания со стороны Иштар, отпуская всю скопившуюся злость в спаррингах с братом, который всегда оставался довольным после них.       Поправив выбившуюся прядь из тёмно-русой пышной косы, Элишва выпрямилась в спине и сложила руки в замок перед собой, в ту же секунду обращая всё внимание на сидящего в центре ряда тронов Энки. Великий и могущественный. Аметистовые глаза девушки прищурились. Внутри поднялся вихрь ярости от безразличия к её ответу со стороны Энки, заставляя стиснуть зубы.       Повелитель подпирал щеку кулаком и смотрел в сторону, не обращая на неё никакого внимания. И это злило. В последнее время так и случалось — Энки не удостаивал Элишву даже взглядом, даже лишним словом, пока она не обратится к Повелителю с просьбой лично. И зачастую ответ его был сухим и односложным.       — Я бы пересмотрела несколько отрядов для засады, — Элишва приблизилась к расположенной на стене карте столицы и принялась водить пальцем, — здесь и здесь.       — Ты смеешь перечить нашему решению? — Иштар сжала в руках подлокотники своего трона.       — Мы ещё не пришли ни к какому решению, — скучающий и тихий голос Энки заставил Повелительницу заметно напрячься.       Ни один мускул не дрогнул на лице Элишвы, хотя ей так и хотелось злорадно ухмыльнуться. Но ни к чему сейчас устраивать представление. С этим идеально справляется Повелительница стихии земли.       Поведение Иштар… Люди и маги благоговели перед ней, она распоряжалась ими, как вздумается, используя в собственных и далеко не всегда благородных целях, но только не другие Повелители. Честно говоря, они редко прислушивались к её словам. И Элишва давно убедилась, что соперничество, как таковое, не имеет смысла. Она просто выполняла свою работу, шаг за шагом приближаясь к цели.       И пока девушка описывала свой план во всех деталях, предлагая сменить стратегию и перенаправить поисковые отряды в другую сторону, Энки не сводил взгляда с её рук. Наблюдал, как свои слова она сопровождала прикосновением длинных пальцев к карте, как отводила ладонь в сторону, указывая направление движения, и как затем опускала руку вниз. Смотрел на чёткий профиль, на бледную фарфоровую кожу, что казалась совсем прозрачной, на пухлые губы и на её горящие глаза, в которых всегда плясали смешливые огоньки, какой бы серьёзной внешне Элишва ни была. Он давно стал замечать за собой то, что всё чаще подмечал малейшие изменения в магичке, но так и не отводил своего скрытого от её взора взгляда.       — И что изменится? Чем нам поможет перегруппировка? Отступление? Тебе вообще хоть что-нибудь известно о военном деле?       Элишва поморщилась. Она не понимала, какого лахаму забыла Иштар на их собрании. Ей, по большему счёту, было абсолютно наплевать на поимку Кингу. И, казалось, единственной её целью было вставлять всем палки в колёса. Просто потому, что ей лишний раз захотелось внимания к своей персоне.       — Оставь свои капризы при себе, Иштар, от них уже тошно. Спектакли будешь устраивать людям, которые в рот тебе заглядывают. А если что-то не нравится — убирайся восвояси. От тебя я не услышал ни одного дельного предложения. И твоё присутствие начинает раздражать, — процедил Шамаш сквозь зубы, недовольно хмурясь.       Всего на секунду, на одну недолгую секунду Элишва задержала благодарный взгляд на лице брата. А затем чья-то ладонь опустилась на её плечо, отчего по рукам вниз побежали мурашки. Она узнала бы это прикосновение из тысячи. Энки. Казалось, совсем незначительный, обыденный жест вернул Элишве спокойствие, которое она рисковала потерять.       — Делайте что хотите, — Иштар одарила Шамаша брезгливым взглядом, — такими темпами Кингу вам не найти. Раз вы не собираетесь считаться с моим мнением, а прислушиваетесь к обычной служанке, — она посмотрела на Элишву, — то я и правда не вижу никакого смысла для себя находиться здесь.       Последним, что Иштар услышала, прежде чем громко хлопнуть дверью, был звонкий голос Элишвы, в котором всё же мелькнула ухмылка на последнем слове:       — Хорошего вечера, Повелительница.       — Эти собрания… утомляют. Предлагаю на сегодня закончить, — лениво протянул Энлиль, — м?       — Да, пожалуй. Элишва, спасибо за весьма занятную идею. Обещаю над ней подумать. И принеси мне завтра свитки с перечнем имён новых подозреваемых, будь добра, — Энки отстранился от неё, скрепив руки в замок за спиной.       — Сделаю, — Элишва посмотрела прямо на Энки и, не отводя взгляда, приложила два пальца к ключицам, неглубоко поклонившись, — рада быть полезной.       Снова ухмылка. Адресованная лишь ему. А затем девушка развернулась и покинула комнату, покачивая бёдрами, ощущая тяжёлый взгляд между лопаток. Вслед за ней вышли Шамаш и Энлиль, что-то негромко обсуждая.       Энки ещё долго сидел на троне, положив подбородок на сцепленные пальцы, и смотрел в окно на уже спящий город. И думал он далеко не о поимке Кингу, который для них был сродни предателю, почитавшему Тиамат. Образ Элишвы — стройной и утончённой помощницы — не выходил у него из головы. Она отличалась от остальных. Несомненно, её красоте всяко завидовала и сама Иштар, но внешность не была единственным её украшением. Образованность и огромное количество полезных навыков. Уверенность в себе и непоколебимость. Целеустремлённость и изящная сила, что могла принадлежать лишь женщине. Любовь и страсть к собственной жизни. Она не была пустой внутри. И это привлекало больше, чем что-либо.       И Энки понимал, что его интерес давно перешёл грань симпатии и физического желания. Ему хотелось… эмоциональной близости? Быть с ней? Быть её? И мысли эти казались такими естественными, будто это был единственный правильный и возможный исход.

***

      Ни Повелитель, ни помощница не могли уснуть этой ночью. В который раз возрождали в мыслях все их встречи, даже случайные, и желали оказаться сейчас в объятиях друг друга и нигде больше. Игры взглядами и прикосновения как бы «невзначай» вначале подстёгивали, подогревали интерес, но сейчас уже порядком надоели. Хотелось действий. И Элишва, вдохновлённая азартом сделать первый шаг самой, решила начать. Ей нужна была лишь капелька удачи и новая «случайная встреча». На этот раз ему не отвертеться.