Малахитовый сентинель, в небо!

В течение дня Лореку пришлось побегать: все словно сговорились нагрузить его как можно большим количеством заданий. Впрочем, он не жаловался: работа отлично утихомиривала волнение от предстоящего визита гостей. Ну или Лорасайна. Да, Лорек вынужденно признался себе, что красивый эльф надежно запал ему в мысли. Разумеется, никаких иллюзий Лорек не питал, что они смогут хотя бы друзьями стать: Лорика была такой веселой и открытой, наверняка, с Лорасайном уже всю планету перезнакомила, пока почту развозила. Саня точно уже и думать забыл о каком-то там камнерезе с его малахитовым «сентинелем». — А что там будет стоять? — уточнил он, в очередной раз столкнувшись с Дареном, и показал на все еще пустой стеллаж в самом центре осматриваемого. — Пока не знаю, — замучено ответил тот. — Настоятель готовит какой-то сюрприз. Так, мы уже ужинали или еще только собирались? Лорек поволок приятеля в трапезную, откармливать, пока тот не свалился прямо в коридоре, создав еще одну достопримечательность для осмотра «Перетрудившийся камнерез». — Вот ты такой хороший, — расчувствовался Дарен. — Прям очень. И не зря… — он оборвал сам себя. Лорек вопросительно посмотрел на него, желая узнать, что там не зря, но Дарен поспешил доесть и сбежать, оставив Лорека в неведении. Пришлось в свою очередь доедать и возвращаться в келью. А там уже ждал сюрприз: на браслете шел вызов. От Сани. Лорек поспешно отер ладони о бедра. — Принять, — промямлил он. Голографический эльф приветливо улыбался. Судя по позе — сидел на диване, судя по тому, как перекосился — обнимал кого-то за кадром. Лорек готов был прозакладывать голову, что точно знает, кто там рядом. — Привет, — негромко сказал Саня. — Хотел раньше позвонить, но Лорика заболтала, а потом вообще вырубилась. Сейчас разбужу, она очень хотела с тобой пообщаться. И ткнул вбок локтем. После чего к звонку присоединилась донельзя лохматая Лорика. — Привет, — она зевнула, прикрывая рот ладонью. — Что там у вас завтра, экскурсия? Я тоже хочу. — Прилетай? — предложил Лорек. — Не могу, — Лорика привалилась к плечу брата виском и состроила несчастную гримасу. — У меня завтра запланирован межпланетный перелет, повезу девятьсот семьдесят четыре произведения ювелирного искусства на Этрейю, чтобы они там, значит, приняли, рассортировали, описали, а потом устроили галактического масштаба выставку произведений. Так что буду ждать, когда ваша экскурсия закончится, потом прилечу. Ампф, — она снова зевнула. — Все, я спать, а вы — как хотите. Пока-пока, каменный мальчик! — Пока, — смущенно попрощался Лорек. Лорасайн проводил взглядом сестру, потом вернул внимание Лореку. — А что на завтра запланировано, можешь рассказать? — заговорщически спросил он. — Или нас ждут сюрпризы? — Один точно ждет, — Лорек вспомнил про пустой стеллаж. — Ну и сувениры… — он не знал, куда девать руки, ноги и всего себя, так что встал, принялся прохаживаться по келье, три шага в одну сторону три в другую. — Сувениры — это прекрасно, — закивал Лорасайн. — А ты тоже что-то приготовил? Лорек отвел глаза. — Тыкву, — брякнул он. — Живую? — уточнил Лорасайн. — Или каменную? — Живую. И немного всяких овощей. Морковь там, сладкий редис, синяя капуста. Угощать вас буду. Эльф засмеялся, Лорек сглотнул, слушая этот смех. — Тогда мне обязательно нужна тыква. Оставь мне самую круглую и рыжую. А я тебе тоже привезу что-нибудь. Что бы ты хотел? Лорек растерялся. Привезти что-то ему предлагали впервые, как назло, ничего подходящего в голову не приходило. — Хотя я знаю, — с энтузиазмом возвестил Лорасайн. — Тебе точно понравится, обещаю. Специально для тебя сделают. За ночь управятся ведь? — этот вопрос был адресован куда-то наверх, за кадр. — Управятся, — сказал низкий женский голос. — За такие деньги они мне не то что… Того… А еще сверху жопами заполируют. А ну марш спать, Илюха вон, уже вымелась. — Я разговариваю, — оскорбился Лорасайн. — В монастыре за полночь уже, так что прояви хотя бы видимость вежливости! — громыхнуло в ответ. — Завтра наговоритесь, а также послезавтра и далее. Лорасайн развел руками, глядя на Лорека. — Спокойной ночи? — Спокойной, — Лорек впервые улыбнулся при разговоре с Саней свободно и даже весело. — Тыква тебя завтра ждет. И я тоже. Язык он прикусил поздно. Но Лорасайн кивнул так, словно эта реплика Лорека была самой естественной в разговоре. — Я тоже жду. Пока-пока. И связь погасла, оставляя Лорека растерянно улыбаться, краснеть и пытаться уснуть, хотя сон вовсе не шел. Он весь извертелся, пару раз скинул одеяло на пол, наконец, заставил себя крепко зажмуриться несколько раз и уснуть. Нельзя завтра зевать как Лорика сегодня, нехорошо это. — Подъем! Лорек дернулся, пытаясь понять, зачем Дарен будит его, Лорек ведь только глаза закрыл. — Вставай! Скоро гости прибудут! В окно сочился бледный утренний свет. Лорек вскочил, бросился заправлять кровать, потом вихрем понесся, насколько позволяла нога, умываться, приводить себя в порядок. Как назло, одежда была у него не особенно парадная, да, чистая, да, целая, но все равно, видно было, что запястья чуточку дальше высовываются, чем полагается по возрасту, да и штанины коротковаты. — Держи, — смилостивился Дарен. — Дарю. Одежда Дарена подошла просто идеально, чистая, отглаженная и совершенно новая. Лорек посмотрел на себя в зеркало, убедился, что выглядит плюс-минус пристойно для встречи высоких гостей. — На завтрак! — возвестил настоятель. Радостное волнение царило в трапезной над всеми столами, даже самые старые и степенные мастера перемигивались как мальчишки, глаза так и сияли, словно с яшмовых и лазуритовых бляшек водой смыли пыль. И на Лорека все смотрели как на воплощение Риндара, косились с восторгом и даже выделили самые наваристые куски мяса. — Это ты уговорил Лорасайна Арауда прилететь, — пояснил настоятель после завтрака. — А он абы куда не летает. Помнится, четыре года назад была тоже выставка камнерезов, так он только фыркнул, косу через плечо перебросил и изрек, что время тратить на такие поделки не намеревается. — А он кто-то известный? — наивно спросил Лорек. Настоятель поманил за собой, вздохнул, оглядывая Лорека. — Семья Арауд славится своими ювелирами, мастерами витражей и умением заговаривать любой металл. Твоему Лорасайну даже ковать ничего не надо, он металлу только прикажет, тот сам и льется и гнется. А сестра его, Иллорика, наоборот, в искусстве не сильна, зато пилот высшей пробы, ее любой корабль слушается. Вот она и возглавила почтовую службу Араудов, все новые маршруты сама облетает. И мы в ее новый район попали, вот тебе и повезло увидеть ее вживую. — То есть, больше Лорика прилетать к нам не будет? — огорчился Лорек. Настоятель огладил бороду, хитро прищурился. — Ступай, мальчик, скоро гости прибудут, готовься встречать и сопровождать. Дарен и Вит будут про камни рассказывать, а ты стой и собой пространство украшай. А потом до огорода их сопроводишь. А там уже и на обед в трапезную, да и проводим. Лорек закивал. И только до него дошло, что Лорасайна почему-то назвали «его», как настоятель улетучился, словно в камень канул и в другом месте выскочил. Оставалось только похлопать ледяной водой по горящим щекам и направиться к посадочной площадке. Пространство прорезала округлая «мыльница», куда больше скромного почтовика, блеснула серебром и плавно приземлилась, встала, замерла. В боку плавно нарисовалось отверстие, выметнулся языком трап, по которому зашагали, чеканя шаг, парни и девушки в черно-серебряной форме. Следом за ними выбрался Лорасайн, облаченный в жемчужно-серый комбинезон, заправленный в неизменные высокие сапоги. Поискал взглядом Лорека и улыбнулся ему, потом чуть ли на бег не сорвался, подлетев к встречающим. — Лорасайн Арауд, — коротко кивнул он Дарену и Виту. — Сейчас Ольга своих орлов выстроит. И ведите нас. Из «мыльницы» выпрыгнула женщина со снежно-белой косой, невысокая, хрупкая. И гаркнула знакомым Лореку голосом: — Искусством пр-роникнуться! Коммуникаторы в режим съемки! Не меньше пяти десятков фотографий в Галанете по возвращении предъявить! Кто забудет хештег — будет драить Илюхе все почтовики своими слезами и трусами! — Это шутка, — шепнул Лорасайн. — Наверное… Ну что, ведите. Дарен откашлялся и дисциплинированно завел: — Наш монастырь посвящен Риндару, богу камнерезного искусства… Лорек украдкой поглядывал на Саню, который внимательно слушал историческую справку. Каким все-таки тот был красавцем, такой профиль да на камею. А камею спрятать и никому не показывать. — Прошу проследовать в мраморные коридоры, — перехватил инициативу Вит. — Там мы покажем вам то, над чем наши мастера трудились неустанно несколько последних десятилетий. Один из курсантов поднял руку, как примерный ученик. — Скажите, мастер, — обратился он к Виту, — а мы сможем приобрести здесь какие-нибудь сувениры? — Да, — произведенный из подмастерий в мастера Вит закивал. — Все, что вы увидите, можно приобрести. Кроме стен и колонн. Шутка была неловкой, но все негромко ей засмеялись. Процессия двинулась дальше, оставляя позади Лорека и Саню. — Что ж, пока они тут все осматривают, я успею выбрать тыкву? — эльф старался выглядеть серьезным, но в глазах так и прыгали веселые огоньки. — А тебе не интересно посмотреть на нашу выставку? — обеспокоился Лорек. — Еще насмотрюсь, — Саня усмехнулся. — Надеюсь, эта саранча все не раскупит. — Зачем так? — неловко сказал Лорек. — Может, из вежливости купят пару тарелок. Или браслет на память. А тебе я и так подарю что-нибудь, что захочешь. Настоятель разрешит. Если что-нибудь вообще захочешь. Из монастыря вылетел Дарен с выпученными глазами, добежал до них и принялся трясти Лорека, заливаясь слезами. — Что случилось? — перепугался тот. — Они… кредиты… камни… — Дарен икал и пытался связать пару слов, но не получалось. Следом за ним вывалилась парочка мастеров в ничуть не менее встревоженном состоянии, восклицая что-то, воздевая руки к небу. Лорек всерьез заволновался. Саня почему-то тихо посмеивался. Наконец, что-то сказал в комм, из корабля выкатилась парочка дроидов с инъекторами, увешанная крест-накрест ампулами. — Легчайшее успокоительное, — пояснил Саня. — Надо же узнать, что произошло. Дарен после применения инъектора успокоился, перестал рыдать и уставился на Лорека осоловелыми глазами. — Они мою статуэтку купили. Смотри! Он предъявил от руки написанную бумагу, свидетельствующую о том, что Ольга Ласка приобретает в собственность ониксовую статуэтку сидящей кошки и обязуется перевести Дарену Ольду деньги в размере… — СКОЛЬКО? — заорал Лорек в ничуть не меньшем шоке после того, как пересчитал количество знаков в сумме оплаты. — Успокоительное? — сразу же предложил Саня, поигрывая инъектором, отнятым у дроида. Лорек кивнул, пытаясь уложить в голове, что за созданную монастырским подмастерьем статуэтку монастырь только что росчерком ручки получил три годовых дохода. — Но зачем столько? — жалобно спросил он. — Это же такая сумма… — Во-первых, это полностью ручная работа, а не поточное изделие, — Саня пустился в объяснения, попутно прикладывая инъектор к шее Лорека. — Во-вторых, натуральный камень, а не искусственно воссозданный. В-третьих, она того стоит, поверь мне. Ох, они точно все сейчас раскупят. — Мы не все выставили, — промямлил Дарен, немного очнувшийся. — Отлично! Мне будет что отвезти на Этрейю. Лорек попытался припомнить, что там такое про Этрейю он недавно слышал и где, но не преуспел. А потом выскочила Ольга Ласка, расцвела в улыбке. — Что успела ухватить? — весело спросил Саня. — Стол, — похвасталась она. Дарен с круглыми глазами посмотрел на Лорека. — Лазуритовый? — слабо спросил он. — Его, — подтвердила Ольга. Лорек лихорадочно принялся вспоминать, что он там вчера такого еще напророчил. Всепланетную славу вроде, точно. И что все скупят, что они выставили. Но от размышлений отвлекла Ольга. — Идемте, — взмолилась она. — Без вас нам кое-что продавать не хотят. — Без меня? — удивился Лорек. И захромал в сторону выставки, гадая, что там такого не могут никак продать. Он же сам ничего не вырезал, а овощи настоятель обещал отдать бесплатно. Лорасайн шагал рядом, приноровившись к его скорости, вертел по сторонам головой в немом восхищении и фыркал на пустые ниши и столы, мимо которых они проходили, ворча что-то про саранчу и грузоподъемность корабля. — Ого… — он внезапно остановился. Лорек взглянул вперед и замер, чувствуя, как пространство расплывается перед глазами, сердито смахнул слезы и снова уставился на тот самый стеллаж. Корабли… Все полки были заняты кораблями. Все виды камней, все расцветки и все искусство монастыря слились здесь воедино. Тяжелым селенитом замер на взлете «Эспринг-Арай», рвалась с полки в полет халцедоновая «Чарна». — Мне надо! — с чьего-то коммуникатора с азартом орал рыжий как лисица парень. — Ничего не знаю, мне надо. Кей! Не держи меня! — Да кто тебя держит, придурка! — доносилось в ответ. — Всем надо! — возмущались напротив. — Имейте совесть! — Иметь надо деньги, а не совесть, — рокотали с третьей стороны. — Совесть потом поимеем, если найдем. Мне вон тот, черный с переливами, фрегат. Продайте, двадцать тысяч дам. — Сто двадцать не пожалею! Тысяч! — Не продается! — непреклонно отбивался настоятель. — За миллионы — не продам! Это в приданое! — На ком жениться? — сразу переключился рыжик. — Я, конечно, уже женат, но сейчас разведусь! Кей, срочно разведи меня с собой, пока невесту или жениха не увели вместе с приданым! Лорек всхлипнул, ощутил, как Саня его обнимает за плечи. Приданое… Он сразу понял, чье оно. И ни при чем тут свадьба. Это его отпускали из монастыря и давали с собой всю эту коллекцию. — Извините, но все равно не продается, — сказал он. — Можете заказать копии. Из любого камня. Но эта коллекция — только на посмотреть. — Хочу бирюзячий корабль, — мгновенно согласился рыжик. — Бирюзовый, — машинально поправил Лорек. — Все равно хочу! Лорек почувствовал, как его тянут прочь, последовал за Саней на свежий воздух. Эльф никак не мог перестать улыбаться. — Ты внимания не обращай, — он покосился на Лорека. — Лис, конечно, то еще трепло и шут, но когда надо — он серьезный. Военный корабль все-таки. И на Этрейю прилетит в числе первых. Если ты согласишься коллекцию выставить. — Подожди, — Лорек замотал головой. — Свои корабли? На Этрейе? На выставке? — Там не только корабли, я собираюсь отобрать несколько работ для показа, — Саня глянул на коммуникатор, подозвал дроида с успокоительным. — Помнишь, я тебе подарок обещал? Сейчас будет. Издалека донесся гул, басовитый, тяжелый. — Сентинель шьет пространство, — пояснил Саня. — Не бойся. Лорика летит, забирать нас вместе с выставочными образцами. Сгоняла пораньше, успеет как раз глянуть хоть что-нибудь. Лорек потерял дар речи. Настоящий сентинель… — А мне можно будет подняться на борт? — выдавил он. — Да мы на нем полетим, — Лорасайн засмеялся. — И ты летишь с нами, как представитель монастыря. Ой, тебе еще настоятель не сказал? Лорек сел на землю, когда ноги подогнулись. Оказался в объятиях Сани. — Сделаешь вид, что это сюрприз? — несчастно сказал тот. — Ага. Сердце пыталось колотиться, но успокоительное мешало. Лорек попытался все воспринять как сказку, хотя нет, сказки обычно не воплощаются в жизнь. А у него все сбылось. Как реальность это надо воспринимать. — Это классный подарок, — он вспомнил, что неплохо бы еще и диалог поддерживать. — Так подарок еще не появился, — Саня вытянул ноги, перетащил Лорека на себя, нимало не смущаясь. — А, вот он… Лорек поднял голову и все-таки расплакался, чувствуя, что мера счастья переполнилась и рванулась стекать через край души этими слезами. Из сияющего прокола в синее летнее небо горделиво выплывал сентинель раскраски «глазчатый малахит».