(Не)правильная семья

– Милый, принеси, пожалуйста, кимчи? – Хёнджин поправляет скатерть, сглаживая волны. – Несу, – Минхо ставит тарелку на стол, обнимает супруга со спины за талию. – Скоро уже дети придут. – Да, – Хёнджин обмякает в руках мужа, спиной падая на грудь Ли. – Так соскучился по ним. – Я тоже, они давно к нам не заходили. – У них же работа. Погрязли в своих делах и заботах, – Хёнджин слабо улыбается. – Они такие взрослые. – Ага, и такие замужние, – беззлобно фыркает Минхо, прижимаясь теснее к мужу. – Хо, уже пять лет прошло, а ты до сих пор ворчишь, что Ини с Ликсом расписались. Смирись уже, ревнивый папочка, – Хёнджин тихо смеётся. Вредность Минхо его забавляет. – Дело не в этом. И ничего я не ревнивый, – бурчит Минхо, на что Хёнджин негромко хихикает. – Просто тяжело осознавать, что Чонин уже большой, имеет мужа и больше не живёт с нами. Он съехал ещё шесть лет назад, а я так и не привык. Он вырос, а я свыкнуться не могу с этим. Мне… мне до сих пор страшно за него. – Минхо, – Хёнджин поворачивается к Ли и опускает ладони на его щёки, поглаживая. – Я понимаю, милый, ведь чувствую тоже самое, – нежно целует в нос. – Он был таким маленьким и смышлёным, когда только появился у нас. Такой пугливый и зажатый, он рос на наших глазах, расцветая и открываясь этому миру. В тот момент нам казалось, что впереди ещё много времени, что Чонин будет под боком ещё очень долго. Но всё это пролетело незаметно, и теперь он взрослый парень, который живёт со своим мужем и строит свою семью. Но для нас он всё ещё тот малыш, каким был, и навсегда им останется. Он наш сын, Хо, и ничто этого не изменит. – Знаю, – выдыхает Минхо, слегка сжимая талию Хёнджина. – Но я переживаю. Его школьные годы были не из спокойных – Да, но ведь Чонин больше не тот маленький мальчик. Он сумеет постоять за себя, дать отпор. И он не один, а с Феликсом, который точно не даст нашего сына в обиду. Сейчас и общество адекватнее, большинство успокоилось и смирилось, что теперь ЛГБТ пары могут заключать брак. Не думаю, что остались весомые поводы для беспокойства. – Ты как всегда прав, любовь моя, – Минхо чмокает супруга в губы. – Наш Ини такой же крутой, как его папа – он не позволит себя обижать, – Ли гордо задирает голову. – Хорошо, что хоть скромнее своего папы, – цокает Хёнджин. – И у него есть Феликс. – Мог и не напоминать, – фырчит Ли. – Мне по-прежнему больно, что больше не я первый в его сердце, – Минхо театрально охает, опуская голову. – Так досадно. – А говорил, что не ревнует. Кончай драматизировать, – Хёнджин мотает головой и несильно щёлкает мужа по лбу, выпутываясь из его объятий. – Ты всё принёс из кухни? – Да, – кивает Минхо, воруя одну виноградинку за что получает по руке от Хёнджина. – Ай! – Тебе пять лет, со стола воровать? Дождись, когда все сядем, – Хёнджин журит супруга, как ребёнка. – Чонину ты и в тринадцать разрешал, – недовольно ворчит Минхо. – Он ребёнок, а ты – нет, – Хёнджин игриво показывает Ли язык, расставляя бокалы. – Оправдания… Его просто больше любят. – Может быть, – Хёнджин кокетливо подмигивает. Минхо остаётся лишь прыснуть, сложа руки на груди. – Дома так тихо, – в голосе Ли Хёнджин слышит грусть. – Я тоже скучаю по Суни, – Хёнджин подходит к мужу, укладывая свою голову ему на плечо. – Обычно он гонял по квартире ёлочные шары, а ты бегал за ним и кричал, какой он хулиган, – Хван издаёт смешок. – Да, мне немного не хватает этого, – Минхо печально улыбается. – Только в последние годы он совсем унылым и слабым был, старичок. – Уверен, его недолгая кошачья жизнь была прекрасной, – Хёнджин находит руку Минхо и переплетает их пальцы. – Давай не будем нагонять тут тоску. Сегодня праздник, так что ну-ка улыбнись, – Хёнджин говорит строго, но сияет глазами. – Не надо пугать детей угрюмым настроением, а то они подумают лишнее. – Да, дорогой, не будем, – Минхо поднимает уголки губ и целует мужа в щёку. – Всё готово? – Ага, посуда расставлена, еда и шампанское на столе. – Отлично, – их уютную идиллию разбавляет звонок в дверь, – а вот и дети. – С праздником! – с порога кричит Чонин, всплёскивая руками. – Рано ещё поздравлять, – наигранно ворчит Минхо, ероша волосы на голове сына. – И опять без шапки. – Ты не изменяешь себе, пап, – Чонин ярко улыбается. – Я по вам тоже очень скучал, – парень целует каждого родителя в щёку. – Здравствуйте! – Феликс кланяется родителям супруга, обнимая себя за живот. – Привет-привет! Давайте раздевайтесь и проходите, всё уже готово, – Хёнджин обнимает по очереди детей, подгоняя их. – Вы пришли довольно поздно. До полуночи чуть больше часа. – Прости, пап, просто Ликси долго собирался, – жмёт плечами Чонин, разуваясь, и получает хмурый взгляд от мужа. – Я долго искал подарочную ленту, – фыркает Феликс и переводит глаза на старших. – Папы, мы… мы с Ини для вас кое-что приготовили, – парень загадочно улыбается, продолжая и придерживая свою куртку в области живота. – Боже, мальчики, что вы опять придумали? – Хёнджин хватается за сердце. Сюрпризы от детей всегда непредсказуемы. – Небольшой подарочек, – Чонин подмигивает, помогая Феликсу расстегнуть куртку. – О боги… – Минхо вздыхает. Из-под раскрытой молнии выглядывает маленькая мордочка с завязанным на шее красным бантом, испуганно оглядываясь. Малыш издаёт жалобный писк, пока Феликс берёт его на руки и протягивает Хёнджину: – С наступающим! – Ликс лучезарно улыбается. – С Новым годом! – подхватывает Чонин, внимательно следя за реакцией родителей. – Кроха, – дрожащим голосом шепчет Хван, принимая зверюшку и прижимая к себе. Котёнок вновь издаёт писк. – Это? – в его глазах скапливаются слёзы, он поднимает глаза на младших. – Наш новогодний подарок вам, – счастливо заявляет Феликс. – Вы остались одни, когда я съехал, а раньше вас веселил Суни. Вы заботились о нём, играли с ним, ухаживали. Он скрашивал ваши дни, пока меня не было рядом. Но он… он покинул нас, и вам тут совсем стало одиноко. Я переживал за вас и думал, как помочь, – Чонин наклоняется и пальцем приглаживает рыжую шёрстку. – Конечно, он не станет полноценной заменой Суни, каждый котик уникален по-своему и у каждого свой характер. Этот малыш – совершенно другой кот, но, может, у него выйдет стать вашей небольшой отдушиной. Ты ведь позаботишься о моих папах, булка? – Чонин обращается к котёнку, тот сонно моргает. – Знаете, – Минхо заторможено говорит, постепенно отмирая от шока и приходя в себя, – у меня странное чувство дежавю, – Ли вызывает у всех тихий смех. – Пусть так, но зато я теперь уверен, что мои старички будут не одни, – Чонин лукаво улыбается, косясь на родителей. – Эй, ты кого старичками назвал?! – Минхо в шутку замахивается. Чонин на это откровенно смеётся. – Ладно, хватит на пороге телиться. Пройдёмте уже за стол, – Хёнджин целует котика в макушку, снимает с него ленту и уходит в гостиную. – Живее! – строже добавляет. – Папа прав, пошлите уже есть, я жутко голодный, – канючит Чонин, пока Феликс заботливо помогает ему снять пуховик. – Ты всегда голодный, – тихо говорит Ликс, Чонин бьёт по его по плечу, пока Минхо смеётся. – Неправда, – обиженно бурчит Чонин, позволяя мужу стянуть с него и шарф. – Как скажешь, милый, – Ликс оставляет лёгкий поцелуй на кончике носа Ини, заставляя того всё же улыбнуться. Минхо умиляется с этих двоих, невольно вспоминая, какими слащавыми они были с Хёнджином в первые годы отношений. Маленькая отцовская ревность устраивает небольшой бунт, но Минхо быстро его давит, искренне радуясь за сына. Каким бы ворчуном он ни казался, Минхо честно счастлив за Чонина, и Феликс ему полюбился не меньше, чем собственный сын. – Ликси, как там Чани и Джисони? У них ведь уже наступил новый год? – Хёнджин делает глоток шампанского из своего бокала. – Мы не брали с Хо телефоны в руки последние часа четыре. – Да, примерно час назад, – кивает Феликс. – Они отправили нам с Ини кучу открыток и фотографии с поздравлениями. Сказали, что завтра позвонят по видеозвонку. – Чан присылает открытки? – Минхо насмешливо поднимает одну бровь. – Точно дедок. – Ты тоже, – Чонин говорит двусмысленно, показывая это своей интонацией. – В смысле? – Нет, ничего, – Чонин запихивает в рот листья салата, не желая о чём-то говорить. – Потом узнаешь, – бормочет с набитым ртом. – Не говори, пока жуешь, а то подавишься, – Феликс заботливо подаёт мужу стакан сока, чтобы запить. Чонин благодарно принимает и медленно пьёт. – Вы какие-то странные сегодня, – Минхо подозрительно щурится на парочку. – Загадочные что ли. – Тебе кажется, – отстранённо говорит Чонин, но Минхо видит панику в его глазах. – О, а это кимчи бабули? Она так вкусно его готовит! – Чонин переводит тему и накладывает себе в тарелку капусты с овощами. Минхо хмыкает, но не комментирует, решая пока не допытываться до правды. Сын потом сам всё расскажет. – Кстати, вы уже думали, как назвать котёнка? – Феликс заинтересованно смотрит на старших, поглядывая меж тем на малыша, что сопит на подушке. – Хм… Ну мы точно не будем давать ему имя «Суни»: это как-то странно, – рассуждает Минхо. – Может… Дуни? – Ты просто поменял одну букву, – Хёнджин недоумевающее пялится на мужа. – Да, но звучит мило, – гордо говорит Ли. – А главное, оригинально, – Хёнджин не скрывает сарказма. – Я креативный парень, – Минхо задирает нос, явно довольствуясь собой. Хёнджин фыркает, пока младшие тихо хохочут с перепалки родителей. – Значит, теперь кроху зовут Дуни! – радостно заключает Чонин, хлопая в ладоши. – Прекрасно! – Замечательно, – Минхо передразнивает сына, за что тот показывает ему язык. – Вы не думали поехать на праздники в Австралию? – неожиданно спрашивает Хёнджин, отчего Феликс вздрагивает. – Ну, вместе с Чаном и Джисоном. На родину Ликси. – Нет, не думали, – холодный тон голоса Чонина пугает Хвана бросает в дрожь. – Всё нормально, Ини, – Ликс как-то грустно улыбается Чонину, беря его за руку. – Я не хочу туда возвращаться, – обращается уже к старшим. – Мне… мне всё ещё тяжело от тех событий, что там пришлось пережить. Не думаю, что готов вновь в них окунаться, – Феликс поджимает губы, опуская голову. Его больная тема – это его прошлое, его жизнь до усыновления. Его детские годы в Австралии были адом, поэтому о них Феликс предпочитает не вспоминать. – Я знаю, что там живут родители папы, что это его дом, но мне это место не принесло чего-то хорошего. Я благодарен судьбе за встречу с папами, но боли эта страна мне доставила больше. Точнее, конкретные люди, но моё сознание отчётливо подкидывает и места, где маленький я страдал. Так что нет, мы не поедем туда в ближайшее время точно, – Феликс тяжело выдыхает, пока Чонин сильнее сжимает его ладонь, оказывая поддержку. Эта тема между ними уже поднималась. Чонин не настаивал на поездке в Австралию, на борьбу с тёмными воспоминаниями из прошлого, на походы к психологу. Феликс оправился насколько смог и всем доволен, а в такую часть личных границ Ликса Чонин вмешиваться не будет. Он дал понять, что всегда рядом и готов помочь, выслушать и поддержать. И Феликс ему за это очень благодарен. – Прости, Ликси, – Хёнджин приложил руку ко рту, во время слов Феликса у него пробежали мурашки. – Я… я не знал. – Ничего, всё нормально. Вы тоже моя семья, и я рад, что поделился с вами, – немного смущаясь, говорит Феликс. – И мы тоже очень рады, что ты есть у нас. Ты для нас с Хо, как второй сын. Мы тебя очень любим, – у Хёнджина вновь глаза на мокром месте. Минхо вздыхает, но замечает, что у Чонина и Феликса тоже сейчас по щекам пойдут водопады. – Плаксы, – прыскает Минхо. – Ну всё-всё. Мы все друг друга любим и мы все большая семья. Отставить потоп, я заплывы устраивать не собирался, – Ли закатывает глаза и подаёт мужу бумажный платок. – Ты такой чёрствый, – фыркает Хёнджин, принимая салфетку. – Да-да, как скажешь, – цокает Ли. – Ох, – обращает внимание на стрелки часов, – осталось пять минут до двенадцати! – восклицает Минхо и берёт в руки бутылку шампанского. – Давайте долью вам, – Ли заполняет всем бокалы, в которых красиво сияет игристое. – Пусть предстоящий год будет лучше предыдущего и принесёт нам только хорошее! – Минхо поднимает свой фужер, продолжая тост. – Желаю нам всем счастья и только счастья! Пусть всё плохое останется в старом году и никогда к нам больше не возвращается! Ура! – Ура! – хором повторяют остальные, также беря свои бокалы в руки. Из телевизора слышен звон Посингака , в который бьют ровно двенадцать раз, за ним раздаётся звон стекла. Атмосфера в комнате наполнена уютом и комфортом. Пережитые проблемы и невзгоды навсегда теряются где-то там, позади, больше не беспокоя их. Путь к такому счастью был тернистым, сложным, он принёс много шрамов, боли. Но шрамы затягиваются, боль проходит, а когда рядом есть те, кто искренне тебя любит, кто всегда будет рядом, то и пережить негативное получается легче. Для многих они так и останутся «неправильными», «ненормальными», но их давно перестало это волновать. Глупых людей, что зациклены в своей правоте, не исправить. Но в этом и нет нужды, ведь ценное для них – это только они сами. Они – самое правильное и настоящее. – Папы, – аккуратно зовёт родителей Чонин, обращая на себя их вопросительные взоры. – У нас для вас есть ещё кое-что. – Что ещё? – у Хёнджина замирает сердце. – Второй котёнок? – усмехается Минхо, медленно попивая из бокала. – Не совсем, – неловко улыбается Чонин, вводя родителей в лёгкий ступор. – Не томите, – Хван нервно ёрзает на стуле, предчувствуя что-то неладное. – Ну, мы с Ини кое-что долго-долго обсуждали и решили, что готовы, – уверенно и твёрдо заявляет Феликс. – К чему вы готовы? – Минхо сводит брови к переносице, делая очередной глоток. – К ребёнку, – Чонин озаряет их своей улыбкой. Минхо давится шампанским, что вылетает изо рта, начинает нервно кашлять. Хёнджин бьёт его по спине, округлив глаза от удивления от услышанного. – Что? – гладя супруга, спрашивает Хван. – Мы хотим взять ребёнка, – подробнее повторяет Феликс. – Мы уже были в одном детском доме, и нам приглянулся один малыш. Даже познакомились с ним, его зовут Донхун, ему три года. Нам осталось лишь оформить документы и решить все нюансы с опекой. Так что уже в скором времени вы станете дедушками. – Это… это неожиданно, – откашливаясь, хрипит Минхо. Затянувшееся молчание пугает Чонина и Феликса. Они хотели порадовать родителей, думая, что те будут прыгать до потолка от счастья, но получают только потерянные взгляды. – Мы… – Чонин думает объяснится, но его прерывают: – Невероятно, – еле шевеля губами, шепчет Минхо. – Это так невероятно. – Мальчики, мы так счастливы, – у Хёнджина всё-таки скатываются по щекам несколько слезинок. – Мы тоже. Мы шли к этому долгое время и решились. Я хочу быть таким же классным папой, как вы. Я так люблю вас и так сильно благодарен вам за всё, что вы делали для меня. Хочу, чтобы мой ребёнок тоже рос в семье, где его будут безгранично любить. Где он будет чувствовать себя самым нужным и ценным. Вы говорили мне столько важных слов, давали советы и вырастили меня хорошим человеком. И я доверю вам и своего ребёнка. Вы – самые главные люди в моей жизни, те, кто стал моим спасением. И я тоже хочу спасти кого-то, подарить тепло и уют. Мы с Ликси очень постараемся дать Донхуну всё то, что вы дали нам. И если ему не очень повезёт с родителями, то с дедушками наверняка! – Ини, – Хёнджин уже рыдает в голос, пока Минхо пытается сдержаться. – Я очень сильно люблю вас, моя неправильная семья.