Девять Жизней

С того дня прошёл уже месяц. Намджун до сих пор ворчал на Мина за то, что тот так нахреначился. Но Юнги не понимал причины его причитаний, он не помнит и представить не может, что он мог натворить такого, что бы Намджун припоминал ему это до сих пор. Сам он не помнил что случилось, а на вопрос о том что он натворил в тот день, он получал лишь смешок и подозрительное "как всегда". По правде говоря всё, что Юнги помнил из того дня это тот парнишка. Парнишка, его, кажется, звали Чимин, что запретил ему курить. Юнги бы хватило и этого, он не хотел помнить, что целовался с парнем. Он же не гей в конце то концов! - не гей ведь? Тихо спрашивает он сам у себя, идя по улице в сторону универа. -ну да, у меня два друга, оба геи. Но гейство ведь не передается воздушно-капельным путем. Фу, даже подумать страшно! Да, Чонгук с Намджуном геи, ну и хуй с ними. Я не собираюсь быть таким же, это ужасно. Как вообще можно спать с парнем!? Надо будет как-нибудь спросить у Намджуна. Мин шёл не торопясь, разговаривая сам с собой в пол голоса. Он попивал свой кофе, купленный в кофейне через дорогу от колледжа, и мечтал быстрее оказаться дома. Безусловно Юнги любил музыку и любил профессию на которую учится, но пары, он так не любил посещать колледж и сидеть на парах. Ведь там он не узнавал ничего нового, он знает всё. Он знает в своей сфере абсолютно всё. Не зря же 9 жизней выбирает всё ту же музыку. За бессмысленными рассуждениями о том передаётся гейство по воздуху или нет, Мин успел подняться на второй этаж и направиться в сторону нужной аудитории. Бах. Не допитый кофе проливается на белую, да вам не послышалось, белую рубашку Мина и голову упавшего. - ты, блять, слепой что ли!? Почему не смотришь куда летишь!? Зло рычит Юнги отряхивая рубашку и поворачивая голову. Тудум. Сердце от чего-то замерло. Волосы парня, что начал медленно подниматься были розовыми. Юнги уже видел эти розовые волосы. Да черт возьми, пропади он пропадом. Это парнишка Пак Чимин, и Мин в этом уверен. Уверен, что это тот самый Пак Чимин, который, блять, поцеловал его. - извините.... Слышится тихий и робкий голос. Парнишка кланяется. Чимин. Определённо он, и голос тот же, только что-то с ним не так. Точно. Он робкий и тихий, это совсем не тот Чимин, что запрещал ему курить. Тудум. Тудум. Тудум. - Чимин? Неожиданно даже для себя спрашивает Мин. Тудум. Тудум. Тудум. Почему же так сердце бьётся? Почему оно больно щемит, когда Пак поднимает на него взгляд. Синяк под глазом, разбитая губа, слегка опухшее лицо и волосы грязные и склеившиеся от кофе. Тудум. Тудум. Что-то в груди сжимается до крошечных размеров. - ты, блять, мог под ноги смотреть!? Мало на тусовке нарвался так ещё и тут, совсем блять? Юнги злится на себя и свое сердце, оно не должно так стучать. Не должно. Это неправильно. Он не гей. Чимин вздрагивает, поднимая взгляд. Кажется его приятно удивило, что Юнги помнит тот вечер. Младший сначала улыбнулся, а после сразу помрачнел. Кажется его тоже мучил вопрос о том, помнит ли Юнги то, что было после поцелуя в душе. - мы можем поговорить? Голос тихий, но уверенный, и все же с ним что-то не так. Когда Чимин кричал на него, прося не курить, его голос звучал по-другому. И дело явно не в громкости, нет, здесь что-то более серьёзное, но что он не знает. - нет. Грубо отрезает Юнги. И это нет, словно ножом пролетает по сердцам обоих, но они не признаются в этом друг другу, Юнги даже не сможет признаться себе в том, что его тоже задело это "нет", прозвучавшее из собственных уст, как будто со стороны. Мин разворачивается и уходит. Уходит оставляя Чимина наедине с воспоминаниями того дня. Чимин помнит то, что Юнги забыл и от этого страдает. Он не винит Юнги, он даже не думал об этом, ведь он влюбился в Юнги. И это чертовски странно влюбится в парня, который раздражал с первой встречи. Да, Чимин уже влюблялся в парней. Он гей и он знает об этом. Но все же влюблённость в Юнги ему кажется странной и неправильной, а от того более притягательной. Но почему он чувствует это именно так, он не может понять. Может дело в самом Юнги. Ведь Юнги не похож на других, ничем не похож. Чимин следил за ним, он сталкерит Мина уже месяц. Собственные мысли о собственных чувствах загоняют Пака в ещё больший тупик, заставляя снова вспоминать ту тусовку. *Воспоминания* Pov:Чимин Поцелуй. Сладкий и тягучий, немного грубоватый, поцелуй с Юнги. Удар о стену. Хлопок двери. Ощущения слез на щеках. Слетевшая с губ фраза "и все же он ахуенный". Ощущение холодного пола. Прикрытые глаза. Минута тишины. Потом я встал и умылся. Вода приятно освежила лицо и неприятно смыла привкус Юнги с моих губ. Досада. Ещё один хлопок двери туалета. На этот раз вышел я. В не стен туалета шумно и пахнет алкоголем. Мерзко. Захотелось закрыться обратно. Но что-то толкнуло идти вперёд. Путь, лежавший в неизвестность, привёл на кухню. Там Юнги. Пьёт. Юнги просто пьёт виски с горла. А я бросив на него взгляд плавлюсь от его ауры. Он ахуенный. Убеждаюсь ещё раз, что он ахуенный, когда чувствую на себе высокомерный взгляд и вижу как он уходит. Я не хотел пить, мамой клянусь, не собирался, но рука сама потянулась к алкоголю. Я сделал глоток пива и ещё один. Осушил банку. Понял, что мне хватит иначе на утро не вспомню поцелуя с Юнги. А это я допустить не могу, вдруг он больше не позволит себя поцеловать. А он не позволит.. Наверное алкоголь был последней каплей или Юнги, стоявший на столе с бутылкой виски без футболки и втирающий что-то про жизни и про любовь. Может последней каплей был заигравший медляк или девушки, что прилипли взглядом к Юнги, но я сделал это. Я залез на стол и поцеловал Юнги. Снова. Я снова поцеловал Юнги. И он ответил. Снова ответил на мой поцелуй. Из воспоминаний Чимина выдернул звонок на пару.  Да и к тому-же он все равно смутно помнил, что было дальше. И, наверное, это хорошо. Хорошо. Хорошо ведь? Он не знает и сам. Знает только то, что дальше придётся нелегко, ведь избили его уже не впервые. А за что избили? За Юнги конечно. За поцелуй с Юнги. Это ужасно, но хочется снова поцеловать его. Пускай хоть убьют, только бы дали коснуться его нежных губ вновь.