Вспомни, кто есть ты.

- Султанша прилегла отдохнуть в обед и заснула. Вечером она почувствовала себя плохо... Мы позвали лекаря, но она ничем не смогла помочь... - Что же это за лекарь, который не может вылечить султаншу?! - в гневе кричу на служанок, которые от страха прижались к стене. И зачем я кричу? Это же ничего не изменит, но мое нутро разрывается. - Выйдите все. Хатун вышли, тихонько закрыв за собой дверь. Я сажусь поближе к Хюррем, и беру ее за руку. Она лежит неподвижно, почти не реагируя на происходящее. Я боюсь за нее... Боюсь, что могу ее потерять... Головная боль не может быть причиной столь плохого состояния, значит, проблема не только в этом... Осторожно встав с кровати, осматриваю ее комнату и близлежащие предметы, надеясь найти что - нибудь подозрительное. Но безрезультатно... Никаких флаконов, кувшинов или того, что могло бы вызвать хоть малейшее сомнение я не нашел... Стук в дверь. - Войди! В покои вошел Яхъя. Я был рад его видеть, ведь он обязательно поможет. Вкратце объяснив ему ситуацию, отхожу немного в сторону, наблюдая, как он осматривает больную. Достав из сундучка какой - то препарат, Яхъя наливает на ложку немного лекарства, а затем, силой приоткрыв Хюррем рот, вливает ей лекарство. Мне не терпится услышать его вердикт - сердце так и колотится. Я хочу услышать только одну фразу - "Ничего страшного, завтра султанша поправится", но вместо этого вижу лицо Яхъи... Он подошел ко мне и, по тому, как он не осмеливается посмотреть мне в глаза, уже знаю, что диагноз будет неутешительным. - Повелитель, султанша... - он на мгновение замолчал. Не вытерпев, я приказал ему говорить, как есть. - Причину ее тяжелого состояния мне не удалось выяснить... Но я дал сильное лекарство, благодаря нему она скоро очнется, а дальше... Дальше я обследую ее еще раз... - Как думаешь, что это может быть? - Самое худшее, это неизвестность. Если бы был определенный недуг, мне было бы легче, я бы знал, что с ним можно справиться. - Температура, сильная слабость, сыпь, отечность... Я не встречался прежде ни с чем подобным... Яд действует несколько иначе... Врядли, это заразно... Да какая разница?! Даже если заразно, я не оставлю Хюррем ни на минуту! Кто может сомневаться в обратном? - Когда она придет в себя? - Как подействует лекарство... Может, завтра, а может, через неделю... - Спасибо, Яхъя. - из любезности я поблагодарил его, хотя, благодарить, в общем, не за что. - Ты можешь идти. Я не сомкнул глаз этой ночью... Сидя рядом с Хюррем, я молился, чтобы произошло чудо, и она выжила. Но ничего не изменилось... Рано утром прозвучал Азан. Собравшись на молитву, я приказал служанкам не отходить от Хюррем. Я шел в мечеть, а вокруг меня приветствовала толпа народа... Мои сыновья, Мехмет, Селим и Баязид, шли позади, не отставая. Мне было абсолютно все равно на всех - хотелось кричать от внезапно охватившего бессилия, но я сохранял достоинство и взглядом приветствовал каждого жителя. Молитва для меня была тогда скорее обязанностью, нежели желанием поблагодарить Всевышнего, за все, что имею. Мне ничего не хотелось, кроме одного - спасения для моей Хюррем.