Любовь и монстры

«Хэн Индао, работница пекинского филиала Фонда и непосредственная начальница Шэнь Юаня, более известная под странным прозвищем Система, была неоднозначной личностью. Некоторые поговаривали, что та была «Архонтом» — аномалией, которую Фонд решил не ставить на содержание и завербовал в свои ряды. Некоторые брали выше и утверждали, что Система не меньше чем «Аполлион», то есть аномалия настолько могущественная, что Фонд при всём желании не смог бы её удержать. И тогда, конечно, ей приписывали и умение предсказывать будущее, и даже моделировать реальность… Но это были всего лишь пустые сплетни, которые с ухмылкой пересказывали новичкам, не веря в них ни на грамм. Что же оставалось, ко всеобщему сожалению, фактом железобетонным и неоспоримым, было куда страшнее, чем архонты и аполлионы… Система была яойщицей». Примерно в таком ключе размышлял Шэнь Юань, в глухом раздражении разглядывая отправленный ему документ. Чёрт бы побрал Систему, она снова распределяла аномалии по принципу «кто с кем красивее смотрится»? Почему Шэнь Юаню, учёному, специализирующемуся на монстрах и прославившемуся их изучением и приручением, назначили это унылое дело? Аномалия вообще была человеком! Шэнь Юань снова обратил скучающий взгляд к черновым пока заметкам. Написаны они были небрежно и заставляли Юаня с каждой строчкой всё выше вскидывать бровь. Объект №: SCP-9999 Класс объекта: Кетер Особые условия содержания: Стандартные условия содержания гуманоидов. Не позволять видеть мужчин (?) Описание: Привлекательный мужчина около двадцати пяти лет, худой и спортивно сложенный. Ни в каких базах данных не значится, но предположительно, носит имя Шэнь Цзю. Аномалия заключается в том, что объект способен убивать людей на расстоянии, предположительно, неконтролируемо. В одно мгновение они обращаются в кровавую лужу, процесс уничтожения подробно рассмотреть не удалось, но вероятно, жертвы взрываются. Фонд вышел на объект №9999 после того, как при свидетельнице-соседке был уничтожен электрик, дверь которому открыл объект. В архивах фонда нашлось упоминание таких же смертей, в массовом количестве произошедшее около двенадцати лет назад. [Ссылка] Tl; dr Тогда погибло девятнадцать человек. Шесть из них были жителями и работниками в поместье богатой семьи Цю (владели сетью автосалонов «Пингошу»), остальные — случайными прохожими на улице. Идентифицировать удалось не всех, но каждый идентифицированный оказался мужчиной. При опросе не удалось узнать ничего полезного, но было выявлено имя подозреваемого — Шэнь Цзю, их пропавшего приёмного сына. Оно же подтвердилось, когда в квартире у объекта была найдена записка, посвящённая «А-Цзю». После того, как оказался замечен, объект попытался скрыться, но выдал свои передвижения появлением ещё одного трупа. Для захвата были направлены сотрудники класса D, мужчина и женщина. Мужчина был убит на месте; от женщины объект скрылся. В итоге был подстрелен транквилизатором с крыши. Шэнь Юань закатил глаза. Кого из «полевых» так потянуло на эксперименты, что вместо того, чтобы банально оглушить цель и доставить её в место содержания, они решили посмотреть, что получится, и бросили объекту двух «дэшэк»? Кого такого умного Шэнь Юаню стоит пригласить занять его, учёного, место? Персонал класса D, конечно, был мусором. Самые свежие отбросы общества, которых, как с грядки, регулярно собирают по всем тюрьмам. В Фонде к ним относились чуть лучше, чем к грязи на ботинках — и только потому, что на грязи никаких экспериментов поставить нельзя. Шэнь Юань в этом отношении исключением не был, и был скорее раздражён, что кто-то решил ставить эскперименты мимо куратора, него. Потом Юань снова перевёл взгляд на номер объекта. И вообще, кто до него додумался? Во-первых, это комично — называть человека с именем Цзю «цзю-цзю-цзю-цзю». Во-вторых, слишком похоже на свет его жизни и радость его очей SCP-999 — оранжевого слайма из комнаты отдыха, пятидесятикиллограммового комка радости и счастья. Шэнь Цзю был далёк от радости и счастья. Даже на фото, накачанный наркотиками, он хмурился во сне… Но и правда, впрочем, был довольно красив. Какой бы идиот ни составлял этот черновик, глаза у него были на месте. Шэнь Юань вздохнул и прикинул, что действие обычных транквилизаторов полевых сотрудников должно уже прекратить действие, а значит, объект уже должен очнуться. Открыв изображение с камер, Юань тут же в этом убедился — Шэнь Цзю, надёжно пристёгнутый к постели, лежал посередине комнаты, периодически дёргаясь, словно желал порвать ремни. Постучав пальцами по столу, Шэнь Юань решил — он немного поиграет с этим объектом, а потом спихнёт его кому-нибудь ещё. А может быть, даже не будет отдавать — работы с Шэнь Цзю было немного. Всего лишь определить границы его способностей и условия содержания, а потом оставить пылиться в подвалах Фонда до скончания дней. Больше курировать там будет нечего. Наконец, Шэнь Юань отдал первый приказ. Одного сотрудника класса D подвели к стене камеры и приказали ему что есть сил молотить по ней и орать всё, что ему заблагорассудится. Объект не вытерпел почти моментально и так же криком посоветовал ему заткнуться. Некоторые время они перекрикивались, пока Шэнь Юань со смешком не приказал увести «дэшку» — очевидно, как бы раздражён ни был объект, он не мог уничтожить цель через стену. Это воодушевляло. Потом Шэнь Юань приказал ввести мужчину-«дэшку» в комнату и тут же полюбовался на то, как тот ещё в дверях неестественно, чудовищно скорчивается и бух — без единого звука, кроме треска костей, разлетается по комнате кровавым фаршем. Камера в высоком качестве — это удобно. Шэнь Юань мог подробно, без капли отвращения рассмотреть смерть сотрудника, а потом приблизить изображение самого объекта. Стоило тому увидеть мужчину, как его глаза распахнулись, через мгновение ожесточаясь. А потом его забрызгало кровью. Это было всё, что Шэнь Юаню довелось увидеть. Кажется, объект не шевельнул и пальцем, но жертва всё равно умерла… Его это не смутило. Потом он приказал мужчине очевидно мужским голосом сказать что-то объекту, стоя рядом со входом, но вне поля его зрения, и убедился, что уничтожение происходит при взгляде на жертву. Потом впустил женщину, и она тоже выжила, даже обменявшись с объектом несколькими словами. Тот сразу же потребовал объяснить, что происходит, злобный, словно с дюжиной вожжей под хвостом. Впрочем, Шэнь Юань тоже был бы не рад очнуться привязанным, после того, как его так бездарно загоняли, а потом подстрелили. Шэнь Юань не разрешил женщине ответить. Вместо этого он скомандовал ей молча убрать беспорядок, оставшийся после убийства. И в частности — убедиться, что собрала всю скудную аппаратуру, что была на подопытном. Если её можно будет помыть и использовать снова, может быть, у Шан Цинхуа будет меньше седых волос от такой маленькой экономии. Убедившись, что женщина не отвечает, объект неохотно затих. Видимо, неспособный сдержать волнение, он вцепился в один из ремешков и нервно мял и дёргал его туда-сюда. Наблюдать за этим было интересно — Шэнь Юань, так давно работавший с монстрами, уже забыл, что люди могут быть так на них похожи в своём волнении. Когда «дэшка» ушла, Шэнь Юань наконец включил микрофон. — Здравствуйте, — произнёс он спокойно и даже приветливо, — Меня зовут Шэнь Юань, но вы можете обращаться ко мне доктор Шэнь. Вы попали сюда в силу того, что каким-то образом оказались связаны с опасной аномалией. Не волнуйтесь, я постараюсь вам помочь. — Что это за место? — холодно напряжённо спросил Шэнь Цзю, переставая дёргаться. Его взгляд заострился. — Это филиал организации, известной как Фонд SCP. Вы знаете английский? Secure, contain, protect. Обезопасить, удержать, сохранить. Руки Фонда простираются на весь мир, он охраняет людей от паранормального и исследует его, — вежливо ответил Шэнь Юань, отпивая чай из кружки. — То, что ты сейчас делал… Ты толкал на меня людей, чтобы посмотреть, умрут ли они? — холодно, словно лёд, произнёс объект. — У Фонда нет недостатка в человеческих ресурсах, — без капли стыда произнёс Шэнь Юань, — Те, кого вы видели до сих пор — преступники, которые выбрали помочь Фонду в обмен на свободную жизнь. Они были осуждены на пожизненное или смертную казнь… На вашем месте я бы не стал о них волноваться. Меня больше интересуете вы. Ваше имя ведь Шэнь Цзю? — Откуда… ты знаешь? — процедил Шэнь Цзю. — Так звали исчезнувшего приёмного сына господина Цю. — Шэнь Юань напрочь забыл, как там звали этого «господина», но посчитал это несущественным. — Полагаю, момент массового убийства двенадцать лет назад был сопряжён с пробуждением вашей аномальной способности. Каковы были обстоятельства этого пробуждения? Или вы обладали ей всю жизнь, но до того момента могли держать её в узде? Объект молчал. Прикрыв глаза, он откинул голову, явно намереваясь игнорировать слова Шэнь Юаня. Тот в раздражении закатил глаза. Он не мог поверить, что ему и впрямь нужно было няньчиться с чужими чувствами. — Я понимаю, что эти воспоминания могли быть травмирующими, — произнёс он мягко, — Ваши близкие люди погибли. Но ваше сотрудничество поможет нам изучить эту аномалию и возможно, даже нейтрализовать её. Вы бы хотели от неё избавиться? Объект вздрогнул, но продолжил игнорировать Шэнь Юаня. Тот, на мгновение отключив микрофон, глубоко вздохнул. Вот поэтому он не любил работать с людьми — одна нервотрёпка. — Позвольте спросить, — попробовал зайти с другой стороны Шэнь Юань, — В какой степени вы контролируете свою способность? Молчание. И что дальше? Комитет по этике не одобрит пытки человека, который не хочет говорить о своих травмах. Шэнь Юань снова вздохнул. Чёрт бы побрал Систему. — Хорошо, — сказал он, — Тогда давайте просто поговорим. Какие книги вы читали последними? Наконец объект открыл глаза, удивлённо глядя куда-то в сторону динамиков. Это уже был прогресс. — Я вот помучился с «Фаустом» Гёте. Она так бодренько начинается, красивая и приятная. Но между первой и второй частью двадцать лет, в моду вошла античность, и внезапно слог стал тяжёлым, как чугун. А события отошли от близких человеку психологических драм куда-то далеко в абстрактные понятия. Невыносимо скучно. А вы? Спустя долгую паузу объект неохотно ответил: — «О дивный новый мир». Отвратительная книжонка. Шэнь Юань улыбнулся и активно закивал, пусть объект его и не видел. — Согласен. Почему вам не понравилось? Объект говорил медленно, словно прощупывая почву: — Для начала, в книге строится модель другого общества. В ней есть свои недостатки, но это не исключает того, что у людей в нём другие моральные ориентиры и нормы. А потом вводятся персонажи, вроде как, «близкие к читателю» и начинают яростно эти нормы осуждать, наказывать людей за то, как они жили, хотя в их убеждениях не было ничего вредоносного. Что такого в том, что человек, женщина, выбирает иметь множество партнёров, в особенности, если такой путь поддерживается обществом? Её убийство подаётся не как правильное, но как совершённое в праведном гневе. — К тому же, непонятно, почему герой вообще испытывает столько презрения к разгульным женщинам, если автор пытается донести, что он всю жизнь любил и уважал свою мать, которая пришла, между прочим, из той же культуры и всю жизнь следовала её убеждениям. Автор как будто постоянно молниеносно пересаживается с одного стула на другой, — легко подхватил Шэнь Юань. — К тому же, эта система с наркотиком, которым всех пичкают, абсолютно нежизнеспособна, — фыркнул объект. — И что ещё за потешная идея, всех инакомыслящих бережно ссылать в комфортные условия, а не уничтожать. Чтобы они там уж точно собрали восстание? — А ещё утверждается, что счастье в однообразии, но по-видимому, такое счастье относится только к низшим кастам — это там людей клонируют. Что за лицемерие. Шэнь Юань мягко рассмеялся. Потом они бегло о(б)судили ещё несколько книг — в основном классику, хотя один раз попали и на современный роман. Объект всё ещё был напряжён, но всё равно довольный Шэнь Юань наконец сказал: — Вы голодны? Хотите чаю? Подождите, я скажу кому-нибудь вас освободить. Потом мы проведём ещё несколько экспериментов, и если я убежусь, что взаимодействие с вами женщины безопасно, то назначу вам психологиню. Я был бы рад, если бы вы немного облегчили мне работу и пояснили бы, как работает ваша способность. Шэнь Цзю сощурил глаза. — Если я вижу мужчину и идентифицирую его как мужчину, то он умирает через несколько секунд. За это время я могу успеть закрыть глаза или отвести взгляд, чтобы предотвратить смерть. На женщин оно не срабатывает. — А вы пробовали? — уточнил Шэнь Юань, — Я имею в виду атаковать своей способностью женщину. — Я её не контролирую, — раздражённо ответил объект. — Работает только на мужчин. — Хорошо, доверюсь вашим словам, — пропел Шэнь Юань и, конечно, тут же приказал начать маскировать женщину-«дэшку» под мужчину. — А если вы встретите трансгендерную женщину или трансгендерного мужчину? — поинтересовался учёный, — Или небинарную персону? — Я… не знаю. Не думайте, что у меня было много возможностей экспериментировать, — в голосе SCP вспыхнуло раздражение. — Теперь они появились, — хмыкнул Шэнь Юань. — Позже мы проверим ещё кое-что, но на этом я думаю завершить наш разговор. Напоследок… какой номер вам бы хотелось? — Номер? — недоумённо переспросил Шэнь Цзю. — У каждого объекта есть свой четырехзначный номер. По умолчанию какой-то оригинал поставил вам номер «9999», но я подумал, что это довольно скучно. Что бы вы хотели? При упоминании изначального номера объект скривился и, всё ещё выглядя совершенно нерадостно, процедил: — Какой угодно, но без девяток. — Отлично, тогда посмотрим, какие номера свободны… «4027» сойдёт? Отлично. Тогда… до скорой встречи. Шэнь Юань отключил микрофон и начал набрасывать собственный черновик, посвящённый SCP-4027. Возможно, дело немного затянется, но рано или поздно психологиня вытянет у объекта подробности того, что произошло двенадцать лет назад. И тогда после проведения определённых опытов, дело можно будет закрыть. К тому же, МОГ (то есть высший сорт оперативников Фонда) уже давно выслеживал по заброшке гиганского ящера, о котором каждому было ясно — его отдадут Шэнь Юаню. Тот уже придумывал зверю имя, основываясь на описаниях, что давали испуганные свидетели. Да, Шэнь Юань подбирал имя каждому монстру, что попадал к нему в руки. Именно он в своё время на блюдечке принёс Фонду революционную идею, что не все аномалии достаточно запереть в четырех стенах. Что с монстрами можно найти общий язык, подружиться с ними, приручить и даже использовать в полевых миссиях. В каждой опасной уродливой твари Шэнь Юань видел что-то, что многие не видели даже в пушистых котятах. И со временем его старания окупались — люди начинали видеть то же самое. Конечно, Шэнь Юаню пришлось бы куда тяжелее со своими революционными идеями, не будь его родители и старшие браться уже важными шишками в Фонде, но он быстро избавился от репутации прошедшего по блату выскочки. В конце концов, он мог без ложной скромности утверждать, что является одним из ведущих специалистов во всём мире в области негуманоидных аномалий. Немного повозившись с документами, он решил, что такого перерыва было достаточно, и продолжил эксперименты. Сначала к уже развязанному объекту запустили двух котят, объяснив, что один из них был мальчиком — ничего не произошло. Тогда к неуверенно играющему с котятами объекту запустили женщину, загримированную под мужчину, и та взорвалась в дверях. Убирать беспорядок отправили трансгендерную женщину, и с ней ничего не произошло даже после того, как она сообщила о себе объекту. Это было хорошо. Транс-персоны класса D были редки, и за её потерю Шэнь Юаню бы неприятно надавали по голове. Смотреть, как объект прижимает к себе котят, словно боится, что их сейчас отнимут и съедят, было довольно мило. Однако Шэнь Юань решил на будущее давать менее привлекательных животных, хотя бы улиток. Ах, большая их часть гермафродиты… Тогда внутрь вошёл мужчина целиком в скафандре, не позволяющем увидеть и клочка кожи — его тоже разорвало. Тогда объекту было приказано закрыть глаза, и вошло два мужчины. Стоило SCP-4027 посмотреть на них, как они умерли с таким маленьким разрывом во времени, что Шэнь Юань засчитал их уничтожение одновременным. Кто-то однажды метко охарактеризовал половину экспериментов в фонде как «тыканье палочками». Если объект полностью «истыкан», то, считай, изучен. Количество «палочек», что умрут в процессе… никого не интересует. Наконец в комнату вошла женщина и без разговоров ударила сидящего на кровати объекта. Тот дёрнулся, хватаясь за синяк, когда удар пришёлся ему в челюсть, и тут же без колебаний пнул «дэшку» в живот. Скатился с кровати и, с осторожностью отшвырнув котят в угол, попытался сделать подножку. Преступница по массе была примерно как два с половиной Шэнь Цзю, так что этот план провалился — она с силой пнула его в живот, явно в отместку. «Убедитесь, что находитесь в поле его зрения, — деловито произнёс Шэнь Юань, — Не волнуйтесь, ничего опасного он в себе не несёт». Это, конечно, была бесстыдная ложь, но как она проверит? Если способность SCP-4027 сработает, будет уже поздно обвинять Шэнь Юаня во лжи. Так или иначе, ничего не произошло. Сотрудница просто оставила скорчившегося на полу объекта, забрала царапающихся котят и ушла, всё ещё с болезненным видом цепляясь за собственный живот. Кажется, бил мужчина не слабо. Шэнь Юань некоторое время понаблюдал, как Шэнь Цзю поднимается обратно в постель, с видом холодной ярости сжимая зубы. Запоздало Шэнь Юань подумал, не настучит ли ему за это комитет по этике, поэтому в отчётах на всякий случай написал пространно: «В ответ на проявленную агрессию со стороны женщины объект не проявил своей способности». «Итак, — резюмировал Шэнь Юань в документе, — вопреки словам объекта, умирают всё же не мужчины, а те, кого он посчитает мужчинами в эти первые несколько секунд. То, кого SCP-4027 определит мужчиной, зависит в том числе и от его взглядов. На женщинах он использовать способность, по-видимому, не может или отказывается. Способность распространяется только на людей и работает даже через одежду, покрывающую всё тело». Дописав, он запоздало поменял класс объекта с «Кетер» на «Евклид». Всё же, пусть он и представляет определённую опасность, условия его содержания не сложны — всего лишь обеспечить ему обслуживание женщинами. Удовлетворившись состоянием документа, Шэнь Юань снова обратился к изображению с камер. SCP-4027 сидел на кровати, поджав ноги, и тяжёлым взглядом смотрел куда-то в стену. Шэнь Юань включил микрофон: — Здравствуйте. Рад сообщить, что на данный момент все опыты прошли хорошо. Мы проверим ещё некоторые детали завтра, а пока… я совсем забыл, что вам полагаются различные средства досуга. Чего бы вы хотели: книги, телевизор, приставка? Что угодно, в чём нет доступа к интернету. SCP-4027 поднял хмурый взгляд. — Для начала, чтобы меня не избивали, — холодно произнёс он, — И нормальную одежду. — К ней нужно будет пришить ваш номер, чтобы он всегда был на виду. Если вы согласны на такое правило, то конечно, вам будет доставлена гражданская одежда, — Шэнь Юань надеялся, что по голосу слышно его вежливую улыбку, — Что касается последнего эксперимента, то это была просто небольшая проверка на то, как вы и ваша способность отреагируете в стрессовой ситуации. — Моя одежда, — прорычал объект, — В следующий раз предупреждайте перед такими проверками. — Обязательно. Пожалуй, в качестве извинения я могу разрешить, чтобы вашу одежду привезли сюда, — лениво сказал Шэнь Юань, глотая газировку, — Итак, какие-то развлечения? — Принеси книг на свой вкус, мне всё равно, — медленно и устало произнёс подопытный, — И пошёл вон. Шэнь Юань хмыкнул. — Хорошо. Психологиня скоро заглянет к вам. И Шэнь Цзю остался один. «Один», потому что очень хорошо догадывался, что с проклятыми камерами о приватности можно было лишь мечтать. Как только голос из динамиков замолк, он устало выдохнул и завалился на бок, падая на смятую постель. Он хотел умереть или, в особенности, — прикончить этого ублюдка за микрофоном. Может быть, даже с закрытыми глазами, не позволяя ему умереть моментальной безболезненной смертью, а долго и с наслаждением мучая… ха, фантазии. Пусть Шэнь Цзю и ненавидел тот факт, что этот «доктор Шэнь» так небрежно игрался с ним, он всё ещё… питал слабую надежду, что в конце концов всё это будет к лучшему. Что эта странная организация сможет избавить его от его проклятия, и тогда он сможет… жить нормальной жизнью, о которой годами даже не мечтал? Шэнь Цзю может потерпеть. Но лучше бы им поменьше кидать на смерть котят. Через некоторое время, пока он лежал, хмуро обдумывая этот день, в дверь постучались. Через мгновение она отворилась, и внутрь с робкой улыбкой вошла низенькая девушка в медицинском халате и с планшетом в руках. — Здравствуйте, — прощебетала она, — Меня зовут Нин Инъин, я — приставленный к вам психолог. Шэнь Цзю моргнул и в смущении сел, поправляя постель. — Здравствуйте, — произнёс он. Нин Инъин подтащила к постели стул и опустилась на него, складывая руки на коленях, словно ответственная ученица. — Итак, как мне к вам обращаться? — улыбнулась она. — Меня зовут Шэнь Цзю, — сухо сказал Шэнь Цзю. — Отлично, — улыбнулась она. И тут же её взгляд сочувственным, — Как вам в Фонде? Не стесняйтесь говорить, что плохо — мало кто приходит в восторг в первые дни. — Терпимо, — поджал губы Шэнь Цзю. Больше он говорить не желал, и психологиня явно это поняла. — Что ж, хорошо. Я уверена, вы привыкнете и в конце концов начнёте чувствовать себя здесь комфортнее, — Нин Инъин снова улыбалась, — Кстати, как вам доктор Шэнь? — Не могу сказать, что он мне понравился, — процедил Шэнь Цзю холодно. — Правда? Он немного помогал, когда наша группа стажировалась, и очень всем нравился. Правда, действительно странно, что его назначили на дело с аномалией-человеком, — задумчиво протянула Нин Инъин. — Почему? — Он всегда работает с монстрами. Даёт им милые имена и тетешкает их, пока даже самые страшные создания не станут вести себя с ним, как восторженные щенята, — она хихикнула. — Если стоять рядом с ним, то он всегда пахнет чем-то странным, какими-то аномальными зверями. В этот филиал Фонда привозят монстров практически со всей Азии — к нему. Госпожа Система опять учудила что-то, дав ему человека. Посчитав, что «госпожа Система» — это странный эвфемизм, Шэнь Цзю фыркнул: — С людьми у него, очевидно, получается куда хуже. — Вполне возможно, — с улыбкой кивнула Нин Инъин, не споря, — Я бы с радостью поперемывала бы ему косточки, но давайте всё-таки в первую очередь поговорим о вас. Расскажите, что вам нравится? Какие у вас увлечения? Я вот в свободное время вышиваю и плету всякие браслетики. — Я… рисую картины, — начал Шэнь Цзю неуверенно, — Большинство из них продаю. Ещё немного увлекаюсь музыкой, игрой на традиционных инструментах: гуцине… Но основная моя страсть это литература, полагаю. К тому же, я пишу за студентов дипломные работы и курсовые, занимаюсь переводами… — Он кашлянул, — Я немного ушёл от хобби в сторону своих заработков. — Они часто неразрывны, — успокоила его Нин Инъин, — Всё это звучит очень интересно! Получается, из-за своей аномалии вы выбирали те способы заработка и развлечения, которые были доступны, не выходя из дома? Если говорить об этом, то возможно, вам было некомфортно чувствовать невозможность выйти на улицу? — Я выходил на улицу, — тихо ответил Шэнь Цзю. — Если кто-то сопровождал меня, то я мог притвориться слепым и отправиться гулять где-то. Меня отвозили на пикник или в парк развлечений, куда угодно, даже просто дышать воздухом. — О, это замечательно! — воскликнула Нин Инъин, — Не могли бы вы рассказать больше про этих людей, кто они ва…? — Пожалуйста, скажите, когда от аномалии избавятся? — перебил её Шэнь Цзю, задавая главный вопрос, пока психологиня не вступила на опасную зону. Лицо той переменилось. Она перехватила ручку и чуть разверналась на стуле, а её улыбка стала натянутой. Девушка переспросила: — Избавиться? Доктор сказал вам, что он избавится от этой аномалии? — Он сказал… — медленно, подозрительно произнёс Шэнь Цзю, припоминая, — Что «наше сотрудничество позволит изучить аномалию или даже нейтрализовать её». Когда её нейтрализуют, я ведь смогу отправиться домой? Сколько времени это займёт? Во взгляде девушки появилась слишком отчётливая, пугающая жалость. — Ах… — протянула он, поднимаясь, — Боюсь, доктор сказал это для того, чтобы вас подбодрить. Видите ли, единственный хорошо изученный и достаточно действующий способ избавиться от аномалии — это уничтожить её носителя. — Она сделала шаг назад, словно опасалась, что пациент кинется на неё в ответ на её слова, — По правде говоря, всех людей-аномалий готовят к перманентному переезду в Фонд. Боюсь, даже если ваша аномалия исчезнет, вам будет не к чему возвращаться. — Ещё шаг назад. — Боюсь, в данный момент специальная команда занимается тем, что уничтожает следы вашего присутствия вне Фонда, в том числе… воспоминания людей. — Вид у девушки был совершенно несчастный, казалось, внутри она кричала «Почему обязанность объяснять всё это спихнули на меня?!» Шэнь Цзю… почувствовал, как его сердце сваливается вниз, а руки начинают дрожать. Девушка перед ним не была виновата. Она не была напугана его опустевшим, паникующии взглядом — только тем, что он в отчаянии нападёт. Она уже проходила через это. Скольких людей она встречала, потерявших всё и навеки заключённых в четырёх стенах? — Всё нормально, — хрипло произнёс Шэнь Цзю. — Просто уходи. И как только дверь за мышкой выскочившей девушкой закрылась, Шэнь Цзю понял, что позорно плачет, прячась от камер под одеялом. Через несколько часов к нему в комнату доставили кучу хлама — его одежду, гуцинь, мольберты с красками той фирмы, что он всегда использовал. Потом — кучу книг, на которые Шэнь Цзю даже не взглянул, и то, что он позже с трудом идентифицировал как «Нинтендо Свитч», совсем странный подарок. Шэнь Цзю было плевать. Зарывшись в одеяла, он думал только об одном — побег.