Архив Шерлока — обычные дела

      От чтения занимательной газеты меня оторвал стук в дверь.       — Да-да, входите.       В комнату вошла миссис Хадсон с визитной карточкой на подносе. Внезапно дверь из комнаты Холмса открылась. В дверном проёме стоял сам детектив.       — Итак, миссис Хадсон, кто у нас тут?       — Некий Томас Бадрингтон.       — Отлично. Просто прекрасно. Пускай войдёт. Спасибо.       Кивнув, миссис Хадсон удалилась.       В комнату вошёл рослый молодой человек крепкого телосложения. На вид лет двадцати пяти. Одет он был вполне прилично, позолоченная цепочка карманных часов, сверкая, выбивалась из чёрно-белого образа, заостряя на себе внимание. Я, честно сказать, не понял, бесвкусно это, или же это изюминка его наряда. Он был очень взволнован, даже раскраснелся. То ли сильно бежал, то ли и вправду места себе не находит. Дыхание ровное, значит, второе.       Холмс задал несколько стандартных вопросов, но я, как наблюдатель, подметил только этот фрагмент:       — Полагаю, мне нужно побывать на месте преступления. Есть ли возможность увидеть Вашу жену позже? Думаю, поговорить с ней не помешает.       — Ох… Боюсь, она не в состоянии вести связный диалог. Но свидеться Вы сможете.       — Выходит, она в полубредовом состоянии? — Эта деталь явно заинтересовала Холмса, но сэр Бадрингтон, не имея опыта общения с Шерлоком, не придал этому значения.       — Да, выходит, так. Она не может сразу ответить, я переспрашиваю дважды. Бывает, пробормочет какую-то чепуху… И постоянно один и тот же слог: сами слова я не могу разделить, но говорит она одно и то же.       — Мм-даа-м… — промычал Холмс.       — Вам это что-то даёт, сэр?       Я не смог сдержать улыбку после этого вопроса.       — Уважаемый мистер Бадрингтон, в одном деле ключевую мысль ему дала царапина на чайной чашке!       — Гм… Это была не совсем царапина…       — Я разницы не вижу, что царапина, что…       — А… Простите? — мистер Бадрингтон окончательно запутался в наших быстрых перекличках.       — Да, было дело. Убийца оказался левшой, но только один подозреваемый мешал чай против часовой стрелки. — пояснил Холмс — Как сказать, не совсем подозреваемый, но…       — Холмс, лучше вернитесь к размышлениям о миссис Бадрингтон. Он любит подогревать интерес к его персоне, сэр.       — И правда, я отвлёкся. Итак… Мне необходимо поговорить с ней. А Вы, Ватсон, не появляйтесь даже в сотне ярдов, ни в коем случае!       — Позвольте поинтересоваться, почему?       — Позже узнаете. Вы, я заметил, прослушали, витая в облаках, описание миссис Лизз Бадрингтон?       — Её зовут Лизз? Я запишу…       — Так я и думал. Главное, что бы она не подозревала о Вашем существовании. Что ж, на этом, полагаю, стоит закончить, не то в голове моего дорогого друга настанет окончательный хаос. У Вас есть часы, мистер Бадрингтон? Не подскажите ли, который сейчас час, а то мои в ремонте, а Ватсон по рассеянности оставил на первом этаже.       Сэр Томас достал карманные часы и назвал время. Холмс пристально вгляделся в крышку этих самых часов.       — Благодарю, сэр. Вы свободны.       Когда Томас Бадрингтон вышел из комнаты, детектив уселся в более удобную позу и неожиданно заявил:       — От этих клиентов спина болит только больше.       — Вы уже уцепились за нить истины и собираетесь её испытать, как я вижу?       — Старый добрый Ватсон знает меня как я знаю его. Вы меня изучили, скрывать нечего. Я и вправду задумал засаду. В свой план посвящать Вас смысла нет, Вы тут, увы, понадобитесь только в крайнем случае.       — Негоже рассказывать сюжет актёру после начала представления. Впрочем, это в вашем стиле.