Увести его девушку или «как влюбить в себя парня»

Вдыхая аромат твоих волос

Я свой покой вновь обретаю.

Когда ты рядом - я живой,

А ты меня не замечаешь.

Не замечаешь шёпот мой,

Моих речей и действий .

Я так хочу чтоб ты был мой

Счастливых дней не счесть бы.

С тобой готов я хоть в бега

С тобой и в радости и в горе

Я лишь прошу, услышь меня

Пока любовь моя жива...

Баскетбольная площадка Сеульского университета ХХХ. Звонкие звуки мячей, бьющихся об стены и полы, заполняли все пространство от и до, разносясь эхом по этажу. Смех студентов отскакивал от стен прямо как мячи в этом помещении. Старый баскетбольный зал с синими стенами и кое-где с облезлым потолком. Когда-то пол просто блестел от лака и студенты буквально катались на нем, как на ледовом катке. Сейчас же пол не в лучшем состоянии, лак облез, доски отвратительно поскрипывают и где-то даже есть небольшие дыры, успешно закрытые какими-то дощечками, прибитыми гвоздями. Зал чаще всего был закрыт и пустовал за исключением зимы и выходных дней. Именно поэтому некоторые студенты 4‑х курсов приходили сюда поиграть и посоревноваться. Они были из разных групп и с разными интересами, но компания сложилась воедино уже на втором курсе. Они собирались маленькими кучками по частям. Кристофер и Чанбин раньше учились вместе и видать судьба решила, что поступят они в один университет, попадут в одну и ту же группу. Феликс ворвался в их скромную компанию, как раз потому, что Крис тоже был родом из Австралии. Именно этот факт их сблизил. Чан прямо как старший брат помогал Феликсу с изучением языка и уже через годик другой Феликс шпарил на корейском как на родном. Ким Сынмина притащил Чанбин, бог знает при каких обстоятельствах. Да и вообще Сынмин сначала показался остальным тихим и скромным, однако впоследствии они поняли, что это не так. Они сделали этот пустой зал своим неким убежищем и были по началу огорчены, когда оно стало более людным и уже не таким секретным. Ли Минхо и Хван Хенджин, решившие прогулять пару по востоковедению, случайным образом забрели в этот зал именно в тот момент, когда компания собиралась устраивать дружеский матч. Кто бы сомневался, что они решили присоединиться. Хан Джисон был одногруппником Хенджина и Минхо. Ян Чонин был на третьем курсе, но по чистой случайности забрёл в это Адово месиво. Грех не увязаться за таким человеком как Крис. Они присоединились к группе последние. Хан как бы мягко сказать, всегда таскался хвостом за Минхо, отчего последний был не в восторге, но вскоре он смирился с этой надоедливой белкой. Компания сформировалась окончательно, когда присоединились Хан и Чонин. Можно сказать, что все между собой нашли общий язык, за исключением Хенджина и Сынмина. Между ними шла некая война, постоянные соревнования «кто лучше». Хотя больше всего так казалось Сынмину, поскольку Хенджина нисколько не смущали попытки младшего перейти ему дорогу. Он просто его игнорировал. Однако последнее Хвану давалось с трудом.

🐶🦙🐶🦙

Высокий, красивый, талантливый, всегда опрятно одетый и постоянно излучающий аромат чего-то пряного с нотками древесных ароматов - таков был двадцати трёх летний Хван Хенджин, мечта каждой девушки универа. Сынмин обычно никому не завидовал и ни с кем не соревновался, однако при виде Хёнджина он хотел казаться лучше его. Что им двигало непонятно. Может постоянные подкалывания со стороны друга, а может у Сынмина просто крыша поехала за несколько лет обучение в этом университете, куда его спихнула мать, лишь бы не связался с дурной компанией. Дурная компания состояла из Хёнджина. Хотя это громко сказано. Хван сразу показал, что он профи во всем. И баскетбол не исключение. Все играли хорошо, чего не скажешь о Сынмине. Минни играл неплохо, но Хенджин... Все конечно же крутилось вокруг него. Он был похож на ураган, который собирает вокруг себя всех и вся. Такой недостижимый. Он завидовал Хёнджину во всем. Его красоте, талантам, вниманию со стороны девушек. Они же его просто возвышали как могли. Принц, Король площадки. Просто воплощение красоты. Сынмин усердно тренировался, чтобы уделать Хвана в следующем дружеском матче, когда они снова решат прогулять пары. Он приходил в тихий зал на больших переменах и изматывал себя бросками в кольцо. Иногда тренировался и дома просто отрабатывая технику. Хорошо жить одному в квартире. Минус только в том, что иногда соседи жаловались на звук, но Сынмину на это было, как бы правильней сказать, похуй. Ему очень хотелось произвести впечатление на Хвана. Доказать, что он не лыком шит. Сынмин тренировался добрую неделю точно. Теперь то он точно готов к выходкам Хвана.

🐶🦙🐶🦙

Звук мяча и топот ног по старому паркету, прыжок и мяч оказывается в кольце. Команда с восхищением смотрела на Хенджина, он снова попал и их уже можно было считать победителями, осталось лишь забить еще один мяч ведь счет 9:9. Хван поправил челку упавшую на глаза и уже собирался сделать решающий прыжок, как вдруг мяч пропал из его рук. Сынмин зря не теряя время решил действовать наверняка. «Будь что будет» - подумал он про себя и решительно настроившись побежал в сторону кольца. Удар, ещё удар, прыжок и мяч в кольце! Победа со счетом 9:10! Команда Сынмина радостно восклицала и все дружно побежали обнимать победителя. — Малыш-Сынмин-и, научился играть? Наконец то спустя год. – эхом раздался голос. Мин сразу понял кому принадлежит этот голос. Обернувшись, он увидел Хвана, направлявшегося в их сторону, точнее сказать он смотрел только на Сынмина. Он улыбался прямо как лис и щурился так, будто солнечные лучи светили прямо ему в глаза. Сынмин в такие моменты видел перед собой точно хищного лиса. Он всем нутром это чуял. — Пошёл к черту, Хван, – пробубнил Мин, спеша поднять мяч и удалиться дабы не видеть эту морду перед собой, поскольку у них следующая пара вроде как совместная. Там то он успеет на него насмотреться. — Ну что ты, я же шучу. Твой бросок был хорош. Честное слово! – он показательно положил руку на сердце после чего вытянул ее вперёд для дальнейшего рукопожатия. Губы его расплылись в легкой ухмылке. — Твои шутки совсем не смешные, Хван Хенджин, – прыснул Мин и поколебавшись секунд 5 все же сжал руку напротив себя и слегка потряс ее. – Твои слова мне совершенно не льстят. – он вроде бы уже привык к его шуткам, но слыша их вновь и вновь внутри что-то трескается. Кажется он будто изнутри сделан из хрусталя и вот-вот скоро совсем от него останутся одни осколки. Хенджин его просто испытывает. Хван, улыбнувшись своей чертовски бесящей улыбкой, разорвал контакт и поспешил удалиться в аудиторию, махая приятелям рукой. Удалившись из зала и дойдя до угла, Хван только и успел забежать туда и осесть на пол. Прикрыв веки он пытался отдышаться, кислорода было ничтожно мало, Мин забрал весь. Старшего всего трясло стоило ему взглянуть на Кима. Тонкие запястья и утонченная талия, шелковые волосы цвета шоколад и глаза в которых он тонул. Он тонул в них так давно, что уже и не хотелось выбираться из сладкого омута. Блеск зелёных глаз манил, затягивал в пучину все дальше и дальше без шансов выползти оттуда. Бессчетное количество попыток вылезти заканчивались лишь новым падением. Жаль, что глаза, в которых он тонул, не проявляли и толики того же желания, что возникало у старшего. В них отчётливо читалась неприязнь и все это как удивительно не мешало полностью в них раствориться. Стоит только подумать о его персоне, как бабочки в животе расправляли свои крылья и вновь уносили разум старшего куда-то за его пределы. Что-то невероятно тёплое разливалось в нем начиная от груди и до живота, расползалось мягким щекочущим чувством удовлетворенности. Запах духов младшего сводил с ума. Аромат тонкой струей добирался до Хвана и этого вполне хватало, чтоб насладиться сполна. Вдохнуть полной грудью до такой степени, чтобы аромат духов оставался на стенках лёгких, оседал вниз и одурманивал разум. Смотря на младшего хотелось раскрыться, показать себя настоящего. Оголить свою душу и все свои чувства, которые он оберегал все эти два года с момента их встречи. Хенджин просидел там минут 20 точно. Он выпал из реальности и все из-за Сынмина. Старший когда нибудь ему это припомнит. Припомнит до какого состояния он его доводил просто своим присутствием. Поднимаясь на ватных ногах, он еле дошёл до кабинета медпункта и ссылаясь на боль в животе остался там на всю пару. Даже хорошо, что врачи не видят всю правду. Вряд ли врачу понравились бабочки, в животе Хвана, которые так и рвались наружу, щекоча изнутри. Хван лежал на кушетке в помещении, где пахло физ. растворами и медикаментами. Запах будет получше, чем дурманящий разум аромат младшего, как минимум потому, что можно отвлечься ненадолго. Он уже прикрыл глаза и в блаженстве представлял как отоспится пару часиков, но из грёз его вытащил звук уведомления инстаграмма. На экране телефона высветилось « „ _feeee_liks_ “ хочет отправить вам сообщение». Хван смахнул уведомление и посмотрев на содержание ухмыльнулся. — Ну наконец-то то ты зашевелился, Ликси. Я теперь твой должник, дружище. _feeee_liks_ 13:27 Привееет) В Субботу в клубе «Lonely St.» ближе к 23:00. Думаю он будет там с вероятностью в 85%) _Hyun-jiiiin_ 13:28 Ок. Буду должен Быстро ответив на сообщение и не дождавшись пока абонент на другом конце провода прочитает сообщение, Хван отложил телефон и погрузился в свои мысли. План, задуманный им, был почти успешно завершён. Осталось совсем немного подождать до выходных и все наконец встанет на свои места. Он уверен, что все пройдёт просто замечательно, совсем не волнуясь за последствия. Им управляют чувства, давшие трещину и вырывающиеся наружу, а не рассудок, что было бы как нельзя кстати. А то мало ли, что может произойти в порыве чувств и резко нахлынувших эмоций.

🐶🦙🐶🦙

— Ты серьезно насчет этого? Ты никогда об этом не говорил, а теперь собираешься увести ее у Хенджина? – Бин явно сомневался в словах друга. На Сынмина это было совсем не похоже. И правда, Сынмин ни за что и ни под каким предлогом не стал бы уводить девушку, даже если бы она ему ахуеть как нравилась. Он бы просто смирился с этим, забыв о своих чувствах. Однако тут дело в конкретном человеке - Хван Хенджин. Сынмину хотелось заполучить то, чем так дорожит Хван. Забрать самое сокровенное и показать, кто тут главный. Чанбин очень беспокоился за него. Думал, может съел чего. Но все же смирился зная, что будет дальше. Реакция Сынмина будет непредсказуемой, но ожидаемой. — Абсолютно, мне очень нравится Наён и я хочу немного ему насолить. Хоть где-то его обогнать. Я сделаю все, чтобы она обратила на меня внимание. Именно так все и будет, – Мин улыбнулся и посмотрел на друга. Чанбин лишь хмыкнул. — С чего ты вообще взял, что они встречаются? – Мин легко улыбнулся и ответил вопросом на вопрос. — А ты разве не видел их? – изогнув одну бровь спросил Мин. — Да чего на них смотреть то, ничего интересного. – Бин уставился в свою тарелку детально разглядывая свой обед. “flashback” Картинки всплывали одна за другой, мысленно перенося Мина в тот день. Открытое окно, на котором мелькала тонкая, едва уловимая ткань. Солнце, которое неумолимо выжигало все на своём пути, пуская лучи-нити на парту сквозь крохотные дырочки в занавеске и ничуть не мешая такому спокойному сну Наен. Хван лежал на соседней парте, уложив голову на свои руки. Он иногда перебирал волосы девушки в своих руках, аккуратно расчесывал их своими пальцами и укладывал обратно на плечи, пока девушка продолжала спать, невзирая на внимание со стороны парня и на жаркое солнце. Мин стал невольным зрителем этой приторно-ванильной картины, он просто возвращался в аудиторию потому, что забыл там свои учебники и ему вовсе не хотелось все это видеть. В действиях Хвана не было ничего такого примечательного или вызывающего, но внутри все неприятно ныло и сжималось. Не то чтобы Сынмин был нулем в подобной теме, он встречался пару раз с девушками и стоит упомянуть, что и с парнями он тоже встречался, но их отношения долго не длились, поскольку всегда что-то мешало их дальнейшему развитию и вскоре они расставались, чаще всего первым это делал Сынмин. Просто этот случай был другим.. Наён очень нравилась Мину, а тот в силу, взявшийся из ниоткуда стеснительности не смог взять кота за яйца и признаться. Поэтому он решил, что пора поставить Хвана на место, показать, чего он стоит. “end of flashback” Из своих мыслей его вытягивает Чанбин, щелкая пальцем по носу. Эффектно. И главное действенно, в свою очередь, особенно с Мином. — А ты ничего другого не замечал? –спрашивает Бин, демонстративно изогнув бровь. — Чушь полная. Я не дурак и все прекрасно вижу, Чанбин. — Знаешь, Сынмин, ты все же глупец раз не замечаешь очевидных вещей. Пораскинь мозгами, ты же умный парень. – Чанбин вышел из-за стола, направляясь к выходу под звук трещащего звонка. Сынмин так и остался сидеть за столиком в буфете размышляя над словами друга. Может он и правда чего-то не замечает или же он попросту не хочет этого видеть? Интересно однако получается. Ким пытается вспомнить все, что могло бы указать на странное поведение старшего. Хоть ему и казалось, что старший всегда ведёт себя странно, однако та суббота разительно отличалась. Мин старался вспомнить все в красочных деталях. Месяцем ранее. Утро субботы никогда добрым не бывает особенно тогда, когда сон Сынмина прерывает несчастный телефон. Мин готов был разбить его об стенку. Почему именно в его выходной, кто-то решает нарушить столь прекрасный сон. Солнце давно встало, но плотно зашторенное окно не даёт его лучам проникнуть в комнату и именно поэтому в этой крохотной комнате достаточно темно. — Какого черта происходит? – он смотрит в яркий экран смартфона на котором 7:30. – Какой придурок звонит мне в 7:30 мать его утра, так ещё и в субботу блять. – Мин вглядывается в экран, смахивает вправо и понимает, что это придурок из придурков. Преподнеся телефон к уху он сразу переходит к сути. – Какого хуя Хван Хенджин?! – Мин ждёт пока ему ответят, но по ту сторону лишь хихикают. — И тебе доброе утро малыш-Сынмини) – Сынмин чувствует и видит, как Хван по-лисьи улыбается. – я звоню, чтобы пригласить тебя с собой на съемку. Она часа через три будет. Поедешь? Блять, да он видно издевается думает про себя Сынмин, отмечая, что уже и забыл, что Хван почти что рекламное лицо модных журналов ( а может и не почти) Только вот зачем ему, Хван Хёнджину, понадобился такой как он. Ничем не примечательный Сынмин. Он вполне мог захватить с собой красавчика Минхо с охуительно большими бёдрами или спортивно сложенного Криса , да кого угодно вообще. Почему он? — То есть, ты, позвонил мне в 7:30 утра субботы только для того, чтобы пригласить меня к тебе на съемку?! – Сынмин не понимал его совсем. Он так шутит? Если да то это самая глупая его шутка за все это время. — Я решил, что, ты, идеально составишь мне компанию. – старший совершенно не скрывает своей радости в голосе. Удивительно, что в такое-то раннее время он бодр и чувствуют себя прекрасно в отличие от Сынмина, которого благополучно разбудили ни свет ни заря. – Так каков твой ответ? — Почему бы тебе не взять с собой кого-либо еще? - язвит Мин откидываясь на подушку. – Что насчёт Минхо? Вы вроде как друзья-неразлучники, а Феликс или Хан? Почему ты не позвонил им в 7:30 утра? – делая акцент на времени младший всеми силами хочет показать насколько он недоволен ранним подъемом. Но ведь и правда, кто был бы рад если его разбудить в выходной день ни свет ни заря. — Ну.. Минхо с Феликсом заняты, они это ещё вчера говорили. Хан, Бин и Крис поедут в какую-то студию звукозаписи так, что ни один из них не сможет со мной поехать, а до Чонина не дозвонишься, ты сам прекрасно это знаешь) Поэтому остаешься ты. – Хван заканчивает речь и ждет положительного ответа, потому как знает, что ему не откажут. Неудивительно, что до Чонина не дозвонишься, этот мелкий вырубает телефон в выходные и вообще почти всегда, отчего ему достается от Криса. Подумав, Сынмин понял, что ничего не остаётся как согласиться. В его планы не входило совместное времяпрепровождение с Хваном в утро субботы, он вообще не планировал с ним встреч, поскольку они сами его находили. Да, судьба играет с ним веселую игру. Теперь, Мин ненавидит ещё и субботу, добавляет ее в список дней, когда стоит отключить телефон или поставить его в режим «не беспокоить», желательно только на Хвана. Со стоном он все же поднимается с кровати и направляется в ванну, может прохладный душ поможет проснуться? Хотя чего уж там, Хван Хенджин и сам успешно справился с этой миссией. После успешно проведённых банных процедур, Сынмин долго выбирает, что же ему надеть. Его выбор падает то на классику, подразумевающую собой обычный джинсовый костюм и белую футболку, то на свитер и светлые штаны. Впрочем он решает не наряжаться, не на свидание же идёт, надевает на себя рубашку, а сверху полосатую кофту и светлые бежевые джинсы. На ногах у него спортивные кроссовки и дополнением к образу является пара цепочек, браслетов и наручных часов. Скромно и со вкусом. Мин слышит, как возле дома паркуется автомобиль, никто иной как Хван, приехавший на своем белом бмв уже ждёт младшего на парковке. Сынмин спускается и не проронив ни слова, открывает переднюю дверцу и садится в кожаное кресло. Через минуту двигатель заводится и машина трогается с места. До студии Хвана ехать, о Боже целый час, хотя выехали они все равно пораньше, мало ли что. Странно то, что студия находится так далеко, но ничего не поделаешь, спасибо, что за это хотя бы платят. Они совсем не разговаривают, тишину нарушает лишь тихо играющая музыка на радио. Украдкой Мин поглядывал на старшего, тот был сконцентрирован на дороге. Легкий ветерок развевает чёрные смоляные волосы, Хван чертовски красив, как и всегда, будто вылез из самых модных журналов. Хотя по сути так и есть. Одной рукой он неспешно ведёт машину и иногда постукивает пальцами по рулю, а второй подпирает голову. От напряжения на руках проявляются вены, расползающиеся прямо как плющ, обвивая подкаченные руки старшего. Хван явно заметил пристальный взгляд младшего на себе, отчего его губы расплылись в легкой улыбке. Мин поспешно отвернулся к окну и наблюдал за сменяющимися картинками пейзажа пока не погрузился в сон. Из столь сладкого сна, Мина снова выхватил Хван. Младший не сразу понял, где они и что происходит. Открыв полностью глаза он в упор смотрел на Хвана, а после стушевался и отвернулся вовсе. Не любит он эти гляделки, чего ему надо то. За окном моросил дождь, видимо начался пока они ехали. Сынмин не знал сколько сейчас времени и как давно он спит. — И как давно мы приехали? – прохрипел сонным голосом Мин. — С час назад где-то. Мы довольно быстро доехали, без пробок) – Хван улыбнулся обнажив свои белоснежные зубы. – Ты так крепко спал, что я не стал тебя будить. – старший смотрел на Мина и теперь уже вяло улыбался. – Все же я вытащил тебя в твой выходной, извини. Ого, Хенджин извинился? Обычно это совсем не в его духе. А если дело касается Мина, то даже говорить не о чем. Хван чаще всего его просто игнорировал. — Ничего, переживу как нибудь. Давай тогда в студию пойдем, надо же ещё подготовиться, да? – они вышли из машины под моросящий дождь и направились ко входу в студию. Уж больно вежливым казался Сынмину сегодня Хенджин. Строгий образ Хван Хенджина даёт трещину? Студия была просто огромная. В одном большом помещении было ещё несколько маленьких, Сынмин успел насчитать 4 комнатки. Каждая комнатка была оборудована туалетным столиком с большим зеркалом с подсветкой, большим гардеробом, закусками, кулером с подачей горячей и холодной воды, мини холодильником и очень мягким диваном красивого бежевого цвета. Каждого из парней проводили в свою комнату в сопровождением со стилистами и визажистами для подготовки образа. На создание образа ушло минут 20, стилисты и визажисты работали быстро, складно и оперативно. Парни встретились только на съемочной площадке, Хван выглядел как обычно «принц, сошедший с модных журналов». Чёрные смоляные волосы блестели от лака, макияж был легким с теплыми коричневыми оттенками, столь ахуенно мягкие на вид губы поблескивали и сверкали, когда на них падал свет, а глаза цвета горького шоколада так и манили упасть в эту пропасть. Сынмин же ничем не отличался. Ему тоже сделали лёгкий макияж, макияж подчеркивал разрез его глаз, одежду подобрали свободную, прямо как он любит. Оказывается эта съемка была для рекламы нового бренда одежды. Стиль был выбран повседневно-спортивный. Младший чувствовал себя в своей тарелке, поскольку он чаще всего так и одевался, за исключением нескольких дней, когда ему хотелось чего-то классического. Сынмин был одет в зеленое новогоднее худи, темно-синие джинсы трубы и ботинки с прошитой подошвой. На Хване были серо-зелёные джогеры, белый свитшот с надписью бренда и спортивные кроссовки. Фотографировали их по очереди, сначала отсняли часть с Хенджином, после с Сынмином, так они и менялись в процессе съемок. Иногда их просили встать вместе и фотосессия была совместная. Младший замечал, как Хван иногда засматривается на него. Он ловил его взгляды на себе отчего ему было трудно сконцентрироваться на съемке, однако Мин брал себя в руки, делал глубокий вдох и продолжал позировать не замечая ни улыбки Хенджина, ни его частых взглядов на него. Он полностью был вовлечён в процесс. После полутора часа им дали наконец перерыв в 20 минут. Хван пришёл в гримерку Сынмина под предлогом того, что ему было неимоверно скучно. Как бы ему не хотелось побыть одному, Хенджин всегда приходил и нарушал его идиллию. — Да ну, бред все это. Это ничего для него не значит. Как и для меня… – Мин заметно стушевался – Наверное… думаю да, совсем ничего. – он обязательно подумает над этим позже.

🐶🦙🐶🦙

В столовой было как всегда очень шумно, почти все столики были заняты. Первокурсники что-то громко обсуждали в перерывах на еду. Возле буфета на раздаче была огромная толпа народу, кричащая и толкающаяся. Сынмин, увидев эту картину тяжело вздохнул, но увидев знакомый силуэт сразу же рванул к столику, где сидел его знакомый. — Доброе утро, Ликси! – поприветствовав друга, Мин сел за столик напротив него. — О, привет. Мы с Крисом как раз тебя обсуждали, только вот он ушёл пару минут назад, но не суть. – блондин ярко улыбался, да так что каждая его веснушка вспыхивала на милом личике. – Знаешь, мы на выходных решили собраться у меня и устроить небольшую вечеринку. Ну, просто так, без повода, скажем. – Феликс немного замялся потому как знал, что Сынмин не очень то и любитель шумных посиделок вне их компании. – Так вот, – продолжало веснушчатое чудо. – Я бы очень хотел чтобы ты пошёл с нами. Там будет не очень много народа! Честное слово! – Ликс положил руку на сердце. — Звучит неплохо. Я все равно собирался на выходных немного позанудствовать над домашкой, думаю развлечься было бы в самый раз. Когда говоришь это будет? – Мин улыбнулся уголками губ, не прекращая смотреть на блондина. Ликси хороший друг, да, даже очень. Ликс в тайне от старших сбегал куда-то на гулянки в клубы, да или просто с пар. В связи с чем Мин прикрывал его задницу чаще, чем Хан с Минхо ссорились, а ссорились эти двое по три раза на день. Мин помнит все моменты, когда стоял прямо перед старшими и с невозмутимым лицом уверял, что Феликсу просто стало плохо и он конечно же отправился домой отдыхать, а не в очередной клуб. Крис, разумеется не охотно верил Мину, однако же всегда слушал до конца очередную отмазку. Очевидно, что потом им доставалось обоим, когда правда всплывала на поверхность, но Феликс так или иначе продолжал свои похождения. Крис как самый старший среди всех очень сильно переживал за каждого, особенно за Феликса. Он был ему как младший брат , который постоянно шкодит. Именно поэтому солнцу компании доставалось чаще, чем тот появлялся на собраниях группы в зале. Так о чем это мы. Ах да, Ликс и правда был отличным другом для Сынмина. Он был одним из немногих с кем он полностью открывал все свои потайные дверцы. Феликс имел все преимущества и ключики от самых сокровенных тайн младшего. Только с ним Сынмин мог пооткровенничать, он доверял ему так, как самому себе иногда не доверяет. Феликс настоящая копилка секретов. — Ого! Ким Сынмин, это реально ты? – Ликс подскочил с места и наклонился прямо к Сынмину. Он говорил так громко, что привлекал внимание остальных там сидящих. – Я уж думал, что ничего не выйдет! – Ликс улыбался так, будто прямо сейчас на младшего смотрело настоящее светило. — Спокойно, спокойно, – Мин кладёт руки на плечи старшего, надавливая на них усаживая его на место. – Между прочим, я не настолько ботан, – Мин сощурился и улыбнулся уголками губ, – иногда можно и погулять) — Ура, Минни, я так рад, но перейдём к сути.. – неожиданно прозвенел звонок, – Ой, я побегу там преподша стерва прям, не хочу потом отрабатывать под конец года. Я напишу тебе подробности позже! – Феликс пулей выскочил из-за стола, наскоро помахал другу и выбежал из столовой. Сынмин усмехнулся, не торопясь он вышел из столовой, направляясь в аудиторию. Препод все равно постоянно опаздывает, так что спешить не к чему. Ким заходит в аудиторию, направляется к своему месту и думает о том как скоротать время до будущей вечеринки, мечтательно прикрывая глаза.

🐶🦙🐶🦙

— Блять, блять, блять… – Ким носился по комнате, разбрасывая свои вещи и круша все вокруг. – почему блять .. Ебаный Хван… Наён.. – Сынмин не верил Феликсу когда тот сообщил, что они тоже будут там присутствовать. Ладно Хенджин, Ким его проигнорирует и вообще не подойдет ближе, чем на пушечный выстрел, а вот Наён.. Он даже и не думал, что девушка которая так ему нравилась будет там присутствовать. Да чего там мелочиться, Ликс чуть ли ни весь универ позвал.. – Не много народа там будет, ага конечно, Ликси. Блять.. Я тебе это ещё припомню.. – Мин плюхнулся спиной на кровать, отчего та жалобно скрипнула. Он перевернулся на бок и закрыл лицо руками. Сердце билось словно бешеное, словно оно дикая птичка в клетке, рвущаяся наружу, словно оно мотылёк, летящий на обжигающий свет лампы. Поднявшись и сев на край кровати, Мин хлопнул себя по ляжкам и рвано выдохнул. Он с неохотой встал и поплёлся в ванну приводить себя в порядок. Ему ещё не хватало выглядеть как дурак перед Хваном и Наён.

*****

Феликс обещал вечеринку у себя дома это во первых. Во вторых никто не сообщал, что в клуб он поедет на машине Хвана. Ну что же, выглядит он неплохо и потому переживать не за чем. Однако компания Хвана заставляет напрячься. Спустя час в ванне, Ким пришёл к выводу, что с зачесанными волосами назад ему идёт в разы лучше. На нем были черные высокие ботинки, кожаные брюки в которые была заправлена легкая белая блуза, поверх которой был надет светлый жилет. Образ дополняли серьги, кольца, розовые наручники прикреплённые к брюкам и чёрная кожаная перчатка на левой руке. Датчик уверенности был на пределе до момента, когда младший увидел Хвана. Хенджин ждал его внизу возле припаркованного бмв. На нем тоже были узкие кожаные штаны, чёрная шёлковая рубашка с интересным вырезом на котором были шнурочки. На его шее красовался чокер, чёрные смоляные волосы уложены назад и блестели от лака. Старший стоял оперевшись на машину спиной, он увлеченно искал что-то или кого-то в телефоне. Как только Ким приблизился Хван оторвался от телефона и посмотрел на младшего. Глаза его блестели в ночи, а губы расползлись в улыбке. Хван выглядел совершенно иначе, от него не исходила та холодная аура, он излучал что-то светлое, что так и манило узнать его получше. Хван убрал телефон в карман, сложил руки на груди и присвистнул глядя на младшего. — Вау, это точно наш малыш-Сынмин-и? – Хван подошёл вплотную и легонько потрепал по голове, делая укладку небрежной. – Знаешь, тебе с этой прической идёт намного лучше. – старший улыбнулся наблюдая как младший тут же начал поправлять выпавшие пряди волос, зачесывая их обратно. — А это было обязательно? Ты, хоть знаешь как долго я перед зеркалом стоял? Я между прочим не «мистер идеальный Хван Хенджин» – ворча ещё что-то себе под нос, Ким устремился к машине и открыв переднюю дверь по-хозяйски уселся в машину. — Тебе и не надо быть мной, дурачок, – старший, последовав примеру младшего, сел на водительское сидение и заведя машину, он направился по адресу, который указал Феликс. Ехать всего полчаса. И как ни странно эти полчаса почти прошли незаметно. Мин практически всю дорогу смотрел в окно либо в экран смартфона. Однако же замечал редкие взгляды Хвана на себе, чаще на светофорах, потому как тогда у старшего появлялось время посмотреть на него. Он постукивал пальцами по рулю, напевал что-то себе под нос и смотрел на Мина. Ким просто выбрал позицию игнорировать его. Ночной пейзаж завораживал. Яркие огни города слепили глаза похлеще солнечных лучей. Огни мерцали и переливались, сменяясь раз за разом. В многоэтажках загорался свет, отчего на улице становилось ещё светлее. Ночное время самое приятное для прогулок. Свежий ветер задувал в открытые окна машины, растрепывая укладки парней. Киму было уже все равно, что о нем подумает Наён, поскольку он наслаждался моментами здесь и сейчас. Ему редко удавалось выбраться вечером куда либо и вот именно сейчас, когда появилась эта возможность, он прикрыл глаза и ни о чем не думал, давая ветру и дальше трепать его укладку. Желтые огни фонарей сменились на красный оттенок. Улицы стали менее людными и машин здесь было гораздо меньше. Мин понял, что клуб в который они направляются находится в квартале «красных фонарей». По сути осталось только название, здесь больше нет девушек, торгующих собой. Вместо этого тут размещены клубы разной тематики и ценовой категории. Многие работают в открытом доступе, но есть и такие в которые пускают по приглашениям. У клуба к которому подъехал белый бмв была личная парковка. Хван припарковал машину на месте с красной меткой. Ким заметил, что таких меток было три: зелёные, красные и синие. Вероятнее всего метка означает степень важности гостя и скорее всего красная для мажоров. Выйдя из машины, Мин увидел яркую неоновую вывеску клуба. Вход охраняли два амбала охранника. Мощная система охраны. — Lonely St., а это не, – Мин не успел договорить, как его перебили. — Да, это клуб моего отца. – Ким обернулся и увидел Чанбина, а возле него и Феликса. – Когда Феликс сказал, что ты собираешься прийти сюда, я даже и не поверил сначала. Теперь же, когда я увидел тебя здесь собственными глазами удивлён не меньше. – Бин подошёл ближе и пожал руку младшему. – Чего встали то? Проходите давайте, остальные уже ждут. Феликс пробежал мимо Сынмина хитро улыбнувшись и подмигнув. «Ну попадись ещё мне, Ли Феликс» – думает Сынмин. Ухо Мина опалило горячее дыхание, заставив его вздрогнуть. — Ты слышал, Мини? Нас уже ждут, чего ж ты тут стоишь, м? Или ты меня ждёшь? – хванов шепот пронизывал до глубины души. Его голос и без того звучал сексуально, а сейчас в разы лучше. Хван отлип от младшего и преспокойно пошел в сторону дверей клуба. Издеваться над Мином было для него единственным способом побыть чуть ближе к нему. Сынминовские уши так мило краснели, когда Хван говорил, что-то не очень приличное или когда он ловил младшего на том, как он мог часами наблюдать за ним. «Осталось совсем чуть-чуть, надо лишь подождать» – уверял себя Хван. Когда нибудь это случится, и тогда у Мина просто не будет выбора, он сдастся. — Придурок… – проговорил смущенный Мин, растирая красное ухо. Немного растерянно Ким направлялся к клубу. Когда же он оказался внутри музыка уже во всю играла, окутывая всех там присутствующих. Ближе к центру музыка играла громче. Мин пробирался к столику с закрытыми ушами, он не привык к шумным вечеринкам. Да и к клубам вообщем. Изначально его внимание привлекла огромная люстра в центре. Обычно же в клубах висят какие нибудь встроенные в потолок прожектора, а здесь самая настоящая люстра. Конечно, по мимо этой люстры все же Мин разглядел другие источники света, но именно эта люстра привлекала всеобщее внимание. Ее вид завораживал. Там даже свечи были. Представляете? Будто из 19 века. Жаль, что позже Бин сказал, что на самом деле свечи не настоящие. Сделано это было в целях безопасности посетителей. Кое как добравшись до столиков, Мин уселся на диван сразу же. В углу сидел Чан, который не сразу заметил его. На Крисе были чёрные джинсы с дырками, футболка без рукавов с надписью, которую Сынмин не смог разглядеть. На шее была массивная цепь, ну и пара серёжек в ухе как дополнение. В этой футболке чановы руки казались ещё больше, чем обычно. Именно Крис и Бин мотивировали Сынмина на занятия спортом. — Приветик, Мин-и, не думал, что ты придёшь. Бин и Ликс ушли за коктейлями, Хван ушёл на танцпол. О кстати, он тебе оставил это. – Крис пододвинул ближе флюте с беллини. – Не переживай, он не очень крепкий. — Спасибо. – Мин взял флюте и немного отпил. Насыщенный вкус персиков проявился сразу с первым глотком. На языке оставалась сладость. Покрутив уже пустое флюте в воздухе, Сынмин поставил его обратно на стол. – Да, стоит отдать ему должное. И вправду вкусно. Музыка на танцполе играла разная. От хип-хопа до Металлики, рэп и иногда даже та, под которую можно станцевать медленный танец, как говорится на вкус и цвет. Однако же как минимум добрая половина находилась возле барных стоек. В клубе подавалось свыше 100 напитков разной концентрации алкоголя, вкуса и цвета. Сынмину казалось, что и жизни не хватит чтобы все попробовать. Хотя наверно дело все же в деньгах, потому как стоят эти коктейли недешево, впрочем, сегодня они здесь гости Бина и как это было положено - все за счет заведения, пей не хочу. Спустя минут 15 к столику подошел Бин с коктейлями к удивлению младшего без Ликса. Стоит заметить, что Чанбин уже был без своей кожанки. Он уселся рядом с Мином, предлагая тому новые напитки. Парни сидели тихо, ведя непринужденные разговоры обо всем на свете. Пили коктейли, смеялись с глупых шуток, смеялись друг над другом, в частности над малышом Мини у которого язык уже заплетался. Ким поинтересовался у Бина почему Минхо, Хан и Йени не пришли. Услышав, что Хан и Хо уехали на помощь очередному кошачьему питомнику, он совсем не удивился. Однако Чан заметно сжался и изменился в лице при упоминании старшего Ли. Такого Чана Ким ещё ни разу не видел. Стало больно за него. Захмелевший Бин не упустил возможности подколоть друга. — Чан-и хен, не расстраивайся. Придёт твоя любовь в другой раз, расслабься. – и в утешительном жесте похлопал друга по спине. — Придурок ты. – Крис сбросил со своего плеча руку приятеля. – Я выйду, мне надо покурить. Тебе кстати тоже следовало бы проветрится. Встав из-за стола, Крис быстрым шагом направился к выходу. Ким проследил как тот скрылся за дверьми клуба. Метнув свой взгляд на Бина он усмехнулся. Бинн-и насупился и сложил руки на груди. Наверное он просидел бы так все оставшееся время пока на горизонте не появился смеющийся Ликс с Хваном под руку. Они оба были супер растрёпанными и от их укладок почти ничего не осталось. Волосы были влажные, капли пота стекали по лбу. Танцы им явно зашли на ура не без капли алкоголя уж точно. На Ликсе, кстати, была та самая биновская кожанка, а под ней прозрачная водолазка с узорами, скорее всего это были бутоны роз. Ликси разом осушил бокал ягодного Дайкири и уселся рядом с Чанбином закинув на него свои стройные ноги. Бина этот жест совершенно не смутил, наоборот, он стал поглаживать их одной рукой, а свободной убирал выпавшие пряди из прически ну или то, что от неё осталось за уши. Они о чем то говорили, Ликс смущенно хихикал. Из-за музыки их разговор был практически не слышен. Но Ким чувствовал химию между ними. Он обязательно спросит об этом Ликса при личной встрече. Мин посмотрел на Хвана, который даже не скрывал факт того, что был пойман с поличным пока рассматривал младшего стоя в стороне. Хенджин подошёл к Киму почти вплотную, наклонившись, он прошептал прямо рядом с ухом младшего, опаляя его своим горячим сбивчивым дыханием. — Мин-и, как тебе коктейль который я купил специально для тебя, м? – голос старшего разносил мурашки по всему телу, заставляя активизироваться каждую клеточку тела. — Пойдёт. Было вкусно, спасибо. – Мин отодвинулся чуть дальше от Хвана. И чего это он вытворяет, перепил чего? Хван хватает младшего за обе руки, стаскивая того с дивана резким движением. Мин опешил от такого порыва, однако противиться не стал. Из-за алкоголя, который он пробовал под предлогом «Дядя Бин-и угощает», решил расслабиться и забить на свои предрассудки. Хван крепко держал младшего за ладонь пока они пробирались сквозь толпу в центр танцзала. Киму казалось, что старший, что-то говорил ему пока они шли, но из-за музыки он так и не понял были ли сказаны хоть какие-то слова. Музыка гремела отовсюду, отскакивала от стен и потолков. Она обволакивала и заставляла тело двигаться. Смотря на Хвана Мин понимал, он умеет чувствовать музыку на все сто. Хенджин двигался прямо в такт ловя каждый шорох и каждую нотку. Танцы доставляли ему непомерное удовольствие. Он жил ими. Мин не понял в какой момент они переместились куда-то в углы. Толпа вытеснила их с центра, но это не мешало им отрываться и дальше. Музыка и здесь играла во всю, заставляя глохнуть от звуков. Тело трепещало и содрогалось. Хван ждал. Хван держался из последних сил. Он так долго был в плену этих зелёных глаз и пухлых губ. Был в плену ахуительного голоса, что уже и забылся вовсе. Все дело в алкоголе. Точно, если что, все это можно списать на пьяное помутнение рассудка и просто действия сделанные из интереса. Однако Хван понимал, что обманывал себя. Он давал отчёт своим действиям и мыслям. Он подошёл ближе сокращая расстояние между ними. Хван старался выглядеть спокойно и непринужденно чтобы не спугнуть, не отдалить от себя ещё больше. Выждав момент он подошёл совсем близко. Момент. Он подходит так близко, что и дышать негде. Руки мелодично скользят по бедрам плавно переходя на талию, задерживаются ненадолго и спускаются вниз то и дело повторяя пройденный ранее путь. Миллиметр остаётся между их лицами. Хван шепчет. — Мин-и, прошу.. всего один раз.. Хван сократил расстояние максимально быстро. Его губы коснулись других мягких губ. Хван целовал чувственно. Джин почти не дышал, он действовал медленно. Ему хотелось насытиться этим моментом как можно дольше. Губы Мина были до безумия целовательные. Хоть в действиях старшего прослеживались нежность и теплота они в это же время пересекались со страхом потери. Джин целовал Мина будто в последний раз. Он прикусывал и посасывал то верхнюю то нижнюю губу почти не останавливаясь чтобы отдышаться. Он дышал только Сынмином и не мог сделать это в полной мере. Времени было чертовски мало. Хвановы руки машинально лезут под рубашку касаясь холодного тела. Горячие ладони скользят по талии, контраст температур сводит с ума. Сынминовы ладони, которые все это время находились на плечах старшего сжались и с силой оттолкнули Хвана от себя, когда тот собирался углубить поцелуй. Мин тяжело дышал, а щеки его раскраснелись. Он смотрел прямо в глаза напротив. В мутных глазах читалось «прости». Мозг начинал здраво мыслить и давать полный отсчёт происходящему. Поцелуй выбил из Хвана всю трезвость. Ким убрал руки с хвановых плеч. — Мин-и… я.. – Джин потянулся одной рукой к волосам Сынмина, что прилипли ко лбу, но его руку отбросили назад. Мин бросил на него последний взгляд и уже пробирался сквозь толпу к выходу. В глазах скапливались слезы. По щеке скатилась первая слеза. Выбежав на улицу он поглубже вдохнул холодный воздух. Теперь обжигал холодный воздух, а не случайные прикосновения старшего. Дышать становилось легче, однако в груди поселилось давящее чувство. Мину было не страшно, ему даже в какой-то момент было так хорошо, что ноги подкашивались. Он не знает, что нужно чувствовать в такие моменты. Для него это было впервые. Ким старался не думать больше ни о чем. Ни о горячем шепоте, ни о губах, что так нежно его целовали, ни о ладонях, что блуждали по его телу. Он пытался отпустить свои мысли, да не выходило. Они съедали его. Мин вызывает такси и уезжает в одиночестве. Ему надо побыть одному. Ему надо уехать отсюда как можно быстрее. Он надеется, что дома станет легче. Хван стоял на том же месте. Он смотрел, как младший скрывается за дверьми, видел слезы в его глазах. Он все испортил. Дурак. Позволил себе слишком много. Гораздо больше, чем должен был. Теперь Мин на него больше ни за что не посмотрит. Теперь ему придётся свыкнуться с грядущим одиночеством. Он не хотел такого конца ни для себя ни для Сынмина. На ватных ногах он доходит до столика, прощается с остальными ничего не говоря и скрывается за дверьми клуба под взгляды сожаления своих друзей. На машине он не поедет, а мог бы. В тот момент он был опустошен. Часть него кричала «сядь в машину и вдави в пол педаль газа», а другая часть молила о спокойствии в его душе. Джин вызвал такси и всю поездку наблюдал за огнями ночного города. Дома его встретила холодная постель. Кутаясь в одеяло с головой, в тот вечер он позволил выйти всем своим накопившимся эмоциям. Стало немного легче. Но завтра эта лёгкость сменится тяжестью.

🐶🦙🐶🦙

Так горько расставание на вкус ,

Уже не сладок вкус былой победы.

И я надеюсь, что очнусь,

Со сном пройдут все мои беды.

Завтрашний день и правда оказался тяжёлым как и почти вся последующая неделя. Сынмин всячески избегал Хвана. Как только видел Джина сбегал, прятался, не отвечал на звонки и смс, не приходил на собрания, закрылся в своём мире словно на вечность. Мин пресекал любой разговор о Хване, при любом упоминании сворачивал тему и замолкал, давая понять, что разговаривать он не намерен. Сынмин стал закрытым для всех, в первую очередь для себя. Каждый его вечер проходил в осмыслении происходящего. Бывало он плакал потому что, уже не мог держать все в себе. Он был разбит, но не показывал этого окружающим, выстраивая крепкую стену. Хван выглядел не лучше. Синяки под глазами и бледная кожа. Глаза потеряли былой блеск, он даже похудел за это время. Не было ни дня когда бы он не писал Киму. Он звонил, писал везде куда можно было. Нет, Сынмин нигде его не блокировал, он просто игнорировал его, хотя иногда читал то, что писал старший. В диалоге висели сообщения рода: «Мин-и, прошу, мы должны поговорить», «Я сожалею, что был резок», «Мини-и..», «Перезвони мне, пожалуйста..». Сообщения выглядели жалко. Хван плакал по ночам от бессилия. Жалел и хотел вернуться в то время, в котором они хотя бы иногда общались. Он видел Мина в коридорах университета и сердце снова крошилось на кусочки, невидимое лезвие резало до глубоких ран, а в легких кислород заканчивался, когда столь знакомая фигура вновь скрылась в потоке людей. Хвану хотелось по-новому ощутить этот контраст температур, еще раз прикоснуться к волосам и ощутить столь знакомый аромат. Ещё ему хотелось для начала вновь общаться.. как раньше. Ребята переживали за них не меньше. У Хо сердце разрывалось, когда он видел Хвана таким разбитым. Он понимал чувства Джина и Сынмина. Раньше Хван почти никогда не появлялся в доме Ли, однако после клуба стал чаще там ночевать. Хо ухаживал за ним будто тот болен. Однако если так посмотреть, то так и есть. Чувства его убивали, любовь превратилась в яд. Она отравляла его с каждым днем. Тяжело. Хо веселил младшего как мог. Готовил ему что-то вкусное, разное на вкус и цвет. Он был так рад, когда мог хоть ненадолго увидеть улыбку младшего, чтобы потом ночью слышать как тот тихо плачет. Хо был не один кого волновал Хван. Бин и Хан тоже помогали как могли. Бин часто рассказывал, что Сынмин не такой холодный каким показывает себя. Он тоже очень подавлен, однако чувствует ли он тоже самое? В какой то момент всем стало трудно переносить всю эту гнетущую атмосферу. Слова перешли в действия. ****** Вечер пятницы. В комнате пахло чем-то сладко-соленым. Телевизор показывал быстро сменяющиеся картинки. Окно было открыто, а с кухни доносились голоса. Чан затушил сигарету, вдохнул холодный воздух и закрыл окно. — Мин-и.. ты подумал над нашими словами? – голос Чана был тихим и уставшим. Он смотрел на Мина, который сидел и даже не моргал, уставившись в пол. – Может, это трудно признать, но он любит тебя. Ему так же тяжело как и тебе. Не мучайте друг друга. – Чан подошёл ближе и потрепал младшего по голове. — Разве можно... – Мин поднял стеклянные глаза на Чана, – Разве можно любить парня, находясь в отношениях с девушкой? – Чан глубоко вздохнул. — Сынмин… Ты прости конечно, но, ты, дурак еще тот. – Бин поставил поставил стакан на стол, наполнил его соджу и пододвинул ближе к Ликсу. – Хван не состоит ни с кем в отношениях. Наен, если ты ее имеешь в виду, она его кузина. Ты сделал слишком поспешные выводы, так что будь добр, ответить ему уже. – Чанбин метнул взгляд на Ликса, говоря мол теперь твоя очередь, и откинулся на спинку стула прикрыв глаза. — Мин-и… Если ты не веришь нам, то поверь ему. – Ликс садится ближе и обнимает младшего. — Почему ее не было на вечеринке. Ты ее не пригласил специально? – младший развернулся. Он смотрел на Ликса глазами, в которых скапливались слезы. Ещё чуть-чуть и разрыдается на месте. — Нет, с чего ты взял, что я не приглашал ее. Мы всегда будем рады ее видеть, но ей срочно нужно было улететь в Сан-Франциско на съемки. Наен правда собиралась, но даты перенесли и она была вынуждена уехать. – Ликс смотрел на друга мысленно прося прощения. Он не может сейчас рассказать ему все. Не сейчас. Не время. Ребята сидят тихо. Никто и слова не произносит. Они боятся. Боятся, что Сынмин сейчас не выдержит и его будет уже не успокоить. Чан встал из-за стола, достал пачку красных Marlboro и вышел с кухни. Свои проблемы Чан оставил на задний план. Его утешение от неразделенной любви - пачка сигарет и холодный вечерний воздух. А вот Мину повезло в какой-то степени. Его любовь как раз таки взаимная, пусть он этого и не до конца понимает. Сынмину тяжело. Он запутался в своих чувствах. Мин размышлял над этим с того дня как Хван поцеловал его в клубе. В тот момент Ким реально думал, что Хенджин шутит и просто перепил, спутал с девчонкой. Но он целовал так нежно, боялся упустить, боялся быть отвергнутым. Мин коснулся своих губ и закрыл глаза. Холодно. А что если он скрывал свое влечение под желанием быть лучше. Почему не выбрал кого-то другого. Все три года Мин скрывал от себя самого свои настоящие чувства и от этого на душе паршиво как никогда. Ким понимает, у него не хватит смелости написать Хвану сейчас. Не хватит смелости признаться. У него уже нет сил плакать. А есть ли силы на что-то у Хенджина? Телефон завибрировал в кармане джинс. Мин достал телефон из кармана и долго смотрел на уведомление от него. — «Всего один разговор и я больше не побеспокою тебя»,, – почти шепотом произнёс Мин, горячие слезы катились градом. — Не теряй времени зря, ответь наконец ему, – Ликс заглянул в глаза друга, – все будет хорошо. – Мин кивнул и дрожащими пальцами набрал ответ.

Хван весь измучился за последние пару часов. Подушки были разбросаны по полу и на кровати. Джин сидел укутавшись в одеяло. Хо сообщил, что ребята постараются уговорить Кима на разговор, от него требуется только написать ему. Хван принимал все варианты этого плана, был готов к любому раскладу, надеялся честно говоря на худшее. Он сидел с телефоном в руках и ждал сигнала. Джин боялся закрыть глаза и пропустить нужный момент. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда Хо сообщает – пора. Пульс учащается, дыхание сбивается, а руки непроизвольно дрожат. Он набирает текст не думая, поскольку все слова исходят прямо от сердца. Хван боится показаться жалким, пытающимся привлечь внимание. Он не понимает почему ему страшно. Сколько бы Джин не придумывал возможные исходы, он никогда не поймёт, что у младшего на уме. Сейчас же Хенджин готов был умереть на месте. Опасения не подтвердились и тяжелый груз упал с плеч. Хван упал на кровать тяжело дыша. Он и поверить не мог, что план ребят сработает. Он перечитывает сообщения младшего раз пять, которое гласило, что он согласен на встречу. Осталось не струсить и поговорить как нормальные люди, как друзья. Хван очень боится, что эта встреча может быть последней. Джин сначала делает, а уже потом думает. Да, очень на него похоже. Взяв в руки телефон, Хенджин все ещё пялиться в одно единственное слово – «хорошо». Джин решает, что лучше обстановки, чем у него дома не будет, потому что кафе и всякие рестораны им сейчас не нужны. Он сообщает об этом младшему и получает мгновенное согласие. И все же, где-то внутри Хван ещё живой, последняя бабочка делает взмах крыльями, что означало – он готов бороться до конца, потому что любит. — Боже я готов умереть, зачем я согласился на это. Мне велт вроде как девушки нравились… – Мин прячет лицо в ладонях под счастливые восклицания хёнов. — Да ладно тебе, Мин-и, ты вон лучше посмотри на Чана и его безответную любовь, – Бин указывает на курящего Чана. – у тебя же наоборот все взаимно. Радоваться должен вообще-то. — Бин, – Феликс слегка пнул парня ногой, – прекрати. Чану итак нелегко, а ты масла в огонь подливаешь. Мин-и нет ничего плохого чтобы нравиться парню, а тем более быть влюблённым взаимно. – рука Ликса взъерошила волосы младшего. Ликс всегда утешает правильно, становится легче после его слов. Всегда так было. — Встреча ведь завтра? – получив кивок друга, Ликс продолжает, – тогда нам стоит уйти пораньше. Тебе надо выспаться и пойти к нему с «чистой» головой, ты понял? Не переживай, расскажи о своих чувствах, хорошо? – феликсова улыбка успокаивала. Чанбин вышел из-за стола и подошёл к другу. Потрепав Кима по голове и бросив на прощание еле слышное пока, он удалился в коридор. Ликс последовав его примеру, также ушёл одеваться, позвав Чана, все ещё стоявшего у окна с уже потухшей сигаретой. Ким вышел проводить друзей. Все пожелали удачи в завтрашнем дне, Мин только кивал и обещал, что все будет хорошо. Парни скрылись за дверьми. Мин остался один. Кто бы что не говорил, как бы Сынмин себя не утешал – ему страшно. Ким лёг спать с терзающими мыслями о предстоящем разговоре. День явно будет эмоционально тяжелым. да

***

Вечер следующего дня. Сынмин проспал весь день. Он не слышал ни будильник, ни звонки Феликса и Чана. Мин проснулся с явной головной болью из-за того, что проспал до полудня, если не позже, а ведь ему сегодня нужно к Хвану к семи часам. Мин даже рад тому, что проспал весь этот день, потому как меньше времени для волнения перед встречей. Проснись он раньше, то с большей вероятностью просиживал оставшиеся часы сидя на иголках, а так хоть сэкономил чуток своих нервов. К тому же, после сна он долго ел и принимал душ, так что до встречи еще два часа. Сынмин делал все неспешно. Хотя очень и очень сильно волновался, а заметно это и невооружённым глазом, потому как Мин пол часа выбирал, «что же ему надеть» и «как лучше уложить волосы». Теперь он буквально идёт на свидание, ну ладно… почти что свидание, но не суть. В итоге Мин надевает футболку, сверху синее худи и серые спортивные штаны, все же вечером прохладно. Ему до дома Хвана идти минут двадцать если не меньше. Поразительно, но живут они в паре кварталов друг от друга. Мин идёт по пустым улицам. Иногда проезжают машины, где-то слышны голоса молодежи. Свежий прохладный воздух успокаивает. Лёгкий ветерок щекочет щеки и нос, ерошит волосы, забирается под худи невесомо касаясь тела оставляя после себя мурашки, Сынмин ежится. Спокойствие окутывает его. Спустя минут пятнадцать Ким уже стоит возле подъезда дома, где живет Хенджин. Сынмин забегает в подъезд, когда кто-то выходит оттуда. Он пробегает два лестничных пролёта и теперь стоит на втором этаже у квартиры 78, топчась на месте. Ким касается дверного звонка, слыша характерный звук и лай по ту сторону двери. Дверь распахивается и на пороге стоит Хван, такой домашний и уютный. На нем шорты и свободная футболка. — Кками! Непослушный пёс, хватит лезть к гостю, – Хван подхватил собаку на руки, – Мин-и, все хорошо? Может пройдём, чего на пороге стоять. – осознание того, что Сынмин пялился на Джина добрую минуту, пришло поздно, стало стыдно. Мин вошёл в квартиру закрыв за собой дверь. Хван к этому времени скрылся на кухне. Оставив обувь в прихожей, Ким прошёл в гостевую комнату. Интерьер дома был в стиле Хенджина. Комнаты были просторные, мебель в светлых тонах, а на светлых стенах висели картины известных художников и картины хвана. Мин мог долго разглядывать картины, висящие на стене и думать о своём, пока голос старшего не вернул его обратно. — Давай присядем. Я заварил нам чай, м? – Хван, ранее стоящий в дверном проеме с двумя кружками чая, вмиг оказался рядом с младшим, – пойдём же. Хван подошёл к столику, поставил чай и сел на большой диван, приглашая младшего сесть рядом хлопком по мягкой обивке. Мин осторожно сел рядом со старшим. Тишина. Оба боятся сказать хоть слово. Как начать диалог? С чего его вообще начинать? Они понимают, что тут они для одного дела — наконец во всем разобраться и решить, что делать дальше. — Мин… Я… – старший с трудом подбирал слова, – Ох, так трудно выражать свои мысли, извини. – прочистив горло, он начал снова, – в первую очередь я бы хотел извинится за тот случай в клубе, мне.. Я до конца не понимал зачем это сделал, хотя так долго мечтал об этом, но все вышло совсем не так, как я планировал. Позволь мне все исправить, давай начнём заново. – пальцы Джина переплелись с сынминовыми. Большим пальцем он гладил ладошку Мина. – Я пойму если ты не захочешь этого, однако хочу чтобы ты знал. Мои чувства искренние, понимаешь? Я влюбился в тебя с первого взгляда, ещё на первом курсе. Ужас, да? Ведь так не бывает… – Хван хмыкнул, – По началу мне казалось, что я все выдумал, приписал ложное чувство. А на втором курсе понял, что дважды пиздецки влип. Мы тогда только познакомились друг с другом, – слёзы скапливались в уголках глаз, – Я всячески старался привлечь твоё внимание, но каждый раз тонул, погружался в омут с головой. Я был конченым эгоистом… Пр-прости меня.. Ответь хоть что-нибудь… Прошу не молчи… – соленые капли слетали с глаз, приземляясь куда-то на футболку. Джин быстро смаргивал слёзы, продолжая всматриваться в зелёные глаза напротив, ища в них ответ. Мин расцепил пальцы и аккуратно взял лицо Хенджина в свои ладони, поглаживая щеки большими пальцами, смахивая слёзы с его милых и мягких щёчек. Он вглядывался в глаза старшего и видел в них боль, граничившую с любовью. Мин выдохнул и приблизился к губам Хвана, оставляя невесомый поцелуй на верхней пухлой губе. Он готов поклясться, что слышал, как что-то треснуло. Выдержка. Это была выдержка старшего. Мин прикрыл глаза и продолжил оставлять поцелуи-бабочки везде, на щеках, на носу, возле губ и возле родинки под левым глазом. Поцелуи младшего обжигали там, где он касался. Место поцелуя пылало огнём, а после оставалась прохлада. Мин отстранился и снова заглянул в глаза Хенджина, видя, накатившие слёзы. — Джинни… – Мин притянул старшего как можно ближе к себе и обнял, держась за шею. – Не плачь, Джинни, я рядом. Теперь все будет хорошо. Правда ведь? – его глаза и улыбка сияли ярче звёзд на небе, Хван это ощущал. Хван буквально вцепился с младшего и не хотел отпускать ни при каких обстоятельствах. Ему сейчас так хорошо, впервые за эти три чертовых года влюбленности. Он разбивается и собирается обратно в единое целое. Сейчас хочется лишь просидеть так вечность в объятиях Мина, потому что для счастья большего и не надо. Мин прерывает объятия снова заглядывая в глаз напротив. — Джинни, прости меня. Я был так глуп и эгоистичен. Думал лишь о себе, наплевав на тебя и твои чувства. – Мин держит крепко хвановы ладони. – Я не представляю насколько плохо тебе было, однако за это время я обдумал все, – он делает минутную паузу, а время тянется как резина, – Я осознал, что тоже люблю тебя, все эти игры были лишь предлогом вбить себе в голову мысль о соперничестве, не замечая реальных чувств. Я был в плену собственных мыслей, но сейчас выбрался оттуда победителем. – Мин наклоняется ближе и шепчет в самые губы, – Я готов все исправить и начать новую историю с чистого листа… – Ким шумно сглатывает, – Я очень и очень сильно люблю тебя, Джинни.. Шёпот оглушает, признание действует на разум как крепкое вино, опьяняет. Хван не знает что делать дальше, он не верит, что все это происходит взаправду, происходит с ним здесь и сейчас. Ему надо удостовериться в реальности. Джин вновь сокращает расстояние между собой и младшим. Смотрит в глаза напротив и еле слышно, на одном дыхании шепчет: — Можно? И видя лёгкий кивок головой, накрывает губы Мина своими, сминая их в поцелуе. Он старается целовать без грубости, легко и непринужденно. Их руки все ещё в замке, Хвану хочется дать им волю. Он перекладывает ладони на талию младшего, притягивая его ещё ближе и углубляет поцелуй. Хван оплачивает той же монетой, когда начинает оставлять невесомые поцелуи там, куда дотягивается. Хенджиновы губы повсюду, на лбу, на носу, у виска, на губах младшего, на шее. Джин запускает руки под толстовку прямо как в тот раз, однако сейчас атмосфера другая, более тёплая, более интимная. Руки гладят живот, бока, пальцы играют на рёбрах мелодию, доступную лишь для ушей старшего. Хван растворяется в поцелуе, затягивая в омут младшего. Внезапно Джин начинает щекотать Мина, получая смешок прямо в губы. Потеряв бдительность, Ким оказывается под Хваном, он смотрит на того снизу вверх. Джинни так близко, Ким закидывает руки на его шею и легонько касается губ старшего, им так нравится дарить друг другу невесомые поцелуи, поцелуи-бабочки от которых внутри все сжимается, а сердце бьется как бешеное. Мин отстраняется, он опьянен омутом темных карих глаз напротив, Ким улыбается уголками губ смотрит ещё раз на Хвана и вмиг переворачивает его на спину, усаживаясь чуть выше бёдер. Надо было видеть какое у Джина в тот момент было выражение лица. Сердце ухает где-то в глотке, а дышать трудно. — Один один, Джинни, – мурлычет Мин прямо в губы, оставляя напоследок поцелуй в нос. Мин слазит с бёдер Хвана, ложась тому под бок. Хван тупит минуту в потолок, стараясь прийти в себя, старается переварить все, что произошло за последние часы. Он переворачивается на бок и смотрит на Кима, который кажется будто бы ничему не удивлён. — Мы теперь… типа вместе? Да? – Хван говорит тихо. — Ммм, думаю да, но если хочешь можешь официально предложить мне встречаться с тобой, а я подумаю. Только если решишься, то давай завтра с утра. – Мин улыбается, легонько сжимая щеку Джина. – Давай поспим вместе, Джинни. Джину дважды предлагать не надо, он сгребает младшего к себе, утыкаясь носом в макушку. Такой родной запах и он теперь только его. Ему до сих пор не верится, что то, о чем он мечтал наконец сбылось. Страшно будет проснуться одному и осознать, что это был лишь сон, но тепло чужого тела заставляет отбросить все мысли. Он нашёл умиротворение. Джин чувствует, как влюбляется ещё больше, как чувство любви приятно жжется внутри, разливаясь по венам. Хван ни за что и никогда не отпустит Сынмина, он так долго его добивался. Он обязательно снова признается ему и если потребуется ни раз и ни два. Однако все это будет утром. Они начали все чистого листа. И история получилась что ни на есть замечательная.