Жизнь-прикол, или реальные будни Антона Шастуна

Съёмки прошли ужасно. Просто немного об ощущениях Шастуна на этот вечер (а точнее, ночь). Сперва он чуть не грохнулся в обморок прямо в эфире, что уже звучит обнадёживающе, не так ли? Потом он всё оставшееся время проклинал себя за этот приступ, потому что чересчур взволнованная Ефросинья Кондратьевна остановила съёмки и вызвала скорую. А как известно, у нас в стране с этим есть некоторые проблемы. В общем, пока сотрудники спецслужбы ехали через всю Москву по вечерним пробкам до ГЛАВКИНО, вся съёмочная команда успела тысячу и один раз проклять Кондратьевну за то, что она вообще решила позвать Шастуна на передачу. Самого Антона старались не трогать, но ему всё равно было очень стыдно перед коллегами. В один момент к почти заснувшему от скуки мужчине неожиданно подошёл Белый, кладя руку на плечо. — Что ж с тобой случилось-то, Тох? - вздохнул ведущий. — Рус, честно, хер его знает. Я и сам-то толком не помню ничего после входа в гримёрку. Тебя, вот, только помню, фифу такую с накаченной жопой помню, и эту… ну как её… а, Кристину. — Кристина.. это та, которая стилист? — Да. Вроде. — Кстати, мы Ирке твоей позвонили. Сказали, что тебе плохо, что ты в обморок чуть не грохнулся, всё короче рассказали. И.. — Что?! Вы Ире звонили? Нет, пожалуйста, скажите, что вы шутите… - Антон пересел поудобнее и опустил голову в ладони, - Она же у меня паникёрша ещё та.. Вы понимаете, что она сейчас приедет.. Она же уже наверняка все больницы и морги обзвонила, чтобы уточнить, живой я или нет… — Сорян, Шаст. Мы правда не знали. - покачал головой Руслан. — Прости. Вы-то тут реально не при чём... - коротко извинился Антон, представляя, как Ира уже едет сюда, ночью, на такси с полной сумкой лекарств. Ефросинья Кондратьевна наворачивала круги по площадке, постоянно разговаривая с кем-то по телефону. Вся съёмочная группа с заёбанными лицами сидела в креслах, каждый залипая в своём гаджете. Андреев сидел рядом, шумно вздыхая. В помещении стояла буквально замогильная тишина. Тихо было настолько, что каждый вздох Андрея разносился эхом, уходя куда-то в небо. Вдруг раздалась вибрация, зазвонил телефон. Показался знакомый номер, "Ируся". Не переставая удивляться, Шастун медленно провёл пальцем по зелёному изображению телефонной трубки. Не успев даже слова произнести, у него отжали телефон. Дрон, увидев имя пользователя на экране, буквально выхватил гаджет из его рук и моментально вскочил со своего места. — Да? Привет, Ир, это снова я.. Да, да, Андрей. Угу.. Шаст в сознании, всё ок, да. А где ты сейчас? Ага.. Окей, щас я подойду, да. Ага, давай. - Антон просто молча наблюдал, даже не пытаясь вернуть телефон законному владельцу, коим он и являлся. В то же время Андреев, коротко кивнув Руслану, спокойно отдал гаджет по-прежнему охеревшему мужчине и немедленно вышел из помещения. Теперь непоняток стало ещё больше. Вся съёмочная группа переглянулась и принялась что-то обсуждать. Ефросинья Кондратьевна перестала расхаживать по комнате и вести с кем-то бессмысленные разговоры, а Белый так вообще достал из внутреннего кармана пиджака пачку сигарет и направился в сторону выхода на улицу. Все эти действия ещё больше насторожили и без того потрясённого Шастуна, что продолжал молча сидеть и наблюдать за происходящим вокруг. Неожиданно дверь распахнулась прямо перед Русланом и вдарила ему чётко по носу. Есть, конечно, несколько вопросов к проектировщикам этого здания, что решили дружно забить хер на технику безопасности. Все сидящие в зале скривились. В комнату буквально влетела Ира, надвигаясь прямо к своему молодому человеку, даже не обратив внимания на пострадавшего ведущего сзади.  Открылся также обзор на удивлённого Андрея, застывшего прямо в дверях, что, отойдя от шока, мигом кинулся к упавшему от силы удара Руслану. Кузнецова тем временем уже достигла своей цели, нависая над Антоном, словно над пациентом во время операции. Боевая девушка, ничего не скажешь. Шаст усмехнулся этой мысли, но в следующую же секунду был заключён в объятия этой самой боевой особы, что именовалась его будущей женой. Господи, хоть бы не задушила… — Я переживала за тебя, Тош. - обеспокоено сказала Кузнецова, осматривая его с ног до головы, словно могла увидеть что-то новое. — Ирусь, ну не стоило приезжать, ну в самом деле! Что я, не справился бы? - ласково спросил Антон, поглаживая девушку по спине. — Но я же переживала! А так ты бы пришёл домой, и скрыл бы это от меня. А теперь я буду за тобой следить. Посмотрим ещё, что доктора скажут. - решительно заявила Ира. Шастун сдержал порыв рвано выдохнуть. Она всё-таки действительно волновалась, раз сумела добраться до студии в двенадцатом часу ночи и каким-то образом оказалась внутри. А вот это уже реально вопрос. — Ты как вообще в здание-то попала? - с искренним интересом поинтересовался Антон, приподнимая брови. — Ну… Поначалу они не хотели меня пропускать, мол, девушка, кто Вы, есть ли у Вас пропуск.. - с недовольным лицом спародировала Ира, продолжив, - Я сказала, что пропуска у меня нет, но я девушка Антона Шастуна, и поэтому они обязаны меня пропустить. — Ии? - даже как-то боязливо спросил Шастун, совершенно не представляя, что же она могла сделать в той ситуации. — И я позвонила Андрею.  — Блять, точно. А то я уже испугался.. - выругался мужчина, понимая, что реально ни хрена не соображает. — Тош, что-то болит? - взволнованно глядя на своего молодого человека, спросила Кузнецова. — Да нет, Ирусь, всё нормально. Просто уста.. — Ага, устал! Сегодня ты в обмороки на работе падаешь, и ничего мне не говоришь, завтра тебя здесь хватанёт инсульт, и ты по-прежнему ничего мне не расскажешь, а послезавтра ты здесь и окочуришься, а я опять узнаю об этом не от тебя самого, а от твоих коллег?! — Ну.. Если подумать, то о моей смерти от меня самого ты точно узнать не сможешь. - хихикнул Антон, слегка улыбнувшись. — Так, Шастун! Перестань паясничать, и обзаведись, наконец, привычкой использовать любезно данную тебе природой способность - говорить! - саркастично произнесла Кузнецова, сложив руки в боки. Ну точно мама, ну! — Ну ладно, ладно, прости, Ирусь, я действительно должен был тебе рассказать. Что, впрочем, уже не есть обязательным.. — Я не расслышала? — О, моя богиня Ирина! - наигранно воскликнул Антон, не прекращая улыбаться, - Я признаю честное поражение в этой словесной борьбе с Вами.. - девушка вновь грозно взглянула на него, - … в этой сложившейся ситуации, и готов добросовестно понести наказание за нанесённые Вам ущербы!  — Так, мой верный слуга Шастун, - начала Кузнецова, на что Антон удивлённо приподнял брови, уставившись на неё, - я, так уж и быть, прощаю Вас за все содеянные Вами вещи, но в качестве, как Вы сами выразились, наказания, попрошу не повторять подобного в будущем и не бесить меня непосредственно в настоящем. Свободен! Пара на несколько секунд замолчала, после чего оба, не сдержавшись, засмеялись, посмотрев на серьёзные физиономии друг друга. Все остальные в зале не обратили на них никакого внимания, продолжая искать на съёмочной площадке хоть что-нибудь холодное, что можно было бы приложить к ушибленному носу ведущего. — Ирусь, ты бы хоть перед Русом извинилась. - усмехнулся Шаст, коротко взглянув на скорчившегося Белого. — Ой, да не умрёт. - нет, позже она всё-таки действительно извинилась. Сразу после этих слов в предусмотрительно открытую дверь ворвались врачи с носилками и какими-то оранжевыми контейнерами на заклёпках. Они сразу подбежали к Антону, отодвинув девушку, нависшую над ним, и начали проверять различные показатели, расспрашивая подробности у людей со съёмочной площадки. После осмотра один из врачей подошёл к Ире, и что-то подробно объяснил. Она же, в свою очередь, постоянно кивала и что-то записывала в заметки телефона. Все смотрели за этим без особого интереса, просто ожидая окончательного вердикта. Руслан сидел в одном из кресел, придерживая на носу единственное, что ребята смогли найти - чью-то еле-еле прохладную банку энергетика. — В целом, все показатели в норме. Это результат сильного переутомления, поэтому, если Вам нужно закончить съёмки именно сегодня, то сначала хотя бы сытно накормите молодого человека и дайте немного передохнуть. А вообще, конечно, советую продолжить, когда он хорошенько выспиться, то есть завтра или даже позже. Но это, конечно, исключительно с его решения. Если он откажется продолжать, то Вы не имеете права его здесь задерживать. - спокойно отчеканил доктор ровным голосом. Ира кивнула и строго посмотрела на Антона, который нахмурился, взвешивая все за и против, прикидывая все возможные нюансы, которые могут возникнуть. — Я закончу съёмки. - решительно заявил Шастун, удивив этим многих присутствующих. Даже врача, который так и замер с ручкой в руках, явно ожидая иного исхода событий. — Вы уверены? - ошалело спросил мужчина, поправив очки. — Да. Я и так серьёзно подвёл людей. Дальше время пошло ощутимо быстрее. Ира заказала ему доставку. Из Мака.. Да, фастфуд, конечно, далеко не лучший вариант, но Шастун заявил, что ничего другого есть не будет и девушке пришлось повиноваться. Всю съёмку от начала и до самого конца контролировала Кузнецова, которой по итогу даже выделили место в зрительном зале. Девушка внимательно следила за своим молодым человеком, хоть тот и уверял, что уже нормально себя чувствует, и даже по окончании этого адского пиздеца пошла с ним в гримёрку, всё ещё переживая за его состояние. На выходе из ГЛАВКИНО на Антона неожиданно налетели две девушки, терпения которых хватило дождаться своего кумира после всего произошедшего. Честно, он был удивлён и приятно потрясён мыслью, что они ждали его столько времени.  После небольшого диалога и мини-фотосессии с девушками, которых, оказывается, звали Олей и Алиной, Шастун направился на парковку, к своему любимому чёрному джипу. — Давай, может, я поведу? - предложила Ира, с прищуром глядя на него. — С ума сошла? У тебя же опыта практически нет, ты только права получила месяц назад! - приподнял бровь мужчина, доставая ключи. — Ой-й, сейчас всё равно никто не смотрит, как я там езжу. Тем более, ты пару часов назад чуть не упал в обморок, балбес, так что возражения не принимаются, - сегодня поведу я. - принципиально заявила Кузнецова. Антон же решил не спорить - всё равно бесполезно, и спокойно сел на пассажирское. — Если мы попадём в аварию, то хотя бы вместе. - Ира вновь сердито взглянула на него, - Эх.. грустная история.. парень с девушкой погибли в автокатастрофе, так и не доехав до ЗАГСа.. - полушутливо тихим тоном проговорил комик, прыснув со своих же слов. — Шастун! - возмущённо воскликнула Кузнецова, чуть ли не рыча, - Если ты всё ещё хочешь, чтобы я тоже стала Шастун, то соизволь закрыть свою пасть и не мешать мне ехать. Антон, не удержавшись, захохотал, схватившись за живот, пока машина двинулась с места, выезжая с парковки. Девушка, мигом посмотрев на своего заливающегося парня, тоже сбавила свой, и так ненатуральный, пыл и расслабленно улыбнулась, спокойно ведя машину по абсолютно пустой широкой дороге. Это, конечно, весьма и весьма непривычное явление, но сейчас уже полчетвертого ночи. Ну, или утра. Спустя примерно полчаса дороги начался рассвет. Пока что маленькое, алое пятнышко выглядывало из-за горизонта, создавая очень необычный, даже прожекторный эффект. Антон за годы на сцене такого дофига насмотрелся. Ира не смогла отказать себе в удовольствии пофоткаться на фоне такого красивенного явления природы. Она совершенно спокойно, даже не слушая восклицаний Шастуна, залезла на крышу машины, заставив мужчину фотографировать себя с разных ракурсов. Что, в целом, с его ростом труда не составило. — Кайф. - тихо произнесла девушка, восторженно глядя на Солнце, что с каждой минутой поднималось всё выше и выше. Вот тут-то Антон и поймал кадр. Пожалуй, самый удачный из всех. — Мы скоро поедем уже? - наигранно-недовольно проворчал Шастун, всё ещё ожидая, пока девушка слезет с машины. — Вот умеешь ты момент испортить. - так же недовольно ответила Ира, спуская ноги вниз. Он помог ей спрыгнуть и коротко поцеловал в щёку, отстранившись. — Поехали уже, принцесса моя, с башни упавшая и башней поехавшая. - усмехнулся Антон. — Поехали, принц мой гороховый. - не осталась в долгу Кузнецова, ярко улыбнувшись. "Солнышко на солнышке", - подумал Шаст, садясь на сидение. На этот раз водительское.                                  

***

— Антох, ну чё ты, как? Собрался уже? - слишком бодро спросил Гараев, наверняка улыбаясь сейчас на том конце провода. — Поправочка, не ты, а Вы. Был бы только я, я бы уже б запхал в рюкзак запасные трусы и презики и поехал бы с миром.. - ответил мужчина, стараясь ровно свернуть футболку, которая всё никак не сворачивалась. — Шастун, мне не послышалось? - послышался наигранно-возмущённый голос Иры из соседней комнаты. — Послышалось. - выдохнул Антон, усмехнувшись. Из трубки послышался смех Айдара, который сейчас, в отличие от Шастуна, не занимался бесконечным складыванием-перескладыванием вещей из пустого в порожнее. То есть из одного отсека чемодана в другой и наоборот. Зачем Ире столько вещей, если они летят всего на неделю, он так и не понял. Хотя, это же знаменитая хвалённая женская логика, Господи.  Пора бы уже привыкнуть за несколько лет совместной жизни. — А ты как? - устало поинтересовался он. — Да я зашибись. Я-то один лечу. - ехидничал друг. — Ах ты гнида.. — Шастун! - снова провозгласила Кузнецова, чуть повысив тон. — От Шастуна слышу. - усмехнулся Антон, явно довольный тем, что смог немного озадачить девушку. — Спасибо конечно, но на второго Шастуна в доме ты ещё не заработал. - мстительно хмыкнула та, не растерявшись.  Боевая, ничё не скажешь. Зато моя. Гараев снова заржал. Но уже громче. — Семейные мелодрамы, ах! - хлопнул тот в ладоши, издеваясь над мужчиной, которого загнали в тупик сразу с обеих сторон. — Собирайся давай, тамада ты грёбанная.                                

***

Даже в аэропорту не обошлось без приключений. Сперва Антон, возомнив себя кем-то вроде Ди Каприо, повёл Иру в местное кафе, где оставил почти две тысячи за простой Капучино с шоколадным пирожным. Он на всю жизнь запомнил момент, когда весь присутствующий персонал Шереметьево просто вголос ухахатывались над ним, оплачивающим счёт и с матами клявшимся никогда больше не жрать в аэропорту. Кузнецова поблагодарила его за приятный перекус и за рукав повела в нужную очередь, подальше от заваливающихся от смеха сотрудников. Уже в самолёте он случайно задрал юбку одной из стюардесс, за что получил подзатыльник от Иры и "Шастун! Я б тебе задницу надрала за такое поведение, да увы, не могу!". Антон на это лишь усмехнулся и сказал, что в их паре задницу надирать будет только он. Ира, покраснев, снова прописала ему подзатыльник, а та стюардесса, смеясь, попросила у него номер телефона. Хоть долетели без происшествий, и слава богу. В Питере было ощутимо холоднее, чем в столице, однако это добавляло какой-то даже колоритности в этот город. Вечер встречи только завтра, в два надо быть возле универа. На четыре заказан караоке-бар. Всё должно быть зашибись, как выразился бы Айдар. Который, кстати, приблизительно через пару часов тоже должен прилететь. Прогуливаясь с Ирой улицами Санкт-Петербурга, Антон почему-то задумался о свадьбе. Вообще, конечно, формально это было бы важнее больше для Иры, чем для него, это понятно. Каждая девушка, так или иначе, когда-то да мечтала о прекрасной свадьбе с не менее прекрасным принцем и подбрасыванием букета. Но его девушка не такая. Она никогда не требовала этого, хотя они говорят о подаче документов уже не менее полугода. Всё-таки, вместе уже столько лет. Она и сама не раз говорила, что тупо вваливать кучу бабла в организацию, внешний вид и во все прочие вытекающие свадебного банкета на то, чтобы на халяву накормить многочисленных родственников, приехавших из разных концов света - идея хуёвая.  По крайней мере, лично для них. Он уже далеко не первый раз задумывается об этом. Так или иначе, тема очень важная. И далеко не последняя в обиходе. Чёрт возьми, да, он будет жениться на этой взрывной, открытой, порой нервной, смешной, волнительной, творческой девушке. Вот будет и всё. Надо просто мозги врубить и в который раз понять, что да - любит. Если вечно сомневаться, из этого мало что может получится. Ты никогда не будешь "до конца" готовым, чтобы принять решение, причём абсолютно любое. В данном случае - просто пара вопросов. Любишь? Люблю. Уживаетесь вместе? Да, более чем. Планируете дальше делить совместный быт? Да. Хочешь жениться? Да. Хочу. — Антош, чего застыл? - обратилась к нему эта самая девушка, которую он ненароком тоже заставил остановиться. — Да.. ничего. - выдохнул мужчина, - Задумался просто. О.. нас. - закончил он, наконец, мысль, что последнее время всё никак не покидала голову. Ира выдохнула, глядя ему прямо в глаза. После чего внезапно улыбнулась, припадая к груди Антона и сгребая его в какие-то несмелые объятия. — Я… прости, Тош, просто это было неожиданно. Я.. честно, не думала, что ты вообще об этом думаешь.. Типа это же всё а-ля только мне важно и все дела.. - как-то даже боязливо сказала девушка, опустив взгляд. — Ирусь, ты не подумай, что я к этому так отношусь. Безусловно, я не раз говорил об этом, - свадьбы, именно свадьбы, лично я не хочу. Но для меня это тоже важно. Не скрываю, раньше я думал, мол, вот, вся эта фигня только для тёлок и всё прочее.. - девушка внимательно слушала, всё ещё не поднимая головы, - Но я подумал и.. Я теперь понимаю, что это убеждение выглядит чересчур "классически", нереально. В плане, я не поддерживаю этот нездоровый пофигизм. Ир, честно, я могу и хочу с тобой расписаться, стать мужем и женой и все прочие делишки. А в качестве церемонии просто укатить куда-то за горизонт в а-ля безсвадебное путешествие, и катись к чёрту эти стандарты общества. Кузнецова, наконец, посмотрела ему прямо в глаза. Она сейчас выглядела, как ребёнок, который попросту не верит, что это всё реально. — Я счастлива, что ты это понял, Тош. Спасибо. - Шастун в ответ просто кивнул. Он тоже не верит. Он тоже счастлив.