Давай не будем ссориться

Лия сбросила с себя куртку, небрежно бросила её на соседний столик и направилась в сторону Игоря. Мужчина приветливо улыбался ей в ответ, продолжая протирать бокал розовой тряпочкой. Как часто вы видите татуированного двухметрового качка с туннелями в ушах, у которого в руках розовая тряпочка? Нечасто? А вот Лие такая картина была более чем привычной. Когда-то была. Игорь — это тот самый хозяин-вегетарианец, которого часто можно встретить в клубе. Причём появлялся он в самых разных ролях. То как посетитель, то как бармен, то как официант. Иногда мог и уборщиком обратиться. В общем, его знал каждый постоянный посетитель этого места. Вот только как хозяин клуба он приходил очень редко. Разве что когда нужно было раздать всем подзатыльники, но и после он снова обращался в доброго Игоря, который тихонько плясал под задорные песни. Лие всегда казалось, что он таким образом пытается смотреть на вещи изнутри. Через призму случайного прохожего, так сказать. Да и в целом, несмотря на внушительные цифры в паспорте, в душе он оставался подростком-тусовщиком. Видимо по этой причине клуб и был так популярен среди молодёжи. Игорь вообще был тем ещё кадром. Согласитесь, не каждый может похвастаться тем, как весь вечер работал со своим начальником за барной стойкой. Так ещё и после смены сидел с ним на кухне, выпивая старый виски и болтая о жизни. А мужчина часто так делал. Ему нравилось знать, кто у него работает. Что из себя представляют его работники, чего они ждут от жизни, какие планы. Он даже не преследовал в этом какой-то корыстной цели. Просто болтал с работниками как с равными и за каждого был готов встать горой. Те ребята, которые давно с ним работают, смело называют его отцом. И он действительно был таковым. Делал небольшое празднование на день рождение каждого подчинённого, на Новый Год переодевался в костюм Деда Мороза и дарил всем небольшие подарочки. Каждый относился к нему по-разному, но каждый до безумия уважал и любил. — Мира что-то забыла, или ты просто решила проведать старика? — спросил Игорь, когда Лия подошла ближе. В ответ ему последовала не самая счастливая улыбка и опущенный взгляд. Девушка села на стул, неловко потёрла затылок. Честно говоря, она не планировала встретить его здесь. Она была рада встретить старого знакомого. Тем более, в последний раз они виделись года три назад — Лия в тот день пришла замолвить словечко за Миру, чтобы ту приняли на работу. Вот только столкновение оказалось до того неожиданным, что она даже растерялась. В её плане не было пункта «поболтать с бывшим начальником». Она должна была зайти, заказать чай или кофе, посидеть до первого желания расплакаться и тут же уйти. Но кажется, план придётся отложить в сторону. — Прогуливалась. Захотела вспомнить былые времена, вот и зашла, — сухо ответила Лия, нервно пытаясь стереть пятно со стеклянной поверхности. Ей было немного стыдно смотреть в глаза Игорю. Даже не ясно, отчего. — А-а-а, вот оно как, — мужчина проворчал это с такой интонацией, что сразу стало ясно — он не поверил, — Ну и как? Приятные у тебя воспоминания с клубом? Словно пытаясь найти ответ на вопрос, девушка огляделась по сторонам, ещё раз осматривая пустой зал. Ей нравилось, что здесь никогда ничего не менялось. Разве что раз в год менялись картины и плакаты на стенах, но в остальном всё оставалось прежним. Время будто обходило это место стороной, не желая портить созданную таким трудом картину. Насколько известно — то есть, известно всем, так как Игорь не скупится поделиться этой историей — клуб хозяин строил сам. Никого не нанимал, никого не просил о помощи. Ну, может только ближе к концу пригласил друзей. И то, только чтобы оценили обстановку. Он справился сам. Сам выбирал цвета, сам выбирал мебель, посуду, освещение. Всё в одиночку. Причина этому, кстати, была. Но до боли глупая. Мужчина проспорил. Просто проиграл знакомому пьянице в карты, а тот решил, что будет весело поиграть с наивным качком. Ну а дальше в дело вступила гордость. Такая же большая, как и сам Игорь. Он всегда держал своё слово, и в тот раз тоже не изменил принципам. А на открытие пригласил того самого пьяницу, чтобы доказать… а чёрт знает, что он там хотел доказать. Но в итоге всё вышло более чем хорошо. За выигранный спор ему на карту прилетела круглая сумма, а клуб не только окупился, но и позволил мужчине бросить основную работу. Можно сказать, что теперь он мог отдыхать всю оставшуюся жизнь. Но Игорь никогда не мог усидеть на месте. — А ты всё такая же немногословная, — усмехнулся Игорь, повеселевший от затянувшейся паузы. Ему в голову сразу влетело воспоминание о том, как Лия пришла к нему устраиваться на работу. Без опыта, так ещё и совсем не разговорчивая. Полная его противоположность. Тогда казалось, что у неё нет никаких перспектив. Что она не справится и лучше подождать, пока на вакансию не придёт более хороший специалист. Но он доверился случаю. Поверил огню в чужих глазах. И не прогадал. — Сводишь концы с концами? Уже самому работать приходится? Лия нагло ухмыльнулась самой себе пока наблюдала за сменой эмоций на лице начальника. Ей было известно, что всё совсем не так, и клуб процветает не хуже прежнего. Просто она любила пошутить. А Игорь так часто терялся с её слов, что поиздеваться над ним было просто невозможно. Да и потом, он довольно мило реагировал на подколы. Как будто в секунду обрабатывал информацию, в поиске причины столь громкой догадки. Наверняка успевал мысленно протереть все столики, проверить стены на трещины, побрызгать освежителем воздуха в туалетах и заново вымыть всю посуду на кухне. Для него любой отзыв стоял на уровне с отзывом критика, так что отреагируй он именно таким образом — никто бы не удивился. Но стоило мужчине прийти в себя и понять шутку, как он снова по-доброму заулыбался и покачал голову из стороны в сторону. Так ещё обычно делают папы, когда пытаются удержать маску «разочарования», хотя на деле еле сдерживают смех. — И не надейся, — заверил он, затем достал из холодильника воду и протянул её девушке, — Я не позволю моему творению стать хоть немного хуже. Лия благодарно приняла бутылку и сделала пару осторожных глотков. А затем ещё пару больших. И ещё пару, для профилактики. Она почти не ела все эти дни, и вода сейчас казалась настоящим спасением. Лучше наполнить желудок жидкостью, чем оставлять пустым. — А теперь давай, рассказывай, — Игорь облокотился на барную стойку и навис над девушкой. Его голос стал более тихим и твёрдым. Выражение лица тоже изменилось. Стало серьёзным, сосредоточенным. Честно, выглядел он немного устрашающе, — Что у тебя там стряслось? Лия недоверчиво глянула на него, оценивая риски. Как я уже говорила, она была не из разговорчивых. Да и делиться нынешней проблемой было стыдно и в какой-то мере страшно. Не каждый день приходится рассказывать людям о том, что ты продавал наркоту и из-за этого попал в такое дерьмо, что из него можно просто не выплыть. Ей всё ещё было тяжело признавать, что она виновата. И очень сильно. Ответственность никто не любит. От неё старательно убегают, пытаются скрыться, чтобы не слышать о ней как можно дольше. И Лия не была исключением. Она бежала от неё как могла. Но не вышло. Ответственность сама нагрянула. Свалилась слишком внезапно. Слишком невежливо — даже не постучала. Просто взломала замок на двери, вошла в жизнь и разлеглась на почётном диване. А девушке теперь придётся жить с ней. И шанса уйти больше нет. — Думаешь, у меня что-то стряслось? — Думаешь, ко мне часто заходят бывшие сотрудники, которые ушли в наркоторговлю? Вопрос риторический, но Лия отчего-то задумалась. А действительно, часто ли к нему приходят такие же, как она? Разбитые, проебавшие всё. Так ещё и под самый Новый Год. Много ли таких? Наверное, достаточно. Всё-таки Игорь владеет клубом, а в таких местах частенько отшиваются либо наркоманы, либо дилеры. Сопротивляться смысла не было. Да и желания тоже. Лие хотелось выговориться. Впервые за долгое время ей было настолько тяжело держать себя в руках, что она не смогла и дальше оставаться молчуньей. Она рассказала всё. Все самые важные события за восемь лет с момента как уволилась. Игорь же внимательно слушал. Не перебивал, не пытался вклинить своё мнение или осудить. Просто слушал, периодически согласно кивая головой, побуждая знакомую продолжать. А когда она закончила, он как-то по старчески вздохнул и похлопал себя по плечу. Судя по выражению лица, он обдумывал услышанное. Либо пытался подобрать правильные слова, чтобы вежливо выгнать наглую деваху — так, во всяком случае, думала Лия. Но всё оказалось немного не так. — Не люблю эту фразу, но… — Игорь наклонил голову и пронзительно посмотрел девушке прямо в глаза. Он улыбался. Слабо, но улыбался, — а я ведь тебе говорил. Говорил же, что с этим типом не стоит связываться. Лия замешкалась. Неприятно осознавать, что ты всё-таки проебался. И очень сильно. А ещё неприятней слышать подтверждение этого от другого человека. Одно дело, когда ты коришь себя за проступок сам — совсем другое, когда за это же тебя осуждает другой. Это словно подтверждает, что да, ты совершил большую ошибку и жалеть тебя за это никто не станет. Потому что ты сам виноват. Мысль «да всё не так уж и плохо, правда?» перестаёт иметь смысл. И ты перестаёшь в неё верить. Одно успокаивало — Игорь говорил без осуждения в голосе. Он вообще не был любителем совать свой нос в чужие дела. Если у него попросят совет, то он поможет. Но в других ситуациях он промолчит, оставив своё мнение при себе. Сейчас же он скорее тешил собственное эго своей правотой. Как никак, восемь лет прошло, а всё обернулось именно так, как он предсказывал. Но не стоит путать. Он не злорадствовал. Он восхищался своей проницательностью. — Не знаю, что делать дальше, — продолжала свой рассказ Лия, — Да, ты оказался прав. Но уже поздно что-либо менять. Я по уши в дерьме. — Так помойся, — засмеялся Игорь, заумно почесав щетину. — Издеваешься? Тебе с такими шутками только в пенсионный фонд. Я не для того рассказывала тебе это всё, чтобы ты надо мной ржал. — А для чего ты тогда рассказала мне это всё? Мужчина сказал это без тени злобы, но всё же Лия почувствовала как внутри разрастается обида. Она надеялась хоть на какую-то поддержку. Хоть на пустые слова о том, что всё наладится. Ей надоела суровая правда — насмотрелась на неё за прошедшие дни в одиночестве. Ей хотелось небылиц, волшебных сказок про спасителя на белом коне и праздничного чуда, в конце концов! Хотелось хоть на секунду забыться и позволить обмануть саму себя. Но Игорь, кажется, вовсе не собирался доставлять ей такого удовольствия. В момент она даже пожалела о том, что решила заглянуть в клуб. — Я не хочу тебя обидеть, — заметив разочарование на лице девушки, забеспокоился мужчина, — Но ответь хотя бы для самой себя — для чего ты поделилась со мной и зачем ты здесь? Чтобы поныть? Тогда ты справилась со своей задачей и можешь идти обратно, надеясь на лучшее. Игорь снова угрожающе навис над девушкой, заставляя ту внимательно слушать. — Но если ты пришла в надежде найти помощь, чтобы исправить свою жизнь, то я не побоюсь засучить рукава. А теперь выбор за тобой. В момент, когда он отстранился, чтобы дать собеседнице время обдумать, двери снова раскрылись. Ворвавшийся поток воздуха тут же напомнил о снежной зиме за окном. Лию даже передёрнуло от ползущего по лопаткам мороза, и она нехотя обернулась в сторону входа, чтобы недовольно взглянуть на нового гостя. Насколько бестактным должен быть человек, раз так нагло вмешался в важный разговор? Это же сколько наглости! Но стоило ей обернуться, как всё недовольство улетучилось. Вместе с мыслями и тревогой. Стало просто очень больно, стоило взгляду упасть на знакомый фиолетовый пуховик, шапку с кошачьими ушками и торчащие из-под неё тёмные локоны. А уж когда их взгляды столкнулись, Лию проняла вторая волна дрожи. Мирослава была в точно таком же ступоре, но быстро взяла себя в руки. Стянув шапку, она подошла к барной стойке. Наспех поздоровалась с Игорем, принялась расстёгивать пуховик. Она старалась не смотреть в сторону бывшей невесты, не желая корёжить ещё не зажившую рану. Вторая же, напротив, без зазрения совести пялилась на возлюбленную. Разглядывала её руки, её порозовевшее от холода лицо и снежинки в волосах. В какой-то момент Лия и вовсе забыла, что нужно дышать — так сильно её будоражило от вида Миры. Было до ужаса больно. Так, что сердце металось от желания убежать к желанию накинуться с объятиями. Хотелось сорваться с места, схватить девушку и никогда больше не отпускать. Хотелось вылететь из клуба, оставив куртку, близких людей и надежды на лучшее будущее — только бы не оставаться с ней в одной комнате и далее. Но ни то, ни другое она сделать не успела. — Прости, что без предупреждения, — затараторила Мирослава. Видимо тоже не горела желанием терпеть душевные мучения, — Я ненадолго, только забрать флешку. Помнишь, приносила показать тебе дипломную работу. Ах да, забыла вам рассказать. Дело в том, что Мира уволилась отсюда после недавних событий. Они с Лией планировали исчезнуть со всех радаров, для безопасности. Что делать после этого они не знали, но первую часть плана полностью выполнили — ушли с работ, поменяли номера телефонов, выставили квартиру на продажу. Разве что до конца вместе так и не дошли. — Да, помню, — растягивая гласные, ответил Игорь и вышел к девушке, — Она, скорее всего, ещё у меня в кабинете. Пойдём, — он положил руку ей за спину, пропуская вперёд, а затем развернулся к Лие и ткнул указательным пальцем в воздух, — Последи за баром. Не успела она очухаться, как пара скрылась где-то за дверью в кухню, вновь оставив её в одиночестве. Не сказать, что ей стало легче после их ухода. Но уж лучше не видеть Миру вовсе, чем в очередной раз убеждаться, что она потеряла шикарную девушку. Не желая думать об этом и далее, Лия вернулась к размышлениям. Слова Игоря оставили в ней жгучий след. И появление возлюбленной лишь подлило масла в разгорающееся пламя. Ей тянут руку помощи. Не ждут, что она попросит, а ждут ответа на вопрос. Быть может, это тот самый знак судьбы? Начать всё заново. Наконец взять ответственность за хвост и начать жить с ней вместе, а не просто услужливо бегать вокруг да около. Ей было страшно думать о том, что ждёт её впереди, если она начнёт пытаться. Но ничего не делать было страшнее. Как там говорится? Уж лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и сожалеть о несделанном всю жизнь. Лие даже самой хочется узнать, какой же стороной повёрнута к ней удача. И есть ли она вообще. — Извините? — послышался мужской голос позади. Девушка обернулась к нежданным гостям и принялась с недоумением разглядывать парочку, — Мы бы хотели заказать напитки. Лия едва не рассмеялась, стоило ей понять происходящее. Парень, видимо, позвал девушку на свидание, но стоило поваляться в сугробах, как они тут же побежали греться в ближайшее открытое заведение. И вот, увидев одинокую незнакомку за барной стойкой, он тут же принял её за официантку. Его даже не сильно взволновало то, что «барменша» стоит по другую сторону от рабочего места. Это же надо было так промахнуться! Не так уж она и похожа на человека за работой. Скорее на такого же посетителя, который от скуки решил заскочить в клуб пропустить пару бокальчиков. Будь Лия в другой ситуации, она бы молча встала и ушла. Не в её правилах делать больше необходимого. Тем более бесплатно. Но, как я уже сказала, ситуация была другой. Она решила попытаться что-то изменить. И это был прекрасный толчок к началу собственной маленькой революции. Ну и, в конце концов, ей наказали следить за баром. Так уж и быть, в этот раз она окажет Игорю услугу. Посчитаем это оплатой за «сеанс психолога». — Конечно, заказывайте, — мягко сказала она и подошла к бару с обратной стороны, — Что-нибудь горячее? — Да, было бы неплохо, — подрагивающим голосом ответила девушка, растирая руки в варежках друг об дружку. Будто это могло спасти её от ежегодного декабрьского обморожения пальцев. — Могу предложить глинтвейн. А вместе с ним хорошую песню, для более тёплой атмосферы. — Если это поможет быстрее согреться, то я согласна. Снегурочка прильнула к парню и улыбнулась сначала ему, а затем Лие. Можно сказать, что в её взгляде читалась благодарность за столь радушный приём. Указав паре на столик позади, дилерша засучила рукава, готовясь к путешествию в прошлое. Она сама удивилась, как уверенно двигались её руки. Даже спустя столько лет до сих пор помнили, как, куда и зачем. Творила без задней мысли, будто и не было никакого перерыва в её барменской карьере. Она ловко управилась с приготовлением напитка, попутно вспоминая, какой кайф ловила от этого раньше. Да и сейчас процесс приносил ей одно удовольствие. Она горела этим раньше. И вот, так неожиданно быстро загоралась вновь. А за всем этим из тени наблюдал высокий мужчина, потирая щетину пальцами. Не высовывался, не шумел и не вмешивался. Просто стоял и довольно улыбался собственным мыслям, известным ему одному. А за окном, будто аплодируя наконец проснувшейся решимости главной героини, шумела пугающе-красивая метель, подготавливая город к приближающемуся концу года. Дороги пустели, соседние дома пропадали в тумане. Вся улица стремительно белела. Словно большое полотно залили белилами, перекрывая неудачный рисунок. Но поверх него появится новый. И это уже будет не детская мазня. Это будет картина, достойная красивой рамки и подписи автора в уголке. Картина, достойная того, чтобы повесить её на стену.