Самый-самый

Дин никогда не был САМЫМ. Так уж сложилось. Красавчик, но не красавец - он грешил на веснушки и не слишком-то прямые ноги. С отличным чувством юмора, но до приколиста Габриэля ему было далеко. Дин неплохо учился. Но его никогда не ставили в пример другим, ни то что младшего брата. Мелкий был настоящим гением. Дин встречался со многими: девушками и парнями, но до славы главного ловеласа в школе было как до Китая. Поэтому, именно поэтому (так он решил для себя), когда Кастиэль Милтон назвал его самым-самым Дин упал в объятия лучшего друга с радостью и не особо задумываясь о последствиях. А последствия наступили незамедлительно. Уже на следующее утро. Они не занимаются сексом. Ничего такого. Не то чтобы Дин не хотел. Хотел, и даже очень. Но это же был Кас. Вместо этого они устанавливают палатку. Небольшую детскую палатку, смутно напоминающую индейский вигвам. Прямо в центре комнаты Каса, отодвинув его кровать к стене. Кас копается в елочных гирляндах, пытаясь распутать провода. Дин просовывает за полог вигвама удлинитель. Одеяло Каса и два пледа, позаимствованных из гостиной, аккуратно сложены на полу, образуя мягкий настил. Кас распихивает подушки по кругу, устраиваясь в центре. Дин сидит рядом, сложив ноги по-турецки, упираясь головой в покатую крышу вигвама. - Ты должен лечь. - Тут мало места, приятель, - Дин втягивает голову в плечи, потому что наэлектризованные трением волосы стоят торчком. И если бы только они. - Пожалуйста, Дин, - просит Кас, немного сдвигаясь в сторону. Дин медлит всего секунду, прежде чем устроится рядом. Они лежат на спине, плотно притиснувшись друг к другу. Их ноги согнуты в коленях, и это единственный способ поместиться в палатке целиком. Кас удовлетворенно сопит, шаря рукой где-то за головой Дина. - Что ты там ищешь? - Ну, пожалуйста, Дин! - Ладно, чувак, как скажешь, - примирительно вздыхает Дин. Пальцы Каса скользят по его затылку. И вдруг… с тихим щелчком в палатке зажигаются огоньки. Темный тесный вигвам в одно мгновение превращается в сказку. Один из плохо закрепленных проводов, открепившись, опасно покачивается над их лицами. Крошечные точки светодиодных гирлянд соревнуются с разноцветными леденцами цветных лампочек. Дин поворачивает голову направо, наблюдая как по лицу Каса скользят радужные пятнышки света. - Привет, - одними губами шепчет Дин, и смотрит так, будто видит его впервые. - Привет, - улыбается Кас. Дину хочется признаться ему в любви, сейчас же, пообещав весь мир и себя в придачу, на веки вечные. - Ты самый… самый, - от волнения у Каса дрожит голос. Дину отчаянно хочется прервать этот взволнованный лепет и хочется слышать его. - Люблю тебя, - произносит он четко, не отрывая взгляда от сияющих глаз напротив. – Я люблю тебя, Кастиэль Милтон. Кас порывисто выдыхает. На лице облегчение. «Всё сказано, - думает Дин. – Сказано достаточно, чтобы быть вместе». Утром он представит Каса друзьям в качестве своего парня.