Неизвестный

      Оля проснулась с первыми лучами солнца, и пока майор мирно спал направилась в душ. Стоя под струей горячей воды, женщина размышляла о произошедшем: кто проник к ней в квартиру и что ему вообще от нее нужно. Перебрав в голове множество мыслей, она так и не нашла ответы на эти животрепещущие вопросы. Выключив воду Арефьева по инерции, потянулась за полотенцем, но полотенце висело всего одно, и оно было Пашино. Женщине ничего не оставалось как воспользоваться им. Быстро обтерев тело, она положила полотенце на стиральную машинку, но тут в ванную неожиданно зашел Паша и, уставившись на Олю, застыл на месте. - Рыков! – Оля быстро прикрылась полотенцем, - Выйди сейчас же! – Паша стоял как вкопанный и смотрел на Арефьеву. – Ты меня не слышишь?! Выйди отсюда! – крикнула женщина и силой вытолкала его из ванной. Приведя себя в порядок, брюнетка освободила занимаемое помещение. - А ты куда собираешься? – не понял майор. - На работу, куда же еще. - Оль, какая работа, - взял женщину за руку, - тебя псих какой-то преследует. Прости, но из квартиры я тебя не выпущу. Сейчас ребята приедут. - Пусти. – майор убрал свою руку. – Какие ребята?! Мне на работу надо! - Никуда тебе не надо, я все уладил. - Что значит не надо? – возмущалась Арефьева. - Почему ты за меня решаешь? - Значит слушай меня внимательно, - спокойно начал Паша, - пока тебе угрожает опасность, я буду решать что ты будешь делать, а что нет. И я очень тебя прошу не вынуждай меня идти на крайние меры. - Это на какие?       Раздался звонок в дверь и Паша, оставив вопрос без ответа, пошел открывать. - Так ладно, я пошел, - обратился майор к зашедшим оперативникам, - если что сразу сообщайте мне.       Весь день Рыков пытался хоть что-то накопать по делу «о неизвестном», но не было ни одной зацепки. У майора было четкое ощущение, что он что-то упускает, но вот что именно он понять не мог.       Паша приехал с работы раньше обычного. Оля стояла на кухне в коротеньком обтягивающем платье. Вдруг у нее что-то упало на пол, и Арефьева в демонстративно нагнулась, чтобы поднять эту чудную вещицу. Опера устремили взгляд на ее попу и выглядывающие из-под платья чулки. - Так, что уставились, - недовольно произнес Паша, - на сегодня вы свободны, - выпроводил за дверь. - Это что сейчас было? - Не понимаю, о чем ты, - пошла в гостиную, Паша пошел за ней. - Ты специально меня дразнишь? - Делать мне больше нечего. - Ты для кого так нарядилась? - Для себя, Рыков. Ты же меня на улицу не выпускаешь, хоть тут красивой похожу, да и мальчикам, по-моему, очень даже понравилось, - злила Пашу. - Арефьева, у меня три недели секса не было, а это офигеть как много! Если ты сейчас же не переоденешься во что-нибудь менее вызывающее, то я за себя не отвечаю. - Какие три недели? У тебя вон соседка безотказная под боком, - села на диван. - Да какая соседка?! У меня не было с ней ничего! - Ну да, конечно. - Арефьева, ты… ты… - Кто? Ну? - Ты… Дура ты ревнивая, вот ты кто! - Что?! – вскочила с дивана. - Я тебе по-русски сказал, что у меня нет никого! Если муж тебе рога полгода наставлял…, - он резко замолчал, поняв, что сказал лишнее. - Прости, - виновато произнес Паша и взял женщину за локоть. Послышалась звонкая пощечина. Паша дернулся и повернул голову, затем вернулся в исходное положение и пристально посмотрел на Олю. Женщина гордо стояла, и смотрела ему в глаза, но внутри было дикое желание убежать. - Дура, ты Арефьева, - тихо произнес майор, не сводя с нее глаз и впился в желанные губы. Арефьева пыталась его оттолкнуть, но Рыков сильнее прижимал ее к себе. Под натиском внезапно накативших эмоций, женщина сдалась. Страсть нарастала. – Дурочка моя, - нежно шептал Паша сквозь поцелуй, - дурочка. - Майор подхватил Олю на руки и отнес в спальню. Олино платье стремительно полетело на пол. За ним отправилось и нижнее белье женщины. – Как же я соскучился по тебе, - прерывисто произнес майор, страстно целуя шею любимой. Немного восстановив дыхание, Арефьева встала с кровати и, завернувшись в одеяло, принялась собирать вещи с пола. - Рыков, ты мне бюстгальтер порвал. - Прости, я не хотел. Просто три недели без секса, ну сама понимаешь. - Так это что правда? - Оль, я тебе еще в прошлый раз сказал, что у меня никого кроме тебя нет. С того момента ничего не поменялось, - мужчина подошел сзади и обнял Арефьеву за талию. - Паш. - М? - Может ты уберешь своих сотрудников из квартиры? - Оль. - Ну пожалуйста, - женщина развернулась и умоляюще посмотрела на майора, - Вот представь себе ситуацию – выхожу я из душа, и у меня совершенно случайно спадает полотенце. А в квартире два посторонних человека мужского пола. М? - Арефьева! Ты специально меня провоцируешь? - А что, ревнуешь? – игриво произнесла Оля. - Безумно, - прижал к себе. - Обещай, что не сбежишь. - Обещаю. - Ладно. Но наружка останется. - Как скажешь, - женщина радостно поцеловала его в щеку. Но Паше этого оказалось мало, и он втянул ее в продолжительный поцелуй. Руки майора начали свободно гулять по оголенному телу Арефьевой. - Так, так, Рыков, - разорвала поцелуй, пытаясь отстраниться. - Ты сама сказала про душ и полотенце, а у меня очень богатая фантазия, - целуя в шею. - Рыков, нет. - Да, Оля, да, - повалил на кровать.       Прошло четыре дня. У Оли с Пашей все окончательно наладилось. Майор делал все возможное, чтобы найти неизвестного, но пока безрезультатно, даже, казалось бы, удачная идея, подкараулить его в подъезде Арефьевой, провалилась – ведь он перестал приносить записки в почтовый ящик. Оля потихоньку стала забывать о произошедшем кошмаре и очень хотела выйти на работу.       Сегодня у Рыкова получилось вырваться домой на обед. Мужчина открыл дверь и зашел в квартиру. - Оля, - в ответ тишина. – Оля, - майор быстро обошел всю квартиру, но она оказалась пуста. Вдруг снаружи послышалось ковыряние в замке. Паша быстро достал пистолет и наставил на входную дверь, ожидая «гостя». Ручка уверенно опустилась. - Рыков! - Арефьева! – мужчина опустил пистолет, - ты где была? - Я к соседу ходила, у тебя соль закончилась. Ты ж меня на улицу не выпускаешь. - Ну что мне тебя наручниками к батареи пристёгивать? – произнес мужчина, убирая макаров. - Ну, Паш, - подошла и положила руку на грудь. - Что Паш? А если б он тебя в подъезде караулил? - Ну не сердись, - обвила шею руками, - все же хорошо.       Тут кто-то настойчиво забарабанил в дверь. Арефьева вздрогнула. Паша расстегнул кобуру и достал оружие. - Иди на кухню и не высовывайся, - произнес майор и, сняв пистолет с предохранителя, направился к двери.