Сердечные дела

Андреа потребовалась пара секунд, чтобы осознать, где она находится, когда Франсин разбудила ее. Она была огорчена, обнаружив, что ее голова лежит на кровати. Франсин помогла ей выйти с комнаты, что бы не разбудить Дарси и последовала за ней в спальню, чтобы поговорить. — Так есть ли что-то, что я должна знать? — Спросила Франсин, ухмыляясь. Андреа покраснела. — Да, сегодня она очень нуждается. Несмотря на то, что я ей сказала, она ожидала, что доктор Стерн снимет ей гипс сегодня. Когда этого не произошло, она вышла из себя, что осложнялось тем, что я назвала ее милой, а затем отрицала это. — О боже. Ты ведь знаешь, что она влюблена в тебя, не так ли? — Я знаю, она думает, что влюблена в меня. Она такая переменчивая; ее чувства колеблются от радости к гневу, грусти и снова радости в мгновение ока. Я не верю, что она действительно знает, что чувствует. Франсин поколебалась, потом заговорила: — Это не мое дело, но мне кажется, у тебя есть к ней чувства. — Конечно, у меня есть к ней чувства. Она моя пациентка. Я сочувствую ее ситуации. Я хочу помочь ей выздороветь. — Нет, доктор Трапани, это то, что я чувствую. Ты можешь уволить меня за такие слова, но мне совершенно ясно, что ты в нее влюблена. Андреа рухнула в кресло и обхватила голову руками. — Влюблена? Я так не думаю. Но меня к ней влечет. Была ли Франсин права? Была ли она влюблена в Дарси? Или это было ее собственное одиночество и повседневная близость к тому, кто ценил ее? Она настаивала на том, что Дарси была уязвимой и нуждающейся и не могла знать о ее настоящих чувствах. Разве она не была в той же лодке, уязвимая, нуждающаяся, одинокая и желающая быть любимой? Если она и была влюблена в Дарси, то пока не была готова признать это. Она даже не позволяла себе осознавать степень своего влечения, пока не оказалась так близко к Дарси сегодня вечером. — Неужели это так плохо — любить пациента? — Я думаю, что это непрофессионально. Она такая грубая и напряженная, что... О, мне нужно идти. Я встречаюсь со своей подругой Джули, кардиологом Дарси. Позвони мне немедленно, если она проснется. И, Франсин, не беспокойся о том, что я тебя уволю. Я ценю твою честность. * * * Джулия стояла, прислонившись к перилам перед домом, держа в одной руке бутылку вина, а в другой — два бокала на длинных ножках. Она раскрыла объятия, и Андреа подошла к ней, чтобы обнять и поцеловать в щеку. Они были парой в медицинской школе, но из-за стажировок в разных концах страны Джули порвала с ней, сказав, что быть хорошими друзьями безопаснее. И лучшими друзьями они остались. Вот только Андреа никогда не переставала любить ее. До сих пор. Андреа повела Джули в дом и через садовую дверь к ее любимой скамейке. Джули протянула ей бокал и наполнила его, затем сделала то же самое для себя. — Что случилось? — Дарси думает, что влюблена в меня. — Андреа отпила вина. — И меня к ней влечет. — И это пугает тебя, потому что... Андреа повернулась так, чтобы видеть лицо Джули. — Потому что это непрофессионально. Потому что она на эмоциональных качелях, и я не доверяю тому, что она думает, что чувствует. — Она пригубила вино. — И потому, что это произошло так быстро. Я знаю ее чуть больше трех недель и не доверяю. Джули изучающе посмотрела на нее. — Тебя влечет, но ты не влюблена? Она не была готова признаться в этом даже Джулии. — Я в замешательстве, Джули. У меня есть чувства к ней, но я пока не могу дать им названия. Джули взболтнула бокал с вином. — Мне кажется, эмоциональное состояние Дарси не имеет никакого отношения к тому, что ты любишь ее. Что касается непрофессионализма, то врачи — это просто люди, и ты не будешь первым врачом, который влюбится в пациента. Но если отбросить все это в сторону, влюбленность требует всего, что требуется. Некоторые люди влюбляются с первого взгляда, другие — после долгих лет дружбы. Это не то, что мы, простые смертные, можем контролировать, — Джули отпила вина. — Я думаю, что с точки зрения настоящих отношений ты бы хотела, чтобы она была более стабильной. Но, Андреа, прошло много времени с тех пор, как ты позволяла себе любить. — Она изучала Андреа поверх своего бокала. — Я часто думала, что ты все еще любишь меня. Андреа ахнула. Она думала, что скрывала свои чувства все эти годы. — Ты знала? Джули поставила свой бокал на землю и обняла Андреа. — Я надеялась, что ты найдешь кого-нибудь, но мне показалось, что ты заперла свое сердце и довольствовалась такими женщинами, как Нора. Андреа вдохнула знакомый аромат Джули, ее шампуня, духов и дезинфицирующих средств, используемых в операционной. — О, Джули, мне так жаль. — За что? Это я должна просить прощения. Я никогда не думала, что прекращение наших отношений причинит тебе столько боли. —Она отстранила Андреа, чтобы та могла видеть ее лицо. — Но если я чему-то и научилась, так это тому, что мы не можем полностью контролировать свои сердца. Ну же, улыбнись. Я в восторге, что ты, по крайней мере, позволяешь себе чувствовать влечение к Дарси. Улыбка Андреа была неуверенной. — Я все еще люблю тебя, но чувствую себя по-другому. В последнее время я почти не думала о тебе. — Я должен быть оскорблена? — Нет. — Андреа взяла Джули за руку. — Скажи мне, что делать. Джули посмотрела в глаза Андреа. — Доверяй своему сердцу. Если ты не позволишь себе полюбить ее, ты приговоришь себя к тому же безвыходному положению, в котором находилась годами. Андреа сжала ее руку. — В твоих устах это звучит просто. Джули внимательно посмотрела на подругу. — Тебе нужно подумать о том, почему ты все усложняешь. Она слишком много думала? Могла ли она — Я беспокоюсь о сердце Дарси... — Ты так и сказала. Андреа ударила Джули по плечу. — Не эмоциональное сердце, ну, это тоже, а ее физическое сердце. Я бы хотела, чтобы ты осмотрела ее. Не могли бы ты рассмотреть возможность визита на дом? Джули достала телефон из кармана и проверила календарь. — Я полностью занята всю неделю, и это без каких-либо чрезвычайных ситуаций. Если я пропущу завтра обед, то смогу обойтись и полуднем. — Почему бы тебе не присоединиться к нам за ланчем? — Звучит заманчиво. И это даст мне время изучить и оценить физическое и эмоциональное состояние Дарси.