Возвратиться назад или Не проспи Новый Год

|Кафе "Лизни Володю". 17:34|

      — Ух, Свити! Свити, что случилось?       Чейз повернул голову, когда тишину и безмятежность кафе нарушил чей-то крик. У двери стоял тяжело дышащий и взволнованный парень, он прислонился к стене и, придерживая левой рукой телефон, смотрел на девушку, сидящую на диванчике.       — О, Зума! Так ты пришел! — Свити подняла ручку и весело помахала пришедшему.        Парень, снимая шапку, двинулся к столику и присел напротив неё и, соответственно, напротив Чейза. Он с негодующим лицом нажал что-то в телефоне и повернул его в их сторону.        На экране высветилась переписка с некой "Свити".        ”Зума, это срочно! Нужна твоя помощь! Кафе на перекрестке около моего дома. Которая по улице Ленина. Быстро беги сюда! Потом все объясню.“        — А, так ты об этом, — Альбинос приподняла руки и пожала плечами. — Я хотела познакомить тебя с Чейзом. Понимаешь, этот дурень забыл приготовить мой подарок, и теперь мы едим за его счет. Ты же поможешь мне? Просто в меня так много не влезет. И да, это очень срочно!        Юноша, названный Зумой, положил голову на стол и устало протянул:        — Я думал, что пожар там, авария, ключи потеряла... чуть не помер, пока бежал.        — О, кстати, будешь? — Свити подвинула к нему прозрачный стакан со смузи.        Чейз же изучал незнакомого для себя паренька. Тот снял куртку, положил её рядом и, оперев голову о руку, глядел в окно, попивая предложенное сладкое питье. Простое русское лицо, правда, слегка длинноватое и грязноватое. Юноша примерно его же возраста, смугловат и угловат. Темно-шоколадные короткие волосы вихристой шапкой лежат на голове. А вот взгляд...        Точнее сами глаза. Неужто линзы? Чейз ни разу еще не встречал такой лаймово-лимонной радужки.        Но странно, что в таком случае нет в них искусственного блеска, как бывало при ношении цветных линз. Вот посмотришь на какого-либо человека, и в душе просыпается старец, что, подняв палец, покачивает: «Вот не его это цвет, никак не голубой. Искусственный глаз. Нет уж, этот господин кареглазый, никак не иначе. Душу не обманешь, сразу видны эти треклятые линзы-обманки».        И либо технологии вышли на новый уровень, либо у Зумы действительно лаймовые глаза, что довольно таки необычно.        Парень повернул голову и встретился взглядом с Чейзом. Он будто говорил: «Чего ты меня разглядываешь?».        — Вы давно знакомы? — Пытаясь скрывать сметение, проронил Чейз, обращаясь к новому знакомому и к Свити одновременно.        — А, в интернете встретились, — Ответила девушка, помешивая свое смузи(а заказала она штук шесть) трубочкой, — Год назад.        «И почему я этого не знал?» — Проскочило в голове Чейза.        — И оказалось, что мы из одного города, еще и живем... – Продолжила девушка, — Ну, почти рядом. Всего пять километров.       — И я от самого дома бежал сюда, — Проронил Зума, — А вы...?       — Мы с детства знакомы, так ведь? — Свити локтем боднула друга по боку.        У Чейза возникло чувство, что их обоих в каком-то месте надурили. Странно, что, общаясь с одним человеком, они не знали о существовании друг друга.       — Это... неудобно, наверно. То, что я пришел. Вам, наверно, хотелось наедине посидеть. Вы... встречаетесь?        Забавная штука. Сколько бы раз он не отвечал, люди все продолжали спрашивать:        «Вы парочка?»        «Почему вы, собственно, не встречаетесь? Вы же знакомы с самого детства!»        Или же говорили:        «Я думал, что вы вместе. По-крайней мере ведёте себя очень похоже, как два голубчика. Так почему?»        «Почему, спрашиваешь, — Чейз шаркал ботинком о плитку, о дорожное покрытие, о ковер – одним словом, где придется, — Это длинная и довольно неинтересная история».        И спустя тридцать четыре подобных вопроса (а на данный момент их насчитывало около семидесяти двух семидесяти трех) он перестал что-либо отвечать, рассказывать, объяснять. Юноша заготовил краткий ответ, некую шпаргалку в голове.        «Это неважно — Говорил он. — Тем более для тебя. Лучше подумай о себе».        Разбуди его во время глубокого сна и спроси: «А вы парочка?», он бы, не задумываясь, ответил, что ему все равно на эту тему. А после, окончательно проснувшись, ударил бы "будильник" тапочком, ибо нечего пробираться в его дом среди ночи ради глупого вопроса.       — Нет, — Коротко возразил Чейз, — Не беспокойся. Мы просто старые друзья.        Лицо Зумы осталось все таким же задумчивым и отчужденным. Он кивнул, когда Свити поставила перед ним кусочек пиццы и сразу же принялся её жевать. С корочки.       — Много же у тебя друзей, — Произнес Чейз как бы между делом.        — Как же такой принцессе, как я, без верных поданных?       Лицо нового знакомого выразило "куда же я попал" (Скорее всего он и Свити редко виделись в реальности, только интернет да интернет, ибо в обратном случае он бы давно привык к её особенностям. А одни люди в общении в сообщениях и в простой обстановке, бывало, необычайно отличаются) Он, не держа руками, продолжил поглощать пепперони, поглядывая на окно.       — Ого! — Протянула Свити, отпив немного пенки смузи, — А это очень даже неплохо! Жаль, что Крепыш и Аррби не пришли. Один занят, другой позже. Тц, задроты.        На лице Чейза проскочила легкая и даже грустная улыбка.        "Лизни Володю", несмотря на свое странное название, было довольно спокойным и даже уютным местечком. Особенно в такую холодную погоду.        В его дизайне нет ничего необычного. Комната разделена на зал, кухню и маленькую комнату отдыха, в большинстве для детей, какие не хотят сидеть с родителями. И это было превосходным решением. Малыши могли посмотреть мультики на висящем там телевизоре на достаточно тихом звуке, вместо того, чтобы ныть и мешать другим посетителям криками: «Ну и идем домой!». (Наверное, именно от этого в кафе так спокойно). <tab На одной из стен висит небольшая доска с объявлениями. И все её называли "Доской объявлений" (действительно, в этом есть доля смысла). Каждый мог повесить туда все, что заблагорассудится, конечно, исключая пропаганду, эротические темы, так как здесь все же играет детвора, и продажу запрещенных веществ.        Годная тема! По-крайней мере так считала молодёжь среди посетителей. Чейз подумал, что потом повесит на неё свой чек, а он явно будет немаленьким и укроет всю доску в ширину.        Еще одна маленькая особенность "Лизни Володи" – живые растения, расставленные на подоконниках, свисающие с потолка на специальных держателях, на шкафчиках и, одним словом, повсюду. И именно живые, некоторые даже цвели. Какие-то из них украшены по-новогоднему. У одного маленькая красная шапочка, у другого синяя, а у третьего варежки, так у четвертого мишура.        Само же здание располагалось на довольно шумной улице, но благодаря, как решил Чейз, шумоизоляция, сюда не доходил "смрад" города.        Вот только цены у этого заведения, если не кусаются, так сразу откусывают от тебя целый кусок.        — Давай ещё вот это закажем, — Свити тыкнула в меню, лежащее на столе, и улыбнулась, — Зума, ты что будешь?       — Воздержусь.       — А, тебе черный чай и торт "Наполеон", — Свити представила ладонь к уху, будто не расслышала.       — Но я не люблю торты, — Заявил юноша.        — Ха-ха, я знаю. Хочешь что-то из предложений дня? Салат "Братья Лунатики", сойдет?        — Я потом всю жизнь с Чейзом... — Он замешкался, будто подумал, правильно ли произнес имя, — Буду расплачиваться. Или с тобой. А я еще пожить хочу, хотя бы велосипед купить.        Зума бросил взгляд на сидящего напротив него парня. Тот состроил печальное лицо и выдохнул.        — Возьми мне тоже что-нибудь, — Обратился Чейз к подруге, — Кстати, Зума не дашь свой номер?        Парень записал продиктованные цифры и сразу же забрался в глубины "WhatsApp'а". В это же время у нового знакомого пришло уведомление, он поднял телефон и прочитал что-то, отчего его лицо изменилось в несколько любопытную сторону.        — Правда? — Спросил Зума, отчего Чейз кивнул. Он только отправил ему сообщение, слова которого не смог бы сказать вслух.        ”Не беспокойся. Какой бы Свити не казалась мстительной и жестокой, она уже который год проделывает так. Сначала закупается на все мои деньги, а потом столько же возвращает. Сколько бы я не пытался вернуть их ей назад или отказаться, она все ни в какую. И я без понятия, почему она так делает.“        — Ты будешь сырники? — Светловолосая девушка приподняла меню и, повернув его в сторону Чейза, указала на мелкий текст под заголовком "К чаю".        — Что ж, не откажусь.        Свити подозвала официантку. Стоило видеть лицо работницы кафе и, пожалуй, лица парней тоже, когда альбиноска озвучила весь список, состоящий из шести чайников черного чая (а этот чудный напиток здесь подносили в небольших чайничках, а кружки приносили отдельно), двух порций салата, пяти тарелок сырников и, конечно, для себя средней картошечки фри (ведь, как известно, в средней ровно же столько, как в огромной) и две тарелки сырных пельменей.        «Нет уж, — Решил Чейз, — Наш чек и в длину доску закроет».        Подумав об этом, парень направил свой взгляд на стену с объявлениями и замер. Он привстал и медленно направился к ней. Там, в уголку, он заметил нечто знакомое. Эту самодельную открытку с недовольной рожой (а по-другому выражение лица не назовешь) снеговика он уже видел.        Парень сдернул её с доски и, кратко произнесся: «Я а туалет», действительно туда направился.       Он закрылся, прислонился к стене. Чейз посмотрел на сложенный кусок бумаги в руках и приложил руку к лицу.        Он вообще не любил выражения "как громом поразило" или "будто молнией ударило", но по-другому описать свои ощущения был не в силах. Это чувство правда можно сравнить с грозой, но та намного понятнее, чем эмоции в груди. Молния, электроны в облаках, хлопок, капельки воды. А вот комок чувств в сердце так просто не опишешь. Нет, действительно!        — Скай... когда ты успела? Откуда ты узнала?        Чейз не был из тех, кого легко впечатлить. Он любил изначально обдумывать все детали и возможные события наперед. И пусть иногда казался слишком открытым и, пожалуй, стеснительным, это не означало его сметения. В душе в любом случае он был спокоен. Далее когда неожиданно пришел Зума, Чейз знал об этом наперед, ведь видел, как подруга писала ему сообщение, еще сидя в такси.        Но это никак не входило в перечень вещей, о которых думал юноша. Да, он заранее продумал план действий, если, пока они будут сидеть в кафе, начнется зомби-апокалипсис, снегопад или даже теракт. В первом случае – баррикада, во втором, отсидеться или вызвать такси, в третьем, спасти Свити. Но это... на это он не придумал никакого плана. Сказать больше, никогда не думал парень, что такое вообще случится. Уж террористы звучат правдоподобней.        И именно здесь, именно сейчас, в его руках лежит эта открытка.        Чейз впал в глубину своего океана (Если подумать, у каждого душа имеет свою "форму", и именно у Чейза она бы точно приняла форму воды). Поэтому он слишком поздно заметил суэту и крики за дверью. В зале явно что-то стряслось, а он все смотрел перед собой.        Он не смог игнорировать смуту лишь тогда, когда его нос учуял странный запах. Сначала юноша не понял, чем пахнет. Но был уверен, что где-то уже чувствовал эту вонь, и она вызвала отвратительные чувства.        Огонь.        Его дважды "поразило молнией".

«Первый пункт, Я скажу все, что было в голове, Я так устал, но горит огонь во мне (~уууу) Горит огонь во мне (~ууу)»

       И, как известят позже по новостым каналам, неизвестный забежал в кофейню и запустил там салют. Без причины, без последующей ответственности. Посыпались искры. А балки-то деревянные, да и повсюду живые растения.       А ведь достаточно и крохотного огонька, чтобы началась катастрофа!        Еще одна пагубность ситуации заключалась в том, что в глубинке пожарная система осматривается крайне небрежно. Вот и кафе "Лизни Володю" не отличалось должной безопасностью. Лишь огнетушитель лежал где-то на кухне.       Но сейчас Чейз не знал ни причин, ни неряшливости администрации заведения. Признаться, он вообще об этом не думал. Лишь вспомнил свой план на такой случай.        Юноша покрутил замок двери, толкнул.       — Что такое?        Но конструкция не собиралась поддаваться, а будто еще крепче заперла его в крохотной комнатушке наедине с унитазом, раковиной и открыткой, которую он до сих пор держал в руках.        Он снова дёрнул ручку, что-то покрутил и надавил. Пнул, огляделся. Наклонился над дверью.        — Чейз! — Послышался слабый и кашляяющий голос.       — Свити? Ты слышишь меня, что случилось?        — Огонь... тут повсюду огонь.        Чейз на миг замолчал.        — Дверь заклинила, — Быстро проговорил он, — Свити, слушай внимательно. Бери своего друга и уходи!        Он прислушался, ожидая ответа. Последовал отрывистый кашель.        — Нет... Хороший правитель не бросает своих подданных. Капитан тонет вместе со своим кораблем.        — Свити! Что за глупости?        — Ты помнишь? Ты обещал...        В зале что-то треснуло и с крушащим звуком рухнуло на пол. Послышался толчок и восклик, а после запах дыма сильней наполнил легкие.        — Свити, уходи. Помоги другим. Я выберусь и догоню.        — Я тебе не верю. Ты никогда не умел врать. Как и говорить правду.        Чейз положил голову на панель двери. Наверное, он мог бы выбить её. Но там стояла Свити, да у вряд ли у него бы получилось. А если и получится, может пройти слишком много ценного времени.        — Да черт возьми! Просто вали отсюда!        По кашлю снаружи он осознал, что подруга не собирается ничего предпринимать.        — Помнишь, в детстве ты говорил, что мне нужно быть решительнее.        — Детство прошло! Прошу, ради меня, ради своих родителей... ради своей мечты стать президентом. Уходи!        Он прислушался.        — А кто тогда будет моим... председателем?

«Во-вторых, Я не буду никогда тем, кем захочешь ты Я один в этом море, мои правила просты (~ууу) А правила просты (~ууу) »

       Тут Чейз услышал еще один голос. В этот же миг он принял все религии, какие только есть и были на свете. И, была бы только возможность, тут же пошел бы в храм.        — Свити, быстро, уходим.        Это был Зума.        — Но там Чейз! — Воскликнула девушка, и по скрипу юноша понял, что она пальцами вцепилась в дверь и, стирая ногти, не собиралась от неё отходить.        — Зума, дверь заклинило. Забирай её! Я сам что-нибудь придумаю! — Воскликнул он.        — Неет! Отпусти! Стой! Там же...        Послышался глухой удар.        — Прости, мне пришлось её вырубить...        — Не думал, что тебе хватит силы духа.        — Не в первой.       — Ха, — Выдохнул Чейз, — Пожалуй, не буду спрашивать. А теперь бери её и уноси ноги!        Она ведь почти совсем не изменилась с детства. Как была бойкой и непоколебимой, так и осталась. «Быть решительнее»? Он действительно ей такое говорил?        Как помнил, их всегда было трое: группка сорванцов, воспитанных бабушками и природой.        Он, Свити и... Скай.        Чейз только сейчас это вспомнил.       

«Даже в детстве был подавлен И изнутри как будто отравлен Писал стихи, но лишь для других Кто смог бы понять, что хранил я внутри»

       Наверное, все же странно о таком думать.        Чейз всем своих существам навалился на дверь.        Но в другие моменты своей жизни, даже самые сложные, он никогда и не думал о таком. Будто кто-то выбил это из его памяти. Были только "я и Свити", а вот пшеничная девушка точно исчезла с детских снимков, а осталось лишь на немногочисленных юношеских.        Еще один удар о дверь. От этого бок жутко заболел, когда встретился с дверной ручкой.        Легкие заболели от проникающей из крохотной щели гари.        Нет, он не выберется.

«Боль! Заставила меня сильней поверить, Поверить! Боль! Сломала, но заставила поверить, Поверить!»

       А с ним так всегда и происходило. Что сейчас, что пару лет назад.        Боролся, боролся, пока не напоролся.

«Боль! И пусть летели пули надо мной Всю свою жизнь построил через Боль! Заставила меня сильней поверить, Поверить!»

       Неужели!?        Дверь хрустнула после одиннадцатого удара, когда весь бок уже закровоточил и помялся. Но это стоило того.        Чейз выскочил из туалетной камеры и...        Закашлял, остановившись на одном месте. Он уже не мог нормально вдохнуть.        Вместо желанного света он обнаружил плотную стену огня. Он разъел все, даже пластиковые стулья и диванчики, а от растений так вообще ничего не осталось. Куда ни глянь – красные и черные языки. Ни единой лазейки.        — Я... не умею врать... и правду тоже... не умею... но я не умру... в туалете!        Несмотря на всю безнадежность, Чейз побежал вперед. Прямо в пасть зверя.

«Задыхался, это всё страх Строил мечты где-то на небесах, Падал на землю так много раз, Но только огонь во мне не угас.»

       — Свити...! Иду...        Чейз, прикрывшись рукавом, пробирался через дымный осадок. Он нервно кашлял и спотыкался обо что-то. Огонь уже захватил часть его одежды.        Но он не останавливался.        Она была его детством, важной частью всей его жизни. Не девушка, но явно больше подруги. Свити была центром, "сердцем" его души. И он не собирался сдаваться.        Но вот он споткнулся обо что-то. Боль разлилась по всему телу, но Чейз уже не различал, откуда она. Ему было и жарко, и холодно. Мешки легких отказали и уволились.        Огонь.        Он такой горячий.        Чейз протянул руку вперёд и так замер.

«И теперь наконец с этим пламенем в душе Ты построишь свой мир, Он такой же как во мне (~ууу) Такой же как во мне (~уууу)»

      На пол упал обгоревший клочок открытки.        «С Новым Годом, Чейз!»       Едва замечалось на буреющей бумаге.