Любовь моя

      Серёже нужна любовь. Ему жизненно необходимо почувствовать заботу, внимание, теплоту к себе. Ему важно проявить заботу, внимание и теплоту к кому угодно. Эта мерзкая потребность в любви въелась в мозг, ещё с самой старшей школы. Въелась и радуется, злобно хохочет, когда Разумовский в очередной раз пытается помочь всем вокруг и заботливо даёт вытереть об себя ноги. Когда снова влюбляется не в того человека, привязывается и отдаёт всего себя. Серёжа любит по-настоящему. А Серёжу просто не любят.       Поздней ночью хочется прижаться к любимому, закинуть на него ногу, уместить голову на груди и, уткнувшись в родную шею, заснуть. Так, что бы не было холодно. Чтобы ничего не бояться. Чтобы ни о чём не думать. Чтобы самому быть любимым. Но получается лишь засыпать по разным сторонам кровати, с двумя одеялами.       А Олег не привык любить. Волков уверен, что просто не достоин этого. Да и вообще, что значит любить кого-то? Только по-настоящему. Проявлять заботу, внимание и теплоту? Дарить цветы и приглашать в кино? Дать заснуть на собственной горячей груди? Да кто его знает.       Серёже нужен человек рядом. Просто, чтобы был. Просто, чтобы в холодный день помогал согреться. Чтобы, когда внезапно станет грустно, он успокоил. Чтобы до самого утра болтать о вечном. Чтобы кто-то, да любил.       И не важно, как. Любовь ведь все проявляют по-разному, — проносится в мыслях.       Может, если бы в детстве Олега не учили прятать слёзы, драться, быть жестоким, а не сильным, то всё бы сложилось иначе?       Если бы, да кабы… Что есть, то есть. Волкова не научили любить.       Нездоровые отношения не всегда абьюзивные физически. Олег никогда не бьёт Разумовского. Н и к о г д а. Серёжа никогда не бьёт Волкова. Н и к о г д а. Олег не знает, что делать с чувствами. Олег не знает, есть ли вообще эти чувства. Олег, по привычке, прячет эти чувства. Олег часто не говорит о том, что любит. Часто? Н и к о г д а. Серёжа не знает, что делать с Олегом. Серёжа устал винить себя. Серёжа хочет заботиться, а из этого выходит лишь контроль. Серёжа часто думает, что недостаточно старается. Часто? В с е г д а.       — Я люблю тебя.       У них не любовь, нет. Они не умеют любить. Они просто привязаны друг к другу. Они просто запутались. Вернее сказать, Серёжа просто запутался. А Олег знает, что совсем ничего к нему не чувствует. Просто не хочет расставаться, разбивать сердце и делать больно. Волкову жалко. А Разумовскому больно.       Больно на всех уровнях. Больно, когда вместо нежных и долгожданных объятий получаешь едва заметный хлопок по спине. Больно, когда слишком переоцениваешь человека, и сам из-за этого страдаешь. Больно, когда ты любишь, а тебя — нет.       Ещё немного, и у обоих лопнет терпение.       Йотты не хватит, чтобы измерить расстояние между ними. Они чужие друг другу люди. Но они продолжат эту бессмысленную дешёвую постановку, где каждый раз один из актёров переигрывает, а другой и вовсе не играет, наблюдая со стороны за глупыми попытками обратить на себя хоть какое-то внимание.       Серёжа отчаянно надеется, что Олег изменится. Откроется, будет ласковым, и наконец у них всё наладится. Но Волков не изменится. Что-то внутри препятствует, самому Олегу противоречит. Когда в мыслях вертится бесконечное я не люблю тебя, изо рта вырывается я никогда не брошу тебя. Волков ругает себя за то, насколько несчастлив с ним Серёжа. Но ничего не может сделать.       Если бы у Олега был выбор, он выбрал бы никогда не начинать эти отношения.       Быть человеком тяжело. Любить слишком сложно, чувствовать — просто отвратительно. Волков не умеет. И учиться не хочет.       — Я тебя тоже?