I know you always stay

Каждое утро Ким Сокджина на протяжении девяти лет начиналось одинаково. Утренние процедуры по уходу за собой, небольшая зарядка и полезный завтрак для поддержания фигуры. Все это выполнялось уже автоматически вне зависимости от собственных желаний, просто потому что так надо. Все строго по режиму, чтобы вовремя везде успеть. Но иногда Джин позволял себе небольшие вольности по утрам в виде чашки кофе со сливками и пятнадцати минут зависания в телефоне или перед телевизором. Чтоб уж совсем в робота не превратиться. Нет, Сокджин не жалуется на свою жизнь, он любит то, что делает. Просто иногда устает от загруженности и однообразности и мечтает хотя бы о паре свободных деньков. Джин включил телевизор на развлекательном канале. В это время там как раз идут новости музыкальной индустрии. Не то чтобы что-то важное и интересное. Но иногда полезно быть в курсе подобного. Или хотя бы просто посмеяться над домыслами некоторых журналистов. В этот раз происходящее на экране действительно привлекло внимание. «Нам стало известно, что популярный южнокорейский рэпер RM покинул Америку, где проживал последние несколько лет. Прошлым вечером его заметили в аэропорту Лос-Анджелеса в сопровождении менеджера. Напомним, что музыкант стал объектом нескольких громких обвинений, что сильно повлияло на его репутацию. Пока идут разбирательства, западные поклонники обрушили волну хейта на рэпера. Поэтому тот не нашел ничего лучше, чем вернуться на родину, пока все не утихнет. Сам артист и его компания пока никаких комментариев не давали. Мы будем держать вас в курсе развития событий». Джин хмурится от услышанного и допивает свой утренний допинг. Времени на дорогу до офиса остается совсем немного. Поэтому он спешно облачается в спонсорский спортивный костюм и торопится на подземную парковку.

***

Намджун сидит в кресле самолета Лос-Анджелес – Сеул и размышляет о своей жизни. Четырнадцатичасовой перелет к этому располагает. В соседнем кресле мирно посапывает его менеджер и по совместительству лучший друг. Жизнь Намджуна начала рушиться под влиянием ошибок прошлого, и, к сожалению, его помощник и соратник Чимин вынужден нести бремя последствий вместе с ним. Хотя он вроде и не против. По крайней мере, ни один мускул на его лице не дрогнул, когда он сказал, что директор агентства принял решение об их возвращении в Корею. RM же был потерян и полностью деморализован. Конечно, он и сам прекрасно понимал, что все это, хоть и является стечением обстоятельств, нелепых случайностей и притянутых за уши фактов, не может пройти для него бесследно. И все же он не ожидал такой реакции общественности. Шумиха поднялась ого-го. Даже те, кто раньше не знал имени рэпера, теперь заговорили о нем, только в негативном ключе. Как такое могло случиться в его жизни? Намджун трет лицо ладонями, будто это способно стереть из памяти события последнего месяца. Четыре года назад он вот так же сидел в самолете в Америку, полный надежд и мечтаний. Он не верил своей удаче, когда агентство решило продвигать его в США, ведь такого раньше не бывало. Но директор любил риск и любил рэп, поэтому поверил в своего юного подопечного. В RMа были вложены немалые средства и усилия, которые очень скоро принесли плоды. За эти четыре года Намджун действительно обрел популярность и любовь среди западной публики. Его имя на слуху, он успешно работал с популярными музыкантами. Он достиг многого, но в планах было еще больше. Но этому не суждено было сбыться. Культура отмены в Америке работает молниеносно. Когда все случилось, компания даже не успела все осознать и вовремя среагировать, поэтому проблема достигла определенных масштабов. А потом кто-то узнал про Бекки и понеслось. Историю перевернули с ног на голову и выставили Намджуна в самом невыгодном свете. Конечно, нельзя не упомянуть и ее роль в таком развитии событий. Девушка получила свою порцию внимания журналистов, а Джун свою порцию ненависти от фанатов. Как с этим справиться и разгрести последствия, Намджун просто не представлял. Но, видимо, у директора есть свои идеи на этот счет. Рэпер только надеется, что ему удастся спасти хотя бы часть своей репутации и карьеры. Если там осталось, что еще спасать. Как же стыдно и больно падать вниз. Пусть и не с самой вершины, но с вполне приятной заслуженной высоты. К концу полета Намджун пытается обрести хоть немного положительный настрой. Если посмотреть на это с другой стороны, то все может оказаться не так плохо. Агентство не разорвало контракт, хоть Намджун и нарушил его, а пытается помочь и вырулить на ровную дорогу. Рэпер готов кланяться в пол директору и компании за поддержку и понимание. По крайней мере, искренне извиниться точно не помешает. Выйдя из самолета, пока менеджер был занят получением багажа, RM набрал номер единственного родного человека в Сеуле. — Намджун-хен, привет! — ответил приятный голос на том конце телефона. — Привет, братишка. Я только что приземлился в Сеуле. — Я так рад! Надеюсь, полет прошел хорошо. — Да, все в порядке, — Джун умиляется заботе младшего. — Хен, мне очень жаль, что я не могу пригласить тебя к себе... — смущенно начал парень. — Все в порядке, братишка. Агентство уже нашло нам квартиру. Но я все же надеюсь, что ты пригласишь меня в гости и познакомишь со своей таинственной соседкой. — Да-да, конечно, обязательно. — Мне пора, мелкий. Увидимся! Парни вышли из зоны прилета. Оба закрыли свои лица масками, а Намджун натянул кепку пониже на глаза. Их ожидаемо встретили вспышки многочисленных фотокамер. RM отметил про себя, что вся толпа состоит в основном из журналистов. Фанатов среди толпы почти не было. И это не могло не огорчать. Конечно, он не появлялся в Корее уже целых четыре года. Все это время он общался с корейскими фанатами на родном языке в соцсетях и прямых эфирах, писал песни и для них тоже. Но что-то все же упустил, и внимание корейских фанатов потеряно. Парни сели в автомобиль, предоставленный агентством. Наверное, сейчас RM не заслуживает подобного. Когда он уехал в Америку, его популярность на родине не то чтобы упала, она просто не росла. Он получал много хейта за то, что забыл свои корни, ориентировался на западного слушателя, да и попросту не появлялся в Корее. Все происходило с молчаливого согласия директора. Это был своеобразный эксперимент по продвижению на западе. Намджун уверен, что несмотря на всю тяжесть ситуации и потерянные деньги, агентство вынесет из этого свои уроки, скорректирует стратегии продвижения артистов. Возможно, на крышке гроба его карьеры кто-то другой построит свой успех. За прошедшие четыре года город не сильно изменился. Но RM и раньше знал Сеул недостаточно хорошо. Он провел здесь два года в качестве стажера компании и еще год в качестве начинающего артиста. В общем, было не до прогулок по городу. Хорошо изучеными были несколько кварталов вокруг офиса компании и общежития неподалеку. Наизусть были выучены все круглосуточные магазины и дешевые забегаловки. И все же, проезжая по незнакомым улицам Сеула, Намджун испытывал ностальгию. Он ощутил, что, оказывается, скучал по Корее. Здорово вернуться сюда, пусть и по такой неприятной причине. Здорово ощущать себя дома. Америка, такая разнообразная, свободная и желанная, домом ему не стала. Она пережевала его, как и многих других, и выплюнула прочь. Всю дорогу до нового жилья Чимин с кем-то переписывался и созванивался. RM с тоской глядел на него. Сколько же новых забот легло на плечи парня. Но тот совсем не подавал виду, решал проблемы, еще и пытался подбодрить рэпера. В этом весь Пак Чимин. Принимает все заботы о других на себя, а себе не позволяет расслабиться ни на секунду. Как только представится такая возможность, надо будет выбить выходной для него. Автомобиль приехал к высокому современному жилому комплексу недалеко от здания компании. Просторная квартира с двумя спальнями находилась на одиннадцатом этаже. Чимин сразу побежал выбирать себе спальню, а Намджун бросил чемоданы на пороге и пошел осмотреться без всякого энтузиазма. Спальни абсолютно идентичны, но одна из них полностью белая, а вторая светло-голубая. Чимин с согласия друга выбрал себе белую. — Хорошая квартира. Даже здорово, что будем жить вместе, — подбадривает друга Чимин. Намджун только улыбается в ответ. В квартире есть все необходимое для жизни, но ничего лишнего. Нет уюта, нет ощущения жилого помещения. RM не знает, насколько здесь придется задержаться. Но уже в эту минуту начинает скучать по своей квартире в Лос-Анджелесе. Спустя три года упорной работы, он наконец смог себе позволить купить не самую престижную, но милую уютную квартирку с хорошим видом. Америка не стала ему домом, но его первая недвижимость стала любимым местом, местом отдыха и восстановления душевных сил. Когда теперь он сможет туда вернуться и сможет ли снова ощутить нечто подобное? Это никому неизвестно. Спустя час парни к назначенному времени направились в агентство. Дорогу в кабинет директора нашли самостоятельно, ведь есть вещи, которые не забываются. Сначала в кабинет зашел Чимин и еще несколько человек из стаффа. Все вежливо, но без лишнего энтузиазма поприветствовали друг друга. Никто даже маленьким жестом или словом не выразил никакого недовольства тем, что Намджун создал всем вокруг кучу проблем. Он остался снаружи, нервно расхаживая по коридору взад и вперед. Через полчаса вся команда вышла, переговариваясь. RM попытался отследить реакцию Чимина на разговор. Но тот был как всегда улыбчив, сказал, что директор ждет его и поддерживающе похлопал по плечу. Намджун зашел в кабинет и оказался лицом к лицу с человеком, который так много для него сделал и которого он так сильно подвел. Напряжение сковало парня. Но мужчина встретил его с доброй отеческой улыбкой, будто ничего такого не произошло. — Здравствуй, Намджун-ши! — Здравствуйте, господин Чон! — RM низко поклонился директору. Приветствие вышло слишком официальным и оба это почувствовали, поэтому через мгновение директор Чон делает шаг навстречу и утягивает Джуна в теплые родственные объятия. Потому что их отношения — это гораздо больше, чем бизнес. Чон Хосок — молодой красивый мужчина, совершенно не выглядящий на свои сорок с хвостиком. Он талантливый композитор и музыкальный продюсер, а еще к своим годам успел с нуля создать одно из самых успешных развлекательных агентств в Корее. Он был строг, ответственно относился к работе и требовал от других того же. Но ему удавалось выстроить со своими подопечными доверительные близкие отношения. Поэтому фанаты всех его артистов обожали его не меньше. — Рад видеть тебя дома, мой мальчик, — начал Хосок, избегая упоминания причины, по которой они оба сейчас здесь. — Спасибо, Хосок-ши. Я… — начал было RM, но тут же был прерван, потому что директор точно знал, что тот хочет сказать. — Давай приступим сразу к делу. Нам предстоит серьезно потрудиться. Но когда было иначе, верно? — по-доброму усмехается директор. — В общем, наш план таков. Главным приоритетом на сегодня является вновь завоевать расположение корейской публики. Мы долго думали, как это сделать. Самым лучшим решением будет сотрудничество с популярным айдолом. Вы запишите совместный дуэт и выступите на концерте через два с половиной месяца. Да, времени не так много, поэтому приступать нужно уже вчера. Надеемся, фанаты примут тебя. Эту песню должны написать вы двое самостоятельно и это обязательно должно быть что-то трогательное и лиричное. Конечно, к выходу планируются фотосессии, интервью и прочее. Что до западной общественности, там все немного иначе. Им недостаточно новых ярких выступлений. Там придется добиваться правды. — Правды? — Да, нужно, чтобы они сами признали, что ошиблись в тебе. Для этого моя команда уже собирает нужный материал для публичного заявления. Нам нужны доказательства, аргументы. Тогда им придется признать свою неправоту. Конечно, не факт, что это все вернет обратно. Непоправимый ущерб уже нанесен. Но мы должны очистить твое имя. Ведь все это полная чушь. — Хосок-ши, но ведь Бекки… — Знаю я про твою Ребекку, с самого начала знал. Но все ведь было совсем не так, как она сказала? — Да. Я бы никогда не… — Знаю, Намджуна. Да у тебя и не было никакой возможности сделать это. Поэтому будь готов, что чтобы защитить тебя, нам придется перейти в наступление на нее. Ты согласен? — Я только хочу, чтобы все знали, как все было на самом деле, — до этого момента Джун и не представлял, какую работу предстоит проделать компании, чтобы вернуть его репутацию. — И мы этого добьемся. После разговора с Хосоком, Намджун немного расслабился. Он и без того был уверен, что директор Чон не тот, кто будет хвататься за голову и кричать на него за все проступки. Но эта личная встреча дала призрачную надежду, что все образуется, а также уверенность, что Хосок возьмется за решение проблемы, а не выгонит его взашей.

***

Больше всего на свете Мин Юнги любил музыку. Поэтому, когда восемь лет назад ему предложили стажировку в агентстве, он, не думая, согласился. Два года Чон Хосок убеждал Юнги, что тот может стать мегапопулярным айдолом и должен дебютировать в составе группы. Но Мин был непреклонен. Он не стал бы танцевать на сцене в розовых блестках. Нет, он совершенно не имел ничего против тех, кто это делает. Он уже много лет работает бок о бок с айдолами. Просто это не для него. Максимум, что он мог бы делать на сцене, — это читать рэп. Но даже этому он предпочел остаться за кадром и создавать музыку для других. Хосок сдался, не желая терять явно талантливого парня, и предоставил тому свободу творчества в студии. Поэтому студия стала для Юнги самым любимым местом на свете. Конечно, он не мог не следить за творчеством RMа. Они довольно неплохо общались во времена стажировки, правда после переезда последнего в Америку отношения не поддерживали. Юнги нравилось творчество младшего, и он был только рад возможности поработать вместе и пообщаться. А все остальное его не интересовало. Он помнил Намджуна нескладным стеснительным подростком, который хотел прославить свое творчество на весь мир, и не верил всем этим сплетням и слухам. А насчет прошлого, так кто из нас не совершал ошибок в юности? Кто сам без греха, пусть первым попробует бросить в Юнги камень. А Юнги потом ему доступно объяснит, куда этот камень стоит засунуть. Юнги гипнотизировал пустую страницу блокнота для текстов, когда в студию постучали. Дверь открылась и в помещение вошел улыбчивый незнакомый парень. На курьера или на новенького из стаффа тот похож не был — держался слишком уверенно, да и часы его стоили как три зарплаты Мина. — Мин Юнги-ши? — Юнги заинтересованно кивнул. — Меня зовут Пак Чимин. Я — менеджер RMа. Рад знакомству. Парень доброжелательно протянул руку, доверчиво заглядывая в глаза, а затем остановил взгляд на тонких длинных пальцах, обхвативших его ладонь. Юнги смотрел на парня из-под темной растрепанной челки. Тот слишком молод для роли менеджера. Сколько же ему лет? Русоволосый парень нервно сглотнул. — Приятно познакомиться, Пак Чимин. Надеюсь на плодотворную совместную работу. Не дожидаясь приглашения, Чимин уселся на мягкий кожаный диван, подогнув под себя одну ногу. Обычно Юнги раздражало, когда новые люди слишком свободно себя чувствовали в его обители, но не в этот раз. Менеджер Пак не перешел тонкую границу между раскованностью и наглостью. Мин чувствовал себя на своей территории, поэтому свободно начал разговор. — Я думал, что менеджером RMа будет американец. Думал, что придется говорить на английском. — Оу, если хотите, Юнги-ши, можем и на английском, — осторожно предложил Чимин. — Нет-нет, этого как раз и не хотелось. — Я четыре года очень мало говорил по-корейски, так что теперь это мне только в радость. Со временем мы даже внутри команды стали говорить на английском, чтобы подтянуть язык. — Давай перейдем на менее формальное общение, если ты не против. Кажется, я старше. Можешь звать меня хеном. — Как скажешь, Юнги-хен. Мы с RMом ровесники. В этот момент названный как раз появился в дверях студии. — Привет, Шуга-хен. Как давно мы не виделись! — парни соединились в крепких дружеских объятиях. — Здорово, RM. Сто лет меня уже так никто не называл. Приятно, что ты помнишь, — Юнги переживал, как пройдет их встреча. Ведь годы назад они были близкими приятелями, но время раскидало их. Намджун мог превратиться в одну из этих зазнавшихся звездулек, забывших, откуда они родом. Но похоже, тот остался прежним, разве что цвет волос поменялся с натурального на голливудский блонд. — Как я мог забыть? Ты многому меня научил, хен. Рад, что снова поработаем вместе, жаль, что при таких обстоятельствах. — Ты, похоже, не в восторге от предстоящего? — понимающе пробормотал Мин. — В последнее время мне посчастливилось самому выбирать, с кем писать дуэты и что исполнять. А сейчас меня загнали в слишком строгие рамки. Я еще даже не знаю, с кем буду записываться. Надеюсь, директор знает, что делает, и не выбрал какую-нибудь молоденькую девочку в короткой юбке. Это точно делу не поможет. — Что? Тебе еще не сказали? У тебя будет дуэт с Джином, — сказал Юнги и проследил за реакцией рэпера. — С Ким Сокджином? — Намджун явно был шокирован. — Я удивлен, мягко говоря. Не понимаю, зачем ему это. Джин был популярным в Корее айдолом. Стажировался вместе с Юнги, и парни могли стать участниками одной группы, если бы Мин согласился. В итоге Джин дебютировал как сольный вокалист. Спустя годы он занимал одно из первых мест по популярности среди корейской публики, притягивая внимание чистым вокалом и привлекательной внешностью. — Всем привет! — раздалось в этот момент со стороны двери, которую парни так и не закрыли. В дверях появился тот самый Ким Сокджин, сияющий и неотразимый. Чимин сразу поднялся, чтобы поприветствовать старшего, как это принято. После четырех лет на западе ему только в радость было снова вернуться к привычным традициям. — Мне захотелось позаимствовать немного твоей популярности на западе. Руководство решило, что это отличный шанс для меня расширить армию фанатов за пределы Кореи. Так что у нас взаимовыгодное сотрудничество, — с самодовольной улыбкой ответил Джин на недоумение RMа. Юнги непонимающе смотрел то на одного, то на другого. Встреча старых знакомых произошла холоднее, чем он ожидал. Конечно, Намджун и Джин не были близкими друзьями во времена стажерства, но неплохо общались и поддерживали друг друга как коллеги. Джин вроде был не против, когда узнал, что ему предстоит такой дуэт, даже был в предвкушении. Но теперь будто нацепил какую-то маску. Намджун настороженно прищурил глаза и поджал губы. В этот момент он почему-то понял, что совместная работа легкой не будет. Неужели Джин до сих пор злится из-за того, что было четыре года назад?