Леди Очарование

— Самозванец… — Непрошенный… — Обманщик… Голоса ядовитым соком вливались в уши Дюпен-Чэн. Пускай все говорили не о ней, но всё равно хотелось порвать барабанные перепонки, чтобы не слышать этот змеиный шёпот. — Тот, кто добровольно признается не будет иметь плачевных последствий. Я, Габриель Агрест, гарантирую, что Пол под ногами Маринетт перестаёт существовать. Она мысленно падает вниз, разбивается на миллионы кусочков позора и наглости. У неё было предчувствие, что это может произойти, но чтоб настолько позорно… Да ещё и на глазах тысячи людей… — Кто-то проник на вечеринку без приглашения? Хах, разве неясно, что это дорогущее мероприятие и сюда просто так не зовут? Даю сто баксов на то, что это Хлоя… — посмеялась Аля, подтолкнув Маринетт за плечо. Но Маринетт не проронила ни звука. Она хотела умереть. От стыда. Прямо сейчас. — Простите… Простите меня… Краем глаза Маринетт видит ошарашенные глаза Али, Нино и ещё парочки друзей. Остальные выпученные глаза были девушке незнакомы. Аля и Нино недоумевают, в то время как синеволосая готова биться в истерике от горя. На душе у неё скреблись острые когти Нуара, желающие вырвать сердце и раздавить. — Маринетт… Зачем ты… — Нино, не сейчас. Даже я молчу. Последняя капля — и Маринетт убегает от навязчивой толпы шепчущихся. Последняя капля — и Маринетт в слезах бежит вниз по лестнице. Последняя капля — и Маринетт со всей силы врезается в кого-то. Последняя капля — и Маринетт уже готова сброситься с этой Эйфелевой башне ко всем чертям. — Простите, я не хотела… Простите… — плачет девушка и собирается нестись дальше, как вдруг её ловят за запястье. Подняв заплаканные глаза наверх, девушка видит Адриана. Только он стал в сто раз красивее и очаровательнее, чем обычно. Его потрясающий костюм грача будоражил с ног до головы, Маринетт была готова прыгнуть на парня и обнять крепко-крепко, как это принято в романтичных сериалах. Маска девушки выдавала себя полностью. А вот маска грача скрывала все эмоции, которые были на парне. — Это ты?.. Ох, я так хотела найти тебя… — всхипнула девушка и вытерла слёзы. — Мы можем поговорить? — О чём? И действительно — о чём Маринетт будет с ним разговаривать? О том, как он ужасно поступил, потому что выбрал не Маринетт? Или о том, как о девушке будут шептаться миллионы после сегодняшней вечеринки? Или о том, как всё-таки Маринетт надоело быть неудачницей? — О том, как… — девушка не находит слов, чтобы продолжить. — Не важно. Прости меня… Весь ужас ситуации происходит в тот момент, когда парень не оставляет попыток поговорить с девушкой и перегрождает собой путь. — Маринетт, что происходит? Зря он это спросил. Теперь весь водопад эмоций выльется мощнейшим потоком на Адриана. — Адриан, я не могу так больше жить… Я пошла на эту вечеринку только ради тебя. Я не могу поверить, что ты выбрал Кагами, а не меня… Мне грустно, а точнее отвратительно осознавать, что мы больше никогда не будем вместе. А ещё ужаснее то, что я мечтала о тебе все эти годы, а когда получила отказ, то не нахожу себе места… Везде и всюду я думаю только о тебе, и ни о ком больше. Само собой я понимаю, что это ненормально, но не могу остановиться! А сейчас все поняли, что я не должна быть на этой вечеринке, мне больно и мерзко, что ты всё это видел и слышал, стоя здесь внизу. Прости… Прости меня за это, Адриан… Девушка срывается на крик и чуть ли не спускается к ногам блондина, но её крепко держат за руки и не дают упасть. Дюпен-Чэн вновь смотрит на зелёные глаза парня и пытается не умереть от их прелести. Адриан не выражал никаких эмоций, а только мягко улыбнулся и погладил девушку по волосам. Это очень успокоило девушку, она постепенно затихла и перестала плакать. Только периодически всхлипывала. — Пожалуйста, скажи что-нибудь. Скажи, что ты об этом думаешь. Иначе я точно сделаю что-нибудь с собой… — опустила глаза девушка. Парень молчал. Это молчание убивало Маринетт сильнее всего. После того, что она ему наговорила, она боялась потерять Адриана полностью. Навсегда. Бесследно. А эта тишина как будто усиливала мысли Маринетт, будто эта тишина затягивала синеволосую на самое дно этого жестокого мира. — Маринет… Девушка вздрогнула от голоса парня. Сейчас было ощущение, будто она стояла в суде, ожидая смертного приговора. Он бережно взял руки Маринетт в свои и продолжил: — Я рад, что ты смогла рассказать об этом. Мне очень жаль, но… Дюпен-Чэн поняла, что её ждёт разрыв отношений. Всех тех долгих лет отношений, что были с ним в школе, дома, на улице, в его доме и так далее. И никакие Али и Нино не смогли удержать их дружбу, потому что глупая Маринетт опять всё испортила, уничтожила одним своим присутствием в этой жизни. Но последнее слово было за Агрестом. Голубые глаза внимательно ждали оглашения приговора. И он был озвучен: — Я не Адриан.