Архив Шерлока — обычные дела

      Как-то вечером четверга мы с моим соседом развалились в креслах у камина.       — Смотрите, что творится... — я показал Шерлоку газетную статью. — В ту среду ограбили дом, лишив сознания хозяйку...       — Ватсон, — протянул мой собеседник — неужели Вы во мне сомневаетесь и думаете, будто я не слышал новостей недельной давности?       — Да? В какой же это газете Вы это прочитали? Я вижу это впервые.       — В старой доброй Дейли Мейл, где же ещё?       Последовало долгое молчание.       — Ватсон, — внезапно прервал тишину Холмс, закуривая трубку — я буду рад сообщить вам одну новость.       — Я Вас внимательно слушаю.       Если уж он рад что-то сообщить, то новость либо очень хорошая, либо очень плохая.       — Нам поступило новое письмо с просьбой предоставить наши услуги. Дело меня не очень заинтересовало, но расследования оно стоит. Вы тут, боюсь большой роли не сыграете.       С ледяным выражением лица он протянул мне немного помятый лист с криво нацарапанным текстом. Содержимое гласило:       «Уважаемый мистер Шерлок Холмс,       прошу Вас помочь мне в ситуации, описанной ниже, сейчас я просто не нахожу себе места.       Вот уже несколько недель я замечаю, что моя жена ведёт себядовольно странно. Один раз, в эту среду, я застал её за странным исключением из образа жизни: она сидела во втором часу ночи за пустым листом. Когда я спросил, что происходит, она впалав истерику и начала умолять ≪простить её за такие мысли≫. Я, конечно же, первым делом, подумал про то, что она намерена совершить убийство. Но дело в том, что она крайне редко выходит в свет, настолько она необщительна, друзей, а тем более врагов у неё нет, или не было последние семь лет, сколько мы знакомы. А у нас очень хорошие отношения. Наследства у меня нет, всё без исключения, как и полагается, перешло моему старшему брату, следственно, меня убивать смысла нет. Это навело меня на мысль, будто она желает совершить самоубийство, тогда листок объясняет наиболее популярную роль — роль предсмертной записки. Она выглядит всё страшнее, но сказать я ей ничего не решаюсь. То ли я слаб духом, что не могу поговорить с женщиной, то ли она действительно ужасающе выглядит.       Мало того, она стала меньше есть есть, спать, мучается от периодического лёгкого бреда, выглядит куда хуже, чем шесть дней назад. Началось всё это в прошлую среду. Я собирался обращаться в психиатрическую больницу, однако тогда её непремнно заберут, но мой знакомый посоветовал написать вам, тогда останется шанс найти хотя бы причину этого явления и укрепить надежду на то, что она может остаться со мной.

С почтением, Томас Бедригтон»

      — Гм… И что Вы собираетесь предпринять, Холмс?       — В ответном письме я предложил ему встречу. Вы ведь будете здесь завтра около трёх?       Последовал утвердительный ответ. Дело явно не произвело особого впечатления на моего соседа. Видимо, к тому моменту у него осталось не так много версий, или только одна. Тем не менее, её нужно подтвердить.