сделай меня счастливой

девушка повернула голову в ту же сторону, куда смотрела подруга, когда передние окна машины опустились. дыхание прервалось. — «колибри» в голове девушки был рой мыслей, и самой заезжанной была «как можно было вот так глупо попасться» — Асмир, — начала была девушка мягко, — в машину живо! Вика быстро сев за руль, вдавила газ в пол, и в мгновение они ворвались на главную улицу, обьезжая зевак, чтобы поскорее скрыться от «колибри». Вика сильнее сжала руль, чувствуя адреналин по всему телу. — так, для начала, нужно чтобы они от нас отстали и продолжить свой путь до аэропорта, — сказала девушка на переднем сидении, все время оборачиваясь то назад, то в боковое зеркало. — легко сказать Ась, они ведь прицепились к нам как клещи, — ответила подруга смотря на зеркало заднего вида, не переставая нервничать и сжимая руль. парни же не теряю ни секунды, повторили маневр, и начали погоню. — они за нами, — Асмира оглядывается, — слева. Карим и Нияз. сзади «гелик» врывается в поле зрения. Карим за рулём,он проводит языком по губе, видя, как Вика уходит в дрифт. — боже, она ещё сексуальнее, когда пытается от меня уехать, — бормочет он, и Нияз хмыкает. — сосредоточься. или она тебя увезёт в чёртов закат. — может, я и не против. — она снова с ней. всегда держит ее под боком, — говорит он в сторону Карима. — думаешь, они сбегут? — нет, — отвечает Нияз. — они хотят, чтобы мы поймали их. в этот момент он высовывается и стреляет — пуля выбивает стекло рядом с Асмирой. та резко поворачивается, высунув руку через окно, показывая средний палец в сторону гелика, — он думает, что меня это впечатляет, — шепчет Асмира. — может, тебе и нравится, когда он по тебе стреляет? — усмехается Вика. Асмира смотрит вперёд, но в уголке губ играет еле заметная, дразнящая улыбка. гелик приближается. Карим видит, как Вика проскакивает между машинами. — всё так же лихо. всё так же красива. неужели ты думала, что я отпущу тебя просто так? Вика чувствует его взгляд. сердце бьётся чаще, но не от страха. —ты опоздал на пару лет, Карим, — шепчет она. —но, может быть, если переживём эту гонку, я подумаю, — с этими словами девушки отрываются от парней, скрывшись за углом, прибавив скорость, подъезжают к аэропорту.

***

аэропорт. Вика и Асмира забегают в аэропорт, подбегая к ресепшену, покупая билеты в один конец, в Лос-Анджелес. сдав багаж, пройдя проверку, девушки мигом направились к посадочной полосе. они успели оторваться полностью. по крайней мере они так думали. интерьер самолёта. первый класс. мягкий гул двигателя. Вика смотрит в окно, пока город под ними уменьшается до точек. Асмира откидывается назад и глубоко выдыхает. в её взгляде усталость, но и лёгкая улыбка, — ну что, адреналин спал? — спрашивает она, повернув голову к Вике. — почти, — отвечает Вика, всё ещё глядя в иллюминатор. Асмира становится серьёзнее. — это не просто игра в салочки. если они нас найдут особенно теперь, когда мы уезжаем из зоны их контроля они не будут разбираться. — знаю. — Вика наконец отводит взгляд от окна. — но мы тоже не просто беглянки. у нас есть цель. Асмира кивнула, и её лицо вдруг стало мягче, — нам надо найти маму. тишина. только шум двигателей. Вика берёт подругу за руку. — мы найдём её. они сидят молча ещё минуту, но пальцы всё ещё сцеплены. где-то там внизу остались Карим и Нияз. возможно, не навсегда. но сейчас они летят к новой игре, в которой правила устанавливают только они.

***

аэропорт. пустая взлётная полоса. Карим стоит, глядя в небо, где только что исчез силуэт самолёта. Нияз молча подходит сбоку. несколько секунд ни слова. — улетели, — наконец произносит он. Карим сжимает челюсть. — пока. Нияз усмехается. — я знал, что она будет с Викой. я знал, где искать. она думает, что может уйти вот так? он смотрит на Карима. — мы не отпустим их, да? Карим кивает медленно. — нет. но теперь всё будет по-другому. они считают, что вышли из игры. что вырвались.а мы просто сменим правила. Нияз садится на край бетонного ограждения, достаёт сигарету. вишневую. — в какой город они могли полететь, как думаешь? — я уже выясняю. связался с парнями. если они навестят её мать это будет первая точка. и, возможно, слабая. Карим подходит ближе, опирается на капот машины, закуривая предложенную сигарету.

***

утро. Лос-Анджелес. пригород. сумрак рассеивается под лёгким дождём. улицы ещё полупустые, капли стекают по стеклам такси, в котором сидят Вика и Асмира. обе молчат. усталость и тревога висят между ними, как воздух перед грозой. Асмира смотрит в окно за ним мелькают зелёные парки, черепичные крыши, старинные улочки. всё кажется таким чужим и таким… спокойным. слишком спокойным. — почти приехали, — говорит водитель с лёгким акцентом. — северо-восточный пригород Пасадена, улица Медлин Драйв? Асмира кивает, и Вика незаметно сжимает её руку. — готова? — шепчет она. — не знаю, — признаётся Асмира. — я не видела её около 3 лет. машина замедляется, поворачивает во двор. перед ними небольшой двухэтажный дом, окружённый кустами лаванды. дом выглядит уютно и безмятежно, как будто вне всего мафиозного ада. дверь открывает женщина — хрупкая, с усталыми глазами и седеющими волосами. в её взгляде сначала растерянность. потом… узнавание. затем слёзы, — Асмира?… — мама… — голос Асмиры срывается, и она бросается в объятия. они сливаются в долгом, молчаливом, почти болезненном объятии. через плечо матери Асмира кивает Вике — та слегка улыбается, давая понять: я рядом. внутри дом наполнен ароматом кофе, старых книг и уюта. Асмира и мать сидят на кухне, укрытые пледами. вика стоит у окна, наблюдая за улицей. — вы бежите, да? — тихо спрашивает мать. — у тебя в глазах снова этот огонь. — мы не просто бежим, — отвечает Асмира, — у нас есть цель. и ты о ней знаешь. мы должны отомстить за моего отца, «черные драконы» глупо пали, после убийства главы клана, даже не попытавшись дать отпор. Вика оборачивается: —и если повезёт обойдемся без лишних потер. Мать кивает. — здесь вы в безопасности. пока. но как вы собираетесь мстить, и собирать старый клан? — это все на мне, я собрала сводки, насчет приближенных, — ответила Вика, все так же стоя около окна. — сейчас главное обезопасить тебя, мам. мы заберем тебя в Тибет. там есть мужчина, он возьмет твою защиту на себя, — сказала Асмира. дождь стучит по крыше, внутри тепло и свет. Вика ходит по комнате с чашкой чая, осматривая старые фото на стенах. Асмира сидит на полу в комнате, где когда-то была её детская. открытый чемодан, разбросанные вещи, оружие на всякий случай прикрыто пледом. — знаешь, — говорит Вика, входя, — в этом доме всё слишком… настоящее. я даже на минуту поверила, что можно просто остаться. навсегда. Асмира хмуро улыбается. — я тоже. но знаешь, что самое страшное? — что? — даже в самом мирном месте мозг всё равно просчитывает пути отхода, укрытие, сколько секунд нужно, чтобы достать пистолет… Вика кивает, присаживается рядом. — нас испортила эта жизнь. но не сломала. — это пока. — Асмира резко поворачивает голову. Асмира встаёт, подходит к окну, приоткрывает штору. снаружи темнота, сад, мокрые кусты, фонарь на углу улицы, мерцающий в такт дождю. но что-то в ней напрягается. — что такое? — Вика подходит ближе. — не знаю. наверное… просто тревожность. хотя… — она прищуривается. — там был какой-то силуэт. или мне показалось? обе замолкают. Вика быстро закрывает штору, — мы должны подготовиться. Вика внимательно смотрит на подругу. — тогда мы встречаем их на своих условиях. тишина на секунду… и за окном снова мелькает тень. но уже не просто “показалось”.

***

офис Карима. город. солнце уже садится, но в офисе полумрак только лампа на столе. Карим сидит в кожаном кресле, подперев подбородок рукой. на экране — карта авиарейсов, список пассажиров. на столе — телефон, сигара и фотографии. входит Нияз, бросает на стол пачку бумаг. — нашёл. рейс ушёл в Лос-Анджелес. через пару часов они будут в городе. — и… — продолжает он, — у нас есть старая связь в Лос-Анджелес один из наших людей когда-то работал с матерью Асмиры. живёт на окраине, в доме у леса. если девочки действительно туда направятся мы перехватим их раньше, чем они подумают о побеге. Карим улыбается, но в этой улыбке больше контроля, чем радости. — знаешь, что мне больше всего нравится в этих двух? — тихо произносит он. — они думают, что знают нас. думают, что мы предсказуемы. Нияз кивает. — и что они могут нас обмануть. Нияз садится на край стола, кидает ключи от машины рядом с бумагами. встаёт, надевает тёмное пальто. — собирай команду. мы летим сегодня ночью. завтра утром они проснутся и уже не будут одни. Нияз усмехается. — чувствуешь это? Карим прищуривается. — что? — охоту. Карим молча кивает. игра началась по-крупному. только теперь без спешки. без лишнего шума. только они, цель… и огонь, который не погас даже после взлёта. поздний вечер. Пасадена. переулок напротив дома. машина с тонированными стёклами стоит без фар. мотор выключен. внутри Карим и Нияз. снаружи дождь, лужи, блики фонарей. они наблюдают. — это она? — спрашивает Нияз, смотря в бинокль. Карим кивает. — да. мать. дочь. и Вика. — бежали в объятия семьи… как трогательно, — с иронией замечает Нияз. — хочешь вломиться прямо сейчас? — нет, — отвечает он. — сейчас они ждут, что мы появимся. напряжены. будут наготове. — а позже? — позже — когда они немного расслабятся. успокоятся. начнут верить, что им удалось сбежать. тогда и ударим. — у нас сутки, максимум — двое, — продолжает он. — потом они исчезнут. или уйдут в подполье, или сменят имена. надо действовать. Нияз открывает бардачок, достаёт планшет с планом дома. — вход один. окна старые. сигналка минимальная. но мать переменная. она может мешать. Карим усмехается. — тогда убедим её, что мы не враги. а если не получится… будем действовать по ситуации. — и что дальше? — Нияз смотрит на него с прищуром. — если вытащим их?заберём? Карим смотрит в сторону дома. глубоко, сдержанно, но с тем огнём, который не гаснет даже после побега. — дальше начнётся по-настоящему.

***

ночь. дом матери. спальня. лампочка тускло светит под потолком. Асмира ворочается в кровати, лицо напряжённое даже во сне. Вика сидит на подоконнике, с пистолетом на коленях, и смотрит в тьму за окном. чувство, как будто ночь сама затаила дыхание. вдруг резкий треск. где-то во дворе. не просто ветка. что-то тяжёлое и живое. Вика мгновенно гасит лампу, приседает под оконный карниз, дышит через нос, замирая. снизу — медленные шаги. не просто мимо дома — по веранде. кто-то рядом. настолько близко, что, кажется, можно услышать, как ткань куртки шуршит по деревянному перилу. Асмира резко просыпается, срывается на пол, инстинктивно хватает сумку, но Вика прижимает палец к губам. тишина. шаги затихают. — он здесь, — шепчет Вика, — один. точно. дверь выбили с ноги. Карим ворвался первым глаза в кромешной тени, как два угля. за ним Нияз, тихий и злой, как надвигающийся пожар. — вы не уйдёте, — прорычал Карим, шагнув в комнату, где Асмира стояла рядом с матерью, сжимая в руке паспорт и свернутую купюру. — это закончится сейчас. — да. закончится, — раздалось из другой комнаты. Вика вышла, медленно, с пистолетом в руке. пальцы крепко обвивали рукоятку, но губы тронула едва заметная улыбка. Карим знал этот взгляд. видел его раньше в пыльной ночи, когда они были ближе, чем смерть. — ты правда будешь стрелять в меня, Вик? — он сделал шаг, медленный, как предчувствие. — после всего? она не опустила оружие. — после всего особенно. Асмира сжала руку матери. — сейчас, — прошептала она. — в заднюю дверь. беги. стук сердца заглушал всё. — не смей! — Нияз сорвался с места, но Асмира метнулась ему наперерез, швырнув в лицо что-то тяжёлое вазу? туфлю? неважно. он упал, с проклятием. Карим рванулся к Вике и выстрел разорвал воздух. пуля свистнула рядом с его ухом, ударилась в стену. он замер. они стояли друг напротив друга — оружие, дыхание, всё горело. — ты всегда хотела меня убить или всё же трахнуть? — спросил он с кривой усмешкой. — не исключала ни одно, — ответила она, и стрельнула снова, в ногу. точно, хладнокровно. Карим рухнул на одно колено, зашипел от боли, но смеялся. — всё так горячо между нами, — прохрипел он. — гори в аду, — прошептала Вика и кинулась к двери. Асмира и мать уже были снаружи, затянутые вечерним дымом и красным светом улицы. позади стон, мат, шаги Нияза. Вика бежала последней. Улица встретила ее зноем и резким светом фар. — направо! — крикнула мать Асмиры, уже на полпути к проулку. Асмира держалась рядом, зажав в руке ключи от машины. сердце стучало в горле. позади хлопнула двер, Карим выбежал, прихрамывая, кровь хлюпала в ботинке. он держал пистолет, лицо его было перекошено от боли… и желания догнать. — ВИКА! — рявкнул он так, что у Вики будто замер воздух в груди. но она не обернулась. — быстрее, быстрее! — прошептала она себе и толкнула мать с Асмирой к машине. та самая старая “Хонда”, которой, казалось, уже лет сто, но именно сегодня она была их шансом. Вика метнулась к водительскому сиденью, завела с первого раза. — держитесь крепче. выстрел. пуля врезалась в заднее стекло, осколки брызнули во все стороны. мать закричала, Асмира вжалась в сиденье. — блять! — Вика нажала на газ, как будто вдавливая педаль прямо в ад. Карим и Нияз выскочили на дорогу, Нияз тоже был с оружием. пули снова свистели по кузову, по асфальту, но Вика вела, будто родилась за рулём. адреналин вместо крови. — остановитесь! — крик Карима прорезал ночь, будто он всё ещё думал, что имеет право приказывать. Асмира посмотрела в зеркало. их догоняли. Карим был в чёрном, с окровавленной штаниной, Нияз рядом молчаливый, как смерть. но машина уже отрывалась, резала повороты, будто у неё были крылья. — они не сдадутся, — прошептала мать. Вика стиснула руль. в глазах огонь. — мы тоже. *** дверь хлопнула о стену, Карим, прихрамывая, вышел на улицу. — сука… — прошипел он, вытирая кровь с губ. — они ушли. — не ушли, —Нияз уже заводил джип. его лицо было каменное, но в глазах полыхал огонь, — они только начали бежать. мотор взвыл. колёса рванулись по асфальту, и машина влетела в ночь, как проклятие. спереди та чёртова хонда. в ней она. Асмира. и у него на спуске только одно желание: догнать. схватить. докричаться или добить сам ещё не знал. Вика неслась по улицам Пасадены, вжимая педаль в пол, но джип был быстрее. — мать, вниз! — крикнула она. —Асмира?! — я разберусь, — выдохнула Асмира и уже лезла в окно. волосы хлестали по лицу, пыль жгла глаза, но ей было плевать. она вытащила пистолет и навела прямо на того, кто за ней ехал. на него. выстрел. пуля чиркнула по фаре джипа. в ответ сразу же хлопок. Нияз стрелял, будто в танце с ней. будто это был их язык. — ах ты, блядь, — прошипела Асмира, — я тебя, сука, предупреждала. выстрел. ещё один. они не хотели убить друг друга. они хотели чувствовать. хоть как-то. — ты не изменишься, да?! — закричала она. — ты тоже, — рявкнул он в ответ, — ты стреляешь, но дрожишь, милая. от злости или от того, что хочешь меня снова? пуля ударила в стекло. — пошёл нахуй, — прошипела она, — я тебя хочу, чтобы разорвать на части. — и я тебя, — тихо, как молитву, выдохнул Нияз, и пальцем провёл по курку. но выстрелил в воздух. Вика закричала: —Асмира, внутрь, блядь, сейчас же! — ещё секунду! —Асмира глядела в глаза Ниязу. — у нас могла быть жизнь, — сказал он. — а ты выбрал ад, — и она выстрелила. в стекло. в прошлое. в его лицо, которое когда-то целовала. Вика вывернула на поворот, и джип промчался мимо. на секунду всё стихло.

***

мотель на окраине Пасадены был старый, как грех. неон мерцал розовым, будто язык дьявола, а за стойкой дремал мужик с глазами, как тухлая рыба. Вика бросила пару купюр на стойку, не сказав ни слова. — номер тринадцать, — буркнул он, — дверь плохо закрывается. им было плевать. главное — тишина. тишина и стена между ними и теми, кто ещё там, на дороге. в комнате пахло плесенью и сигаретами. кровати скрипели. окно не открывалось. но это было убежище. на одну ночь. Вика первой бросила себя на постель. — это пиздец, — выдохнула. — да, — сказала Асмира, — но теперь он наш. мать села рядом, держась за плечо. — ты в порядке? — спросила Асмира. — да. просто устала. — завтра ты уедешь, — сказала дочь тихо. — что? Асмира поднялась. её глаза были уже другими — холодными. в них больше не было страха. — ты уедешь в Тибет. у нас там есть человек. — кто? —Кали, —Асмира посмотрела в окно, — приближенный отца. он был в его личной охране. ты его помнишь. мать кивнула, медленно. — я думала, он погиб. — нет. он затаился. как и мы. Вика повернулась, приподнявшись на локте. — ты правда хочешь доверить ее Кали? —Кали семья. он защитит её лучше, чем мы. а нам пора… Вика усмехнулась. — мстить? — восстанавливать, — сказала Асмира. —«Черного дракона». слова повисли в воздухе, как клятва. — папа бы гордился, — мать прошептала, глаза блестели. — он верил, что ты продолжишь. — я и продолжу, — сказала Асмира. — и больше мы не будем бегать. — нет, — добавила Вика. — теперь пусть бегут они. они сидели в тени тусклой лампы, трое девушек, уставших, раненных, но не сломленных.и в этих трёх телах начинал просыпаться зверь. наследие. чёрный дракон.

***

джип влетел в поворот и пронёсся дальше по улице, оставив за спиной только запах жжёной резины и осознание — они ушли. — чёрт! — заорал Карим, ударив кулаком по торпеде. кровь брызнула из свежей раны на руке, но он не чувствовал боли — только ярость. — твою мать, Нияз! ты же сказал, что догонишь их! — заткнись, блядь, — выдохнул Нияз, сжимая руль так, будто хотел вырвать его с мясом. — я видел её… он осёкся. в глазах всё ещё стояла Асмира. волосы на ветру. взгляд, что палит хуже пули. и тот выстрел. в стекло. в него. — ты видел, как она в тебя стреляла?! —Карим орал. — в тебя, сука, стреляла! и ты что? смотришь на неё, как на порнуху из прошлого! — заткнись, Карим. — да пошёл ты! —Карим сжал пистолет. — я из-за тебя, ублюдка, ногу проебал, чуть не сдох, а ты пялишься на свою бывшую, пока она тебе хребет ломает! джип резко остановился. Нияз вышел. хлопнула дверь. — я верну её. — ты что, ебнулся?! — я её не прощу. но и не отпущу. — они не просто убегают, брат, —Карим подошёл ближе, дышал тяжело, как зверь. — ты чувствуешь? они не прячутся. они собираются что-то начать. — я это понял, когда она смотрела на меня через прицел, — тихо сказал Нияз. — она уже не та. и Вика рядом. и мать с ними. здесь что то другое. слишком слаженно, слишком быстро. не похоже на спонтанный побег. — ты думаешь, им кто-то помогает? — я думаю, что мы проебали. и теперь нужно срочно исправлять — ты думаешь, они просто бегут? — спросил Карим. Нияз усмехнулся. — я думаю, мы что-то упускаем. что-то важное. — и что теперь? — ищем. не останавливаемся. проверим все связи. все квартиры. всех, с кем они могли пересечься. если они думают, что могут исчезнуть — они не понимают, с кем играют. Карим поднёс ко рту сигарету, но так и не зажёг. — я убью её, если она ещё раз нацелит на тебя ствол. клянусь. — нет, брат, — Нияз посмотрел вперёд. — в следующий раз она будет смотреть мне в глаза не через прицел. и мы узнаем, зачем всё это. пока что пустота. но в животе у Нияза уже ползало предчувствие. они не просто убегают. вопрос был только в том, зачем они бегут и куда ведёт эта дорога.

***

утро было глухим и холодным. Пасадена будто вымерла, даже птицы молчали. серое небо давило сверху, воздух тянулся тяжёлым туманом, как похмелье после ночи на порохе. Вика вышла первой. чёрная толстовка с капюшоном, тёмные очки, сжатая челюсть. она огляделась, бросила короткое: — чисто. Асмира кивнула и помогла матери выйти из мотеля. та была в светлом пальто, волосы собраны, лицо вымытое, но внутри сталь. — ты уверена? — мать спросила почти шёпотом. — да, —Асмира посмотрела ей в глаза. — Тибет это безопасно. Кали встретит тебя прямо у трапа. — ты могла бы поехать со мной… — я должна остаться. Вика стояла у машины, уже заведённой. — у нас дела, — сказала она, глядя в зеркало заднего вида. — вы сами все знаете. мать обернулась к ней. — и что вы собираетесь делать? Вика усмехнулась: — начнём с того, что больше не будем прятаться. багажник захлопнулся. чемодан внутри почти пустой, только документы, немного денег и фотография отца Асмиры, выцветшая, но важная. дорога до аэропорта была напряжённой. Асмира смотрела в окно, пальцы стучали по колену. Вика за рулём, молчаливая и сосредоточенная. ни одна из них не спрашивала: “а вдруг нас уже ищут?” потому что знали, ищут. машина свернула к частному терминалу. всё было уже готово: чёрный внедорожник с водителем, частный рейс, человек Кали на связи. Асмира обняла мать. — я не прощаюсь, — сказала она. — я знаю, — ответила мать, — и я не прощаю тебя за то, что в это влезла. — но ты гордишься. мать кивнула. — чертовски. Вика подошла ближе, махнула рукой охраннику: — всё. пора. мать села в машину и скрылась за тонированным стеклом. девушки остались вдвоём на фоне гулкого рассвета. — начинается, — тихо сказала Вика. — нет, — поправила Асмира, глядя вслед уезжающей машине. — продолжается. машина с матерью уже скрылась за воротами частного терминала. Асмира и Вика стояли молча, вглядываясь в след, пока не исчез даже блеск задних фар. всё было слишком тихо. всё было слишком правильно. — слышишь? — первая заговорила Вика. Асмира чуть повернула голову. — в смысле? — нет птиц. нет гудков. даже охранник куда-то пропал. она нахмурилась, глаза заскользили по стоянке у терминала. машины. несколько. и одна из них тёмно-синяя стояла с заглушённым мотором, но с запотевшими стёклами. кто-то внутри. слишком долго. — вот это? — тихо спросила Асмира, не поворачивая головы. — ага. с 5:34. —Вика посмотрела на часы. — не шевелится. они пошли к выходу из территории терминала, как будто всё нормально. но инстинкт бил в затылок. Асмира оглянулась быстро, как бы невзначай и увидела. две фигуры. мужчина и женщина. у стены терминала. одеты, как обычные туристы. слишком «обычные». — слева, — выдохнула Асмира, — пара у стены. — ты их раньше видела? — с нами в терминале не стояли. — значит, пришли позже. Вика бросила взгляд в боковое зеркало припаркованной машины — снова та же пара, теперь будто ближе. — не моргай. не паникуй. — я спокойна. — хорошо. тогда пошли на стоянку, как будто просто вызываем такси. — а потом? Вика прищурилась. — потом проверим, кто за кем идёт на самом деле. они вышли за ворота. сделали несколько шагов к парковке, где толпились обычные люди, кто-то курил, кто-то ждал трансфер. Вика машинально достала телефон, включила фронталку. на экране он. тот же мужик из машины. теперь он вышел и встал сзади. смотрел. не моргал. —мы в игре, — прошептала Асмира. Вика кивнула. — только теперь по-настоящему.