Ведьма и Дракон

      Сокджин снова ловит на себе взгляд пленника, которого они взяли с собой, когда они, наконец-таки, захватили замок. С помощью генерала они обошли все магические ловушки и нашли источник чар – молодого омегу (хотя Джин начинает сомневаться в его возрасте) облаченного в дорогую одежду, явно не простолюдина. Судя по лицам имперских магов, они сразу же признали другого мага и, как и подобает захватчикам, взяли его в плен. Как объяснил ему чуть позже полководец Чон, омега Чу Чонин был потомственным магом, а его семья теми, кто вот уже несколько поколений пытается захватить власть.       Чу Чонин не говорит им ни слова, но глаза его хоть и красивые, но злые, говорят громче любых слов. В них Джин видит темную душу красивого лица. Чу действительно был ослепительно красив, будто сошедший со страниц волшебной сказки принцем с кукольным лицом, идеальным, стройным телом и восхитительным природным ароматом цветов, как и подобает омегам. Плененный омега держится с гордо поднятой головой, как истинный аристократ, и на всех них смотрит снисходительно, но именно на нем, на Сокджине, дольше всего задерживает свой взгляд. Джин смотрит на него в ответ, пытаясь узнать причину такого явного интереса, но задавать вопросы не решается. Возможно, ответы которые ему дадут, запутают его мысли еще больше чем на данный момент. Он все еще был под впечатлением от реалистичного видения и до сих пор помнит сознанием то счастье и трепет, которое испытывал. Ему в какой-то мере хочется вернуться назад, чтобы еще раз ощутить эти теплые и головокружительные ощущения, но он начинает сомневаться в своих силах.       Может быть, это видение было спровоцировано темным магом? Может это было ловушкой, чтобы дать надежду на светлое будущее в объятиях любимого человека. В видении он абсолютно точно был счастлив, любил и был любим, и самое главное, был живым. А вопрос смерти сейчас как никогда был острым. Он не знает, доживет ли до следующего лета или все-таки погибнет от рук генерала Мина. Уверенность в том, что именно темный маг поднесет его душу в объятия смерти сомнений не было, но и в то, что генерал хочет ему помочь он верит. Его убьют только в том случае, если все выйдет из под контроля, ведь никто не знает, кто он на самом деле, даже он сам.       До столицы, по словам белого мага, который становится ему верным спутником, остается всего два дня, и Джин чувствует как комок волнения наматывается словно снежный ком. Что будет? Что предпримет император? Посадит на цепь и спрячет от людей, пока он не примет какую-либо стихию? Или дождется, когда его сила будет на самой высшей точке и убьет за ненадобностью? Он кидает взгляд на широкую, прямую спину генерала и начинает размышлять. Сейчас темному магу не до него, он находится рядом с Чу, чтобы тот не попытался убежать или убить кого-то из их группы, что вполне ожидаемо. На красивом лице омеги все написано черным по белому. Периодически Джин ловит себя на мысли, что хочет остаться с этим омегой наедине, ведь тот своими выразительными взглядами явно что-то хочет ему сказать. Но что? Попытается ли он убить Джина или попытается освободиться с его помощью? Наверняка, Чу видит в нем слабое звено, так как Сокджин не приносил клятву верности империи или кому-то из магов, он всего лишь обычный сопровождающий без каких-либо клятвенных связей. То, что он ведьма, вторичное.

***

             За день до прибытия в столицу Мин Юнги зовет его к себе в шатер, и Джин, настолько уставший от постоянных мыслей, идет без раздумий. Ему не хочется пререкаться и спорить, но чем ближе он подходит к шатру генерала, тем сильнее растет его любопытство. Он входит в шатер и останавливается, чтобы осмотреться. Генерал сидит прямо напротив него, что-то увлеченно пишет, хотя Джин не понимает зачем это ему, ведь у них есть магия, с помощью которой можно сделать абсолютно все.       – Вы звали меня? – подает он голос, и маг, не поднимая головы, кивает. Джин все еще стоит прямо у входа недоумевая над причиной визита. После случая у замка он ведет себя очень тихо, так как боится напомнить темному магу о вервольфах, которые все еще следуют за ними, несмотря на его запрет.       – Выбирай, – от неожиданного приказа Джин вздрагивает и выгибает бровь, не понимая о чем говорит генерал. Он все еще не двигается, когда мужчина откладывает свое занятие в сторону и жестом руки зовет его к себе. Медленными шагами Джин подходит ближе и только сейчас видит целый сундук с драгоценностями и тихо ахает. Он такого великолепия с роду не видел. – Выбери то, что тебе понравится, остальное я раздам воинам, – не смотря на него говорит генерал.       – Правда? – удивленно восклицает он, отворачиваясь от генерала и бегая глазами по украшениям, спрашивает. Была бы его воля, он бы забрал все, но… – Но я не могу, – говорит омега.       – Почему? – холодно спрашивает темный маг, и Джин чувствует на себе его прожигающий спину взгляд.       – Они пришли не чистым путем, а путем насилия. Чужая страдающая аура мне не нужна, – объясняет он, все еще задерживаясь глазами на украшениях. Все-таки красивые, но чужие, кровавые. Он верит в то, что чужая энергетика остается на предмете и может подпортить жизнь следующему хозяину. У Джина жизнь и так висит на волоске, он не хочет испытывать судьбу.       – Они все проверены моей магией, можешь брать и не бояться, – все еще строго говорит маг, но Джин качает головой. Мужчина за спиной тяжело вздыхает и Джин слышит, как отодвигается стул, размеренные шаги тяжелых сапог, а затем тепло своей спиной. Он радуется тому, что ничем не выдает своего волнения, хотя аура генерала сейчас очень даже подавляющая. Темному магу не нравится то, что Джин снова идет против него. – Неужели не нравятся? – чужое дыхание касается его шеи, уха и щеки, и омега чувствует, как начинает краснеть всем телом.       – Нравятся, но мне негде их хранить. Я бы взял сестрам и маме, но у меня нет портала, чтобы отправить им, да они и не поймут откуда у меня это все… – начинает он объяснять, желая, чтобы маг, наконец-то, отодвинулся от него.       – У меня есть портал и в знак благодарности за спасение я отправлю это все в пекарню твоей матери. Ты даже можешь письмо написать, если хочешь, – голос темного мага буквально завораживает, а от осознания сказанного Джин слишком стремительно разворачивается к нему лицом и застывает.       Между ними сейчас ничтожное количество сантиметров, но он не находит в себе силы отвести взгляд и отойти. Близость черного мага волнует и будоражит, но также Джин понимает, что скорее всего это природная особенность Мин Юнги. Запретный плод всегда сладок, а генерал относится как раз таки к этой категории.       Джин сглатывает, когда генерал выгнув бровь, отходит к своему столу, а сам разворачивается обратно к сундуку, начиная перебирать содержимое. Ему хочется все сразу, но совесть не позволяет такую вольность, поэтому он выбирает пару комплектов для матери, сережки и кольца для сестер и не удержавшись, берет себе подвеску с огненным опалом. По энергетике этот камень очень сильно омеге нравится, он будто теплый на ощупь и безумно красивый, хоть и небольшой по размеру. Он еще какое-то время рассматривает бесчисленное количество колец, подвесок, ободков, шпилек и берет еще и гребень из древнего редкого магического дерева. Небольшой, компактный, он не будет занимать места в его мешке, да и нужная вещь все-таки.       – Я хочу написать письмо, – оповещает он генерала и встречается с ним взглядом. Как он понимает, маг все это время наблюдал за ним и даже не скрывает этого, приглашая жестом руки к столу и предоставляя ему листок бумаги и перо.       Под пристальным взглядом Джин пишет короткое письмецо маме о том, что жив, здоров и что украшения не украл, а заслужил честным путем. Судя по прыснувшему от смеха генералу, тот бесстыдно читает то, что он пишет, но ему все равно. Омеге нечего скрывать. Как и было сказано, маг создает портал прямо в шатре, и Джин с интересом наблюдает за процессом отправки посылки.       – А почему мы также не переместились во дворец? – не удержавшись спрашивает он. Так ведь намного быстрее и безопаснее для всех. Маг заканчивает с заклинанием, закрывает прозрачный еле заметный портал и разворачивается к нему.       – Потому что дорога – это одно из испытаний. Будущий супруг или супруга императора должна быть выносливой, терпеливой и находчивой. Этому человеку, как никак править вместе с императором, а это нелегкое дело, – поясняет маг и усаживается на свое место, и Джин мнется пару секунд и садится рядом.       – Скажите, сколько я буду во дворце и как скоро смогу попасть в библиотеку? – спрашивает он и из под ресниц смотрит на мага, который откинувшись на спинку стула, прикрывает глаза. Наверняка, тем самым показывая, что Джин его утомляет, но омега хочет знать примерное время пребывание в столице. – Меня же не сожгут сразу же? Или сожгут?       Но ответа не следует. Джин смотрит на расслабленное лицо мага и упорно ждет ответа, а тот будто вовсе спит сидя. Но он не теряет время зря, начиная рассматривать мага внимательнее, так как раньше это ему мало удавалось. У Мин Юнги слегка вьющиеся пушистые волосы до плеч черного цвета, раскосые необычные глаза с длинными ресницами, аккуратный нос и тонкие губы. Говорят, тонкие губы бывают у злых людей, но Джин все еще не решается отнести генерала к этой категории. На внешность Мин Юнги самый обычный, исключением его делает только улыбка, которую он видел лишь один раз. Если сравнивать белого и темного мага, то Чон Хосок симпатичен ему намного больше, как внешне, так и характером.       – Дыру прожжешь, – он вздрагивает всем телом, пойманный на месте преступления, и поджимает губы, отводя взгляд в сторону. Этот жуткий маг сделает его когда-нибудь заикой своими неожиданными выходками. – Ты играешь в падук?       – Падук? – удивленно переспрашивает он и, не дождавшись подтверждения, говорит: – конечно! Я чемпион по этой игре. Хотите проверить?

***

      Столица встречает их ранним утром под гул встречающих их разодетых людей вдоль домов и Джин отмечает, как отличается их одежда от той, которую он привык видеть. Современные ханбоки и неизвестные ему виды одежд поражают своей гармоничностью и цветовой гаммой, и он старается не сильно глазеть на людей, но у него это плохо получается. Зеваки пытаются разглядеть конкурсантов, поэтому на него никто внимания не обращает, так как он едет прямо за магами, но как только толпа видит генерала то сразу же замолкает и отводят свои глаза в сторону, а некоторые делают глубокие поклоны. Джин удивленно буравит взглядом спину Мин Юнги, но понимает, что страх в отношении этого мага оправдан, не зря ведь его зовут дитем тьмы и поцелованным темным драконом.       У дворца негде яблоку упасть, так много военных и зрителей. Они останавливаются, как и вся их колонна, когда на балкон дворца выходит сам император. У Джина сердце начинает биться быстрее и громче. Он и мечтать не мог увидеть когда-нибудь кого-то столь почтенного. С такого расстояния не совсем понятно как выглядит император, но голос его громкий и подстать его титулу властный.       – Добро пожаловать в столицу дорогие дамы, господа и гости! Рад увидеть вас всех! – оглушительные аплодисменты и крики чуть ли не пугают животных под ними, но наездники умело сдерживают своих коней. – Приветственное мероприятие и официальное празднование назначено на завтрашний день, а сегодня вы можете расположиться в своих гостевых покоях и отдохнуть! Жду вас всех завтра, дорогие мои!       Джин оглядывается на визги девушек-простолюдинок, которые ближе всех находятся к императору и судя по их реакциям и реакциям омег, которых они сопроводили в столицу император действительно хорош собой, но ему все равно. Ему бы сейчас маленькую комнатку с кроватью и отоспаться как следует. На мероприятиях ему присутствовать не нужно, но на аудиенцию к императору надо все-таки попасть, раз Его Величество уже в курсе о его существовании. Может быть Сокджин сможет убедить правителя не убивать его и ему подобных, и сможет получить доступ к книгам.       – Сокджин, следуй за мной, – приказной тон генерала возвращает его с небес на землю и он замечает, что караван омег уже направляется в одну, а они в другую сторону. Правильно, не с господами же делить покои.       Все еще уверенный, что они едут в ту часть дворца, где живет прислуга, Джин прикрывает рот ладонью, чтобы скрыть зевоту. Дворец поражает своим величием и красотой. Он будто весь золотом облитый, сверкает под солнечными лучами, необъятный и высокий, что болит шея, когда он пытается рассмотреть верхушку строения.       Шум и гам остаются далеко позади, и Джин облегченно выдыхает, когда они спускаются с коней и передают их конюхам. Джин разминает спину совсем не по-омежьи и собирает не первой свежести волосы в пучок, жарко ведь все-таки. Какое-то время они идут вчетвером, он, Чу Чонин и маги, а потом пленника уводят в другую сторону, оставляя их троих. Джин чувствует как злая аура Чу испаряется вслед за своим хозяином, что несомненно его радует. До этого он и не подозревал, что чужая аура отнимает у него силы.       – Хочешь сказать, генерал Мин, что это прелестное и божественное создание – ведьма? – голос императора звучит так неожиданно, что он спотыкается на ровном месте. Он спешно оглядывается и, когда видит величественную фигуру правителя, делает глубокий поклон. – Рад видеть всех живыми и здоровыми!       Джин украдкой поглядывает на приближающегося к ним императора и отмечает, что он действительно красив, атлетически сложен, а его улыбка так и веет добротой и располагает к себе. Хотя, это может быть иллюзией, но Джин хочет верить своим ощущениям. Аура императора теплая, ему хочется улыбнуться и довериться, но он не спешит. Если император встречает его лично, значит, он также заинтересован в разговоре, как и Сокджин. Это его шанс. Единственный шанс, о котором говорил генерал Мин. Вспомнив о магах он кидает быстрый взгляд на них, но ничего не обычного, улыбчивый белый маг – Чон Хосок, и угрюмый, жутковатый темный маг – Мин Юнги. Ему на долю секунды кажется, что генерал слишком уж напряжен, но он списывает это на усталость и раздражение дорогой.       – Как зовут тебя, красавец? – обращаются явно к нему судя по еле заметному изменению в лице Мин Юнги. Кажется, генерал не считает его красивым. Это неожиданно обидно, но он прячет свои эмоции за улыбкой, когда поворачивается к императору.       – Ким Сокджин.       – Великое сокровище, – восхищенно проговаривает император и подходит к нему на расстояние вытянутой руки. – Твое имя соответствует тебе.       – Благодарю, Ваше Величество, – он смущенно кланяется и начинает рассматривать землю под ногами. То ли от высоко стоящего солнца, то ли от смущения ему становится невыносимо жарко и хочется окунуться в воду с головой, чтобы остыть.       – Милый, кроткий и воспитанный. Ты мне описывал его совсем иначе, генерал Мин, – рассмеявшись по-доброму говорит император, обращаясь к темному магу. – Что скажешь, полководец Чон? Разве этот омега создавал вам проблемы всю дорогу?       Джин готов задохнуться от возмущения! Ах вот оно как! Значит он создавал им проблемы? Да он даже и не пытался! Нападение мышей это вообще не проблема, а так просто шалость! Ему хочется развернуться к магам и высказать им все что он о них думает в лицо, но сдерживает себя. Как только он получит доступ к книгам лично от императора никакой Мин Юнги ему не будет нужен. Пусть катится в свою пещеру или где он там живет и не появляется у него перед глазами.       – Вы просто не знаете его, мой Император, – ставший вмиг ненавистный голос генерала режет слух и Джин сжимает кулаки, чтобы не фыркнуть. – Час в его обществе и Вы поймете, о чем я говорил Вам в письме.       – Ну, хватит злить нашу ведьму, генерал, – раскатисто смеясь продолжает император и неожиданно близко подходит к нему. Настолько близко, что Джин чувствует чужое дыхание на своем лице. – Такой красивый в своем гневе и пахнет потрясающе, – император глубоко и шумно втягивает воздух, а у Джина по всему телу бегут мурашки от этого. Что происходит? – Кристально чистый запах, манящий и привлекательный. Позволь, – почти шепотом просит правитель и Джин уже не понимает, что собирается сделать этот человек.       – Император! – голос полководца звучит взволнованно, но сразу же утихает, когда император берет его руку в свою и прикладывается носом к запястью.       – Великолепно! Божественно! И как вы только не заметили этого запаха, офицеры? – урчит император и Джин борется с желанием вырвать свою руку и спрятать ее. Ничего неприличного не происходит, но в его голове звучит тревожный гонг. Император что-то замышляет. Джин не верит ему ни на секунду. – Откуда это у тебя? – вдруг абсолютно серьезным тоном спрашивает мужчина у него, с интересом разглядывая его браслеты на запястье. Джин все-таки вырывает свою руку и прячет за спиной, а затем встречается взглядом с императором. Вот теперь он настоящий – этот человек напротив, когда так твердо смотрит на него, ожидая ответа.       – Ответь на вопрос императора, Ким Сокджин, – вмешивается в разговор темный маг. Он прикусывает язык, чтобы не отправить генерала к демонам, хотя, демон и есть Мин Юнги. Да какое он имеет право так разговаривать с ним?       – Прошу, ответь на вопрос, милый, – ласковым тоном просит император, и Джин поджимает губы, не решаясь говорить.       – Отвечай! – тихо рычит генерал, и Джин спешно прикрывает глаза, чтобы не зарычать на него в ответ. В нем полыхает огонь злости и он буквально чувствует, как огненный опал прожигает его кожу на груди.       – Это… это принадлежит моим вервольфам. Часть их ошейников, я сплел браслеты и всегда ношу их на руке, – сквозь зубы цедит он, все еще не открывая глаза.       – У тебя есть вервольфы? – по голосу императора слышно, как он глубоко удивлен. Конечно, такие простолюдины не могут позволить себе таких магических животных как вервольфы. Он кивает на вопрос. – Я хочу их увидеть, – приказывает император, и Джину приходится открыть глаза, чтобы умоляюще посмотреть на мужчину.       – Пожалуйста, нет…       – Я не буду их убивать, я взгляну на них, даю слово императора, – снова взяв его за руку и погладив по коже большим пальцем, говорит император, и Джин сокрушенно кивает. – Как ты с ними связываешься? – все еще не отпуская его руки и успокаивающе поглаживая, спрашивает правитель.       – Мы… мы с щенками общаемся на подсознательном уровне, – неуверенно говорит он, чувствуя тепло, которое разливается по его телу от нежных прикосновений. Джин не понимает магия ли это или ему действительно нравятся чужие прикосновения. Он снова закрывает глаза, надеясь, что щенята не придут и не покажутся императору. Необъяснимый страх сковывает его шею, затягивая узел все туже и туже, но император ведь обещал, что не убьет их.       Долгих пять минут ничего не происходит и Джин уже хочет сообщить, что у него ничего не получилось, но оглушительный вой заставляет его вздрогнуть.       Нет!       Он хочет побежать навстречу к своим волкам, что он и делает, когда видит их очертание в пределах видимости. Бежит он не жалея ног, забыв об усталости и практически падает на Гука, который предупреждающе рычит и скалится. Ву повторяет за ним, пытаясь спрятать его от идущих к ним магов. Вервольфы встают в позиции, и Джин готов разрыдаться от отчаяния. Неужели это конец? Если его волчата умрут, он никогда не сможет простить себе этого. Нет! Он сможет защитить их! Он все-таки ведьма. Думая о том, как выиграть для волков время, он не сразу замечает, как животные вдруг расслабляются и заинтересованно смотрят на подошедших близко мужчин. С офицерами вервольфы уже знакомы, значит объектом их интереса был именно император.       – Не может быть! – громко восклицает император, и Джин делает два шага вперед, но Ву мордой останавливает его. – О Боги! Не могу поверить своим глазам! – правитель вдруг падает на колени, удивляя этим жестом всех. У Джина от удивления открывается рот, а волки вдруг громко заскулив начинают бежать на императора.       – Нет! Ву! Гук! – Джин, опомнившись, бежит за ними, маги собираются атаковать животных, но император жестом руки останавливает их.       А дальше происходит что-то невообразимое. Вервольфы словно маленькие щенки начинают подползать к императору, громко скуля и внюхиваясь в него, а потом нападают на него облизывая все лицо и руки радостно хохочущего правителя. Два огромных волка и правитель империи катаются на земле, пока человек пытается ухватить в свои объятия хоть одного из волков, в то время волки пытается облизать и занюхать человека до смерти.       – Что происходит? – обвиняющим тоном спрашивает генерал у Джина, который подходит к ним.       – Все, все, ребята, хватит, мы кажется пугаем всех, – все еще звонко смеясь проговаривает император, но вервольфы не сразу слушаются его. – Эти двое связаны со мной на крови, точнее они созданы с помощью магии на моей крови. Пять лет назад, когда я поехал за ними, была битва, тогда они были очень маленькими щенятами и их кто-то у меня выкрал, да так, что никакая магия не могла их найти. Эти ошейники на твоем запястье были сделаны мной специально для них, но так как ты ведьма, Сокджин, я не мог их найти. Твоя магия не позволяла этого. Все сходится! Я уже потерял надежду найти их, так как связанные существа и хозяева в разлуке обречены жить в вечной тоске и поисках, но сегодня ты сделал для меня и для моих волков самый дорогой подарок, омега! Спасибо тебе, милое создание, за то, что ты их спас и вырастил, не дал им умереть от голода и тоски по мне! – эмоционально заявляет правитель и встает на ноги, и делает то, что шокирует Джина до глубины души – делает глубокий поклон. Великий император, правитель огромной империи кланяется ему, обычному простолюдину, да еще и ведьме. Это уму непостижимо.       Джин от смущения отражает поклон, но на этом череда шокирующих ситуации не прекращается, император выпрямляется, спешно подходит к нему и рывком притягивает к себе, чтобы обнять. Вервольфы заскулив, подбегают к ним и крутятся вокруг с довольным видом и Джин мягко отталкивает от себя мужчину. Он бегает глазами, не зная за что зацепиться, но когда встречается взглядами с генералом, холодок бежит по коже. Глаза темного мага настолько черные, что не видно ни радужек, ни зрачков. Ему явно не нравится эта ситуация. Чон Хосок выглядит пораженным не меньше, но никак не злым и Джин отворачивается.       – В знак благодарности, прекрасный омега, ты будешь участвовать в конкурсе! – весело и воодушевленно заявляет император. – Такой омега, как ты достоин побороться за место рядом с императором!       – Но я не могу! – восклицает он, ошарашено смотря на императора, пока кто-то из волков тычется в его ладонь своей мокрой мордой.       – Почему не можешь? – удивленно не меньше его спрашивает мужчина и оборачивается на своих офицеров, будто ища поддержки. Джин тоже смотрит на них. У белого мага от удивления открылся рот, а темный маг безучастно смотрит перед собой. – Почему он не может, генерал Мин?       – Он простолюдин, да к тому же ведьма, – холодно заявляет генерал и Джин подхватывает его слова, часто-часто кивая головой. Сейчас ему не до пререкания с ненавистным магом, ему нужно отговорить от этой безумной идеи правителя.       – Не вижу преграды в этих пунктах, – заявляет император.       – Мы не проверяли его по всем заявленным критериям, – подает, наконец-то, голос Чон Хосок.       – Хорошо, мы проведем собеседование прямо сейчас!       – Но, Император! – но Джина никто не слушает.       Император спешно идет в сторону небольшого здания, вервольфы вопросительно останавливаются смотря на него и Джин понимает, что они хотят оставить его в подле себя, а маги делают вид что их не существует.       – Иди, – а нет, все-таки Мин Юнги все еще с ними, раз все еще отдает ему приказы.       Джин обреченно вздохнув плетется за императором и волками, которые смотря на него повиливают хвостами. Вот в кого они пошли своей игривостью. Он слышит как маги идут прямо за ним, но этот факт его никак не спасет и он это понимает. Ему приходится войти в здание и остаться наедине с правителем, который садится на стул и хлопает рядом с собой. Все-таки хорош собой, их император ничего не скажешь, но вот характер у него своеобразный.       Вопрос за вопросом император узнает о нем все больше и больше, и Джин в какой-то момент понимает, что мужчина очень даже приятный и обаятельный. У него веселый характер, но несмотря на это в его глазах можно увидеть мудрость веков и ум, эти качества Джин всегда ценил в мужчинах. Император не давит на него, разговаривает с ним на равных, не обозначая свое высокое происхождение.       – У тебя есть что попросить у меня как у правителя? – Джин ждал этого вопроса. Он отрывисто кивает, чем веселит императора. – Проси все что хочешь, кроме моей головы… и головы генерала Мина. Прости, милый, его убить я тебе не дам, – шутливым тоном заявляет император.       – Измените, пожалуйста, закон о ведьмах, – просит он, смотря в смешливые глаза императору, который будто ожидал этой просьбы.       – Если выиграешь конкурс и станешь моим мужем сам сможешь это сделать, Джин, – мило улыбаясь, отвечает император.       – Но Вы сказали, просить все, что я хочу…       – Да, но так ведь не интересно, правда? Ты должен заслужить изменение в законе. Твои предшественники оставили неизгладимый след в истории и эти события невозможно так быстро забыть. Если люди узнают, что я без какого-либо возражения изменил закон, поддавшись твоим очаровательным чарам – меня прознают как бестолкового, глупого, недальновидного императора, а я не такой. Да, я молод, но я хочу процветания и мира в своей Империи и хочу достойного супруга рядом, – Джин не может с ним не согласиться. Он и не думал, что все будет так легко, но не участвовать же в конкурсе!       – А есть другие варианты? – с надеждой спрашивает он.       – Дай подумать… – и император действительно задумывается на пару минут, а затем лукаво смотрит на него. – Ты можешь заключить брак с одним из моих кузенов и тогда ты будешь частью правящей семьи, который имеет право менять закон, с нюансами, конечно же, но все же.       – А много их, ваших кузенов? – заинтересованно заглядывает он. Если он таким образом сможет избежать треклятого конкурса, он согласен.       – Нет, всего двое и ты с ними знаком. Чон Хосок и Мин Юнги. Можешь выбрать, – с хитрой улыбкой заявляет император. – А я Пак Чимин, уверен ты не знал моего имени.       Настроение Джина заметно портится после того, как он узнает имена кузенов императора. Кажется он попал в ловушку правителя. Тот не мог не заметить натянутые отношения между ним и генералом, и отсутствие этих же отношений между ним и полководцем.       – У меня нет выбора…       – Уверен, тебе понравится участвовать в конкурсе. Дворцовые интриги и расследования – это самое лучшее, поверь мне на слово, цветочек, – ласково говорит император и он обреченно кивает. – А теперь, я должен проверить твое здоровье. Это последний критерий в отборе. Не бойся ничего непристойного.       И последнее напрягает его больше всего. Джин натягивается как струна, когда император Пак садится напротив него и сканирует его абсолютно серьезным видом, а затем мягко касается его колена, и омега вздрагивает, когда теплая ладонь движется к верху. Он уже хочет сбросить чужую руку, которая медленно, но верно движется к запретной зоне, когда император сам ее убирает, и кладет руку ладонями вниз прямо на низ живота. – Все прекрасно. Это необходимый процесс, ты должен понимать это, но генералу Мину ни слова, договорились?