Скажи мне кто ты и я скажу как сильно люблю тебя

С момента знакомства парней прошло уже 2 недели, и Хёнджин с каждым днём всё больше убеждался, что испытывает к Ликсу - так он ласково называл его - нечто большее, чем просто дружескую привязанность. Вот чего-чего, а влюбчивости ему точно не занимать, если уж нашёл того «особенного», то влюбляется неприлично быстро и надолго. Хван часто навещал Феликса в общежитии, у того была отдельная комната и они часто проводили время за просмотром дорам, поеданию чего-нибудь вкусненького и просто разговорами ни о чём. А так, как Хенджин умел очень даже хорошо рисовать, на стене у Ли вскоре появился его портрет, нарисованный умелыми руками «юного художника». Феликс постоянно грел себя тёплыми мыслями о Джинни, глядя на этот рисунок. Он очень трепетно относился к таким мелким, но таким важным подаркам, поэтому - будучи очень сентиментальным человеком - еле сдерживал слёзы, когда ему вручался этот маленький портретик. А эмпат - Хенджин, всё заметил - глаза Ликса всегда его выдавали - и понял, как этому солнышку важен его подарок. Направляясь в этот день к Феликсу, Хенджин знал, что и сегодня скорее всего будет наблюдать ту же реакцию, ведь в подарок парню он нёс самодельную фенечку из разных бусинок и бисера. Конечно же жёлтую, ведь жёлтый - это цвет солнца, а Феликс и был для Хвана тем самым маленьким, его личным солнышком. Нет, конечно он не был собственником и не считал Ликса только своим, но он ясно видел, что расцветает парень, только с ним. Видел, как он оживляется при виде Джина, как лицо расплывается в улыбке, каждый раз при виде, когда взгляды их встречаются, как горят при этом глаза. И эта мысль всегда очень грела, ему было несказанно приятно, что практически обожаемый им объект, так положительнона него реагирует. Непроизвольно улыбнувшись от этих мыслей, Хван постучал в уже знакомую комнату. Но радостная улыбка, горящие глаза и низкий, такой приятный голос, зазывавший его в свою обитель, почему-то долго не появлялись. Парень насторожился и постучал ещё раз. Всё то же самое. Тогда Джин решил аккуратно приоткрыть дверь и проверить, откроется ли она вообще, может хозяина нет в комнате. Хотя время они обговорили. Может просто в туалете? С этими мыслями, парень открыв дверь, заглянул в комнату. Феликс спал. Видимо вымученный зубрёжкой, он уснул, даже не дождавшись Хвана. И сначала парень хотел уйти, но такое милое, невинное личико Ликса, тянуло к себе как магнит и просто не давало закрыть дверь, разорвав этот невидимый контакт. Сев по-турецки перед кроватью, Хенджин не сводил с него глаз. Он был как будто в трансе, заворожённо смотря на солнышко, приоткрыв рот. Со стороны это выглядело, как будто Хван под чем-то, а он и был «под чем-то». Под чарами любви и обожания, которые как наркотик растекались по венам, полностью завладевая разумом и буквально растаптывая его. Через какое-то время Феликс видимо почувствовал на себе взгляд и открыв глаза тут же подпрыгнул на кровати, от неожиданности и страха. И даже поняв, что перед ним никто иной, как его прекрасный Джинни, он всё равно не опустил, поднятых от удивления, бровей. - Оу, мм, привет, я тут пришёл к тебе, а ты спишь, ну я и решил подождать.. - неуверенно произнёс Хенджин, постепенно выходя из транса. - Ты меня напугал, хаха - нервно проговорил Ли - прости пожалуйста, я даже не понял, как уснул, наверное устал немного…но это ничего страшного, ты то как? - с ноткой грусти и да, усталости, в голосе, спросил Ли. - У меня всё хорошо, а ещё я тебе кое-что принёс - достав фенечку из кармана Хван протянул её сидящему на кровати, ошеломлённому парню и переместился к нему. - Боже, Джинни, это так мило, спасибо большое! - Феликс тут же с улыбкой раскрыл руки, приглашая Хенджина в объятия. Соприкоснувшись с телом Ликса, Джин тут же почувствовал, как того немного трясёт, а на груди - в которую парень уткнулся - становится мокро. Взяв уже заплаканное лицо в руки, Хван начал аккуратно вытирать с него слёзы. - Солнышко моё, ну ты чего, это же всего лишь фенечка - успокаивал Хён, понимая, что конечно же для Феликса это не простая фенечка, что для него это теперь очень ценная и дорогая вещь. И в ответ он только улыбался сквозь слёзы, иногда срываясь на всхлипы и похныкивания. А Хенджин усердно продолжал вытирать слёзы, прижимать к себе солнышко всё ближе и гладить по мягким, светлым волосам, переодически целуя в макушку и вдыхая запах кокосового шампуня. И вот она, новая ассоциация с Ликсом - кокос. Пока что в этом скудном списке были только: солнце, шоколадное брауни (которое парень так любил есть и готовить, и которым от него так вкусно иногда пахло) и теперь вот, кокос. Весь оставшийся вечер парни прообнимались, смотря какую-то романтическую дораму, переодически срываясь на новые приступы плача Феликса. В эти моменты ему особенно остро хотелось сказать «я люблю тебя, Джинни», но разум не разрешал об этом думать, от чего слёзы накатывали ещё сильнее. Знал бы он, как ждёт этих слов Хенджин, конечно сказал бы их и не один раз, лишь бы Джинни улыбнулся.. Уснули они также, на Феликсовой кровати, и также в объятиях. Никто не хотел расцеплять объятия, но и странным это тоже никто не считал. Как будто всё так и должно быть. Ночь была неспокойной. Феликс несколько раз просыпался от ночных кошмаров, Хенджин просыпался следом и уже привычном способом успокаивал солнышко. А сам не спал пол ночи, всё думая, что же не так, неужели это мучает его каждую ночь, или дело в том, что Хенджин рядом? Хотя понимал, что это бред, ведь присутствие кого-то близкого наоборот, облегчало все проблемы, все кошмары. Значит дело в нервной системе. Ну конечно! Постоянный тремор рук, явно повышенная тревожность, сильная впечатлительность и чувствительность, теперь ещё и кошмары. Все эти факторы открывались Хенджину постепенно, давая общую картинку о состоянии Феликса. Но зато теперь парень лучше знает, как правильно обращаться с солнышком и как лучше за ним ухаживать. *** После этой ночи Феликс заметно начал отдаляться от Хенджина. Отменял встречи, не отвечал на звонки, односложно отвечал на сообщения. Хван просто не понимал, что происходит. А происходило с Ликсом осознание. Страшное осознание того, что он влюбился. Влюбился в парня, ориентацию которого он даже не знает. В своего, блять, друга. Поэтому ничего лучше как избегание, его мозг придумать не смог. Он надеялся, что это как-нибудь само потом решится, но лучше пока что отказать во встрече, и трубку лучше не поднимать, и на сообщение без любимых стикеров ответить… Учёба в голову не шла ни одному, ни второму. Все мысли друг другом были заняты. И оба не понимали, что им делать. Неужели их дружба прекратится так же резко, как и началась? Да. К этому всё и ведёт. *** Сегодня они встретятся. Сегодня они наконец-то поговорят. Вот только какие же разные у обоих мнения на этот счёт. Один с нетерпением ждёт, другой до жути боится. - Джинни, ну наконец-то, ты помнишь, что сегодня вечеринка? Уже предупредил Ликса? - с воодушевлением спрашивает Минхо. Местный красавчик, по совместительству их одногруппник, закатывал такие вечеринки практически каждый месяц, с поводом и без. Вот и в этот раз, никто даже не знал причины, все просто записывали в планы на сегодняшний вечер «дикий бухич». - Да, конечно, он обещал прийти - потягивая утренний латте ответил Хенджин. - Вы оба в последнее время какие-то холодные и отстранённые, что-то случилось? - озабоченно спросил Ли. - Не поссорились, а влюбились, точнее я, влюбился - сказал как отрезал, даже не подозревая, как он прав, в первой части своего предложения. - Ебаный рот - проматерился и схватился за голову Минхо, он ведь прекрасно знал, как любит Хенджин и чем это обычно ему оборачивается. Не к добру это. - И я так понимаю ты ему ничего не сказал, или ещё хуже, он тебе отказал, раз вы оба такие..колючие. - Первое, хен. - Так, ну уже хоть что-то, а когда говорить собираешься? - Наверно…сегодня. Вечером. - Ох, божечки-кошечки, Джинни, ты меня с ума так сведёшь, серьезно. Мне ж потом тебя вытаскивать из всего этого дерьма. Хотя теперь у меня есть повод для веры в бога, ведь кому мне ещё блять молится, чтоб всё у тебя было хорошо? - с нервным смешком спрашивает Ли. В ответ только грустное пожатие плечами. - Значит так, голову выше, и не унывать, слышишь? Всё будет хорошо в любом случае и при любом раскладе событий, слышишь меня? - взяв руками голову парня и заправив за ухо выбившуюся прядь длинных чёрных волос, Минхо легонько потряс его, и получив утвердительный кивок, мол - слышу и понял, отпустил Джина к его кофе. *** На вечеринку Хенджин не шёл, а буквально летел на «крыльях любви», прибывая одновременно в страхе и предвкушении освобождения от навязчивого чувства недосказанности. Но придя туда, и оглядев все знакомые и незнакомые лица, он не увидел того, ради кого сюда шёл. Феликса тут не было. Но он же обещал прийти. Присев на диван и открыв бутылку соджу, Хенджин стал терпеливо ждать, а в руке каждые 15 минут появлялась новая бутылка. Так прошёл час и четыре бутылки. Голова дико кружилась, тело не слушалось, поэтому откинувшись на спинку дивана, Хван погрузился в дремоту. Он представлял, как они с Феликсом обнимаются, целуются, уже как пара, как дарит ему жёлтый кардиган с ромашками, как они счастливы, обволакиваемые лучами солнца. В затуманенном разуме это всё было как в режиме замедленной съёмки. И вдруг что-то резко стало не так, Хван начал задыхаться, к горлу поступал ком и открыв глаза, парень понял что алкоголь прямо сейчас вырвется наружу. Шатаясь, он наощупь поплёлся в туалет, благо он был на видном месте, и только закрыв за собой дверь, парень тут же прильнул к белому другу. Длинные волосы прилипли к лицу, Хван задыхался и кашлял, так плохо ему ещё наверно никогда не было. Умывшись и прополоскав рот, мокрый Хенджин вышел из туалета, тут же на кого-то натолкнувшись. - Джинни?! Что с тобой, Джинни? - такой знакомый, низкий голос. Это был Феликс, точно Феликс. Он всё-таки пришёл. - Я..я..в прррядке - пролепетал Хенджин. Язык совсем отказывался слушаться, тело тоже. Но тут он почувствовал, как его начинают куда-то тянуть и ноги автоматически, но с трудом, заработали. Феликс вёл его в какую-то комнату, благо их тут было немало, многие уже даже были заняты. Вдруг Хенджин почувствовал что-то мягкое - его опускали на кровать - и тут же расслабился. - Ликс~и, мой Ликс~и, не уходиииии, побудь со мнооой - бредил Хван. - Я тут Джинни, я тут, боже, сколько ж ты выпил - вытирая мокрое лицо одеялом, и убирая такие же мокрые пряди с лица, задал Феликс, как бы риторический вопрос, на который и не думал получить ответ. - Три, четыре..ноль! - выпалил Хен и в «доказательство» показал Ликсу что-то отдалённо напоминающее знак «окей» - а ещё я тебя кажется <ик> люблю.. - Ты меня..что? - Феликс не верил своим ушам, сначала ему хотелось смеяться, от уверенного заявления Хенджина, что он не пил, но после последней фразы, улыбка тут же исчезла с его лица, сменившись недоумевающим выражением лица. Как это Джинни его любит? Он наверное имел ввиду как друга, точно. Или он вообще в пьяном бреду и не соображает, что говорит. Да, так Ликс, соберись и не принимай эти слова близко к сердцу - это просто пьяный бред. Но его мысли прервали. - Ёнбок~иии, я люблюуу тебяаа - протянул Хенджин, и начал плакать. От собственных слов. - Скаж-и чт-о любииишь мен-я - запинаясь и захлёбываясь в слезах взмолился Хван. И это был первый раз, когда он назвал Феликса, его корейским именем, отчего тот находился в лёгком, но приятном шоке. - Хенни, любимый, конечно я люблю тебя - машинально, дабы успокоить и выполнить просьбу этого любимого, произнёс Ли, не осознанно вкладывая в эти слова душу свою. А ведь это должно было быть обычным ответом на просьбу, ничем большим, по крайней мере для Ликса. А Хенджин тем временем продолжал бится в истерике, но в очень слабой истерике, такой же слабой, как и его тело сейчас. И вскоре это закончилось, он уснул в объятих Феликса, оставив того наедине со своими мыслями и теперь уже его истерикой. *** Утро у Ли началось с затёкшей, больной спины и такой же больной головы. Аккуратно сняв с себя Хвана, дабы не разбудить его, парень достали из своего рюкзака бутылку с водой и таблетки от головной боли. Предусмотрительный Феликс знал, чем заканчиваются такие вечеринки, поэтому таблетки и бутылочку воды, на всякий случай, он взял даже не задумываясь. Через какое-то время с кровати послышались шорохи и сдавленные стоны, оповещая Феликса о том, что «юный алкоголик» проснулся. Молча протянув хныкающему парню таблетку с водой, он начал гладить его по плечу, будто пытаясь притупить его боль. Заглянув в глаза Хвану, Ли тут же вспомнил ночное «признание» и все страшные мысли, будто того и ждали, тут же хлынули в голову. Такой необходимый в этой ситуации вопрос, уже вертелся на языке. - Ты помнишь что вчера было? - чуть дрогнув голосом в конце спросил Феликс. Хенджин просто уставился на него, затуманенным взором, и нахмурился, будто припоминая что-то. Осознание не заставило себя долго ждать, и от него брови сами полезли на верх, а глаза округлились, придав лицу какой-то даже безумный вид. Парень вспомнил немногое, но даже этого ему хватило, чтобы понять, какую огромную ошибку он совершил. Нет, конечно признание входило в его планы на тот вечер, но уж точно не так, не в таком состоянии и не в такой обстановке. А что чувствовал Феликс при этом? Что он теперь думает? Поморщившись от этих неприятных вопросов, Хенджин нервно закивал, на заданный до этого вопрос Ликса. Да, он помнит. - А можешь вспомнить, что означали эти слова? - с опаской спросил Ли. - Что я…люблю тебя, Ликс~и - парень сам не понял как сказал это, как будто им руководило только сердце, а мозг и разум на время этого разговора взяли перерыв. - Как..как друга? - с ещё большей опаской и дрожью в голосе. - Н..не совсем, Ликс - Джин потупил взгляд, а потом как-то виновато посмотрел на Ли, мол «ну ты же понимаешь о чем я». Лицо Феликса загорелось, именно так, как и всегда, при виде Хенджина. Улыбка расплывалась по лицу. Не в силах сдерживаться, парень заключил Хвана в свои нежные, солнечные, согревающие объятия. - Джинни, Джинни - задыхаясь от переизбытка эмоций и с огромной улыбкой на лице проговорил Феликс - я так тебя люблю, так люблю, ты даже себе не представляешь. Ошарашенный этим признанием Хенджин, сначала недоуменно посмотрел на парня, а потом тут же потащил его за собой, в кровать, увлекая в таком долгожданном для обоих поцелуе. Мокрые, после воды, губы Хвана, соприкоснулись с сухими губами Ликса, восстановив баланс. Теперь у обоих были в меру влажные губы. А тепло и радость от поцелуя, разносилось по всему телу, заставляя полностью отключить мозг и переместиться в состояние транса. Они двигались медленно, наслаждаясь каждой секундой, каждый раз чуть ли не вздрагивая, когда их языки соприкасались. Наконец уже онемевшие губы разомкнулись. Они продолжали смотреть друг на друга, затуманенными от счастья глазами непроизвольными улыбками и тяжело дыша, от нехватки воздуха, после долгого поцелуя. - Какой же ты красивый, Ёнбок~и - завороженно проговорил Хен, завлекая парня в новый поцелуй.