ОПГ Ромашка

      Минхо много думал потом о том, правильно ли поступил, что остался в ОПГ; может было бы лучше остаться с Джухоном? Но нет, его мысли никогда не сворачивали в прошлое, не думали, что тогда было лучше. Итог таких умозаключений всегда был один: Джисон вытащил Мина из помойной ямы и помог ему, тот в свою очередь остался там, где нужно. Джи действительно буквально поставил парня на ноги, заставив в его обществе расцветать, учил Хо тому, как показывать свою любовь, как принимать внимание к себе, как общаться с другими. Хан был просто золотом, которое так неожиданно нашлось. Ли отдаст за него всё состояние, все деньги, все драгоценности, потому что Джисон поистине прекрасен и он попросту сокровище для Минхо — его золотце, прелесть…       Но мы забежали чуть вперёд…

***

      Первые дни Минхо осваивался, если говорить проще, его пытались одомашнить всеми возможными способами. Мин предстал перед парнями таким неординарным человеком, от которого даже просто ожидать какие бы то ни было действия было страшно, он был совершенно непредсказуем. Крис очень нервничал, что Хо не впишется или ему станет жутко некомфортно, но тот шёл на контакт с маленькой, но все же, заинтересованностью. Чану всегда казалось, что этому поспособствовал никто иной, как Хан Джисон.       Эти двое были как две самые лучшие подружки, как говорят: «Мы с Тамарой ходим парой». Так и они: было поистине сложно, практически невозможно, увидеть парней по раздельности. Что Ли, что Хан, нашли в друг друге что-то такое, что влекло их друг к другу до звёзд в глазах. Что-то такое, что связало их толстой нитью, которую нереально порвать.       Минхо также хорошо сдружился с Хваном, но, по-прежнему единственным, кто понимал творчество Хёнджина, оставался Джисон. Порой они ревновали друг друга к Джину, что со стороны всегда выглядело крайне нелепо и смешно. Мин неплохо беседовал с Питом, но их беседа всегда была короткая, потому что обоим хотелось в таком обществе лишь молчания. Только с Чонином у Хо возникли проблемы, даже несмотря на то, что дружба Яна с Хваном проходила бок о бок с дружбой Ли с тем же Хваном. Мало того, рядом с Ли этот мальчишка вёл себя очень дерзко и никогда не боялся сказать о чём-то прямо в лицо собеседнику, хотя Минхо эта черта характера Чонина больше располагала к себе, чем отталкивала. Но Мин всё равно долго не мог найти с Чоном общий язык, хотя он очень хорошо постарался, чтобы в одинаковой мере уметь общаться со всеми, чего Хо, в принципе спустя время, добился.       Первым, конечно, на контакт пошёл Хан.

***

— И мне! — пискнул Джисон, приоткрывая рот для сигареты. На тот момент Джи и Ли общались около полугода.       Минхо по-доброму усмехнулся и, схватив двумя пальцами свою сигарету, которую только что закурил, аккуратно вставил её между пухлых губ. Глаза Хана тут же запеленало странное чувство, что-то среднее между возбуждением и восхищением. С такого зрелища Мин лишь рвано выдохнул, сдерживая желание поцеловать губы парня рядом. Джисон вдыхает никотин и отстраняется от сигареты, после выдыхая дым в сторону. — Ещё хочешь? — тихо спросил Хо. — Нет, я хочу… нет-нет, кури, — неловко засмеялся Джи. Он решил не продолжать фразу: «Я хочу твои губы, а не сигарету».       Ли пожал плечами и задумался. Он только что рассказал Хану о том, что был рождён с синдромом русалки. За срощенные в детстве ноги его гнобила бабушка, пока мальчику не сделали операцию. Минхо рассказал о всей своей жизни Джисону: как начал угонять авто, как чуть не сгорел заживо и как перенёс смерть бабушки. — А почему ты так мало ешь? Даже Яма больше тебя метелит, хотя раньше он был тем, кто ел меньше всех. — Так получилось. Я сам не знаю, — сбросил пепел с сигареты. — Бабушка сказала один раз, что не может меня кормить нормально и урезала порции нахуй. Я всегда мало ел… До сих пор не могу есть больше того, что мне раньше давалось. — Ебать, да у тебя, походу, какое-то расстройство желудка, — встревожился Джи. Он сел поближе к другу. — Надо сказать Крису, он должен отвезти тебя к врачу. Мы все там уже побывали. — А что с тобой не так?       Хан рассмеялся как ребёнок. — У меня гебефренический синдром. Я тебя пугаю? Я отталкиваю от себя людей, — он издал смешок. — Нет, нисколько. Похоже, я ненормальный. — А я, блять, нормальный? — Да. Меня привлекает всё нормальное.       Хан вглядывается в глаза Мина, пока тот докуривает, так же вглядываясь в глаза Джисона. — И я? — Ты же нормальный, — Хо непринуждённо тушит сигарету в пепельнице. — Тогда меня привлекает всё ненормальное. — А я ненормальный? — ухмыльнулся. — Да.       Ли медленно кивает и всё больше расплывается в улыбке. Произошло самое невинное и непринуждённое признание, хотя… может, это было не оно?.. Минхо сощуривает глаза, пробуя тем самым залезть внутрь Джи, чтобы понять серьёзность его слов. Конечно, из этого ничего не получается: одно дело предсказывать действия и слова, совсем другое пробовать узнать, что творится у человека в голове. Это занятие было настолько привлекательным и завораживающим для Мина, что он подолгу сверлит людей глазами, отчего они пугаются и быстро ретируются, не в силах держать на себе тяжёлый взгляд. Да, это одна из интереснейших вещей человечества — что же творится в голове другого, может он представляет, как вы трахаетесь? или то, как он топит кого-то? а может, как зарабатывает миллионы? Да всё, что угодно, может происходить в этой коробочке. — Что же ещё по твоему мнению ненормальное? — Только ты.       Щёки Хана наливаются розовым, он заметно краснеет от смущения, из-за чего улыбается Хо. Тот снова кивает. — По моему мнению нормальный только ты. — Заебись, — рассмеялся Джисон и закрыл лицо руками. Ли тоже розовеет и прикрывает горящие щёки ладонью. Они молчат несколько минут, глупо посмеиваясь. — Эй, Белка, — шепнул где-то рядом Минхо. Джи открывает лицо и видит перед собой Мина, что находился непозволительно близко для друзей к его губам. Хан вздрагивает. — Я же всё правильно понял? — Я ебу что ли? — Ты знаешь меня лучше, чем я сам.       Джисон молчит, а потом несколько раз кивает. Он мягко берёт парня за щёки и поглаживает их большими пальцами. У Хо такая приятная кожа, заметил Джи. Для него это что-то новое: трогать лицо другого, ведь не каждый доверит к нему прикасаться. Да и само по себе прикосновение к лицу вещь интимная для Хана. Ты словно трогаешь душу человека, её очертания и внешнюю сущность. Джисон внутри восхищается, какой Ли красивый, что глазки сверкают звёздочками. Джи удивляется, что у них так быстро наладились очень доверительные отношения, ведь даже с Хваном понадобилось чуть больше времени, чем с Минхо. — Ты всё правильно понял. — Чудненько. Тогда я имею право сделать так… — и нежно прикоснулся губами к другим губам, прижимаясь к ним с невероятной любовью. Хан жмурится от удовольствия и неловко отвечает, пока в голове: «Я совершенно не умею целоваться. Пиздец, за столько лет не смог даже научиться целоваться». Мин двигает губами и прикасается руками к бёдрам Джисона, опираясь на них, а в мыслях: «Он же не примет меня за долбаёба, который не умеет целоваться?».       Парни целуются так смущённо, медленно, всё ближе двигаясь к друг другу телами, пока они не чувствуют, что воздуха между ними нет совершенно.

***

      С того поцелуя началось всё то, что сейчас имеют эти двое — любовь. Хо покрасил волосы, а после сходил в тату-студию вместе с Джи, где набил на шее множество трещин и русала на правой руке. Хан в свою очередь сделал тату огромной рыбы на спине. Так получалось, что вместо хвоста русала, который как бы обрамлял руку Ли вокруг и полностью был не виден, подходил хвост рыбы на спине Джисона.       Джи снимает футболку в главной комнате, Минхо аккуратно обрамляет его талию со спины. — НИХУЯ СЕБЕ! — вскрикнул Хван, выпучив глаза. Из-за крика вздрогнул Чонин, который потом злобно посмотрел на сожителя. Хёнджин закатил глаза и демонстративно указал на пару, что сейчас замерла: Хан не до конца снял футболку, оставляя висеть её где-то у себя на локтях, а Мин удивлённо впился взглядом в Джина. — Да что блять? — не понимал Чон, пока не увидел спину Джисона. — ОХУЕТЬ. — Капец вы слепошарые… — покачал головой Пит, который даже не оторвался от ноутбука. С кухни выходит растрёпанный Крис, который даже не ложился спать, с кружкой крепкого кофе. — Чего вы орёте? — он обвёл всех взглядом. — Ох, нихуя себе!       Чан чуть не разлил свой кофе. Он беззвучно тянет «О», а после расплывается в улыбке. Бан всё знал об этих двоих, хотя ему никто ничего не говорил. Крису вообще с самой первой встречи показалось, будто парни давно знакомы. Они так идеально дополняют друг друга, каждый для другого является успокоительным и катализатором, под действием которого они успокаиваются или же наоборот вспыхивают. Джи и Хо очень трепетно относятся к своим отношениям, и Чан прекрасно видит эти чувства и взаимодействия, невольно улыбаясь. Это был дуэт, про который говорят, что они подходят к друг другу как молоко к кофе. Бану не нравилось такое сравнение, ведь оно было таким уже заёбистым, плещущим из каждой трещины, но оно действительно описывало такие пары, которые связаны самой судьбой. — Ну что ж, Ли Ноу, — вздохнул Крис. — Поступило твоё первое задание, лови.       Чан кидает Минхо папку. Тот ловит её и заинтересованно раскрывает. На страницах расположены фотографии машины, информация о модели и о привычном местонахождении. — Как я могу спиздить машину с подземной парковки, на которую ограничен вход и без пропусков не выпускают? — Мин ткнул пальцем в строчку на бумаге, показывая её лидеру. Тот с уставшей улыбкой пожал плечами. — Пошевели мозгами. У нас больше ресурсов, чем ты думаешь. Ты можешь пользоваться другими областями, — сказал Бан и отпил кофе, обжигая кончик языка. — Милый, подлей мне ещё молока, пожалуйста.       Ян кивнул и взял кружку из рук парня и скрылся на кухне. Хо зажевал губы. — Я могу сделать тебе пропуск, это пустяк, — подсказал Хан, который внимательно читал вместе с Ли заказ, увидев фотографию пропуска. — Пит подколит камеры, и ты преспокойно угонишь. — Делать мне больше нечего, — отозвался Пит. — Возьми кого-нибудь из команды, даже младенец обойдёт такие простецкие камеры. Для меня такое слишком мелко.       Хван рассмеялся и взъерошил Киму волосы, но тот даже ухом не повёл. — Вредина, — сказал со смешком Хёнджин и оставил поцелуй на щеке Сынмина. Пит улыбнулся уголками губ, что было достаточно трудно заметить, но Крис знал этих детей уже как свои пять пальцев и, даже не смотря на них, мог с точностью предугадать реакцию и действие каждого.

***

      Ли Ноу находился в штаб-квартире угонщиков, как на телефон пришло сообщение от Джисона:

>сегодня никого не будет >надеюсь, ты придёшь ночевать ко мне?

      Минхо усмехается и строчит парню ответ: >конечно, дорогой! >сегодня я точно буду с тобой

>ты сейчас типо долбаёбом прикидываешься?

      Мин расходится в смехе. Ох, с Джи действительно не соскучишься: Хо просто ненавидит намёки, а разбираться в них тем более, но в отношении Хана — это другое. С ним это превращается в игру, и порой Ли злит Хана, якобы не понимая и прикидываясь пробкой с дыркой посередине. Джисон знает, что парень шутит, но ему жутко неловко говорить о чём-то напрямую. >нет, что ты

>ты прикидываешься

нет!

>ты идиот

>я тоже тебя люблю, дорогой

>может займёмся сегодня сексом по такому случаю?

      Хан в стыде и огромной краске откидывает телефон в подушки на кровать. Его трясёт от того, что он только что отправил. Парень на первый взгляд кажется культурным, но он уже устал ждать следующего этапа отношений, самому невтерпёж. Джисон вообще не пишет столь провокационные вещи, потому что начинает трясти нещадно. «Вроде бы ничего такого», а для него это не «ничего такого». Ему неловко писать Минхо о каких-то вопросах об их отношениях, боится, что заебёт с этим и разозлит, покажется навязчивым и так далее. Для Джи каждое такое сообщение действительно паника, потому что в такой ситуации он просто не способен предугадать слова Мина, ведь он не перед глазами — не видно мимики. >конечно, малыш >с меня гандоны >смазка есть? >или купить?       Хан визжит в подушку, отчего на него прикрикивает Хван. — Чего визжишь? — заговорчищески спрашивает он. — Мы сегодня поебёмся, — через смех сказал Джисон. — ОЙ ХОРО-О-ОШ! — закричал Хёнджин и ободряюще похлопал друга по ягодице. — Готовь жопу. Ты должен мне всё рассказать, понял?       Джи лишь кивает.

>смазки нет >ну, она просрочена >купи короче

>для тебя всё что угодно, золотце       Хан бьёт ногами по кровати. Его переполняет такая приятная тревожность, когда ожидаешь чего-то, и невероятная любовь к существу, что написала такие сообщения.

***

      Джисон очень волновался, аж руки тряслись. Он доверяет Минхо как себе самому, но он жутко боится чего-то нового. Это новый этап в их отношениях, он боится, что может пойти что-то не так или это произойдёт слишком хуёво. Внутри сердце бьётся быстро-быстро, оно долго находится в ожидании парня. Джи перебирает свои волосы и старается представить, как будет проходить его первый раз, но даже такое ему представить сложно. Хан не смущался Мина, позволял трогать себя: Хо гладил по бёдрам, шутя шлёпал по заднице, проводил рукой по голой спине и прочее. Но сейчас Джисону становится очень стыдно, что придётся полностью оголиться перед Ли. Опять страх, что Минхо что-то не понравится в нём, и он передумает. Джи отметает эти мысли, идя в душ. «Он в паху бреется или нет?» — задал себе немой вопрос Хан и непонимающе посмотрел на свою бритву. Побрившись лишь в привычных местах, Джисон хорошо натёр кожу щёткой для тела и намылился гелем с запахом яблока. — А где Джисон? — услышал Джи вопрос Чана из главной комнаты. — Намывается! Идёмте, он знает, — ответил Хван, следом послышалось несколько хлопков железной двери.       Хан рвано выдохнул. Он, посвежевший и приятно пахнувший, выходит из ванны и направляется к себе в комнату. Опять в голову лезут мысли о предстоящем половом акте… Джисон ни разу даже девушек не трахал, а тут! Он бы никогда не стал бы трахать Минхо, просто потому что не хватает уверенности в себе, да и Мин намного сильнее Джи, что тот непроизвольно и охотно подчиняется. Нет, это не те отношения, в которых есть чёткое разделение, кто актив, а кто пассив. Здесь отношения равноправные, но в каких-то моментах Хан ощущает себя «пассивным пассивом», что ему всё равно нравится. А нравится ему ещё Ли Минхо…

***

      Минхо очень долго консультировался с продавцом по поводу презервативов и смазки. Не сдержался он и от вопроса, как помочь партнёру не нервничать во время секса и как самому не сойти с ума, ведь Мин совершенно не смыслит в таких делах: его общение только начало быть таким, которое обычно образовывается у людей, так как Хо все время был похожим на дикого зверя, с коим невозможно было что-то наладить. Ли не умел успокаивать и утешать словами, но он обладал способностью внушать и располагать к себе далеко не словами. Минхо очень любит Джисона и хочет, чтобы их первый раз прошёл на «отлично», чтобы Джи почувствовал удовольствие, а не боль, и Мин искренне желает добиться этого. — Эй, Ли Ноу, куда спешишь? — спросил Джинхо, с которым он чаще всего угонял машины. — На свиданку, а чё? Что-то случилось? — нервно отозвался Хо. — Горячая чикса, раз так спешишь? — он заговорчищески улыбнулся. — Нет, скорее любимый, — бросил Ли и вышел из штаб-квартиры, где оставил в недоумении своего напарника. я уже еду купить что-нибудь тебе из вкусняшек?       Джисон, увидев сообщения на телефоне, написал лишь, что хочет палочек в шоколаде и, естественно, самого Минхо.       хаххавхв       хорошо, золотце       твои слова для меня закон       уже скоро буду

***

      Пара приехала в клуб, решив, что для большей раскрепощённости нужно выпить. Сев за барную стойку, они осушили несколько бокалов с алкогольными коктейлями и вступили с разговор с барменом. Тот был весьма усталый, но всё же поддерживал диалог с пьянеющими парнями. — А ты знаешь, где здесь свободная комната? — поинтересовался Минхо. — Знаю, — ответил бармен и полез под барную стойку. — Вот тебе ключ, там номер. Скажешь, что Чанбин разрешил. — Ого, нихуя ты! — пьяно усмехнулся Мин и с благодарностью взял ключ. — Можешь нам отправить ещё пару коктейлей? — Без проблем. Через несколько минут будут.       Бармен провожает их взглядом: парни, шатаясь и толкая других людей, прорывались сквозь толпу к зоне комнат для уединения. Чанбин продолжил нервно натирать бокал полотенцем, предчувствуя, что босс скоро явится перед его глазами. Босс был человеком всевидящим, он никогда не обделял кого-то вниманием, просто кому-то такое внимание показывалось изрядно извращённым и далеко не мягким.       Ожидания Со были верны: он видит, как к бару продвигается грузный мужчина. — Подмешай этим двоим наркотики, — сказал он. — Зачем? — Бин медленно готовит два коктейля. — За хуем, — огрызается тот. — Ты знаешь кто это? — Понятия не имею и не хочу. — Договоришься, выблядок, — босс озлился. — Это члены команды из новой ОПГ, которая подогнула под себя весь район, блять, буквально за месяц. И она поднимается всё выше, забирая себе все более и более крупные сделки. — Предлагаете соли подсыпать? — Какой ты умный, — язвит. — Не буду. — Бину понравились эти двое, было бы славно, если бы он смог сдружиться с ними. — Ты ахуел? Я не буду тащить тебя у себя на шее, Чанбин. Подсыпал и точка, иначе вылетишь. — На стол приземляется мешочек с белым порошком.       Чанбин сжимает зубы так, что желваки заходили. Он, переступая свою симпатию к паре, сыпет в бокалы наркотик. Цвет чуть меняется, но, так как парни совершенно пьяны, они даже не заметят этого. Чан прокусывает нижнюю губу в раздумье: он может не нести эти коктейли, но вылететь из этой группировки было равносильно смерти, поэтому Со долго не решался. Бин матерится под нос и отправляется в комнату к паре. Зайдя, он поставил на стол бокалы, улыбнулся им и тихо вышел.

***

      Выпив принесенный алкоголь и решившись, Минхо мягко прикасается к бедру Джи, придвигаясь к нему ближе. Он поднимает пухлое личико за подбородок пальцем и нежно целует в губы. Тот кладёт руки на Мина и сжимает его футболку, желая утихомирить своё бешено бьющееся сердце. Старший смелее берёт Хана за щеку, напирая на парня в поцелуе. Джисон обвивает Ли за шею и тянет на себя, отчего они оба падают на кровать. Минхо ненавязчиво оглаживает тело под собой, невзначай залезая под ткань одежды, пока Джи перебирает красные волосы на затылке.       Мин расцеловывает пухлое личико и спускается ниже. Он снимает с младшего футболку, оставляет поцелуи и засосы на медовой коже. Хан чувствует, как сильно возбуждается: внутри словно всё переворачивается с ног на голову, переполняют непонятные чувства, алкоголь сильно ударил в голову. Джисон закусывает нижнюю губу и мельком бросает взгляд на Хо, что спускался губами всё ниже по его телу. От такого горячего зрелища его щеки наливаются краской, он не может оторвать взгляда от столь возбуждённого и пьяного старшего. — Мы можем остановиться, — сказал Ли, приготовившись снимать с Джи шорты. Тот отрицательно мотает головой, говоря этим, что нужно закончить, да и самому хочется продолжения просто зверски. — Хорошо, золотце.       Он сбрасывает ненужную вещь на пол и открывает баночку смазки. — Я консультировался с продавцом, он сказал, что эта смазка лучше всего подходит… — невзначай произнёс Минхо, обмакивая в содержимое два пальца. — Точно уверен?       Хан привстал на локтях. — Блять, Минхо, я лежу перед тобой совершенно голый, у тебя перед глазами моя задница и мой возбуждённый хуй, так мы с тобой ещё в клубе, где орёт музыка, и совершенно пьяные. Как ты думаешь, я уверен? — ответил Джисон, показывая розовые щёки, цвет которых был виден даже в полумраке. Мин усмехнулся и медленно ввёл пальцы в Джи.       Младший закатывает глаза и зарывается в подушки. Он непроизвольно извивается и выгибается, почувствовав дискомфорт. Хан расслабляется, будто растекаясь на кровати, сжимает простынь в кулаки и тихо постанывает. Ли оставляет долгие по прикосновениям к коже поцелуи внизу живота парня и невесомо оглаживает бёдра. Он хочет, чтобы Джисон чувствовал больше удовольствия, чем боли, поэтому Минхо пытается такими действиями побыстрее закончить этап дискомфорта и доставить наслаждение.       У самого Мина становится жарко и тесно в штанах: низковатый под вечер голос Джи, что сейчас издавал стоны, слышные в комнате при приглушённой музыке из главного зала клуба, влиял на Хо намного сильнее, чем тот думал. Ли буквально возбудился от одного только голоса младшего. — Скрываться больше нет смысла, — начал старший и стянул с себя штаны, — всем нам суждено увидеть хуи друг друга. — Весьма симпатичный, — отозвался Хан, который ради этого зрелища поднял голову с подушки. — По другому бы ты и не сказал, — ухмыльнулся Минхо и открыл презерватив, после раскатывая его по своему члену. Он обильно смазывает ствол смазкой и мажет ею немного в анусе Джисона, отчего тот сжимается и рвано выдыхает. — Только медленно, ладно? — со страхом спросил Джи, несмотря на его пьяную и одурманенную голову, он думал о своей заднице. Над его лицом появляется миново, которое нежно улыбается. Тот целует в пухлые губы, шепчет на ушко ласковые слова, медленно входя в младшего.       Хан сжимает губы и глубоко дышит через нос. Ощущение члена в заднице для него ново и совершенно непонятно. Джисон не знает как реагировать на это, поэтому лишь жмурит глаза, предвкушая дальнейшие действия. Мин замирает на несколько секунд, привыкая, а потом делает плавный и медленный толчок, от которого Джи издаёт тихий стон.       С паузами и поцелуями Хо совершает толчки, после каждого движения боясь, что Хану не нравится, а тому и сказать это боязно. Младший зарывается пальцами в красные волосы и избегает зрительного контакта: ему кажется, что он кончит только от одного вида похотливых глаз над собой. — Чуть быстрее, — попросил Хан, и Ли повиновался.       Старший немного набирает темп, а громкость стонов парня под ним становится выше. Джисон хватается за спину Минхо и царапает её ногтями так, что тот низко мычит ему на ухо. Джи покрывается мурашками, прогибаясь в спине. Мин оставляет красный засос на изгибе медовой шеи, замирая на несколько секунд, и продолжает, снова чуть ускорившись.       Хан чувствует, что раскрепощается перед Ли, поэтому больше не сдерживает в себе заядлого извращенца, который сейчас ликует. Он приоткрывает сочные губы и тянет мелодичный стон, отчего старший выдыхает тихое: «Блядский Джисон» и закатывает глаза от удовольствия из-за этих звуков. — Просто трахни, — сказал Джисон, дав тем самым зелёный свет Минхо.       Мин с чувством кусает плечо младшего и выбивает из его лёгких последний воздух, втрахивая в кровать. Хо находится под воздействием сладких стонов, сам низко издаёт мычание и грубо сжимает пальцами талию Джи. Тот не щадит голую спину Ли, расцарапывая её от нахлынувшего дикого удовольствия. — Ещё, блять! — выкрикивает Сон, откидывая ещё больше голову назад. — Ах, Минхо!       Оттого, как сладостно и правильно было произнесено его имя, Минхо был уже готов кончить. Он закатывает глаза, хвалит младшего и касается носом его мокрого виска. Хан издаёт последний громкий стон и изливается себе на живот, пока старший делает ещё несколько толчков и кончает следом. Он из последних сил выходит из Джисона и снимает презерватив, завязывая его и закидывая в мусорку.       Как-то по странному он ощущал своё тело, словно эйфория настигла спустя столько лет. Джи готов был уже уснуть, он эмоционально вымотался. Впервые Хан выпил алкоголя, несло нещадно. — Я не могу, хочу спать, — сказал Джисон и действительно уснул. — Ну нихуя себе, — проворчал Мин и натянул на парня его шорты, после завалившись с ним рядом и тоже уснув.

***

— Вот черти, — озлобленно ворчал Крис, — суки… Надо было им, блять, переться в этот клуб. Совсем разум потеряли! Твою мать, это клуб нашего соперника, нас всех в ебало знают, но нет! Мы всё равно туда пойдём!       Чан быстро оделся, поглядывая на Чонина, который выглядел, скорее, взволнованным, чем разочарованным, что их прервали. Ян накинул на плечи бановскую рубашку и вылетел из номера. Крис, не успевший так быстро проследить за Ямой, схватился за голову, на бегу взял со стола ключи от машины и выбежал следом.       Что ж, новость о том, что два исчадья всевышнего разума человеческого очутились в плену врага всей ОПГ «Ромашки» — у Юн Хосока, была просто отвратительной. Такую бесхребетную тварь, готовую ломать головы ради достижения своей цели, нужно ещё поискать на этом белом свете. Чан уже познакомился с ним, и тот оставил весьма неприятное впечатление. Он знал, что просто так Юн не отдаст парней, да даже выкупом Бан не отделается, потому что Хосок выжимает из возможности всё, что получится, а старается тот очень сильно. Крис напряжённо сжимает руль машины, поглядывая на заднее сидение через зеркало: там лежала сумка с деньгами, которых было мало, а большинство были фальшивкой. Он никогда бы не согласился на это, честно. Ну а что? Зря является лидером ОПГ? Чан знает всех «от и до», знает, что честности в такой сделке не будет вообще, да и соблюдать её не зачем, поэтому Бан готовится просто застрелить как можно больше людей, пускай измарается по локоть в крови, но всё равно достанет этих двоих из плена.

***

— Здравствуй, Крис. — Ебало завали, — с ядом огрызнулся он и кинул на пол сумку. — Проверяй и отдавай.       Юн ухмыльнулся. — Неужто ты думал, что будет так просто? — наивно спросил Хосок и поднял брови. — Конечно, нет. Но я тоже не тупой, знаешь, — Чан ухмыльнулся в ответ и вынул из внутреннего кармана куртки пистолет. — Мне терять почти нечего, — он направил дуло на сумку, — а там бомба лежит… я выстрелю и всё, твоё завещание вступит в силу через полгода.       Сок побледнел. Пока он находится в ступоре, Бан меняет направление дула своего оружия и простреливает его ногу. Тот вскрикивает, хватаясь за рану; Крис подлетает к Юну и приставляет пистолет к его лбу. — Слушай сюда, ублюдок, чтобы это было в первый и последний раз. Сейчас ты мне отдаёшь моих парней, и мы спокойно сваливаем. Я знаю, что ты любишь хуярить в спину, а я люблю прямо в лоб, понял? Мне не трудно прикончить тебя сейчас, я всё равно найду их, совершенно похуй, через что придётся пройти.       Дуло всё сильнее давит на череп, Хосок обливается потом. — Да мне тоже как-то похуй, — говорит он. — Тебе-то как раз таки не похуй. Сидишь перед мной, как квашня с простреленной ногой, потеешь, блять, как толстушка после тренировки. Кого ты пытаешься наебать? Только себя.       Юн тяжело сглатывает. — Немедленно приказываешь вывести моих парней и посадить в мою машину, и даёшь мне спокойно уйти. А иначе… — Крис медленно кладёт палец на спусковой крючок. — Отпущу-отпущу!

***

— Безмозглые пьяные идиоты, — шипит за рулём Чан. — Какого хуя вы туда попёрлись? Совсем страх потеряли? Мне вас на цепи держать или что?! — он ударяет рукой руль.       Все сидящие в машине вздрагивают от крика и удара лидера. Чон всё больше прижимается к креслу, а Минхо и Джисон друг к другу. Последние двое претерпели на себе слабое физическое нападение, которое закончилось кровью из носа и связанными руками за спиной.       В машине царила гробовая тишина, было слышно, как злобно дышит через нос Бан. Он настолько проникся агрессией, что вены на его шее и руках вздулись, показывая, что Крис сам готов подарить кому-то смачную оплеуху. — Сука, ещё раз вы выйдете в том направлении, — начал старший, — я вас обоих нахуй пристрелю. Понятно?       Мин и Джи кивают. — Я спрашиваю: понятно?! — вскрикнул Чан. — Понятно... — в голос ответили они и всю дорогу молчали, боясь поднимать глаза на лидера. — Как, блять, можно было туда пойти?.. Мне мозги новые купить где-то?.. — старший ворчит себе под нос, массируя свои виски.       Чонин, что всё это время следил за Крисом, облегченно выдохнул: парень начал остывать, но если бы он не любил парней, то остыл бы не скоро, возможно, даже этого бы не случилось вообще. Яма осторожно прикасается к руке Чана, и тот сразу же расслабляется. — Чипирую всех поголовно, блять, — сказал Бан и больше не говорил ни слова за вечер, что только угнетало обстановку на базе и давило на всех парней.