Палочка чудесной крови

«Крестьяне выходят на улицы. Кровоточащие иконы – это ещё куда ни шло, но у каждого второго мужика в доме истекает кровью хлеб. «Иисус снова страдает за наши грехи», – говорят одни. «Мы поплатимся за преступления церкви» – говорят другие. Крестьяне на улицах доставляют церкви массу проблем. События, которые были неоспоримым чудом в XIV веке, требуют разумного объяснения в XVII. Прогресс ушёл далеко вперёд, многое из того, что есть в мире сейчас, людям XIV века казалось бы чудом. Главным чудом, пожалуй, является комиссия, собранная церковью из врачей и учёных, для расследования инцидента с хлебом. Почему евреи, которые веками протыкали ножами гостию и вызывали в ней кровотечение, не могли и теперь проткнуть обычный хлеб в доме у доброго католика? Неужели сжигание евреев в смоле у столба не смиряет более толпу? То, что церкви понадобилась помощь учёных, а не евреев, для объяснения происходящего, действительно главное религиозное чудо текущего столетия. Впрочем, нельзя сказать, что все представители церкви вдруг слились в едином порыве и ждут от комиссии доводов рассудка. Не далее, чем вчера, к коллеге по комиссии заходил местный священник и утверждал, что еда кровоточит только в домах у проклятых безбожников. Коллега оказался смышлён, даром, что хирург, и подложил священнику в дом тарелку с заражённой едой. Сегодня утром священник явился опровергнуть своё вчерашнее утверждение. Во всём остальном хирург, как водится, совершенно не прав! Он почему-то вбил себе в голову, что причина кровотечения хлеба – это гриб. Неужто я не видел грибов! Нужно разыскать способ показать ему, что это самая настоящая бактерия! Надеюсь, письмо успеет дойти в порт быстрее тебя, мой дорогой Серафино. P.S. Когда я найду эту чёртову бактерию – она будет носить твоё имя». Бартоломео усмехнулся: обещать найти эту бактерию первым, а уж тем более назвать её именем Серафино, было опрометчиво. Он задумался, прочитал всё письмо сначала, а затем всё же подписал его и запечатал.

***

Решение вышло изящным: стоило ли искать и выращивать эту бактерию на специальных бульонах, если она поражала нехитрые крестьянские продукты? Бартоломео вырастил её на кукурузной каше. Каша оставалась кроваво-красной недолго, бактерия увядала и теряла свой цвет в течение нескольких дней. И вот причина народных волнений и виновница сожжений на площади лежала перед ним на блюдечке. Он не собирался упускать шанс: собрал все данные в статью и отправил в журнал и высшим чинам церкви. Серафино Серрати лежал на кушетке в доме Бартоломео и читал статью о феномене кровавого хлеба, причиной которого все эти века, оказывается, была Серрация.