Горячий лёд

Самолет уже был готов к взлету, а голос по громкой связи в салоне уже не в первый раз предупреждал о том, чтобы телефоны были переведены в режим полета, либо выключены. Яна же не выпускала телефон из рук, то и дело снимая его с блокировки. Она написала Арсению несколько сообщений с утра, но ни одно из них так и не было прочитано.

Яна 10:50 Я в самолёте

Решилась напоследок написать девушка прямо при взлёте. Непонятно успеет ли дойти сообщение. За совершенно не долгий полёт Калинина только и думала, что об Арсении и о своих непонятных действиях. Это всё совсем на неё не похоже. Она привыкла ко всему подходить с холодной головой и думать прежде чем делать. Фигуристка так и не нашла объяснение тому, что тогда произошло после проката. Пыталась понять, зачем пишет ему и просит провести с ней время. «Будто мы хорошие давние знакомые, чтобы по вечерам гулять по Питерским улочкам и обсуждать что же нового и интересного происходит в жизни…» Только шасси успели коснуться асфальта, Калинина тут же схватила в руки телефон, выключая режим полёта. Арсений 11:01 Я встречу тебя! Импровизатор сегодня толком не спал. Просто не получалось, и когда, казалось бы, Попов почти заснул, на телефон пришло несколько сообщений от фигуристки. По непонятным для себя причинам читать и, тем более, отвечать на них он не стал, но и сон тут же ушёл. Идея встретить Яну появилась внезапно, когда Арсений сидел и непонятно зачем обновлял страницу онлайн-табло. И вот он уже сидит в своей машине на парковке «Пулково», тарабаня пальцами по рулю. На парковке плохо слышны объявления о прибывающих воздушных судах, поэтому мужчина гипнотизирует взглядом экран телефона в надежде получить разрешение забрать её. «И какого я вообще сюда приехал?» Яна 12:51 Хорошо. Я стою около 11 столба

Арсений 12:53 Сейчас подъеду

Дорого от аэропорта прошла в тишине, хоть и чувствовалось небольшое напряжение. Пара обменялась лишь парой фраз. — Спасибо, что встретил и подвёз. — Всегда пожалуйста! — на лице Арсения начал выступать легкий румянец. — Обращайся. Попов помог Яне с чемоданами и уже собирался уходить, как голос девушки остановил его. — Кстати, сегодня шоу в 18:00. Если хочешь — приходи, — казалось, что фигуристка говорит максимально спокойно и обыденно, но нужно было только знать каких усилий ей стоит сейчас контролировать свой голос, чтобы тот не дрожал. — С удовольствием! — Тогда приезжай где-то к 17:30 к служебному входу «Юбилейного». Я там тебя встречу. — Хорошо. До встречи! — До вечера! Как только за Арсением захлопнулась дверь, Калинина моментально отворила окно практически на распашку. Ей нужен воздух. Она буквально задыхалась и не понимала, как дальше ей работать с этим мужчиной. Лежа на кровати и вбирая в легкие свежий воздух с улицы, фигуристка старалась убедить себя в том, что при дальнейшем общение с актером станет легче. Просто она давно не общалась с мужским полом настолько близко, а «запланированное» времяпрепровождение с ним пойдёт на пользу обоим. Они получше узнают друг друга. Станет проще. Должно стать…

***

Арсений ходил по квартире из угла в угол, не зная, что ему надеть и как вообще себя вести на шоу. Конечно, можно было уже сказать, что в сфере фигурного катания Попов находился какое-то время, но уверенности это не добавляло. В итоге, в плане образа, мужчина остановил свой выбор на классике. Выбрав классические черные брюки, черную водолазку и пальто.

Арсений 17:31 Стою около служебного

Яна 17:31 Иду И уже через пару минут девушка появилась на горизонте. Она быстро что-то сказала охране, объясняя ситуацию и Арса пропустили. По-моему, Яна и ему что-то говорила, но он не слышал, засмотревшись на идеальную фигуру. На Калининой были надеты легинсы и обтягивающий топ, отлично подчеркивающие её подтянутое тело. Она проводила его в зону для приглашенных и специальных гостей, а сама убежала разминаться дальше. Попов оказался в компании Анастасии Скопцовой, Аделины Сотниковой с мужем и семейства Александра Энберта. Между собой никто особо не общался, лишь периодически обмениваясь дежурными фразами. Аделина с Александром также изредка давали незначительные комментарии относительно проката того или иного фигуриста. Скопцова рьяно и громко поддерживала своих хороших знакомых, а когда на льду появилась Станислава Константинова, то Анастасия превратилась в какую-то сирену. Это подбешивало и без того растерянного Арсения. Мужчина то и дело пытался вникать и внимательно наблюдать за каждым прокатом, делая вид, что ему это интересно. Он правда пытался, но на выступление одной из танцевальных пар, имена которых он даже не услышал, импровизатор окончательно понял, что пришел сюда ради Калининой. Искренне ему хотелось увидеть только одну фигуристку. Яна закрывала первое отделение. Вот она уже стоит готовая выйти на лёд, около борта. С виду кажется, что всё абсолютно нормально, но фигуристка уже и забыла, когда последний раз так сильно нервничала. -На лёд приглашается двукратная чемпионка Мира и Европы, победительница этапов и Финал Гран-При, серебряный призёр Олимпийских игр — Яна Калинина! — голос Ягудина, который был ведущим сегодняшнего шоу, прозвучал будто гром в ушах девушки. «Боже, ну вот и зачем каждый раз перечислять все награды, а на чем-то ещё и специально акцентировать внимание?! Кому и правда интересно, сами всё прекрасно знают. Может даже побольше меня вспомнят что я там выиграла в 5 лет.» Разминая мышцы, Калинина пыталась избавиться от назойливых мыслей и нервов. Прошло уже почти 4 года, но вот она опять в том же платье, с той же программой, а в голове куча спутанных мыслей, которые никак не дадут настроиться на прокат. Нет! Всё же на олимпиаде было легче. Звучат первые ноты «Мулен Руж», а перед глазами всё плывет. Яна катает программу на автоматизме, ну или просто что помнит. Она понимает, что всё это очень плохо и не годится даже для шоу, но события той ночи так и всплывают в памяти, а недавний разговор с Валерой путает разум ещё больше. Не надо было соглашаться катать эту программу.

Москва, Пару дней назад

-…Ну почему ты не хочешь меня услышать и понять? — уже с лёгким надрывом в голосе, говорил Ангелопол. -А что тут понимать, Валер?.. -Меня. -Нет, ну вот ты мне, просто, объясни, а как я должна тебя понять? Что тут понимать?! — на этом моменте уже и сама Яна начала понемногу выходить из себя. -Да. Согласен, сглупил и очень об этом сожалению. Это всё произошло на эмоциях и лютых эндорфинах, но не было ни дня, чтобы я не думал О ТЕБЕ. Я не могу без тебя, понимаешь. Мне пиздец, как хуево. Повисло угнетающие молчание. Яна не знала, что отвечать на всё это, да и к чему весь этот разговор. Валера в свою очередь пытался подобрать более убедительные аргументы и хоть как-то себя оправдать. Хотя парень и сам прекрасно понимал, что затея это изначально провальная, ведь сам бы он такое точно не простил. -Ну что ты молчишь? Наори на меня, ударь, сделай хоть что-нибудь, — ему хотелось добиться от фигуристки хоть какой-то реакции и эмоции. -Только, пожалуйста, не надо молча и смотреть на меня таким взглядом. -Каким? -Таким, будто ты меня ненавидишь… -Валер, вот ты только и говоришь о том, чтобы я поняла и простила тебя, о том, как тебе было хуево. А ты не подумал обо мне! Не пытался хоть раз понять меня! Я из-за этого себе всё запорола. Я сука из-за этого олимпиаду проиграла, а потом даже тренеру не смогла толком объяснить почему я со всех прыжков попадала. Я блять собирала себя потом по кусочкам, на лёд не могла выходить. Обо всём этом ты подумал? -Это было большой ошибкой, — единственное, что смог выдавить из себя танцор. -По-моему, это хуже, чем просто ошибка… На этой ноте можно было считать, что разговор закончен. После минутного молчания Валеры, Яна просто встала и молча ушла, еле сдерживая слёзы.

Санкт-Петербург, «Юбилейный»

На глазах уже начали выступать слёзы, а мысли были, о чем угодно, но только не о прыжке, который нужно было сейчас делать. Яна ещё чуть больше набирает скорость, делая вальсовую тройку, со всей силы бьёт зубцом конька об лёд и плашмя летит на лёд. Арсений, видя то, как довольно жёстко упала девушка чуть ли не соскакивает со своего места. Ему пришлось приложить титанические усилия, чтобы усидеть на место, чуть ёрзая и скривив лицо. Со стороны это выглядело так, будто тренер просто не доволен исполнением элемента. Калинина, в свою очередь, моментально подскочила и чуть активнее продолжила катать программу. Она не ощущала той физической боли от падения, которая скорее всего была, ведь оно было далеко не из приятных. Наоборот, в этот момент фигуристка пришла в себя и нашла силы бороться дальше. Остаток программы Яна докатала на адреналине, так как будто это один из важных стартов и после падения нужно во что бы то не стало ехать набирать баллы. Концовку и финальную позу фигуристка изменила, подняв взгляд в потолок, чтобы никто не увидел её слёз. То ли от обиды, то ли от облегчения. Она отпустила, но почему тогда так больно. А может так и должна чувствоваться свобода? Поклон на все четыре стороны вышел достаточно смазанный, ей хотелось побыстрей уйти со льда и только уже около борта, когда она напоследок повернулась к зрителям, Яна заметила хлопающего Попова. Чётко не было видно, но она поняла, что это его силуэт и от этого на душе стало в разы легче. Во время антракта Арсений, чтобы не слышать разговоров о, мягко говоря, провальном выступлении Калининой, решил немного перекусить и выпить кофе, а потом и вовсе отправился в сторону раздевалок. Он не знал, что ей скажет, но ему хотелось её увидеть. -Пропустите его, — твердо и уверенно прозвучал голос девушки, увидевшей, что её партнера не хотят пускать. -Не положено, — так твердо ответил один из охранников -Я не понятно сказала! Охранник ещё около минуты не хотел отходить, но в итоге всё же пропустил мужчину, окинув неодобрительным взглядом с головы до ног. -Почему ты такая? — Попов решил прервать молчание, которое образовалось в коридоре. -Какая? — раздраженно ответила Яна. -Гордая, моментами злая, — тут Арсений понял, что сейчас может сильно задеть и обидеть фигуристку, поэтому решил, что много перечислять не следует. –Такая закрытая и холодная… -Ну потому что я всю жизнь нахожусь на льду, — Яна попыталась перевести всё шутку и выдавить из себя улыбку. –С чего мне быть горячей, — девушка издала нервный смешок. Импровизатор смазано улыбнулся, пытаясь отогнать от себя ненужные мысли и образы. Ведь назвать девушку не горячей было весьма сложно. Перед глазами Попова то и дело всплывал образ фигуристки в откровенном красном платье, катающей довольно откровенную программу. Боже, он это всё видел пару минут назад. И этот прокат, и это коротенькое платье с большим декольте, и все эти плавные, сексуальные, манящие движения, и это падение и пустые глаза, которые сейчас устремлены прямо на него. -У тебя всё хорошо? — уже встревоженно вопросил Арс, увидев в каком состоянии сейчас находится Калинина. Девушку буквально практически трясло. -Нет, — прошептала она ему в плечо, закутываясь в его объятия. Арсений опешил от такого поведения девушки, но не растерялся и крепко прижал к себе хрупкое, дрожащие тело. -Что случилось? -Я не могу сказать, — всхлипывала она в ответ. –Не знаю, как это объяснить, но я просто не могу выходить на лёд. Сразу начинаю задыхаться, в глазах всё плывет, а ноги подкашиваются. Тело, конечно, всё помнит и делает, но голова мешает. Не знаю, как сейчас катать ещё одну программу… -Эй, послушай меня, — мужчина обхватил её лицо своими руками и ещё чуть ближе притянул к себе, таким образом, что их глаза находились на одном уровне. –У тебя всё получится, слышишь. Ты всё сможешь. Ты сильная. Не знаю, что у тебя произошло, но это всё пройдет. Обязательно пройдёт. -Нет, не смогу. Не получится. У меня не получится. Я снова упаду и больше не встану. -Сможешь, слышишь. Ты всё сможешь. Дыши, спокойно. Вдох. Выдох. Давай вместе со мной. Калинина по тихонько начала успокаиваться и приходить в себя. -Спасибо, — аккуратно начала она отодвигаться от импровизатора, понимая, что вцепилась в него мёртвой хваткой. –Мне нужно идти. -Я верю в тебя, — прошептав эти слова, Арсений быстрее направился обратно на трибуны, минуя всё того же охранника, всё с тем же осуждающим взглядом. В зале приглушают свет, а на льду снова появляется Яна. Попов смотрит на неё затаив дыхание. Он не понимает, что это за ощущение, но ему хочется быть рядом с этой девицей. Понять её, не смотря на всё. Фигуристка катала свою новую программу аккуратно и очень осторожно, но чувственно. Она общалась со зрителями, рассказывая свою историю. Перед тулупом, который Калинина запланировала сделать, она нашла его глазами и чисто выполнила элемент. Она каталась для него.