Все кувырком

*** Глеб присел на бревно, чтобы все было как тогда, и банка пива еще была в запасе. Все вокруг казалось замершим в тревожном ожидании чего-то невероятного, что должно произойти, но возможно было всего лишь игрой разыгравшегося воображения. Как понять, что уже случилось, или еще нет? А может и вообще ничего не будет? Тогда он уйдет туда дальше, к обрыву — он знает место, где его никто не найдет, ни живого, ни… никакого. И пусть думают, что все получилось. Глеб закашлялся, слишком сильно затянувшись сигаретой, да так, что из глаз брызнули слезы. Из-за них мир вокруг искажался, размывался, а он даже не пытался их вытереть. Из этой пелены вдруг вырвалась тень, с невнятными ругательствами, спотыкаясь и чуть не падая. *** Вадим метался возле машины, утаптывая снег, выкуривая сигарету за сигаретой. Глеб, родной брат, помчался за другим Глебом, таким же родным и ставшим очень близким и дорогим. Почему так? Почему не он бросился следом, а другой, и почему не позволил идти вместе? Что делать и кто здесь прав? За что ему такое наказание… Докурив очередную сигарету до фильтра, обжегся и отбросил. Решился было пойти туда, где все пропали — найти, вернуть… Не сразу увидел в начинающемся снегопаде человека, бредущего навстречу. Бесформенный силуэт расплывался в глазах из-за снежной дымки или из-за непросохших слез. Он шел неверной походкой, пошатываясь и запинаясь и Вадим поспешил вперед — поддержать, помочь. Глеб был весь в снегу — плечи и капюшон расстегнутой куртки, ноги по колено, как будто пробирался по глубоким сугробам. Лицо, мокрое то ли от таявших снежинок, то ли от слез, вытирал рукавом. Ухватил Вадима за руку, затряс. — Он ушел! Туда, в туман! — сдавленным, потерянным голосом. — Я не хотел пускать, а он оттолкнул! Я потом, за ним, туда! И ничего! Нет никаких следов… Меня туда не пустило… — Ничего, ничего, значит получилось. Все, как надо, как он хотел. Вадим обнял, прижал, потянул за собой, к машине, в тепло. Они шли, не попадая по тропинке, как двое пьяных, держась друг за друга. Только Глеб все норовил обернуться, надеясь увидеть того, кто ушел. Еще, и еще пытаясь оправдаться, объяснить брату. — Не на своем месте, понимаешь? Он так сказал и ушел. А я не прошел! Слышишь? — Слышу. Наверное так надо было. Значит никуда тебе от меня не деться… Вадим буквально затолкал брата на переднее сиденье. Сам схватил горсть снега, растер по лицу, потоптался еще, отряхиваясь. В машине сразу включил печку, вытащил откуда-то полотенце, сунул Глебу, одним концом наскоро вытирая лицо и руки. Посидел, уронив руки на руль и глядя в пространство пустым взглядом. Тихо тронулся с места, поехал медленно набирая скорость. — Пристегнись. Глеб непослушными руками дергал ремень, неловко пытаясь попасть в разъем. Вадим протянул руку, защелкнул замок. Не глядя схватил Глеба за ладонь. — Совсем замерз, — его руки были на удивление теплыми. — Достань там… — похлопал ко крышке. — Термос и пирожки, — Глеб машинально продолжил оборвавшееся предложение. Вадим искоса взглянул на брата — они еще кружили по улочкам родного города, пробираясь к выезду на трассу и надо было посматривать по сторонам. Четкий профиль, сжатые губы, полузакрытые глаза. Что-то было не так, дежавю, какое-то наваждение. Едва уловимое, как будто он уже понял, но еще был не в силах это признать. — Вадик… Ты простишь меня когда-нибудь? Вадим снова хмурился, хотя наверняка думал, что придал своей физиономии выражение спокойного равнодушия. Но вертикальная черточка между бровей говорила знающему взгляду о его напряжении и тяжелых мыслях. Про нижнюю губу можно было бы и не напоминать, хотя ее он научился подбирать; наверное, очень старался. Они уже ехали по трассе, а снег усиливался, заставляя снижать скорость. Совсем как год назад. Машина внезапно вильнула, покатилась юзом, почти выровнялась и все же съехала в сугроб на обочине. Тряхнуло, но не сильно. Вадим как во сне повернул голову и в упор глянул на сидящего рядом. — Вадик... Он сказал, что так будет лучше всем... И с мамой попрощался. — Он же сам захотел? Опять все решил сам... — Я ничего не смог сделать... — Может быть теперь все на своих местах?..