Часть 2
14 сентября 2023 г., 18:53
Самолет из Бангкока в аэропорт Сеула зашел на посадку, едва небо окрасилось в розовый лучами рассветного солнца. Соль Ин допила второй стаканчик кофе в машине и поспешила в зону ожидания прилетающих, которые уже начали выходить, когда девушка вошла в здание.
Привстав на цыпочки, она искала взглядом друга, сгорая от чувства приятного предвкушения, и, когда наконец-то заметила знакомый силуэт, улыбнулась, прикусив от волнения нижнюю губу. Чонгук был одет совершенно не так как другие пассажиры: в широкой гавайской рубашке с большими розовыми цветами, пляжных шортах и шлепках-вьетнамках, а на голове красовалась черная панама с эмблемой какой-то музыкальной группы, скрывающая крашеные бордовые волосы. Девушка была приятно удивлена: загорелый, подкаченный, с серьезным мужественным лицом, он не был похож на того молодого парнишку, которого она три года вместе с Лалисой провожала в чужую страну, где он намеревался строить свой собственный бизнес, о котором до сих пор ничего толком не рассказывал. Когда он наконец-то заметил Соль Ин, расплылся в широкой яркой улыбке, и девушка, ответив встречной, сорвалась с места, чтобы поскорее обнять друга, которого не видела уже три года. Она обняла его за шею, забросив ноги на крепкую талию, словно маленькая обезьянка, а Чон даже не почувствовал веса и закружил ее по всему залу, сцепив руки на талии.
— Как же я по тебе скучал, нуна, — выдохнул он в ее шею, оставив на щеке теплый короткий поцелуй, после чего начал рассматривать ее изменившееся за годы лицо. — Ты с каждым днем становишься только красивее.
— Жуткий льстец, — она ткнула его кулаком в плечо, искренне рассмеявшись. — Как долетел?
— Проспал всю дорогу, — Чонгук подхватил ее под руку и вместе они направились к выходу из аэропорта, не заметив любопытные взгляды некоторых пассажиров, подумавших, что так бурно могли встретиться лишь пара влюбленных.
— Я отвезу тебя к родителям, но перед этим заедем в больницу? — предупредила подруга и взглянула на Чона на секунду, выезжая с парковки аэропорта. — Нужно забрать результаты томографии.
— Что-то серьезное? — вопрос прозвучал взволнованно.
— Нет, что ты, стандартная медицинская проверка, — соврала Соль, отметив, что интонация парня заставила ее саму усомниться в собственных словах. — Не забивай голову, лучше расскажи, как твои дела. Раскроешь секрет, чем ты занимался столько лет в Таиланде?
— Обещай, что не будешь смеяться, — девушка с прищуром посмотрела на Чонгука, пока они ждали зеленого света светофора. — У меня там маленький бизнес по выращиванию водорослей.
Соль присвистнула, ожидая услышать что-то о барном бизнесе или ночном клубе, доме развлечений и плотских утех, на крайний случай, но такой вид деятельности ее даже слегка поразил. Она начала сыпать вопросами, выуживая всю информацию подробно, не переставая удивляться необычной работе друга. Чонгук с улыбкой и плохо скрываемой гордостью рассказывал о небольшой плантации неизвестного Соль растения под названием Уми будо и спирулины, которую она пробовала лишь однажды, обозвав ее зелеными соплями, о чем тут же поведала другу, получив в ответ заливистый смех молодого бизнесмена. В ожидании очередного зеленого сигнала, он показывал фото своей маленькой фермы, как он сам ее назвал, работников, трудившихся за сбором урожая, а так же океана, которого Соль никогда не видела вживую. Шум нежных бирюзовых волн на новом видео, заставило сердце девушки дрогнуть.
— Как бы я хотела пройтись там в белом летящем платье, чтобы песчинки щекотали ноги, а волосы развевал ветер, — представив, как она загадочно и красиво вышагивает по пляжу, девушка тяжело вздохнула, необычно сильно сжав руль. — Я уже и забыла, что такое отпуск.
— Поехали со мной после свадьбы? — беззаботно предложил друг, спрятав телефон в карман шорт. — Отдохнешь, выспишься, искупаешься в океане. По вечерам я буду угощать тебя коктейлями из кокосов, — парень улыбнулся, но сник, увидев помрачневшее лицо подруги. — Что случилось?
— Черт, твое предложение такое заманчивое, — честно призналась Соль. — Но у меня столько работы, я только недавно устроилась, поэтому даже пары дней выходных выбить не получится. К тому же мама пытается устроить мне стажировку где-то в Америке, сам понимаешь, ей не откажешь.
Чонгук хмыкнул, не без раздражения вспомнив мать Соль Ин и Хёншика. Если бы он мог себе позволить произнести это вслух, то без зазрения совести назвал бы ее сумасшедшей мамашей-карьеристкой, которая дальше своей собственной работы в политике и бесконечного сования носа в дела детей не видела ничего. Об этом в компании друзей было принято молчать, но иногда Хёншик взрывался и гневно рассказывал, как мать в очередной раз не давала ему сделать собственный шаг сначала в выборе университета, затем выборе работы. Последние два года он жил в Вашингтоне, работая юристом в адвокатской конторе, куда, воспользовавшись связями, мать устроила его, конечно же не учтя его собственных желаний. Соль повезло, что ее собственное видение будущей карьеры почти совпало с материнским, но направление педиатрии ей все же выбрать не позволили, сославшись на то, что хирургия более презентабельное место, которое принесет и деньги, и славу в медицинском сообществе. Девушке было плевать на славу и баснословные гонорары, о которых так мечтала мама, она всего лишь хотела помогать детям справляться с теми бедами, через которые они проходили и которых совсем не заслужили, но возразить деспотичной матери побоялась. О чем жалела не единожды.
Разговор на время застыл, каждый задумался о своем, но, к счастью, они уже подъехали к больнице, что позволило избежать неловкого продолжения темы. Соль припарковалась на территории для сотрудников и пригласила Чонгука с собой, чтобы он подождал в зале регистрации. Он, конечно же согласился, проследовав за девушкой, после чего развалился в массажном кресле, которое требовало монетку за 15 минут приятных вибраций.
Соль, ускорившись, направилась в кабинет доктора Чхве — главного нейрохирурга, к которому зачем-то попросил зайти коллега, отправивший короткое сообщение на телефон, когда друзья уже подъезжали к медицинскому учреждению. От плохого предчувствия всю дорогу сосало под ложечкой, но девушка отбрасывала тревожные мысли.
Подойдя к кабинету, она собралась постучать, когда дверь резко распахнулась, и в нее влетел медбрат, из рук которого во все стороны разлетелись снимки пациентов. Он охнул и, сбивчиво извиняясь, начал собирать синие результаты анализов с пола, девушка помогла поднять пару из них, когда в проеме появился раздраженный и ворчащий врач, готовившийся растерзать неуклюжего сотрудника, но увидев молодую коллегу, промолчал, мрачно сдвинув черные широкие брови к переносице. Мужчина жестом пригласил в свой кабинет, напоследок бросив испепеляющий взгляд в спину удаляющегося медбрата. Девушка неуверенно поздоровалась и присела в предложенное кресло напротив стола доктора Чхве. В комнате ненадолго воцарилось молчание и только колеблющийся маятник Ньютона нарушал тяжелую тишину. Мужчина присел в свое кресло и взял в руки снимок, в углу которого было написано имя Соль.
— Хотел бы я порадовать вас хорошими новостями, Соль Ин, но, боюсь, что мне пришлось бы соврать, — мрачно начал врач, протягивая в руки обомлевшей коллеги снимок, на котором во всех ракурсах был изображен головной мозг девушки. — МРТ выявил опухоль коры левого полушария, — от услышанного Соль сжала трясущимися руками снимок, широкими глазами уставившись на врача. Он вздохнул и продолжил. — По предварительному заключению — это олигодендроглиома.Это вид опухоли…
— Я знаю, что это такое! — резко ответила девушка, чувствуя, как в висках начинает пульсировать от поднимающегося давления. — Что нужно делать?
— Ну, для начала стоит сдать еще некоторые анализы, — мужчина согнулся через стол и не без усилий вытянул снимок из рук коллеги, которая начала нервно сжимать подлокотники. — При самых благоприятных прогнозах, через неделю мы сможем сделать операцию. После чего последует курс химиотерапии.
От услышанного выбило воздух из легких. Доктор Чхве наблюдал за девушкой, ожидая слез и истерики, но она продолжала сидеть как каменное изваяние, лишь бегающие глаза нервно оглядывали кабинет, словно она боялась встретиться взглядом с врачом. Она судорожно вспоминала лекции по нейрохирургии, где говорилось о олигоденроглиоме. Но мысли путались. Единственное, что крутилось в голове, это статистика о том, что при таком виде опухоли выживает лишь треть пациентов.
— Что ж, — неожиданно Соль встала с места, чувствуя, как ноги перестают слушаться. — Дайте мне список процедур. Я постараюсь сделать все в ближайшие дни. Операцией будете заниматься вы?
— Скорее всего… — растерялся мужчина, не ожидая такой выдержки от своей будущей пациентки, и протянул больничный лист в огромным списком предстоящих анализов.
— Хорошо, — она схватила листок и быстрыми шагами направилась к двери, уже не слыша то, что еще хотел сказать доктор Чхве.
Захлопнув за собой дверь кабинета, она судорожно выдохнула и, наконец-то ощутив слабость в ногах, спиной скатилась по белой поверхности. Проходящая мимо медсестра ринулась на помощь, но, не дав к себе прикоснуться, Соль Ин вскочила с места и поспешила убежать как можно дальше от страшного места своего приговора. Чонгук продолжал лежать в кресле с закрытыми глазами, когда примчалась подруга и, схватив, его за руку, буквально вырвала его с насиженного места.
— Боже мой, Соль! Что случилось? — он затормозил ее на полпути, с тревогой вглядываясь в лицо девушки.
— О чем ты? — явно переигрывая, воскликнула девушка, заставив Чона недоверчиво сощуриться. — Все хорошо, дурачок, ты чего так разволновался? — она улыбнулась, от чего парень слегка расслабился. — МРТ показало, что все хорошо. Поехали, я увезу тебя к твоим.
Не дожидаясь друга, Соль вышла из здания больницы, направившись в сторону машины, заметив, с каким титаническим усилием ей далась эта улыбка. Но, похоже, Чонгук поверил в нее, следом сев в машину, не задав больше ни одного вопроса.
***
На званный ужин для друзей в честь помолвки Соль с трудом заставила себя собраться и приехать. Выкурив три сигареты вместо завещанной одной, она весь оставшийся день искала в интернете картину своей болезни, искала более радужную статистику вместо той, что слышала во время обучения, читала страшные реальные истории о том, какой кошмар проходят люди при назначенном курсе химиотерапии. На глаза то и дело попадались фото молодых людей без волос, худых, изможденных, от чего под кожу забирались острые иголки страха и паники. Просидев не менее четырех часов за ноутбуком, Соль смогла оторвать себя от монитора только тогда, когда глаза начали неистово болеть, перерастая в очередную головную боль. Закинувшись горстью обезболивающих, она прилегла на диван, проснувшись только в тот момент, когда телефон начал вибрировать от входящего звонка брата. Посмотрев на светящееся фото родственника на экране, она сбросила вызов и отправилась на сборы в ресторан. Приехав к нужному заведению, она несколько минут сидела в машине, никак не находя в себе силы натянуть улыбку, чтобы не дать друзьям лишний повод для волнения. Только когда пришло очередное смс от Лалисы, Соль выбралась из машины и, поправив черное платье, которое теперь почему-то ассоциировалось с трауром, зашла в ресторан в тот момент, когда под трепетный поцелуй Лисы с Тэхёном люди подняли бокалы с шампанским. Именно в этот момент от вида счастливых друзей внутри Соль Ин что-то сломалось. Она неловко замерла, почувствовав, как по щекам скатились первые за день слезы. Чонгук, ждавший появления подруги, едва не выронил из рук пустой бокал, когда заметил в глазах Соль неистовый ужас, заставивший волосы на затылке зашевелиться. Он быстрыми шагами прошел через весь зал и, не сказав ни слова, обнял трясущуюся девушку, позволив ей спрятать слезы в ткани своего пиджака. — У меня обнаружили опухоль мозга... — прошептала девушка, крепко схватившись за спину Чона. Наконец-то весь кошмар, вся боль, находившиеся под грудной клеткой весь день, вырвались наружу. Соль Ин рыдала и выла, пока в зале играла музыка и никто ее не слышал, цеплялась за пиджак Чонгука, как за спасательный круг, но осознание собственного диагноза тянуло за шею ко дну. Он ничего не говорил, лишь гладил девушку по волосам, чувствуя, как его собственное тело дрожит от ужаса.
