Вспомни, кто есть ты.

Вернувшись в свои покои, я приказал служанкам выйти. Наклонившись, я поцеловал Хюррем в лоб. Она горела... Температура вновь поднялась. Мне не оставалось ничего другого, как позвать лекаря, хоть и знал, что бесполезно. Но все же маленькое чудо произошло - температура начала постепенно спадать. Первое чувство радости мгновенно растаяло, когда я понял, что она периодически поднималась и спадала, больше ничего не менялось. Говорят, люди в коме все слышат и чувствуют... Наверное, Хюррем чувствовала мои переживания... Я передал государственные дела Лютфи Паше и посвятил все дни только ей. Утром я ходил в мечеть, молился, но Аллах меня не слышал... Вечером я молча сидел рядом, вспоминая пережитое. Так прошла неделя... Мой организм не выдерживал, требуя сна. Я немного вздремнул, а когда проснулся, было уже утро. Поцеловав султаншу, собирался идти в мечеть, но услышал шорох. Обернувшись, я подошел к ней... Она очнулась... От радости я перестал дышать, слезы наворачивались на глазах... - Хюррем... - первое, что я сказал, осознав ситуацию. Она приподнялась и окинула взглядом комнату, в которой находилась. - Где я? Ее вопрос вогнал меня в ступор. Стараясь не показывать удивления, я объяснил, что она находится в моих покоях. Немного помолчав, она спросила, кто я... Я не мог поверить собственным ушам! Вся радость, все ощущения исчезли, остались только волнение, страх, досада. Впервые за долгие годы мне хотелось плакать навзрыд, когда я понял, что она не помнит меня. Я хотел погладить ее по щеке, и уже протянул руку, но отпрянула от меня. В ее глазах был сильный испуг. - Я - Султан Сулейман. А ты помнишь, кто ты? Она покачала головой в знак отрицания. Я прикусил губу, так сильно, что пошла кровь. Набрав полную грудь воздуха, на одном дыхании я вкратце рассказал ей всю ее биографию - как попала во дворец, как стала моей женой. Она не помнила даже наших детей... - Стража! - услышав мой зов, стражник мгновенно появился. - Срочно позовите Яхъю Эфенди. Сообщите, что Хюррем Султан пришла в себя. Яхъя пришел очень быстро. Войдя в мои покои, он поклонился, поздравив меня и султаншу с выздоровлением. В моих глазах не было ни малейшей искорки долгожданной радости - только разочарование, боль, гнев. Яхъя, не придав значения выражению моего лица, принялся расспрашивать Хюррем о самочувствии. Я вышел из покоев, не в силах слышать, что она не помнит всего, что мы пережили... Спустя несколько минут ко мне подошел Яхъя. По его изумленному виду я понял, что и он был в шоке. - Повелитель, примите мои соболезнования... Аллах послал Вам много страданий, но Вы должны держаться. - Будь он моим братом, я не сомневаюсь, он бы положил мне на плечо свою руку в знак поддержки. - Чем я заслужил такое горе, Яхъя? Что я сделал? - Султанше тоже сейчас нелегко. Она не может вспомнить, и будет мучиться. Вы должны собрать всю волю в кулак и быть рядом, как бы тяжело вам обоим не было, иначе никому легче не станет. - Она не помнит никого и ничего! Как такое возможно?! Что с ней сделали? - Повелитель, она вспомнит, нужно время. - Дай совет, Яхъя... Я не знаю, что мне делать... - досада, разочарование переполняли меня, разрывая мою душу на части. На секунду мне показалось, что такой жестокости не может произойти в реальности, что это просто дурной сон! - Вам нужно воссоздать атмосферу тепла, любви и заботы, в которой вы оба находились. Насколько я знаю, вы часто бывали в Эдирне, так почему бы не поехать на место, которое кишит воспоминаниями? Гуляйте с ней, разговаривайте, как можно больше, и никогда не вспоминайте плохого. Я внимательно слушал его и во мне вновь поселилась надежда. Мне стало немного легче. Вернувшись в комнату, я сел рядом и сжал ее руку. Она смотрела на меня все так же испуганно... Первая задача, которая передо мной стояла - рассеять этот страх. - Теперь ты вспомнила мое имя? - очень мягким тоном спрашиваю ее. Она не должна чувствовать и доли моих переживаний. - Кажется, Соломон... Нет, Мулейман... Не помню.. - Сулейман. - поправил я ее. А ты - Хасеки Хюррем Султан, моя законная жена. - сделав небольшую паузу, я уточнил - Любимая законная жена. - Вы - султан, я поняла. Забавно... Она обращается ко мне на "Вы". Непривычно и даже больно слышать это. - Не бойся меня. Я не причиню тебе вреда. Я лишь хочу помочь тебе вспомнить, кто есть ты. Не дождавшись ответа, я нежно поцеловал ее руку. Она уже не пыталась от меня отстраниться, что не могло не радовать. - Знаешь, неделю назад мне сообщили, что моей жене ни с того, ни с сего, стало плохо. Бросив все дела, я сидел возле нее и молился, чтобы она выздоровела, но все безрезультатно. А, когда, вдруг, она пришла в себя, то не помнила ни меня, ни своих детей. Теперь я даже дотронуться до нее не могу - боюсь напугать. Я загнан в тупик, и не знаю, что мне делать. - я стиснул зубы, изо всех сил стараясь сдержать плотину слез, которая вот - вот прорвется. - Кто мне поможет? Что мне сделать, чтобы она все вспомнила? Друг посоветовал мне отвезти ее туда, где нам было хорошо. Как думаешь, она согласится, или нет? - говорю с иронией, ибо, когда тебя разрывает от боли, ничего другого не остается, кроме как улыбнуться беде. - Если она хочет вспомнить свою жизнь, избавиться от внутренней пустоты, то да. - А она хочет?.. - Хочет. Я приблизился к ней, мне хотелось обнять ее, но я так боялся испугать ее, словно она бабочка на цветке, и при малейшем неловком движении, улетит.