Часть 7
10 декабря 2022 г., 08:15
В Гвиане все сразу пошло не по плану. Не тот отель, не тот проводник, бесконечный дождь.
Перед тем как выдвинуться в оговоренную пещеру с донельзя подозрительным местным парнем, Лив написала Джеффу свои координаты, предполагаемое время возвращения и даже имя заказчика. Она еще никогда так не делала, ограничиваясь лаконичным «Ушла» и названием населенного пункта.
Он не ответил.
***
Ярко светящаяся шкатулка бросала блики на стены подземного тоннеля, покрытые влажным мхом. Лив нервно облизнула губы, протягивая руку. Пальцев коснулся гладкий холодный камень.***
Первым, что она увидела, разлепив веки, была капельница. Перевернутая пластиковая бутыль прозрачной жидкости, эластичная тонкая трубка, идущая вниз и впивающаяся иглой в сгиб ее локтя. Всё тело болело, во рту было ужасно сухо. Какие-то приборы гудели и тикали. За большим окном прямо напротив ее койки шумело дерево, похожее на клен. За окном была не Гвиана. Лив отключили от капельницы, принесли еду, наказали оставаться в покое. Джефф появился через пару часов после того, как персонал узнал, что она пришла в себя. Когда капитан полиции зашёл в палату, его взгляд мгновенно метнулся к ее лицу. Лив прежде не замечала у него такого выражения тревоги и облегчения одновременно. — Привет, — он нерешительно замер в изножье кровати. Она слабо улыбнулась: — Привет. Джефф едва заметно выдохнул, его плечи опустились. — Помнишь меня? Лив нахмурилась. До сих пор ей никто не объяснил, что с ней произошло, и этот вопрос вселил тревогу. — Да, — она медленно кивнула. — Ты — худший мужчина в моей жизни, я тебя отлично помню. — Супер, — он широко улыбнулся, сел на край ее кровати. Его темные волосы были привычно растрепаны, под глазами залегли тени, а в щетине Лив вдруг заметила проклюнувшееся серебро. Он выглядел уставшим. И потерянным. Она машинально протянула к нему руку, он сжал ее ладонь теплыми пальцами, и Лив мгновенно почувствовала себя лучше. — Ты должен рассказать, что со мной произошло. Джефф хмыкнул: — Вы посмотрите, не успела выйти из комы, а уже командует. — Кома? — она вздрогнула. Полицейский посерьезнел. — Два с половиной месяца. Она рефлекторно сжала его пальцы. Он рассеянно погладил тыльную сторону ее ладони в ответ. С минуту они молчали. Потом Джефф выдохнул. — Ладно. Слушай. Но предупреждаю: у меня теперь есть пожизненное право называть твои сраные экспедиции сраными. О том, что Лив без сознания попала в больницу Кайенны, Джефф узнал почти сразу. Перевезти ее в Америку, найти бригаду врачей, специализирующихся на коматозных состояниях, договориться о содержании в медицинском центре в Лос-Анджелесе — это должно было быть очень непросто, но ни о каких сложностях Джефф не упоминал, рассказывая обо всём, как о само собой разумеющемся. Ее состояние было стабильным, однако, без подвижек. Приборы, показывающие сердечную и мозговую активность, работали так, будто Лив проживала нормальную, более чем активную жизнь. — Вероятно, тебе снились очень яркие сны, — хмыкнул он, глядя на ее ладонь в своей руке и аккуратно проводя пальцем по костяшкам. Лив попыталась вспомнить хоть что-то. В голове крутилось слово «Рагнарёк», но она понятия не имела, откуда оно там взялось. — А что с моим заказом, ты не знаешь? Он нахмурился. — Я знаю, что тебя нашли в пещере. Одну. При тебе были только личные вещи. Лив прикусила губу, мучительно размышляя. Она помнила мальчика проводника, помнила шкатулку… Но так смутно, будто это было в прошлой жизни. Образы ускользали от сознания, в голове начинало шуметь. — Тебе надо отдохнуть, — Джефф, похоже, заметил ее состояние. — Нет, я… — Лив, у тебя закрываются глаза. Он отпустил ее ладонь и поднялся. Лив чувствовала ужасную слабость, все, на что ее хватило, это отчаянный взгляд и почти умоляющий шепот: — Не уходи. Он замер. На его лице читалось замешательство. — Пожалуйста. Еще немного. Просто побудь со мной? Она вдруг поняла, что готова заплакать. Это, конечно, слабость, болезнь, черт знает что еще. Но если он сейчас уйдет, это будет слишком. — Ладно. Она облегченно улыбнулась, отодвигаясь от края кровати. Он сел рядом, облокотился на изголовье постели. Лив поерзала, устраиваясь удобнее, потянув за руку, заставила его сползти чуть ниже… И мгновенно уснула, уткнувшись носом куда-то ему в ребра. Сквозь сон она чувствовала тепло его тела, запах табака и кофе, и как он медленно гладит ее по голове, слегка зарываясь пальцами в волосы.***
— Не смей. — Но… Джефф, послушай. Я узнала, сколько это всё стоило, это огромные деньги. И я должна их тебе вернуть. Это было третье утро у него дома после выписки из медцентра. Лив быстро восстанавливалась, но должна была продолжать посещать врача каждую неделю еще минимум месяц. Она отпила кофе, глянув на Джеффа поверх чашки. Он как раз переворачивал омлет, а тот никак не поддавался, нахально порвавшись уже во втором месте. — Ты слышишь меня? — ей показалось, что вопрос буквально отскочил от его напряженной спины и бесследно растворился в воздухе. Чертыхнувшись, полицейский начал переворачивать омлет по частям. — Джефф? — Да ты, блять, издеваешься, — он резко повернулся к ней. На его лице читалась мрачная решимость. — Больше ни слова об этом, или я за себя не отвечаю. — Да в чем дело? — Лив начинала злиться. И немного нервничать. Она узнала сколько стоили ее перевозка в Америку и всё последующее лечение и, если по-честному, была в ужасе. Это была как раз та сумма, которая лежала у нее на счету, отложенная на безбедную старость, свой дом и садовника-мулата. — Это был мой выбор, — Джефф смотрел так холодно и сердито, что у нее по спине побежали мурашки, заставляя тонкие волоски по всему телу вставать дыбом. Лив сделала ещё один глоток кофе, стараясь сохранить невозмутимость. — Если бы я не хотел расстаться с этими деньгами, поверь, ничто бы меня не заставило это сделать, — он отставил сковороду с горячей конфорки, со стуком бросил на нее лопатку, так до конца и не перевернув несговорчивый омлет. — Так что, просто забудь. — Но… — Никаких, нахрен, «но». — Слушай… — Лив всё ещё немного малодушно пряталась за чашкой. — Просто мне неудобно, понимаешь. Я… Я не знаю, как тебя отблагодарить. — В этом дело? — Джефф издевательски повел бровью. — Уверен, ты сможешь придумать, как меня отблагодарить. Лив с ужасом поняла, что краснеет. Отставила чашку. — Я не это имею в виду. — Не это… — он посмотрел на нее очень внимательно. Вообще-то, за годы их общения он говорил много диких и странных вещей. Но следующая его фраза мгновенно переплюнула их все, вырвавшись вперед с существенным отрывом. — Тогда ты можешь выйти за меня замуж. Лив показалось, что она падает в пропасть. Что складываются стены дома. Планета срывается с орбиты. Солнечная система исчезает в черной дыре. Черная дыра… Она тряхнула головой, шумно втягивая воздух через нос. — Что? Джефф смотрел на нее совершенно спокойно, будто с мирозданием только что не произошло ничего непоправимого. Рассеянный утренний свет, падающий из окна, высвечивал радужки его глаз до льдисто-голубой прозрачности. — Выходи за меня замуж, — он откашлялся и невозмутимо продолжил. — Я должен иметь законный доступ к тебе в больницу, если с тобой снова произойдет какое-то дерьмо. Оказывается, полицейское удостоверение в таких случаях ценится куда меньше свидетельства о браке. Он говорил медленно и серьезно, неотрывно смотря ей в лицо. Лив, обхватив себя руками, нервно вглядывалась в него в ответ. Наконец спросила: — И всё? — А что ещё? — Обычно люди женятся по другим причинам. — Других причин у меня хоть отбавляй, — он пожал плечами, но больше ничего не сказал. Подождав пару мгновений, Лив выдавила: — Например? Ей показалось, что он сейчас скажет что-то обидное. Или превратит всё в шутку. Или всё-таки Земля сорвется с орбиты, благородно избавив их от этого ужасного разговора. — Ты же знаешь, что я тебя люблю. — Нет. — О, правда? — он вдруг усмехнулся. — По-моему, я веду себя как влюбленный идиот с нашей первой встречи. — Нет, — она нервно рассмеялась. — Ты ведешь себя просто как идиот, — запнулась на мгновение. — Ну, вёл. Не прямо сейчас. И… — Я тебя люблю, Лив. Звенящая тишина опустилась на кухню. Солнечная система функционировала как надо, не собираясь ничего предпринимать. «Ты похожа на короткое замыкание». Лив подумала, что вот сейчас точно похожа. — Джефф… — она прошептала его имя, совершенно не понимая, что сказать. — Слушай, — он взъерошил волосы рукой, выдохнул, уводя взгляд. — Это… Это не важно, забудь. — Важно. Но я… Я просто… — она зажмурилась, чувствуя, что вот-вот заплачет, совершенно непонятно почему. Отчаянно шмыгнула носом. — Обними меня. Он молча притянул ее к себе, Лив уткнулась ему в шею, пытаясь выровнять дыхание. Почувствовала, как быстро колотится его пульс. На мгновение отодвинулась, заглядывая ему в глаза: — Ты нервничаешь? — Я охренеть как нервничаю. — Я тоже. — Хорошо. — Не очень. Он тихо усмехнулся, касаясь губами ее лба. — Никогда бы не подумал, что если женщину позвать замуж, она будет на грани обморока. Лив слегка недовольно повела бровью: — Твоя актриса вела себя иначе? Он тяжело вздохнул. — Это было шоу для раскрытия того бесконечного голливудского дела. Мы не были помолвлены по-настоящему. — О… — Лив отпрянула. — И когда ты собирался это рассказать? Он пожал плечами: — Не знаю. Никогда. — Но… — она все никак не могла справиться с эмоциями и шумным потоком мыслей в голове. — Но она же называла тебя «милый»? — Ей казалось, что это смешно. — Это действительно смешно. — К черту, Лив, — Джефф прислонился лбом к ее лбу. — Ответь мне что-нибудь. Она выдохнула: — Я в ужасе. Прости. Я люблю тебя. — Да? — Да. Он поцеловал ее. Медленно. Успокаивающе. Лив обняла его, запустила пальцы в густые волосы. Почувствовала, что ее тело начинает расслабляться. Джефф слегка отодвинулся, снова посмотрел ей в глаза, будто пытаясь разглядеть её мысли. — И ты выйдешь за меня? И будешь жить здесь? И будешь возвращаться сюда из своих… походов? Она слабо улыбнулась, вспомнив примерно такой же поток вопросов в их встречу в Париже. — Да. Все это — да. Она видела, как в его глазах загорается огонь, как он пытается сдержать улыбку, но она все равно растягивает его губы. — Но, если ты не против… Он мгновенно нахмурился, напрягаясь. Лив отвела взгляд в сторону, стараясь говорить спокойно и немного драматично. — Если ты не против, я бы повременила пока с экспедициями. Может год. Или больше. Так что, если ты рассчитывал, что я тут буду появляться только раз в пару месяцев, то… Она почувствовала, как он коснулся пальцами ее подбородка, повернул ее голову к себе. — Лив, — он сохранял серьёзное и даже торжественное выражение лица, но она не могла не видеть, как уголки его рта то и дело стремятся улыбнуться. — Думаю, я не против. Думаю, в моей жизни еще не было момента, когда я был так сильно не против. Не сдержавшись, она хихикнула. — Что, ни одного? Она быстро потянулась к его губам, прикусила и слегка оттянула нижнюю, тут же отпуская: — Ни одного момента, когда был бы так сильно не против? Джефф хмыкнул и сам возобновил поцелуй. Лив скользнула ладонью под его футболку, провела вверх по прессу к груди, снова оторвалась от его губ. — Мне кажется, пару раз было, всё-таки… Ай! Он толкнул ее к ряду кухонных шкафчиков, зажимая ее бедра между собой и деревянной поверхностью. Проник теплыми руками под домашнюю кофту, огладил талию, тут же перемещаясь к груди. Опалил дыханием мочку уха: — Не надо меня дразнить. Ты же знаешь, чем это кончится. Лив сквозь улыбку куснула его за шею, так кстати оказавшуюся прямо перед ней. Немного отстранилась, чтобы видеть его лицо. Черные зрачки, сведенные брови, вопросительное ожидание. — Нет, капитан, — серьезно нахмурилась, чувствуя, как он еще не жёстко, но уже и не нежно сжимает ее грудь сквозь бюстгальтер. — Даже не представляю. Одна его рука медленно скользнула по ее животу вниз, без труда проникая под резинку домашних шортиков. Взгляд в глаза. Такой прямой и откровенный, что перехватило дыхание. И очень спокойно, негромко, чуть хрипло: — Сейчас покажу.
