Сердечные дела

Андреа, вздрогнув, проснулась, и благодаря многолетнему опыту работы в отделении неотложной помощи и в полевых условиях в организации "Врачи без границ" она сразу же пришла в себя. Она расслабилась, когда узнала залитую солнцем комнату в доме Дарси и вспомнила, что находится в постели. Она взглянула на часы. В семь пятнадцать, намного позже, чем обычно, она встала с постели, умылась, почистила зубы, надела чистую медицинскую форму. Восемь минут спустя она провела расческой по волосам, затем вошла в комнату Дарси. Дарси была бледна, ее глаза были закрыты. — Доброе утро, дамы, как все прошло? Франсин стояла за столом позади Дарси, делая какие-то записи в таблице. Она выглядела обеспокоенной. Дарси не ответила. Андреа подняла брови, глядя на Франсин. Озадаченная, Андреа понизила голос. — О, я не знала, что Дарси все еще спит. Давай проверим карту, прежде чем ты уйдешь, Франсин. — Она зашла за кровать и потянулась за картой. — Сначала прочтите эту часть, доктор Трапани, — сказала Франсин, протягивая ей написанную от руки записку. Уважаемый доктор Трапани, По большей части смена прошла спокойно. Дарси спала, за исключением того момента, когда я разбудила ее, чтобы проверить жизненные показатели, но сегодня она проснулась около пяти утра и была очень взволнована. Она спрашивала: «Который час?» каждые три-четыре минуты, пока вы не вошли. И ее глаза все это время были прикованы к двери вашей спальни. В шесть я спросила, не хочет ли она, чтобы я вас разбудила. Она немного разозлилась и сказала: «Со мной все в порядке, она мне не нужна». Надеюсь, я поступила правильно. Я только что измерила ее кровяное давление, и оно было 180/80, намного выше, чем ночью. Хм, давление снова подскочило. Я должна посмотреть, что могу с этим сделать. Андреа говорила достаточно громко, чтобы Дарси услышала. — Спасибо, Франсин. Мы увидимся с тобой сегодня вечером. Поняв, что Франсин расстроена, Андреа проводила ее до коридора и тихо заговорила: — Не волнуйся, Франсин. Уважать желания Дарси было правильным поступком. — Она заглянула в комнату Дарси, чтобы проверить ее.— Не хочу менять тему, но я планирую вымыть ей голову завтра утром, и мне нужна твоя помощь. — Конечно. Я могу остаться позже. — В этом нет необходимости. Я приду пораньше, около семи. После того, как Франсин начала спускаться по лестнице, Андреа потребовалась минута, чтобы собраться с духом. Она не знала, почему Дарси была расстроена, но она была уверена, что нападение было в ее ближайшем будущем. О, ну вот, мы снова начинаем. Глаза Дарси все еще были закрыты, челюсть напряжена, губы побелели, дыхание неровное. Что бы это ни было, оно напугало ее. Андреа тронула Дарси за плечо. — Доброе утро, спящая красавица Помнишь меня? Доктор Трапани. — Доктор кто? — Голос Дарси был резким. Андреа напряглась. Она ожидала этого, но все равно было неприятно слышать такой тон голоса. Она старалась, чтобы ее собственный голос звучал мягко. — Не доктор Кто. Доктор Трапани, ваш собственный лечащий врач. — Мой? Вы, должно быть, ошибаетесь. У меня нет... никого. То, что Дарси была зла, было ясно, но сердце Андреа разрывалось от боли и заброшенности, которые она слышала под грубостью и гневом. Она вздохнула, пододвинула стул и положила руку на плечо Дарси, пытаясь установить контакт. — Мы можем поговорить? — Поговорить о чем? — Дарси выплюнула эти слова. — Почему ты так злишься? Лицо Дарси смягчилось. Она была темпераментной и трудной, но такая беспомощность свела бы с ума любого. — Мне приснилось, что ты бросила меня. Это было так реально. — Ее голос стал шепотом. — Ты попросила меня остаться, и я сказала "да". Я бы никогда не ушла, не сказав тебе сначала. Почему ты не попросила Франсин разбудить меня? — Я боялась узнать, что ты действительно ушла, что я прогнала тебя, как и всех остальных. — А почему все остальные ушли? Дарси колебалась. — Хм, потому что я противная сука. — Вот так-то. Перестань быть стервой. — Если это то, что нужно, чтобы удержать тебя здесь... — Это то, что нужно, потому что тебе нехорошо так накручивать себя, твое давление снова опасно высокое. Обещай, что попросишь Франсин будить меня в любое время, когда я тебе понадоблюсь, так часто, как тебе нужно, чтобы чувствовать себя в безопасности. — Андреа достала салфетку из коробки и вытерла мокрый нос Дарси. — Я обещаю. — Франсин беспокоилась о тебе. Она видела, что ты расстроена, но не знала почему. — Я не хотела ее беспокоить. — Хорошо, только впредь, если тебе что-то нужно, просто дай знать. Итак, как насчет того, чтобы начать день сначала? Дарси улыбнулась. — Доброе утро, доктор Трапани. — Доброе утро, Дарси. Хорошо спалось? — Лучше, чем когда-либо за последнее время, если не считать того, что мне приснился кошмар. — Ты хочешь поговорить об этом? Дарси выглядела озадаченной. — Эм... мы уже это сделали. — И это хорошо, потому что, если не говорить об этом, это кажется реальным. — Андреа похлопала Дарси по руке. — Я почищу тебе зубы, потом, когда поем, я умою тебя, и мы сможем поговорить о делах. — Она подняла глаза, когда подкатилась тележка. — А, доброе утро, Мария. Мария переставила тарелки на поднос у кровати. Андреа взглянула на Дарси. — Если вы дадите мне секунду, я принесу меню, которое я вам обещала. Когда Андреа вошла в спальню, она услышала, как Мария разговаривала с Дарси. — Думаю, хорошо, что она осталась, — женщина поцеловала Дарси в щеку. — Я тоже так думаю, Зия. — Держите, — Андреа протянула Марии меню и рецепты. — Кстати, что мы будем делать с едой по выходным? — Не беспокойся. Грег готовит. Мария ушла, а Андреа повернулась к Дарси. — Хорошо, давай вколотим в тебя немного еды. — Сначала кофе. Андреа приготовила Дарси кофе и поднесла соломинку к ее губам. Затем она взяла ложку, чтобы накормить Дарси хлопьями. — Нет. Сначала выпей кофе, а потом я поем.— Дарси наблюдала, как Андреа заварила себе кофе и отпила немного. — Тебе нравятся фрукты в хлопьях или отдельно? — Андреа бросила бананы в хлопья и положила несколько ложек в рот Дарси. — Помни, сегодня никаких круассанов, так что тебе лучше съесть все. — Ты выглядишь ужасно довольной тем, что лишаешь меня одного из немногих удовольствий в моей жизни в эти дни. Надеюсь, ты не садист. Андреа накормила ее ягодами. — Мы просто должны посмотреть, не так ли? — Мне жаль, что я доставила тебе с Франсин столько хлопот. Андреа положила хлопья ложкой в открытый рот Дарси. — Я понимаю, и я уверена, что Франсин тоже понимает, что ты сейчас очень уязвима. — Андреа похлопала Дарси по щеке. — Вероятно, это не последний раз, когда ты испытываешь такое беспокойство. Ты не можешь избавиться от своих чувств, но было бы хорошо поработать над тем, чтобы выразить их словами, а не пытаться скрыть их и так нервничать, что давление поднимается до небес. — И, говоря о зависимости, у меня снова течет из носа. Не могла бы ты... — Конечно. — Андреа потянулась за салфеткой и поднесла ее к носу Дарси. — Хочешь подуть или мне просто вытереть? — Вытри. Спасибо, у меня всегда течет из носа, когда я становлюсь эмоциональной. Эй, дай мне минутку отдохнуть, пока ты позавтракаешь. Когда они обе поели, Андреа переложила тарелки на тележку, а затем села, чтобы поговорить. — В твоей карте написано, что они поставили катетер три дня назад, потому что ты отказалась носить подгузник. Я знаю, что пользоваться судном трудно, но ты рискуешь заразиться, удерживая катетер слишком долго. Я бы хотела снять его, прежде чем мыть тебя сегодня утром. — В ночь перед тем, как мне поставили катетер, я несколько раз просила судно, но помощник, очевидно, не слышал меня... Помощник также не услышал моей просьбы помыть меня и сменить простыни, и я пролежала там в своей моче почти четыре часа. Правда в том, что я была не очень добра к нему... Я уволила его на следующее утро, и не успела я опомниться, как пришла медсестра и вставила катетер. — Мне очень жаль. Это было по меньшей мере жестоко и непрофессионально. — Думаю, я это заслужила. — О, Дарси, никто не заслуживает того, чтобы лежать в моче. Я обещаю немедленно вымыть тебя и сменить простыни. И если какая-нибудь медсестра, которую мы приведем, сделает что-нибудь подобное, я хочу, чтобы ты позвала меня, и я избавлюсь от неё на месте. — Хорошо, вынимай его. — Она прикусила губу, наблюдая, как Андреа готовится искупать ее. — Доктор, я беспокоюсь о том, что вы будете мыть меня. — Почему ты сказала Франсин, что я буду мыть тебя? Дарси прочистила горло. Ее взгляд переместился на окна. — Потому что, гм... я ее не знаю... — Она покраснела. — И я хотела, чтобы ты это сделала. Андреа прибегла к своему строгому лицу, чтобы скрыть веселье. Хотя это было правдой, что они провели день вместе, это не было похоже на то, что она заботилась о Дарси в течение нескольких недель. — Почему это тебя беспокоит? — Это так интимно. — Это интимно, Дарси, но не больше, чем другие вещи, которые я делала для тебя. Мысль о том, что Франсин будет мыть тебя, вызывает у тебя беспокойство? — Нет — Тогда, почему бы нам не подождать... — Нет, я хочу, чтобы это сделала ты. — Дарси посмотрела вниз. Андреа изучающе посмотрела на неё. — Я в замешательстве. — Я тоже. Андреа положила палец под подбородок Дарси и приподняла его так, чтобы они смотрели друг другу в глаза. — Я твой врач, а не сексуальный партнер. Я мою тебя, чтобы убедиться, что тебе чисто и удобно, а не для того, чтобы возбудить. Я вымою тебя сегодня утром, если хочешь, но если я почувствую, что ты превращаешь это во что-то сексуальное, то буду настаивать, чтобы Франсин или любая другая дежурная медсестра вымыла тебя вечером. Ты понимаешь? — Да. — Ее голос был тихим. Андреа сочувствовала ей. Дарси путала прикосновения с сексуальным контактом. Что ж, это было ее дело — установить основные правила, чтобы это не стало слишком напряженным для них обеих. — Я не отвергаю тебя, Дарси. Тебе предстоит пройти долгий путь, чтобы снова встать на ноги. Если ты хочешь, чтобы я была с тобой в этом путешествии, мы должны внести ясность в наши отношения, иначе все может запутаться, и мне придется уехать. Я не хочу этого делать. Я хочу быть с тобой всю дорогу, но... — Я понимаю. И я постараюсь держать себя в руках. Нет. Я буду держать себя в руках. — Хорошо, так мне тебя мыть или ты хочешь подождать Франсин? — Ты. Андреа была встревожена. Она потянулась за парой латексных перчаток. Она хотела, чтобы Дарси наслаждалась купанием, но не хотела возбуждать ее, поэтому стеснялась своих прикосновений, стараясь быть нежной и заботливой... но не слишком заботливой.