4
25 декабря 2022 г., 06:00
Здравствуй, Китти!
Поздравляю с Днём Рождения! Желаю тебе всего, что ты сама себе желаешь, плюс здоровья, любви и удачи – набор стандартный, но всегда актуальный.
Уолтер.
_ _ _
Здравствуй, Уолтер!
Спасибо за поздравление! К счастью, ты единственный, кто додумался написать мне по электронной почте. Телефон со всеми мессенджерами я сегодня отключила, в соцсети не заходила, гостей тем более не завала. В общем, осталась наедине со своим ужасом.
Тридцать лет! Мне тридцать лет! В голове не укладывается! У меня всегда было подспудное ощущение, словно я буду жить вечно, но при этом мне никогда не исполнится больше двадцати девяти. Как ты пережил своё тридцатилетие?
Знаю, ты очень занят, и подозреваю, что электронную почту ты просматриваешь в лучшем случае раз в неделю, потому сразу напишу другие пришедшие на ум вопросы, чтоб не растягивать их на несколько писем.
Как в Никарагуа? Наверное, жара. А у нас прохладно и дождь льёт вторую неделю. Зато без туманов.
Как твои дела в целом? Есть время на что-то кроме работы? Хотя бы на пляж?
Ты живёшь в палатке или всё-таки в помещении? Есть ли у вас там электричество водопровод, холодильник, телевизор?
Береги себя.
Китти.
_ _ _
Здравствуй, Китти!
Я пережил своё тридцатилетие в обычном режиме; просто у меня обычный режим – это сумасшедший темп. Тогда партию медикаментов, отправленных нам, задержали на таможне, одни поехали разбираться, другие остались и работали, пытаясь лечить практически без лекарств (у нас редко остаются запасы, потому что новые поставки случаются, мягко скажем, не столь часто, как хотелось бы). Так что про свой День Рождения я вспомнил неделю или две спустя.
Как в Никарагуа – не знаю, мне через Гондурас не видно. Я в Гватемале, если что. Но думаю, погода у нас и у них примерно одинаковая – жаркая, пускай по ночам и бывает прохладно. Местные пляжи я видел исключительно на картинках в Интернете. Не спорю - надо бы выкроить время и съездить на ближайший, хоть ради приличия; остаётся понять, когда и как это сделать.
Мы заняли старое бесхозное здание, часть помещений - под клинику, часть – под жильё для работников. Не шедевр архитектуры, но всё же есть крыша над головой, есть место для приёма и лечения пациентов, для хранения медикаментов и оборудования. Есть электричество (правда, генератор в последнее время стал часто ломаться) и даже водоснабжение (но и оно регулярно барахлит, главным образом потому, что насос работает на электричестве); для большинства местных жителей это роскошь. Холодильник и телевизор у нас также имеются (см. примечания про электричество), однако телевизор смотрим крайне редко – времени нет. Если удаётся что-то посмотреть, это становится неплохой языковой практикой; у меня же лишь начальный уровень владения испанским языком, я стал изучать его недавно – когда узнал, что меня отправят сюда. Ты, кажется, когда-то тоже учила испанский?
Уолтер.
_ _ _
Здравствуй, Уолтер.
«Учила» - громко сказано. Моего интереса хватило на пару уроков, единственная фраза, которую я освоила, это: «Один сэндвич с ветчиной, пожалуйста». Что довольно печально, учитывая, что я не люблю ветчину.
Рада, что у тебя есть крыша над головой, и надеюсь, что к ней прилагаются полноценные стены.
Дорис намекает, что я, как порядочная тётя, должна хоть разок взять племянников к себе на выходные. Я игнорирую её намёки и предпочитаю быть непорядочной тётей. Но подозреваю, что скоро придётся сдаться. Дорис в последнее время усиленно ноет, что у них с мужем совсем нет времени на себя, их брак трещит по швам, а им некогда поработать над отношениями даже один-единственный уикенд. И так красноречиво смотрит на меня, что в глазах окружающих я становлюсь бессердечным чудовищем. Кажется, мне вот-вот сплавят любимых племянников на выходные. Вопрос в том, останутся ли они любимыми после выходных. Пожелай мне удачи.
Китти.
_ _ _
Здравствуй, Китти.
Желаю удачи с племянниками и выходными. Впрочем, пожелание запоздало, выходные ведь уже прошли. Как ты? Как племянники? Остались ли они любимыми? Остались ли они живыми?
Хотел написать, что у меня всё хорошо, но правильнее будет выразиться: у меня всё неплохо. Я здоров, работаю, тут жаловаться не на что.
Вчера привезли партию лекарств – дар от одной из спонсорских компаний. Лекарства просроченные, однако по всем документам, разумеется, числятся как «актуальные». Компания ещё и получит налоговые послабления за свою благотворительную деятельность. Отказаться мы не можем – либо такие лекарства, либо никаких. Срок годности превышен не критично, лекарства, скорее всего, пока могут помочь, но как-то это неправильно. А если делать правильно, получится хуже – останемся без медикаментов. Будем предупреждать пациентов о возможных рисках… Предупреждай не предупреждай, а выбора у них нет. Хочется выть от бессилия.
Не подумай, что все, от кого мы получаем помощь, используют подобную схему. Много тех, кто честно ведёт дела, кто не виноват, что есть нечистые на руку благотворители, и кто уж точно не заслуживает, чтоб его приравнивали к прохвостам, – нельзя стричь всех под одну гребёнку. И просроченные лекарства у нас – далеко не самый страшный повод для желания повыть.
Я не пытаюсь принизить работу нашей организации, наоборот, она очень важна. Просто само по себе, в целом, неправильно, что люди не могут получать нормальную и своевременную медицинскую помощь и их единственный шанс – мы и такие, как мы. Благотворительных организаций на всех не хватит, как ни старайся. Понятно, что лучше сделать что-то, чем вовсе ничего, и нужно, обязательно нужно делать! Но только этим проблему не искоренить. Сколько ещё в мире мест, похожих на наше, которым не посчастливилось обзавестись медиками? Сколько людей страдают, становятся калеками, умирают, потому что у них нет доступа к медицине? Сосчитать невозможно, а представить – страшно. Так не должно быть!
Прости, я увлёкся. Не буду тебя загружать.
Уолтер.
_ _ _
Здравствуй, Уолтер.
Племянники живы, как и я. Любить их меньше я не стала, но и больше тоже.
Мне почти обидно. Представляла, что они будут носиться по квартире, переворачивать всё вверх дном, а я – бегать за ними и призывать к порядку. Но эти двое все выходные не отрывались от своих смартфонов. Никакого духа авантюризма. Я в детстве была довольно послушным ребёнком, но даже я за два дня в гостях что-нибудь бы вытворила. Хотя бы пошла играть во двор и разбила себе коленку. Меня пугает нынешнее поколение детей.
Боже! Я ворчу, как старуха! Наверное, это последствия тридцатилетия!
Китти.
_ _ _
Здравствуй, Китти.
Не переоценивай влияние тридцатилетия на организм. Не то чтобы ты была юна и свежа и вдруг, в ту самую секунду, когда тебе исполнилось тридцать, начала резко стариться. Если меня не подводят познания в геронтологии, процесс старения начинается в 25 лет. А согласно классификации ВОЗ, молодыми считаются люди в возрасте до 44 лет включительно. Так что тебе переживать или уже поздно, или ещё рано, выбирай сама.
Береги себя.
Уолтер.
_ _ _
Здравствуй, Уолтер.
Могу с гордостью сказать, что изначально знала, как расшифровывается ВОЗ. И без гордости – что «геронтологию» мне пришлось гуглить. Ты специально умничаешь?
Ладно, знаю, что не специально. И спасибо за разъяснение. Я подумала и решила, что переживать мне рано, начну лет через пятнадцать.
Я случайно наткнулась на передачу про Гватемалу. Кого я обманываю? Я нашла и посмотрела несколько видео про Гватемалу. Если ничего не путаю, там на подходе сезон дождей. Вас хоть не затопит?
Китти.
_ _ _
Здравствуй, Китти.
Да, как раз начинается сезон дождей. Затопить конкретно нас не должно, мы на возвышенности, да и дренажная система, хоть и самодельно-аляповатая, есть. Что касается холода – здесь всё-таки тропики, насмерть не замёрзнем точно, хотя вымокнуть придётся не раз.
Меня больше волнуют местные населённые пункты. В большинстве из них нет ни дренажных, ни мало-мальски приличных отводных систем. Там бывают наводнения – сами по себе не катастрофические, но способствующие распространению разных инфекций, бактерий, вирусов. Проще говоря, отличные условия для вспышек заболеваний. Недавно было зафиксировано несколько случаев холеры.
Скорее всего, в ближайшее время у нас будет намного больше работы. Поэтому заранее прошу прощения, если буду отвечать на письма даже медленнее, чем раньше.
Как ты? Надеюсь, всё хорошо. Дорис больше не пытается записать тебя в няньки?
Как Лондон? Пытаюсь представить себе Англию в это время года и не могу. Будто никогда там не жил, хотя в действительности уехал оттуда лишь несколько лет назад. Если можно, расскажи что-нибудь о городе, о погоде, о людях.
Уолтер.
_ _ _
Здравствуй, Уолтер.
Лондон на месте. Прости, не знаю, что ещё сообщить. Я не сильна в описаниях. То, что у нас лето и, следовательно, трава, газоны и кусты зеленеют, вряд ли тебя удивит. В этом году мало туманов и довольно редко идут дожди, некоторые даже ворчат, мол, слишком много солнца, но лично я таких претензий не понимаю и не разделяю. А в остальном как обычно – все куда-то спешат, пьют кофе на ходу. Старики чинно гуляют по паркам и скверам, дети гуляют по паркам и скверам бесчинно.
У меня всё отлично. Дорис намекнула, что мне неплохо бы повторить подвиг и вновь доказать любовь к племянникам, взяв их к себе на выходные, а я намекнула, что она сама в доказательство своей сестринской любви может пригласить меня к ним с Джеффри погостить на уикенд. На этом намёки закончились, равно как попытки опять сделать из меня няню. Я люблю свою сестру, но её периодически нужно одёргивать, иначе она, что называется, сядет на шею.
Как дела у тебя? Уже мокнешь?
Китти.
_ _ _
Здравствуй, Уолтер.
Я помню, ты предупреждал, что будешь писать реже, но мне всё равно не по себе. Напечатай хоть пару слов, дай знать, что ты в норме.
Китти.
_ _ _
Привет, Уолтер.
Я не навязываюсь, но волнуюсь. Что с тобой? Утонул? Замёрз? Заболел?
Китти.
_ _ _
Уолтер, это уже не смешно. Ну, это никогда не было смешно, но сейчас не смешно втройне. Хотя бы пришли пустое письмо в ответ, чтоб я знала, что ты жив и более-менее здоров.
Китти.
_ _ _
Привет, Китти.
Прости, что заставил волноваться. Я не утонул, но пару раз в воду сваливался. Мерзну регулярно, но это терпимо. А заболеть действительно заболел. Подхватил холеру. Наверное, прицепилась ко мне по старой дружбе. Хорошо, что не в самой тяжёлой форме, но приятного мало. Никому бы не рекомендовал.
Не скажу, что у нас здесь бушевала настоящая эпидемия, но вспышка была крупная. Есть умершие. Их могло бы быть гораздо меньше, если бы местные власти вовремя приняли меры – в идеале превентивные, но меры по борьбе с уже распространяющейся болезнью в самом начале вспышки тоже не помешали бы.
Ещё раз прости, что заставил волноваться.
Как твои дела?
Уолтер.
_ _ _
Привет, Уолтер.
Очень жаль умерших, но я рада, что ты жив.
Береги себя.
Китти.
_ _ _
И это всё? Я ни на что не намекаю и не напрашиваюсь, но такое письмо смотрится странно. Есть стойкое ощущение, что ты на меня за что-то обиделась.
Уолтер.
_ _ _
Я не обиделась, я перенервничала.
Китти.
_ _ _
Теперь успокоилась?
Уолтер.
_ _ _
А теперь?
_ _ _
Теперь – да. Не уверена, что до конца, но успокоилась.
Извини, я признаю, что это ужасно глупо. От тебя не было никаких вестей несколько недель, я не знала, что думать. Когда я не знаю, что думать, я фантазирую; а фантазия у меня богатая, и её дополнительно обогатил просмотр «холерных» фотографий и видео в Интернете. Я уже была практически уверена, что ты умер, и вдруг от тебя пришло письмо. Знаешь, как это бывает – когда после облегчения почему-то идёт необоснованное раздражение? Может, и не знаешь. Я раньше тоже не знала, а тут… В общем, я решила притормозить, чтобы не написать того, о чём потом пожалею.
Но сейчас всё пришло в норму, так что тормоза отменяются. И если ты сам на меня не в обиде, напиши, как твои дела теперь, как ты себя чувствуешь и что вообще у вас происходит. Я правильно поняла, что со вспышкой холеры справились?
Китти.
_ _ _
Здравствуй, Китти.
Не извиняйся. Я даже польщён.
У нас ещё есть отдельные случаи заболевания холерой, но в общем и целом можно сказать, что вспышка миновала. Понемногу входим в прежний ритм работы, возвращаемся к «рутине» - стандартные круглогодичные болезни, аппендициты, лихорадки, гнойные воспаления, побои средней степени тяжести и выше, несчастные случаи; и так далее.
Ещё не понял, как мои дела, до сих пор не было времени толком подумать обо всём. Но я жив и теперь уже практически здоров, значит, дела у меня обстоят как минимум недурно.
Я правда очень рад, что ты написала.
Уолтер.