Черно-белая любовь

Ди закинул рюкзак с вещами в шкаф и затолкал его поглубже. Хотелось не только скрыть улики, чтобы их случайно не нашла Лиф, но и убрать с глаз долой прямое доказательство своей паранои и предательства по отношению к любимой девушке. Он захлопнул шкаф и, нервно одергивая полы рубашки, помчался к Лиф: время их встречи приближалось, и ему не хотелось добавлять ко всем предыдущим своим оплошностям за сегодня ещё и опаздания, которые он крайне не любил. ‎ ‎Большими и торопливыми шагами преодолевая последние оставшиеся метры до входной двери любимой, Ди в который раз прокручивал в голове, что он будет говорить. Как будет приносить свои извинения в зависимости от того, как она сама будет себя вести. Подойдя к дому, сглотнул подкативший к горлу ком и нервно постучал. Минута, которую пришлось простоять под дверью, казалась вечностью, кровь бешено стучала в висках и обдавала жаром лицо. Ди понимал, что его кожа в данном случае — его враг, он уже давно не краснел в присутствии любимой девушки, и если сейчас она увидит его с алыми щеками, она точно что-то заподозрит. Потому нужно выдохнуть и постараться максимально успокоиться. ‎ ‎Лиф встретила его на пороге своего дома, как всегда невероятно красивая; даже в простой домашней одежде чувствовался её стиль, который так ему нравился. Сегодня она выбрала клетчатую короткую юбку и топик на тонких бретельках, он залюбовался ей так, что застыл на несколько мгновений на пороге. Девушка, казалось, не заметила его ступор и пригласила внутрь. ‎ ‎Он отметил про себя, что Лиф при этом была на удивление мало эмоциональна, что было совершенно не похоже на вечно искрящуюся чувствами девушку. Эта необычность поведения очень насторожила парня и заставила напрячься — а вдруг она всё знает, и её поведение такого потому, что она обиделась. Или хочет расстаться с ним. ‎ ‎ Он всю дорогу до её дома накручивал себя всевозможными вариантами того, как она может повести себя, узнав о его слежке. А теперь, когда увидел её такую холодную и безэмоциональную, самые страшные сценарии вновь пронеслись в мозгу бешеным стадом, сминая жёсткими копытами страха остатки его спокойствия. Липкий пот поступил на спине, а руки предательски задрожали. Она точно всё знает и бросит его. И поделом, он не достоин такой девушки, как она. Но он сделает всё, чтобы быть достойным, чтоб она только любила его. Продолжала любить. ‎ ‎Погруженный в свои мысли, он следом за любимой прошёл знакомым маршрутом в её комнату. Звуки шагов были их спутниками, и лишь они разрезали густую и склизкую тишину, повисшую в воздухе. Ди ощущал себя преступником, преодолевающим свои последние метры в жизни перед эшафотом, где его постигнет заслуженная кара за его страшные грехи. Ноги перестали его слушаться, и переставлять их удавалось, прикладывая неимоверные усилия. Ему срочно нужно было что-то придумать, как-то решить эту ситуацию, он не мог потерять её — самую лучшую девушку на свете. Как на зло, в голову лезла только всякая ерунда, спонтанные и быстрые решения в критический момент не были его сильной стороной. Планирование. Последовательное выстраивание шагов, хоть на пол года вперёд — это да, но в критических ситуациях он паниковал. Благо, такие ситуации случались крайне редко. А сейчас Ди смотрел на неё, такую красивую, любимую, нужную и такую желанную. ‎ ‎Мозг окончательно перестал даже пытаться выдать хоть какой-то конструктив, и он впился ей в губы таким страстным и напористым поцелуем, что девушка от неожиданности пошатнулась, и наверняка упала бы, если бы он не придержал её за талию и не прижал к двери спальни, под которой она на полу всего пару часов назад сидела в полнейшем унынии. ‎ ‎Он целовал и целовал её, отрываясь от губ, чтобы обдать горячим жаром шею, ключицы, и возвращался обратно, вновь начинал терзать губы, едва давая ей коротко выдохнуть перед новой дозой поцелуев. Он старался надолго не оставлять её губы пустовать, чтобы она не сказала ничего, что может закончить их отношения. ‎ ‎Лиф тихо постанывала, но казалась напряжённой и будто одеревеневшей под его напористыми действиями.