Возвратиться назад или Не проспи Новый Год

|31 декабря|

       Сколько бы не пролетел раньше, подхватываемый ветром, сейчас уже почти достиг земли. Кружишь мимо машин и под теплым светом фонарей ложишься на сугроб, к своим многочисленным сдавленным братьям. Они явно рады встрече, хотя совсем не знают новенького.        Соли, хлеба, конечно, нет, но все равно добро пожаловать!        Одну из сестер-снежинок занесло на стекло продуктового магазина. Она не выглядела ни красивой, ни необычной, скорее бесформенным кусочком кристаллической воды. Но сейчас ей повезло! Снежинка может, хоть и кратко, насладиться праздничной витриной, чем отличается от других комков снега, какие лежат в земле с завидующим блеском.        Первым делом она замечает своих искусственных сестер: белые воздушные шары в форме снежинок парят, привязанные к стендам. Чуть ниже полки продуктов, украшенные оранжевыми и красными гирляндами. Маленькая ненастоящая ёлочка посередине зала, играющая разноцветными лампочками, больше остального понравилась снежинке-путешественнице. Будь сестричка чьим-то собеседником, те бы отметили, что у неё есть вкус.        Множество мелких приятностей скрывалось у касс: магнитики, брелки и мелкие календарики, шоколадки с леденцами, открытки – все они лежали между упаковками батареек, бритв и прочих вещей, о каких снежинка слышала в пути.        Но вот её тельце отлипает от стекла, она падает на пороге магазина, счастливая и значимая.        И пусть на улице сильный мороз и собирается снегопад, сугробы и мерцающие фонари, в канун праздника совсем не чувствуется холод; сердце согрето песенками и предвкушением. Совсем скоро, еще четыре часа... Неизменное уже много лет лицо президента и двенадцать сердечных стуков.        — Вы что мне пробили? — У самого уха раздавался крик небритого мужика. Он с первого взгляда создавал впечатление нахального и грубого человека, в общении с такими всегда хотелось спрятаться под панцирь.        — Майонез "Провансаль", колбаса "Охотничья", бутылка вина "Алые Паруса"... — Принялась перечислять девушка-кассир спокойным голосом, сжав в холодных пальцах уголок формы.        — А это что?        Нарушитель спокойствия тыкнул грубым пальцем на желто-синую упаковку, подняв не столько недовольный, сколько угрожающий и гневный взгляд.        — Сыр "Губка Боб" Московский, триста грамм. Вы сами положили его на ленту, — Скай отвела взгляд на улицу за промерзшим окном.        — А цена!        — Тысяча пятьсот сорок рублей и пятьдесят копеек, — Отчекалась девушка, — Действует особое предложение, без скидки – две тысячи двести рублей.        — Только за сыр! — Чёрная шапка с головы мужика съехала набок.        — Общая сумма: Две тысячи четыреста тридцать пять рублей. Вам отмена? Все ценники висят в зале.        Недовольный покупатель прочавкал что-то неясное и засунул руки в брюки, похлопал по куртке, и наконец достал бумажник из нагрудного кармана.        — Сколько можно задержать очередь!?        — Людям заняться что ли нечем?        Настроение толпы перед кассой дошло до предела. Люди пытались контролировать детей и не уронить тяжёлые корзины, при этому возмущенные медлительностью очереди. В таких ситуациях возникало чувство, что еще немного и поднимется бунт.        — Спасибо за покупку. Наклейки, фигурки собираете?        Не дождавшись ответа, Скай с облегчением выдохнула, когда мужик вышел из магазина, громко постукивая ботинками по плитке. Она протерла лицо вспотевшей ладонью, надеясь, что к окончанию смены не поднимется жар или не бросит в озноб. Ей не нравился шум, да и вообще она не походила на человека, любящего хаос и крики.        Пробивая очередной товар, кассир посмотрела в окно. Там, в морозном воздухе падали сияющие снежинки, одна краше другой. Они достигали крыш, курток прохожих, сугробы. Снег гипнотизировал своей чистотой, в нем не было шума, а лишь потоки, как волны, ласкали просторы. Этим и приятна зима, своим спокойствием, красотой и одиночеством. Лучшего нельзя и пожелать.        И тут зазвонил телефон...

****

       Торопливо натягивая перчатки на еще незамёрзшие пальцы, Скай, подхватывая сумку, выбежала на улицу. Она сразу подняла голову к небу и, ловя кончиком носа снежинки, расправив руки, упала спиной в сугроб. И сказать больше, потом она даже не заметит подозрительное пятно на куртке, а с веселящим взглядом поднимется, слепя снежок и кинув его в Рокки – коллегу по несчастью.        — Совсем еще ребенок, — Улыбнулся парень, стряхивая остатки снаряда с одежды. Он сразу же пригнулся, когда полетел новый холодный патрон. Ком рассыпался в белый прах, встретившись с фонарным столбом.        Второй раз тот же фокус не пройдет.        Девушка поймала кинутый в неё снежок и сжала его в ладонях. Она отвернулась и прошла чуть вперед, не сгибая колени. Её взгляд скользнул по заметенной дороге и остановился на верхушках высоких деревьев на другом конце улицы. Их укачивало на ветру и засыпало горской снега. Но они, огромные великаны, не сгибались под тяжестью мира даже в метель.        А здания вдали, построенные еще в советское время, казались заблудившимися пингвинятами, присловшимися друг к другу, чтобы не упасть и согреться. Весь город точно перенесло на далекий север, никогда еще Скай не видела такой плотной стены снегопада. Но в то же время ветер был слабым. Чудеса, да и только.        Работница продуктового магазина резко обернулась и зарядила в Рокки недавно пойманным снежком.        — Тебя подвезти?        — Не-а, — Скай приподнесла небу раскрытую ладонь, ловя пушистые снежинки.        — Может, тогда такси вызвать?        — Да ты цены видел? Ужасная штука в канун Нового Года! Нет уж, я лучше по старинке, на автобусе.        — Тогда... — Неуверенно проронил Рокки, — С Новым Годом!        — Не угадал, еще почти три часа.        Она отодвинула рукав куртки и взглянула на часы. Циферблат отобразил едва заметные "21:18".        — И ты, вместо того, чтобы думать обо мне, — Скай с укором глянула на друга, — лучше поспеши домой, тебя, наверно, уже заждались. Сам говорил, что сестрёнка покою не даст, если опоздаешь.        Студентка, стряхнув перчатки и приобняв сумку, побрела по пустому тротуару. На пол пути она обернулась и, улыбнувшись, помахала рукой Рокки, а после ускорила шаг.        Что ни говори, все равно довольно холодно, а до нужной остановки идти еще минут двадцать, не меньше. А пальцы ног, несмотря на вязанные носки, уже замёрзли.        Но при этом Скай не старалась спешить. Все равно еще ждать автобус, а тот подъезжает только к десяти.        Но почему она вообще идёт среди мертвой улицы, когда по идее должна была сидеть дома и наряжать стены, попивая горячий какао? Под вой хлопьевидного снега ей вспомнились события вчеравшего, тридцатого, дня.        — Скай, — Эверест заключила подругу в крепкие объятия. — Спасай меня! Сможешь завтра вместо меня выйти? Пожалуйста, пожалуйста, Скай! Я завтра никак не смогу.        — Дай угадаю, готовишься к свадьбе? — Выдохнула девушка, освобождаясь от крепкой хватки. — Опять позвонишь мне в пять часов утра с вопросом: «Сделать вечеринку в стиле восьмидесятых или "2007" года, и если второе, где достать эму и го́тов?».        Эверест опустила глаза на землю, а выглядывающие из-под шапки светлые с сиреневым отливом волосы небрежно упали на шарф. Она поправила варежки на руках, по-детски прикусив щеку.        — Это было важно...        Она подняла взгляд и указала на маленький киоск.        — Давай по беляшу!        Выйдя из магазинчика с горячей выпечкой (какая милая продавщица, предложила согреть беляши в микроволновке!), Эверест не отставала от своего:        — Так что? Я бы сама вышла, но Маршалл сказал, что вечером приготовит сюрприз! Прямо перед Новым Годом! Думаю, он пригласит меня в ресторан. А смена до девяти, я никак не успею!        — Тогда я не могу отказать.        Не стоит винить Скай в слабохарактерности, она сама по себе мало походила на такого человека. Иногда даже доходила до крайностей, не позволяя другим как-либо покушаться на её свободу.        Дело было в другом. Что-то не так с самой Эверест, с её странной просьбой. Подруга вообще редко что-то просила, а тем более так настойчиво. Например, в школе она обратилась к ней лишь два раза: отнести книгу в библиотеку и списать важное задание. И это за пять лет средней школы.        — Как у вас с Чейзом? — Переключилась на другую тему Эверест. — Еще не думает сделать предложение руки и сердца? Хотя в твоем случае это скорее "предложение снега и печени".        — Мы поссорились... он уехал на зимние праздники к родителям.        — Почему ты мне сразу не сказала? — Взбунтовалась подруга, обронив беляш и тут же подняв (к счастью, он был в мешочке и не пострадал), — Опять он!? Что на этот раз? Нет, ну ты только скажи мне!        — Если бы я сказала, — Слабо рассмеялась Скай, — то на следующий день ты бы позвонила мне: «Скай, а где спрятать труп? Я тут немножко не рассчиталась, вместо языка оторвала голову».        — Да ладно тебе, — Улыбнулась подруга. — Выходит, праздновать ты будешь одна?        — Праздновать? Я и не думала...        Заметив подъезжающий автобус, девушка тяжело выдохнула. Её с ног до головы успело замести снегом, Скай стала похожа на живого странного снеговика.        — Наконец-то... — Проронила студентка, забираясь в машину и садясь на привычное место у окна.        Почти пустой автобус. Кроме неё еще два явно замерзших человека.        Девушка дыхнула на холодное стекло и пальцем нарисовала мини-снеговичка с ёлкой.        Машина тронулась.        Скай достала из сумки наушники и быстрым движением подключила к телефону. Нет лучше путешествия, чем путешествие, даже самое маленькое, но с музыкой.

«Ночь-полночь, ты не спишь. За порогом ночи мы, огни»

       А ведь скоро праздник, верно? Кажется, некоторые его ждали еще с лета. А кто-то не убирал ёлку до самой осени, а после не увидел смысла – Новый Год же скоро!

«Так легко потерять, А потом с огнём и днём не сыскать... Нищая душа, смотри, нищая»

       Ждать подарки, наряжать огненными шарами и лампочками ёлку, расстаскать по всему дому сверкающий дождик. Лезть в холодильник, слушать ворчание матери...        Неизменная часть праздника.

«Пока, пора! Завтра точно будет лучше, чем вчера!»

       И все счастливы.        Огромный ужин, бутерброды, пельмени или картошечка. И куда без салатов!        Речь президента, а после по традиции "Один дома".

«Пока, пора! Разбиваемся о стены бытия»

       Но её дом пуст. Урчит в углу холодильник с единственным салатом и колбасой, а чайник давно остыл. Ни ёлки, ни гирлянд.        Тоскливо, но она уже привыкла.

«Пока, пора! Стены слышат наши голоса»

       Глаза Скай прикрылись. Она прислонила лицо к холодному стеклу, а дыхание указывало на то, что она уснула. Легко вздымалась её грудь.        На телефон пришло тихое уведомление, показывающее "22:16".

«Пока, пора! Завтра точно будет лучше, лучше, лучше!»

      А за окном поднялась метель...