I am an angel

— Сильнее! Сильнее кому говорю! - кричал Междумирец, замахиваясь железным мечом, что со свистом пролетел в нескольких сантиметрах от головы Ло. Несколько прядей волос были срезаны косо, за что потом Бог Пустоты будет просить прощения, но сейчас не место и не время. Вдруг выпад с мечом, несвойственный юноше, чуть не задел бок в чёрном костюме. Еле увернулся. Взмах, воздух со свистом разрывается лезвием и напарывается прямо на другой. Искры полетели в стороны, а скрежет неприятно давил на уши. За маской глаза прищурились в удовлетворении. Его ученик наконец смог выдержать силу Бога. Но этого недостаточно. Отпрыгнув назад и чуть влево, меч пронёсся в миллиметрах. На то и был расчет. Наклонившись, Ло ожидал чего-то подобного и резко направил лезвие влево, но был остановлен ленивым движением руки опонента. Вывернув меч так, что чужой упёрся в землю, Междумирец кулаком заехал по животу. Дыхание юноши перехватило. Уже сверху локоть проехался по спине и окончательно обессилил Лололошку. Бам! Звук упавшего тела разнёсся по полю и эхом исчез в небе. Синяк уже разливался тёмно-синим цветом по рёбрам, а может и пояснице, обещая болеть не один день. Стон вылетел из уст юноши, что попытался встать или хотя бы сесть. — Разнежили тебя Арнир и Санфиш. Так и знал, что отдавать на время к ним — плохая затея. Вон, уже встать не можешь, - прошипел Бог Пустоты. Сейчас он не его дядя, не отец или родственник. Сейчас он Бог Пустоты и Времени, жестокий враг. Вдруг на спине Ло появился ботинок, становящийся тяжелей с каждой секундой. Слабые попытки встать обвенчались с провалом, поражением. Руки, до этого хоть как-то держащие его на весу, резко согнулись под напором веса. Подбородок прошёлся по земле и новые раны оставили свой след. Кожу неприятно щипало. Кровь каплями шлепнулась на сырую почву и окрасила в багровый цвет траву. Но юноша не намерен сдаваться! Ло не такой, чтоб опускать руки и ждать смиренно участи, уготовленной судьбой. Он готов бороться до конца и нести бремя боли хоть всю свою жалкую жизнь, недостойной титула полубога или ещё чего. С силой пытаясь собраться, Лололошка тихонько отталкивается от земли на пробу. Как и ожидалось, нога сильнее упёрлась в лопатки, не давая дышать. Каждая секунда на счету! Резко подавшись в бок, Ло уменьшил давление на грудь и сделал рывок вверх. Пока Мирец не опомнился, юноша кинулся ближе к наставнику, заставляя от неожиданности оступиться. Толкнув того в грудь, Междумирец сделал ещё шаг назад, но тот вдруг ушёл в сторону. Ладонь учителя ударила по шее, второй толкая в спину. На этот раз Ло упал на землю, полностью лишившись сил. — Даже так... - голос был различим только ухом зверя. - такой упёртый. Что ж, на сегодня, думаю, хватит. Идём, Лололошка, - Бог Времени присел на корточки и потрепал мальчугана по голове. Хотя какой тут мальчик, если скоро станет выше Санфиша и его самого. — Мгх, - отозвался парень. — Земли наглотался? Вставай давай и плюй её, ведь заразу всякую тащить в дом не нужно. Арнир и так трепетный, а тут ты с больным животом и на задание. — Задание?! - резко поднял голову Ло, смотря большущими глазами на Междумиреца. На губах появилась улыбка. - я наконец пойду в новый мир! Со своей миссией! — Нет. - сказал, как отрезал. Голова Лололошки с грохотом вернулась на землю. Ко лбу прилипли мелкие камушки, которые впивались в кожу, что стала краснеть. - Ты меня уничтожил, - приглушенно сказал Ло и зажмурился. Пальцы он сжал в кулаки и невольно захватил туда почвы и травы, мокрой от росы. — Не я, а твоя лень. - отозвался Мирец. Бог Времени встал на ноги и отошел подальше от Ло. Когда он руки сложил в печать, Междумирец как будто схватился за воздух и начал его разрывать. Тут перед ним предстал портал, что вёл в саму Пустоту. Потерев руки друг об друга, Междумирье сменилось гостиной в таком родном особняке с живыми растениями на стенах. На диване около камина сидели Первый и Арнир, которые что-то тихо обсуждали. Междумирец вздохнул, посмотрел назад и вернулся к своему горе ученику, так и не удосужевшегося встать. Взяв его под подмышки, он поставил его на ноги, стряхнул землю и пошёл к порталу. Лололошка, еле ногами перебирая, поплелся за своим наставником, попутно считая синяки по болевым ощущениям в рёбрах, животе, бокам и всех конечностях. Тяжёлый вздох невольного проходимца вырывается изо рта и он с мольбой смотрит на Междумирца, - только не это. Прошу! Только не переход через портал! — Тогда что ты будешь делать. Телепортироваться собрался? А не боишься расщепиться по дороге и появится перед Арниром в виде пепла? - едко сказал Бог Времени, махая рукой в сторону портала. Как же Ло не хотел туда идти. Снова болезненные ощущения смогут выбить из него воздух и все опять повториться! Чёрная жижа будет сплюнута на пол, испаряясь почти мгновенно. Отец потом поморщится, а Санфиш задумчиво на него посмотрит. Будет пожирать глазами полных любопытства, а Арнир, заметит это и на некоторое время залипнет на брата, гадая, о чем же он задумался в этот раз! Как же это Лололошке надоело. Но его ждут. Вон, отец уже заметил в воздухе портал и улыбался только ему и Междумирцу. И никакие звери или монстры его не интересовали. Он боялся только о том, что же в этот раз нужно будет лечить. Покачает головой, поцыкает немного на наставника да поможет обработать раны. Глубокий вдох и выдох помогли. Храбрости не добавилось, будем честны, только его ждали и это дало силы идти вперёд. Шаг, второй и Ло уже в объятиях Пустоты. Вокруг далёкие звезды, метеориты, что стремятся в новый, таинственный мир, а если оглянуться, то Междумирец рядом. Направит, поможет или вытащит из ловушки вечного блаженства, тишины, что уносит в лапы местных монстров. Но нужно идти дальше и оглядываться ему не стоит. Правда, хотелось. До плеча докоснулись. Лололошка вздрогнул от неожиданности, ведь его внимание снова забрали прекрасные в своей недолговечности звезды. Они в любой момент могли сорваться будто с цепи и последний блеск падения мог увидеть только юноша да Междумирец. Тот как раз встал недалеко, наивно подставляя плечо, о которое можно опереться. А Ло хотел, но что-то остановило его. Побольше глотнув местного разряженного воздуха, юноша взял за руку наставника и пошёл вперёд. Вот уже виднеется гостиная. Последний рывок и... Тошнота подступила к горлу, ноги подогнулись. Ожидание боли в растерзанных коленях, что и так потрепала тренировка. Лололошка зажмурился, но тёплые и сильные руки подхватили его и драгоценные светлые одеяния стали испорчены недоразумением. В лицо дыхнул жаркий пар, испаряясь где-то под потолком. Черный след остался на нём, но и тот долго тут не задержался. Арнир похлопал по спине Лололошку и прижал сильнее к себе. Ему было плохо, ведь его ребёнок испытывает такую боль каждый переход. Все хорошо, если бы их не насчитывалось десятками, а может и сотнями. Санфиш, да и не только он, копались в библиотеке, своей и других Богов. Обращались даже к Верховным другой ветви измерений, но и там пусто. Арнир хватался за голову и винил во всем себя. Это он виноват. Не будь Арнир таким дураком и зачал ребёнка как все, то проблем было бы меньше. Но его сердце не принадлежало ни одной даме в мире. Предательские чувства отданы одному единственному, который просто не поймёт его, выкинет как игрушку и забудет, так и не ответив взаимностью. Сам того не осознавая, Арнир нарушил закон Ветра и Жизни, за что и платит сейчас мучениями Ло, а также потерей памяти по кусочкам. Незначительными, но такими ощутимыми, когда дел касается все его существование. Как бы грустно не прозвучали слова в голове Арнира, но его сын будет должником у закона, пока не расплатится за жизнь другими, спасёнными от верной гибели, из-за глупца или очередного Бога. — Шшш-, - Арнир, чтобы навеять спокойствие на сына, начал раскачиваться с ним из стороны в сторону, как в уже далёком детстве. Рядом сочувственно на Ло смотрел Междумирец, а Первый перевёл взгляд на руки. Больная для всех Богов в комнате тема. — Я в п-порядке, - запнулся Ло, - все уже хорошо. Я привык. Эти слова не должны вырываться из груди ребёнка. До конца он ещё жизнь не прожил, а боль уже вкусил сполна! Не может так быть. Не с его сыном. Хоть Арнир и понимал, что в будущем судьба уготовила испытание похуже этого, но Бог Света не мог оставить все течь само собой, невозвратно унося того в лапы смерти. Еще раз проведя по волосам Лололошки, Свет наконец отодвинулся от него. — Уже лучше? - кивок со стороны сына, - пойдём я тебе чая налью, а рядом будут Первый и Ми́рка. Рядом вырвался возмущённый вздох из уст "Мирка". Какое нахальство! Хватая ртом воздух, как рыба на суше, Междумирец возмущённо смотрел на этого засранца, возомнившего себя бессмертным. Хоть так и было, ему не мешало вмазать по красивой мордашке смеющегося Арнира. — Да... Идём, папа, - слабо улыбнулся Лололошка и повернул голову в сторону Первого. Тот как раз уже встал с мягкого дивана и направился на кухню.

***

Вообще мир выбирался не пойми как. Система, составленная прошлым Богом Междумирья была откровенно плохой. И не важно, к какому классу мироходец относился, его могло закинуть в мир, у которой проблема кардинально отличалась от статуса самого чужеземца. Но сама соль была в том, что ступив на землю нового утопающего, уже не вернуться назад без выполненной миссии. Или в случае непригодности мира, что несла за собой и смерть мироходца. Пожалуй единственное, действительно гениальное в его системе — тренировочные миры и переквалификация в другой тип ходящего. Даже тот ублюдок позаботился о свободном выборе среди своих подопечных, которые были вынуждены скитаться по мирам и спасать их от очередного выскочки. К глубочайшему сожалению Междумирца, его предшественник, чтоб ему в котле варилось мучительно, согласовал систему с законом Ветра и Пустоты, из-за чего поменять систему было почти невозможно. Перепись режима возможна только если половина мироходцев не помрёт в ходе выполнения задания, но они живучие. Это единственное, останавливающее нынешнего Бога от преступления. Не раз самому Междумирцу казалось, что законы придумали оболтусы из подворотни. Просто успели первыми крикнуть о том, что Боги и успешно ими стали. Впрочем, со многими так и было, хоть они об этом и молчат в тряпочку. Самих мироходцев можно поделить на три типа: Свет, Равновесие, Тьма — что очень созвучно с титулами Лиги Святых. Хоть они и разные, но эти три класса связывает база, на которую их искра опирается. Телепортация, шаг во времени назад или вперёд, перерождение, но только у ходящих с особым статусом. На этом впринципе все. Не такие мироходцы и могущественные, как считают многие. Молодняк сначала был без присмотра и от каждого тычка они умирали. После такой ошибки стали приставлять к ним особых Междумирцев-клонов, оберегающих от смерти молодых ходящих. У ветеранов все поспокойнее и на том спасибо. Но вернёмся к тренировочным мирам. Чаще всего это миры с легко решаемой проблемой, но и тут есть свои недостатки по типу непредвиденного врага, что решил нарисоваться только в момент прибытия мироходца. Это очень удручало, ведь тут нужна будет помощь самого Бога Пустоты. Лололошка не зря сейчас вспомнил лекцию дяди. Стоять посреди поляны было сродни недоразумению. Просто пройдя через дверь, не каждый ожидает увидеть вместо своей столовой, в которой, как бы, планировал попить чай и просто отдохнуть, сугробы снега и ничего более. Ни Первого, ни Санфиша рядом не наблюдалось, а кого-то живого и подавно. Все вокруг будто застыло ледяными статуями без возможности вновь шевелиться. Горячий пар вырывался изо рта Ло, быстро испаряясь где-то рядом. Тут в голову Ло ударило то, что если он продолжит стоять на месте, холод заберёт в свои цепи и унесёт в лапы морозной смерти. Решено, нужно идти и попытаться найти хотя бы пещеру, в которой можно развести костёр. Ноги вязли в снегу, хрустя настом. Каждый сугроб, казалось, был выше другого и, смотря на все это, Ло хотелось остановиться и стоять, стоять, стоять. Ему нужно было встать и просто ждать, когда же снег образует горку на макушке, как ноги погрязнут в холодном пуховом одеяле до конца, а озябшие пальцы не в состоянии сжаться. Хотелось сдаться, принять то, чего от него ждёт этот мир. Но это не похоже на Лололошку. Он сам себя не узнавал, пока в борьбе с самим собой стоял по талию в сугробе, ведь снег не выдержал тяжести тела. В снежных краях было удивительно увидеть живое существо, да только таковым он будет недолго. Стервятники на ближайших деревьях уже чистили крылья в предвкушении тёплого, но уже мёртвого мяса. Птицы представляли, как вырвут сердце из груди и девственно белый снег наконец увидет кровь за столь долгое затишье. Лололошка, пересилив себя, делал шаг за шагом. Вокруг был сплошной хвойный лес. Иголки неприятно цеплялись за руки, ноги и бока, разрывая одежду в клочья. Изначально толстовка и штаны не защищали от лютого мороза, а тут ещё и многочисленные дырки появились. Ветер свободно гулял по телу юноши, который не чувствовал ног. Переставлял он их чисто по привычке и упрямстве. Поплутав в лесу ещё немного, Ло начал замечать, что небо затянуло тучами, температура стала ещё ниже, хотя куда больше. Щеки уже побелели от холода. Обморожение. — Ч-черт, - прошептал Ло заплетающимся языком. Ноги не слушались и запинались об каждый ствол очередной ёлки. Вдруг до слуха юноши донёсся вой волков, - только этого не хватало, - с ужасом посмотрел вперёд Лололошка. Волки перед ним один за другим, как будто хищники тренировали этот приём не раз на жертвах, стали спрыгивать с деревьев, сугробов, кустов, окружая Лололошку со всех сторон. В руки взять себя не получалось и холод этому не способствовал. Наоборот, резких движений совершить невозможно, как и убежать.