Маркиз, Дед, Cад.

– И что же было дальше?! Философ Балл Матье так увлёкся повествованием, что непременно жаждал продолжения. – Баа... Мон ами, разве не ясно? Разгневанная толпа потребовала четвертовать Маркиза, и Людовик, чтобы спасти многострадальный зад дорогого друга, спрятал его в Бастилии. – Всё так, – подтвердил де Сад. – И всё-таки необычный способ спасти горожан от превращения, – подметил Дик' Арт. – Я и сам с трудом ему поверил. – В салон кареты зашёл Людовик. Только сейчас все обратили внимание, что карета больше не движется, за шторкой виделся рассвет и огромный замок, утопающий в зелени. – Версаль... – Но вот, что меня интересует, – не обращая никакого внимания на живописный вид и укоризненно поглядывая на Фалломеля, продолжал математик. – Откуда у якобинцев появился тот эликсир? – А ведь и правда, даже в Академии наук вряд ли кто-то, кроме Фалломеля, способен изготовить нечто подобное. – Фаломмель!? – Отстрапоним его! – стукнул по столу Людовик. – Нет, постойте, я всё объясню! То было и правда моё изобретение, но я придумал и противоядие к нему! – То самое, что выпил Мирабо!? – Откуда вам... Да... Всë так, изначально я создавал его как зелье, способное обратить вспять действие эликсира, но после того, как Дантон посетил мою лабораторию, выяснилось, что обычный человек, выпивая его, приобретает невероятно выраженные маскулинные черты и получает невероятную силу... – Ах, вот оно что! – Теперь ясно, почему Мирабо стал так силён! – Фалломель, – объявил Людовик, – это, конечно, всё объясняет, но теперь я желаю не только отстрапонить тебя, но и как следует отшлёпать за такие проделки! – Неет... – А ну, господа, взялись и потащили его в замок!