Классный староста

***

      Только промежуточные экзамены!

***

— Мы должны избавиться от надоедливого сопляка любой ценой! — твёрдо высказался мужчина средних лет, ударив кулаком о большой дубовый стол. От резкого звука мужчина перед ним вздрогнул всем телом. — Но господин директор, что на это скажет Он? — встревоженно поинтересовался преподаватель. — Чтобы не сказал. Скажем, что мальчишка не может тянуть программу на стипендии. Насколько я понял у него нет денег на оплату, потому и вылетел! — Вы точно уверены? Мне кажется нам не стоит идти против Этого человека. — Мы не должны допустить, чтобы этот мальчишка диктовал нам свои правила! Сейчас он нам правила команды испортил, а дальше? Всю школу вверх дном перевернёт? Первые промежуточные экзамены — это отличная возможность незаметно избавиться от него. — Будет сделано, господин директор. Как бы беду не накликать. — дрожащим голосом промолвил мужчина.

***

      Первое апреля встречает учеников ярким солнцем и жаркой погодой. Сегодня первый полноценный тёплый день, что радует ярким солнышком и отсутствием ветра.       Ученики поснимали зимнюю форму и теперь красуются своими вязанными синими жилетками с эмблемой школы слева на груди.       Старосты тоже решили не отставать и переодеться в свои бордовые жилетки.       Чон идёт в школу в довольно приподнятом настроении, нежели обычно. Сегодня все к этому предполагало. У него сегодня первая официальная баскетбольная тренировка, сегодня день дурака — праздник, который Чонгук ещё со времен младшей школы считал священным. И, конечно же, сегодня он будет отрабатывать наказание под чутким руководством Пак Чимина.       И староста настроен вполне решительно поговорить с парнем, который все больше начинает вести себя странно и непонятно для Чонгука.       От данной мысли, на лице парня, появилась глупая улыбочка. Он срывается на бег по тротуарной дорожке, ведущей к Элитной школе. Рюкзак, на его спине, смешно подпрыгивает и слегка ударяет старосту.

***

      Староста довольный забегает на всех парах в комнату Студ Совета, едва успев открыть дверь. Несмотря на то, что он пришёл намного раньше обычного, комната была отперта.       Забежав внутрь, парень пытался отдышаться от продолжительного бега, оперевшись вытянутыми руками о спинку стула.       За всем действием внимательно наблюдала одна пара карамельных глаз. — Доброе утро, Чон. — холодно произнес Пак, игриво закидывая правую ногу на левую. Он сидел на небольшом диванчике. В руках у него был какой-то глянцевый журнал — Доброе утро, малыш-Чимини. — Чонгуку показалось, что у парня нервно дернулся правый глаз от чего ему стало смешно. На лице парня появилась лёгкая улыбка, которую он тут же попытался прикрыть тыльной стороной руки. — Я смотрю тебе слишком весело. — недовольно пробурчал светловолосый, — Готов хорошо сегодня поработать? — Для тебя, малыш-Чимини, я готов, хоть эту школу сравнять с землёй. — Не сомневаюсь. — холодно бросил Пак в ответ на достаточно пылкие слова старосты d-класса.       Блондин медленно поднялся со своего места и подошёл к Чонгуку. Тот внимательно наблюдал за действиями старосты a-класса. Как тот легкой походкой пересёк небольшое расстояние между ними. — Для тебя есть одна работенка. — И что же это? — Чонгук улыбнулся и вопросительно наклонил голову вниз, не сводя взгляда с Пака. Тот явно был этому не рад и смотрел на старосту d-класса исподлобья. — Нужно кое-что хорошенько отмыть. — Ну ты же знаешь, твой рот — я в любое время готов как следует почистить. — тихо пробубнил недовольно Чонгук. Он сказал это скорее для себя, нежели для своего собеседника, но тот случайно обладал достаточно хорошим слухом, чтобы все расслышать. У Пака слегка расширились глаза от шока. Парень глупо уставился на Чона, который также по реакции Чимина понял, что тот его услышал. — Нет. Это не то, что ты думаешь. — нервно посмеялся Чон. — Я имел ввиду в прямом значении. Ну с мылом там… — Ты самый кретин из всех кретинов в этой школе, Чон. — критично заметил Чимин, — За мной!       Чимин резко поднялся со своего места и брезгливо обошёл Чона стороной. Чон обреченно вздохнул и поплелся за ним на выход из комнаты Студ совета.

***

      Чимин отвел Чона в туалет старост. Он находился на том же этаже, что и общая комната, комната отдыха и кабинет президента Студ совета. Туалет не отличался чем-то особенным от общих школьных, но все же различия были. Все таки старосты для школы Элита были ценными сотрудниками отвечающие за дисциплину и учебную часть, а также частенько устраивали различные общественные мероприятия для высших слоев общества.       Такие вечеринки можно назвать родительскими собраниями.       Итак, золотых туалетов для старост, конечно, не поставили. Хотя Чон уверен, что где-то в школе один, но все-таки стоит. В общем туалеты стоят хорошие, с кнопочками. Чонгук иногда по приколу включает себе веселую детскую музыку, когда ходит в этот туалет. Правда, когда парень выходит, другие старосты косо смотрят в его сторону и, наверняка, считают его странным.       Слава богу, что Чону откровенно плевать на это. Тем более это не самое страшное, что о нем думают люди. — Сегодня твоя задача вымыть все туалеты на этом этаже. Мне все равно, когда ты будешь этим заниматься — до занятий или после. — твердо произнес Пак, буквально впихивая растерянному Чонгуку в руки ведро с тряпками и чистящими средствами. — Твоя задача сделать так, чтобы они блестели, и я мог видеть свое отражение в них. Понятно тебе? — Так точно, капитан-малыш! — выкрикнул с серьезным лицом Чон, но когда увидел сердитый взгляд направленный на него, то не смог сдержать улыбки и тихого смешка. — Чонгук, меня ужасно бесят твои тупые шуточки! — недовольно высказался Пак, раздражённо закатив глаза. — А меня так заводят твои ругательства в мою сторону, Чимин! — протяжно выдохнул староста d-класса, игриво прищурив свои глаза.       Чимин просто стоял и молчал, и Чонгук не смел нарушить внезапную, но так ласкающую их тишину. Чонгук внимательно смотрел на покрасневшее лицо Пака, стараясь рассмотреть его стеснение как можно лучше, запомнить абсолютно все.       Его слегка розовые щеки, алые кончики ушей, бегающий по комнате взгляд карамельных глаз, тягучее прерывистое дыхание, то как маленькие ручки взволнованно теребят нижний край бордовой жилетки — все это сводит Чонгука с ума. И если бы Чон был хоть чуточку смелее, он бы, наплевав на все, накрыл бы пухлые, трепещущиеся губы своими и прижал бы парня к себе. И если бы было возможно, просто впитал его в себя, чтобы вечно быть с ним. — Заканчивай со своими глупостями, Чон. — хрипло процедил парень, с трудом обрывая пелену, что накрывала их все это время. Парень бросил на Чона последний раздраженный взгляд, прежде чем покинуть его.       Чонгук даже не обернулся в его сторону. — Боже… — выдохнул староста. Легкой рукой он зачесал чёлку назад. Глаза парня были прикрыты, и в своём сознании он пытался развидеть тот образ Пака, что отпечатался на его внутренних сторонах век. — Ты сводишь меня с ума.       Парень подошел к большой белоснежной керамической раковине, расположенной на мраморной тумбе. С трудом открыл кран с холодной водой и стал зачерпывать ее ладошками, нервно плеская себе на лицо в попытке остудить свой внезапный жар. Староста бросил нервный взгляд на свое отражение в большом зеркале с подсветкой, где на него смотрел парень со смольный мокрыми волосами, бешенными глазами и растрепанным воротником белой рубашки, выглядывающей из бордового жилета. Постепенно его взгляд менялся и уже через секунду на него смотрел бесконечно нежный и взволнованный взгляд. — Но почему мне это так нравиться? — мечтательно промурчал парень, обращаясь к своему «двойнику» в зеркале. К сожалению, красавчику в зеркале нечего ему ответить.

***

      Чонгук долго думал о Чимине. Уже давно стрелки часов перевалила за двенадцать. Прошёл обед. И теперь ученики 1-d класса покоряют зарубежную литературу. Это, конечно, громко сказано. Потому что покоряет их скорее сон, а Чона мечтания о занудной старосте.       До этого, он ни разу не влюблялся. Безусловно, парень несколько раз целовался по пьяне с ровесницами и пару раз залез нескольким в трусы, но это было явно не от большой любви. Скорее им двигала обычная юношеская потребность потрахаться.       Сейчас то Чонгуку не хочется выебать Чимина. Точнее, не только. Его хочется хорошенько подразнить, вывести на эмоции, насладиться сполна его смущением. Пока Пак сам не захочет сделать шаг ему навстречу, Чон не будет сам подходить. Просто безобидные шуточки и подкольчики ещё никому не помешали. И может капельку лёгкого флирта.

***

      Решив оставить туалеты на послеучебное время, староста направился к своим одноклассникам, которые должны были собраться в кабинете отечественной и зарубежной литературы, что преподаёт их классная руководительница Хо Донгён.       Чонгук испытывает исключительно тёплые чувства к этой женщине. Пусть она немного странная и довольно требовательная, но она кажется справедливой. В тот раз, в кабинете у директора, парень отчетливо увидел в её глазах желание спасти и уберечь «провинившихся» учеников. Возможно, даже в прогнившей Элите есть еще учителя достойные этого звания.       Подходя к нужному кабинету, Чон уже слышал разговоры своих одноклассников, которые во всю поздравляли Бенхо и Юхена с победой в баскетбольном матче. От восторженных речей девчонок, Чонгук невольно прикрыл глаза и немного покачал головой в разные стороны. На его лице появилась снисходительная улыбка. — Вечно они такой шум поднимают. — небрежно бросил староста d-класса, прежде чем легко дёрнуть за ручки двери.       Стоило ему только появиться на пороге, как класс застыл в молчании. Все немые взгляды были направлены на Чона секунд 10. Парень и сам невольно оглянул всех одноклассников, стараясь хоть в одном разглядеть причину их поведения.       Внезапно класс взревел в радостном крике. Все подбежали к своему старосте и стали поздравлять с большой победой над командой Сынгу. Парни по очереди пожимали Чонгуку руки. Девчонки наперебой друг другу лезли обниматься и тереться о своего старосту, приговаривая какой тот классный и мужественный. Особенно скромные держались на расстоянии и дарили нежные взгляды и тёплые улыбки. Бенхо и Юхен держались чуть поодаль и снисходительно закатывали глаза на происходящее.       Одноклассники радовались так, будто те одолели на недавнем турнире не школьную команду a-класса, а уже одержали победу в межшкольном чемпионате.       Хотя действительно, сам факт победы d-классом над a-классом, так ещё и не отчисление первых для учеников Элиты куда ценнее и значимее. Потому что это как ничто теперь показывает равные права d-класса в школьной иерархии. Пусть ещё слишком рано говорить о равенстве классов, но этот маленький выигрыш принесёт большие перемены в эту элитную школу.       Думая об этом, Чонгук широко улыбнулся им. — Не зря ты стал старостой. Ты лучший староста в этой школе! — восторженно произнес один из парней. На что другие стали его поддерживать. — Да. — Да, точно! — Действительно, нам очень повезло, что у нас такой староста! — Точно-точно! Ты единственный кто не говорит нам быть паиньками и молча слушать всех этих придурков кто учиться в классах повыше d.       «Вообще-то вы это должны делать и без моих постоянных напоминаний. А то я точно вылечу из школы еще до первых экзаменов!» — подумал Чон, но сказать об этом вслух пока не решился. Сейчас он ещё не вошёл в их безграничное доверие, чтобы они выполняли все его требования беспрекословно.       Дверь в кабинет литературы отворилась снова. На пороге стояла госпожа Хо Донгён. — Купаетесь в лучах славы, староста Чон Чонгук? — усмехнулась женщина, оглядывая своих учеников, стоящих перед собой. — За такое дело вы просто обязаны проставиться, не думаешь? Не напрашиваюсь, но думаю, что вашу классную руководительницу можно и пригласить на данное мероприятие. — Я обговорю этот вопрос с руководством, сонсэнним Хо. — подмигнул Чон.       День ожидает пройти как никогда хорошо.

***

      Но хуй там плавал. — Рано радуетесь! — твёрдо произнесла женщина в начале урока. В один момент после её слов с лиц всех учеников спали улыбки. — Как вы знаете в июне вас ждут первые экзамены, которые покажут ученикам где их место — на вершине или спуск по буквенной лестнице. Для вас же — это отличный шанс показать себя и подняться до класса c. Или хотя бы, не ударить в глаз лицом. Пусть вас и не отчислят за отвратные результаты, но прошу — не позорьте меня как учителя и напишите экзамен по литературе хотя бы на 30+ баллов. О большем не прошу.       Женщина внимательно посмотрела на задумчивого Чонгука, который что-то выводил в своей тетрадке. — Чонгук, поскольку ты бюджетник ты должен по всем предметам набрать 75+ баллов. Но обычно за такие результаты учеников d-классов переводят в c-класс. Я уточню у директора об этой ситуации и позже передам тебе точную информацию по поводу твоих баллов. Честно говоря, впервые за всю мою практику ученик-стипендиат попал в класс d. То насколько ошибочным был твой тест, просто недопустимо для стипендиата!       Чонгук бросил мимолетный взгляд на женщину, а после медленно кивнул, снова уходя мыслями в свою тетрадь. — Поэтому я предполагаю, что в случае твоего неуда тебя отчислят! Конечно, если ты заплатишь за учебный год, то останешься без дальнейших проблем.       Внезапно в тишине класса раздался громкий звук, упавшей на деревянную парту ручки. Парень неловко поднял ручку и задумчиво покрутил ею меж тонких пальцев.       Вот эта оговорочка звучит как проблема для Чона. Он только начал свой путь преображения этой школы. Чонгук просто не может допустить, чтобы все закончилось не успев начаться! — Но это не единственная возможность перевода. В этом месяце у вас уже будут первые промежуточные экзамены, в мае вторые. По их результатам руководство школы составляют списки наиболее потенциальных учеников для перевода в другие классы.       Трудно сказать, что чувствуют сейчас школьники. Все сидят с кислыми лицами, будто лимон жуют, а выплюнуть не могут, того гляди и проблюются прямо здесь. — По вашим лицам, я могу сказать как вы уже рады. Так что приступим к сегодняшней теме нашего урока: «Любовь в сичжо». Сегодня мы не только изучим их, но и вы попробуете сами выразить свои чувства в формате сичжо. И так свою историю сичжо начинает в 15 веке, когда…

***

      Чонгук с тоской смотрел в окно, выходящее на открытую спортивную площадку их школы. Там сейчас проходило занятие у какого-то класса. Все бежали по этой площадки уже неизвестно какой круг, а парень все продолжал наблюдать. Солнце светило необыкновенно ярко, что остальным пришлось отсесть подальше от окон. И только староста остался на первом ряду.       Как не странно все его мысли были заняты только его проблемами. Это уже становится какой-то больной традицией и ему это отнюдь не нравится. Если можно было, он бы послал всех куда подальше.       Не успел парень нарадоваться окончанию одной беды, как другая уже ломиться в дверь.       Его уже ждут туалеты в уборной Студ совета, а ему ещё надо сходить на баскетбольную тренировку, а вечером дома надо сесть за учебники.       Когда ещё только пришёл приказ на его электронную почту о зачислении в 1-d класс, Чонгук был вне себя от радости. Он гордился своим результатом и считал, что его труды были не напрасны. Но это было до тех пор пока он не узнал, что, буквально, провалился.       Ученики-стипендиаты не могут обучаться в классе d. Насколько же был провален его тест, что руководство школы сжалилось над ним и просто закинуло его в отстающий класс?       Поэтому сейчас Чон как никогда настроен победить. Доказать, что он достоин обучения в этой школе. Теперь — это уже не ради престижности образования для поступления в Сеульский вуз, а лишь для своей гордости! — Ну ты, Чон, и даёшь! Таким сичжо только людей отпугивать. — сказал Тэхен, из-за чего Чонгук вздрогнул от слишком близкого и неожиданного звука. — Тэхен, завались! — раздражённо отпихнул локтем друга староста. — Я тебе, что поэт какой-нибудь, чтобы хорошо писать. — Как ты можешь такое говорить?! Ведь как там говорил Платон? «Любой человек поэт, когда он любит!» — Что ты несёшь? Кого ты здесь видишь влюблённым! Влюблён… Ещё чего скажешь, философ хренов? — нервно промолвил Чон. Подрагивающими руками парень неловко пытался расстегнуть две несчастные пуговицы на своём пиджаке, пока за ним внимательно наблюдал Тэхен. — А чего ты так занервничал то? — посмеивался Ким, прикрывая рот рукой. — Ладно-ладно. Не кипишуй! Я же пошутил. — Тэхен примирительно поднял руки вверх, стараясь завершить небольшую шутку.       И вовсе его сичжо не было ужасным. Может немного корявым и нескладным, но он искренне пытался вложить в него все свои чувства, что терзали его сердце последние несколько дней. От того насколько его чувства противоречивы, наверняка, можно сойти с ума. И Чон не уверен, что он все ещё в твёрдом уме. Ибо как можно было так вляпаться?       Сначала желать человеку провалиться под землю, а после, словно подбитая собака тосковать по своему хозяину. Ну что за нелепость…       Тэхен ещё что-то продолжал говорить, но Чонгук его не слышал. Низкий голос постепенно слился с общим шумом от одноклассников и все поглотил белый шум. Все внимание Чона было запечатлёно на маленьком лепестке, что уносил попутный ветер в только ему известном направлении.       Как бы ему сейчас хотелось побыть этим лепестком, чтобы его так же унесли подальше от этой школы.       Сейчас, наконец, обучаясь в ней Чонгук кое-что для себя понял — в эту школу не столь трудно поступить, как остаться до конца.

***

      День X настал незаметно.       Хотя можно сказать быстрее, чем того хотелось бедным ученикам старшей школы Элита. Бедные первокурсники, которые должны были пройти эти экзамены впервые, так хорошо, чтобы не опозориться самому, не опозорить своих родителей, весьма болезненно чувствовали давление возложенное на них. Да даже старшекурсники заметно напряглись с приближением первого пробного экзамена в этом году. Ведь для третьекурсников это был последний выпускной год. Впереди выпускные экзамены, а после поступление в университет.       Что было непривычно видеть своими глазами. Каждый день, заходя в комнату Студ Совета, Чон видел корпящего над разложенными книгами Сокджина, который параллельно ещё и раздавал указания о подготовке какого-то спортивного дня, который должен будет пройти после пробных экзаменов. Это было действительно удивительно. То как старший серьёзно выглядел в эти моменты, действительно было круто, по мнению Чонгука. И если раньше староста d-класса считал, что Сокджин занял пост Президентом Студ Совета только потому что тот ученик a-класса, то теперь Чон поменял свое мнение о нем.       Чимин также усердно готовился к экзаменам и на грязные провокации Чона не вёлся. Только недовольно мычал и отпихивал надоедливого парня от себя. К сожалению, это не сильно распаляло извращенное сознание Чонгука, как вид красного лица светловолосого. Весь запал старосты тушился о прямой разгневанный взгляд карамельных глаз, в которых Чонгук все больше начинал видеть бескрайнюю вселенную или слышать шум морского прибоя и вол бьющихся о скалы. Что почему то стало пугать парня, и тот все чаще начал избегать прямые столкновения взглядами с Чимином. Хотя тот из-за усердной подготовки не заметил данного факта.       Все ученики сидели в разных кабинетах, перемешавшись со своими одногодками. По случайному распределению на математике Чонгук оказался в одном кабинете с Бенхо и Тэхеном. Это, конечно, никак не повлияет на его знания, но это придало старосте некую уверенность и смелость.       На корейском языке и литературе Чонгук, по бог знает какой случайности, сидел рядом с Чимином. И это, по мнению парня, было не иначе как заговор против него и его хороших результатов. За неделю до экзаменов Хо Донгён сообщила Чону, что ему придется набрать по каждому 75+. Но как тут можно набрать такой космический результат, когда рядом сидит человек, от которого взгляд трудно оторвать. То как задумчиво Пак всматривался в задания и закусывал нижнюю пухлую губу, в попытке найти в чертогах собственной памяти ответ на него, делало сердцу Чонгука откровенно больно.       Чон искренне не понимает, как с ним учатся его одноклассники. Ибо они сталкиваются с таким Чимином на ежедневной основе. Или это только Чонгук такой безумец, которого возбуждают странные и обыденные вещи?       И все же, стоило Чонгуку дойти до творческого задания написания сичжо, тот взмолил к личному богу Хо Донгён. Можно было либо написать любой из существующих, указав автора, либо написать собственный. Чон сначала так и хотел написать тот, что они недавно учили, но стоило его чёрной ручке опуститься на лист бумаги, как слова сами вытекали из-под его руки. Казалось, будто он в тот момент не стих пишет, а исповедь. Исповедь своего сердца.       Остальные экзамены проходили похоже и, к счастью, ничего из ряда вон выходящего не было. Что Чон несомненно принял за хорошую монету.       Наказание для баскетбольной команды было завершено. В последний день парни были отправлены убираться в библиотеке. Конечно, под строжайшим руководством Чимина. Пока сам парень сидел за столом и делал какие-то заметки в тетради, Чонгук и Юнги, а также другие игроки команды расставляли книги на полках в алфавитном порядке.       Библиотека, находившаяся на цокольный этаже, создавала особое настроение у своих посетителей. Когда Чон только вошел в просторную комнату, его слегка напугал стоящий полумрак.       По всему периметру, вдоль стен стояли темно дубовые стеллажи высотой в несколько метров, полностью забитые книгами. По центру помещения расположились столы из тёмного дерева. В самом центре находился большой стол для большой компании, соединённый из двух поменьше. Вокруг него располагались несколько небольших столиков. На каждом столе стояла настольная лампа. С потолка спадает хрустальная люстра, что из-за собственного света ярко переливается.       В комнате царило спокойствие и запах старых книг. Осматривая внимательно предстоящий фронт работы, Чону мерещится тихий звук перелистывающейся книги и протяжный скрежет заломанного твердого корешка.       Как уже успел вычислить Чон, обстановка либо пиздец какая современная и дорогая, либо пиздец как старо и винтажно, потому и дорого. И библиотека, по мнению Чонгука, как ничто лучше подходит для второго.       Конечно, без приключений не обошлось. Бенхо уронил со стремянки книгу на голову Иоши. Тот гневно стрельнул в него взглядом, но шум поднимать не стал. Вместо этого он как бы случайно задел стремянку, из-за чего она слегка качнулась. Бедный Бенхо вцепился в железку до побеления костяшек. И вот тогда уже Чонгук сделал им замечание. Тут то они подняли такой шум. Каждый говорил на перебой друг друга, стараясь оправдаться в глазах старосты d-класса. Но закончить обеление им не удалось — терпение старосты a-класса закончилось раньше. Чонгук, все-таки решив сжалиться над друзьями, начал оправдывать их перед Паком, но тут уж и он попал под раздачу. — Чон, если ты не угомонишь этих идиотов, то я доложу директору, чтобы он продлил вам исправительные работы ещё на неделю! — недовольно процедил Чонгуку в лицо Пак. — Не знал, что ты так сильно хочешь проводить со мной больше время. — тягуче пропел Чон. Улыбка на его лице сама расцвела. — Но для этого не обязательно наказывать всех! Просто скажи и мы можем встретиться в нашем к…       Не успел Чон договорить как Чимин двумя ладонями закрыл его рот. На случай, если парень будет вырываться. Но тот только хитро прищурил свои оленьи глаза, спокойно смотря на Пака. Светловолосый парень почувствовал как губы, накрытые собственными руками, изогнулись в недоброй ухмылке. Пак невинно округлил глаза от осознания происходящего, а когда почувствовал как мокрые горячий язык скользит по его ладони, усиленно боролся с желанием вскрикнуть.       Пак резко убрал руку от чужого лица и потянулся к брюкам, желая брезгливо вытереть безобразие, что устроил придурок Чонгук. Но, вовремя вспомнив где они и с кем, аккуратно опустил руки по швам. На них удивлённо уставились все участники баскетбольной команды, совершенно не понимая что твориться между Чимином и их старостой. Особенно они засмотрелись на Чонгука, что так счастливо улыбался своей широкой улыбкой, что, буквально, светит в глаза присутствующим.       Из-за этого у всех был один вопрос, который они никак не могли решиться задать в слух: «Что только что произошло? Мы что-то пропустили?»       В тот день Чимин так и не появился на пороге кабинета директора. Хотя ему было велено, что при любом косяке баскетболистов сразу идти к директору. Но Пак был в таком состоянии, что вообще ни на кого смотреть не мог. Когда парни закончили с уборкой, Чимин первым делом побежал в уборную. Там он тщательно тёр свои руки с душистым мылом. И даже так, призрачное ощущение скользящего языка не исчезло с ладони. До сих пор Пак чувствует странное раздражающее покалывание на внутренней стороны ладони. Он внимательно смотрит на свою руку будто видит её впервые перед собой.       Наказание ребят было официально завершено.       Хотя если честно, Чонгук был бы не против побыть с Чимином после занятий в, так сказать, приватной обстановке. Даже если бы ему пришлось мыть туалеты зубной щёткой, лишь бы рядом с ним был вечно недовольный староста 1-а класса.

***

      После всех пробных экзаменов наступает пора сдавать настоящие. Вот тут уже все серьёзно. По их результатам кто-то из учеников перейдут в класс выше, а кто-то спустится в низ. Учителя, как коршуны, пол года следят за своими учениками, выслеживая в промежуточных табелях неудовлетворительные оценки. Уж где-где, а в старшей элитной школе Элита, за этим следят особенно серьёзно. Бюджет школы, обычно, растёт именно в эти периоды.       Да начнутся голодные игры!

***

— Черт-черт! Я, кажется, не сдал английский! — ревел Тэхен на плече друга. Тот спокойно, как ни в чем не бывало сидел и делал какие-то редкие записи в тетрадке по математике. — Я там такую пургу написал, что даже не уверен на каком языке слова писал. Не то английский, не то французский, а немецкий! — внезапно поэтично заговорил Тэхен, вспомнив недавний урок зарубежной литературы у Хо Донгён.       Они уже почти час сидят в главной библиотеке и готовятся и готовятся к следующему экзамену по математике в окружении множества таких же нервных учеников. В связи с началом экзаменов старостам не надо появляться ежедневно в совете, поэтому Чонгук снова проводит свои вечера за книжками. Тэхен то-ли хотел просто поддержать друга, то-ли тоже позаниматься, но делает он все, из ряда вон, плохо. — Все ты сдал. — единственное что говорит парень в ответ другу, но из-за частоты произношений этой фразы, бедный Ким уже не верит в её правдивость. — Тебе легко говорить. — обиженно сказал Тэхен, наконец, отлипнув от занятого друга. — Ты то хорошо написал промежуточные — 80-90 баллов, а я еле 50 набрал. — Кто же тебе мешал думать или готовится к экзаменам? — Я и моя молодость, которая не хочет тратиться на какие-то бесполезные школьные предметы. — Ты хотел сказать лень? — усмехнулся староста своему же замечанию. — Сам провалял дурака, а теперь жалуешься мне о том, какой ты бедненький и несчастненький, весь такой не сдавший английский. Ким Тэхен, не беси меня! Все ты сдал. А теперь либо скройся с глаз моих, либо заканчивай с нытьём. — У, какой ты грубый. Мне кажется Пак Чимин на тебя плохо влияет. — важно заметил парень, почесывая кончик носа ноготком. — Когда кажется — креститься надо. — задумчиво пробурчал Чон. — Что? — Не бери в голову. Христианская поговорка.       Тэхен на это ничего не ответил. Он, недовольно пропыхтевшись, уставши окинул взглядом друга и, будто раздумывая о чем то, начал постукивать ногтями о деревянный стол. Но от этого звука уровень концентрации Чона начал заметно снижаться, а его взгляд постоянно метался с логарифмов на отбивающего только ему знакомый мотив Кима. — Слушай, если ты сам не занимаешься может тогда уже домой поедешь? — любопытно поинтересовался староста, стараясь держать себя в руках, чтобы не нагрубить другу. — Я бы с радостью, но я просто не могу бросить тебя один на один с математикой. А то вдруг она тебя окончательно засосет!       Чонгук уставши покачал головой, мысленно усмехаясь с глупостей, что постоянно несёт Тэхен. Парень снова недовольно оглядел оставшиеся логарифмы и, осознав масштаб работы, раздражённо цокнул.       Мы директора Яна победили, мы били Пак Чимина, что мы с парочкой логарифмов не справимся? Ха!

***

— Это просто вопиющий случай списывания! — рвал и метал директор Ян, сидя в своём большом кожаном кресле. В руках он держал, уже изрядно помятый, недавно распечатанный табель с результатами экзаменов ученика 1-d класса Чон Чонгука. — Как вы вообще могли такое допустить?       Перед ним стояла женщина в чёрном деловом костюме и чёрных массивных кроссовках, что добавляют ей пару сантиметров в росте. На голове у неё вместо ободка солнцезащитные очки в белой оправе. — Он хорошо работает на уроках, получает хорошие оценки на тестах и промежуточные экзамена написал практически на отлично! Я не считаю, что он списывал. — твёрдо сказала Донгён прямо в покрасневшее от ярости лицо своего начальника. — Да много вы понимаете, госпожа Донгён! Вы что не знаете нынешних детей? Если им нужны хорошие оценки — они спишут, так, что не докажешь. Придумывалка в таких случаях работает что надо! — О Чонгуке все учителя хорошо говорят! Даже если Чон прогулял какой-то урок, на следующем он знает новую тему лучше присутствующих. — отчаянно пыталась достучаться женщина о недовольный мужской взгляд, который по прежнему оставался неудовлетворенным. — Госпожа Донгён, при всем моем уважении к вам и вашему опыту работы, я не могу доверять результатам экзаменов этого ученика. И дело тут не в моей предвзятости. Вам напомнить как этот парень попал в эту школу. Вспомните, он написал просто отвратительный по меркам нашей школы тест! Его взяли на бюджет только потому, что за него попросил уважаемый человек. Этот малолетний негодяй устроил драку в столовой в первый месяц учёбы, хотя мне божились за его тихий и спокойный темперамент. А где первая, там и вторая! И вот он наглеет ещё больше и объявляет войну мне и баскетбольной команде нашей школы. Я потом ещё месяц наблюдал за тем как пестрят заголовки об этих детишках актёров, бизнесменов и певцов! Наша школа Элита обеспечивает приватность своих студентов, но из-за Чонгука все рухнуло! А теперь скажите мне — вы правда верите в то, что эти результаты правдивы, или вы защищаете его только потому, что он ваш ученик? — Я могу сказать, что любой из моих учеников мог списать, но только не он. — уверенно произнесла Донгён. Мужчина, что-то обдумывая в своей голове, согласно закивал головой. — Тогда я хочу лично убедится в его знаниях. — спокойно выдал Ян. Женщина на его неожиданные слова любопытно округлила свои. Прежде в её практике такого не было. — Прежде чем отчислить его. Если все действительно так, как вы говорите, то ему не составит трудностей написать другой вариант для каждого экзаменационного предмета. Я даже готов выделить для этого неделю, чтобы он не писал все в один день. — Но уже начинаются каникулы… — неуверенно протянула Донгён, отводя глаза на большой книжный стеллаж, полностью забитый различной литературой. — Ничего. Если ему действительно так важно обучение в нашей школе, то не будет спорить. А нет — я никого не держу. Напишу приказ об отчислении сегодня же и пусть ищет себе другую школу. — Может для начала спросить у Чонгука? Списывал он или нет? — Вы опять думаете слишком наивно! Думаете он такой дурак, говорить о списанных экзаменах, когда речь идёт об исключении? — Извините. — Но вы правы. Лучше я сам сообщу ему сейчас, чем вы потом. А то вдруг он что-то не так поймёт.

***

      Обеденный перерыв — это лучше время в учебном дне, по мнению учеников старшей школы, особенно 1-d класса.       Чем по мнению обычных людей занимаются ученики элитного учебного заведения в большой перерыв?       Учатся?       Нет, только не d-класс.       Спят?       Возможно, но скорее нет, чем да.       Страдают какой-то полной хуитой?       Однозначно да.       Другие ученики из d выбрали еще «обедают», но после некоторых событий Чонгук искренне считает, что столовая напитана какой-то негативной энергией и больше не ходит туда.       А какой хуйней занимаются?       Да разной.       Сейчас, например, в кабинете физике ученики внезапно устроили конкурс на лучшую авторскую карикатуру педагога. Победитель должен будет нарисовать свою работу на доске мелом до прихода учителя. Участвуют все. Даже те кто рисовать не умеют вовсе. Главное в этом деле бурная фантазия, остальное уже не обязательное приложение.       И ведь как пошло все. Кого только нет. Директор Ян — Гитлер и директор Ян — Сталин. И курящий информатик и зомби биологичка. Но все-таки одноглазого пирата-географа Чонгука, никто переплюнуть не мог.       Именно поэтому он сейчас так старательно переносит изображение с листка бумаги на зеленую доску. Перепачкал в мелу все руки, бордовые штаны, но зато довольный то какой! Сколько радости в его искрящихся глазах и широкой улыбке.       Остальные тоже не сидят спокойно. Подбадривают свою старосту на хорошую работу, делятся одобрительными комментариями о уже проделанной работе и просто шутят и угорают. Сегодня в классе, как никогда приятная весенняя обстановка, в связи с приближающимися летними каникулами. Погода уже жаркая, в кабинете стоит неприятная духота, от которой не спасают кондиционер и открытые настежь окна.       Когда Чонгук мечтал о старшей школе, почему то всплывала именно эта картина. Поэтому несмотря на все недостатки, он искренне рад, что является её частью.       Наверное, действительно, это того стоило.       Внезапно дверь в кабинет открылась раньше привычного времени. Обычно физик появлялся на пороге своего храма строго после звонка, ибо «я не хочу наблюдать за тем, как вы разносите это священное место».       Чонгук начал активно стирать тряпкой свое незавершенное художество, как к нему подбежала одна из одноклассниц, стоящих ближе всех к доске, и другой тряпкой начала помогать старосте заметать следы.       Но вместо ожидаемого мужчины, стояла неожиданная женщина. Их классная руководительница — госпожа Хо Донгён. — Чон Чонгук, пройди в кабинет директора, пожалуйста. Он хочет поговорить с тобой о результатах твоих экзаменов.       Чонгук выглядел весьма удивлённым такой причиной. Как собственно и его одноклассники. Они просто не могли представить что с ними могло быть не так. Ибо то, сколько их староста занимался постоянно, внушало огромное доверие. — Я не сдал? — в его некогда уверенном голосе пробежала едва заметная дрожь. — Нет. Ты сдал. Даже очень хорошо сдал. — попыталась успокоить его женщина. — Просто директор Ян лично хочет удостовериться в твоих результатах. Для этого тебе надо будет написать другой вариант экзаменационных предметов. — видя шок на лицах своих учеников, женщина тихо добавила. — Все остальное тебе лично объяснит сейчас директор.       Чонгук неуверенно оглядел одноклассников, которые доброжелательно улыбнулись ему и прошептали «файтин», и пошёл на выход из кабинета физики. Взгляды Чонгука и Донгён встретились. Своими глазами женщина пыталась передать все свое сожаление, которое, если честно говоря, никак не могло успокоить боль в сердце ученика.

***

      В кабинете директора его ждало несчастье в лице его директора. Последнее о чем мечтал Чон — это потратить первую неделю каникул на повторные экзамены. Да ещё придется сидеть один на один с директором. Парень вообще не представляет как в такой обстановке можно что-то писать. Ладно когда их рассадили в рандомном порядке по разным кабинетам. Успокаивала мысль, что ребята где-то рядом.       Но все-таки Чонгук написал эти долбанные экзамены. И конечный результат практически не отличался от первого. Староста ждал каких-то извинений или что-то в этом духе, но получил лишь улыбку. Пусть себе её в жопу засунет придурок. Каникулы и так полтора месяца длятся, а Чон всю неделю сдавал долбанные повторные экзамены. Если так и дальше пойдёт и ему придется каждый раз пересдавать экзамены, то Чон просто свалит. Потому что терпеть это просто невыносимо. Столько нервов было потрачено. Учитывая, что приходилось совмещать учёбу, баскетбольные тренировки и деятельность старосты, потому что выполнения обязанностей никто не отменял.       Слава богу, что из-за того, что Элита носит статус чемпиона, то команда является последней в списке среди участвующих команд. Правда они столкнутся с сильнейшей командой, которая героически проходила путь с самого низа, и тут как посмотреть: легче команде Юнги или труднее?       И ведь непонятно чего ожидало долбанное руководство! Сами загнули результат для Чона в 70+ баллов, Чонгук постарался от души, а ему говорят: «Нет, ты не мог так хорошо написать. Пересдача!»       Блядь, идите на хуй, господин директор!       Чего ещё Чон Чонгук не мог, по вашему мнению?       Слава богу, что его поддержали друзья, одноклассники и мама.       Женщине, которая возвращалась после работы поздно вечером или рано утром и заставала своего сына за учебниками, было очень больно. Особенно из-за того, что она ничего не может сделать. Она не могла ворваться в кабинет директора и устроить тому взбучку, ибо тогда его просто снесут с бюджета, а денег на обучение у них нет — Чону прийдется искать новую школу. Но если он не напишет достаточно хорошо этот экзамен — он тоже будет искать новую школу.       Как бы ей не нравилась данная ситуация, она ничего не могла сделать. Обращаться повторно за помощью к Тому человеку, она больше не хотела.       Поэтому все что ей оставалось — это стараться возвращаться как можно раньше, готовить вкусный питательный ужин, завтрак и отправлять сына спать.       Чон понимает заботу матери и для него она многое значит. Даже если кому-то может показаться, что эта женщина делает недостаточно, для Чонгука она делает слишком много.       Покончив наконец с экзаменами, Чонгуку написал Югём о том, что их общий друг устраивает вечеринку у себя дома, в честь первых летних каникул в качестве старшеклассников. Повод, конечно, «очень важный» и «торжественный», но это именно то, что ему было необходимо на протяжении несколько месяцев.       Расслабление.       Ему нужно как следует расслабиться, возможно хорошо напиться, много обсудить со «старыми» друзьями, с которыми, к несчастью, не со всеми мог пересекаться лично.       Югём приходил с новым другом на легендарный баскетбольный матч старшей школы Элита. Но из-за того, что сразу после победы и небольшого триумфа команду повели в кабинет к директору, Чон не мог лично поговорить с другом. Только уже после всех разбирательств Чонгук написал парню «спасибо». А Югём простое: «Рад был помочь. Обращайся».       Чонгук очень рад, что этот парень его друг. Последние время староста считает, что его окружают хорошие и надёжные люди. Хотя раньше, Чон боялся собственный класс. Зато сейчас он уже и представить не может свою школьную жизнь без именно этих людей.       Они — та из немногих, но весомых причин терпеть все невзгоды и издевательства со стороны директора!