До сих пор помнит девушку с каре.

      Очередной день морозного января начинается с суматохи в преддверии Нового года. Автобус непривычно наполнен множеством людей, которые направляются кто куда: кто-то на работу, кто-то на учёбу, а некоторые счастливчики находят время съездить в торговый центр и закупиться подарками для родных, совсем не парясь из-за километровых очередей. Хэрин же едет в жуткой толкучке с одного конца Сеула в центр, чтобы позволить себе хоть как-то отпраздновать будущий праздник. Взрослую жизнь никто не отменяет. Радует только то, что на презенты тратиться не придётся, их просто некому дарить… или нет. Одна девушка всё же заслуживает её внимание.       Сразу после выхода на нужной остановке Кан не спеша бродит между знакомых высоток Сеула, с каждым разом перебирая множество мыслей в своей крохотной голове. Ноги сами ведут её в нужном направлении, обходя магазины, в которых не раз ей удосуживалось побывать.       — Эй! Смотри, куда идёшь! — незнакомка осматривает своё пальто, которое мгновение назад было чистым, но уже испачканное в ароматном кофе. — Нужно быть аккуратнее.       — Извините, пожалуйста… — наконец опомнившись, Кан поднимает взгляд и видит неимоверно красивую девушку с каре, что безумно подчёркивает её форму лица, а берет, что в такую погоду не способен достойно защитить голову от погоды, держится плохо, готовясь упасть в сию же секунду. — Я… не специально, простите.       Резко дует морозный, подгоняющий спокойно плывущие тучи ветер, и берет срывается. Поток не настолько сильный, чтобы головной убор улетел далеко. Кан аккуратно поднимает его и протягивает незнакомке. Та лишь кланяется в знак благодарности, но с надменным лицом — забывать про утренний кофе, который пятном красуется на её пальто, она не собирается.       Перед лицом пролетает одна снежинка, потом следующая, а после и множество других. Обе девушки завороженно уставляются на небо, которое затянуто необъятным куполом из туч, носивших в себе миллионы ледяных пушинок, после смотрят чётко друг другу в глаза, иногда отвлекаясь на проезжающие мимо машины. Таинственная девушка встряхивает головой, избавляясь от лишних мыслей, и, в последний раз взглянув на Кан, оставляет её одну, идя в сторону остановки.       — Стой, — Хэрин, совсем забыв про правила вежливости, окрикивает её, надеясь, что, пока она приходила в себя, кое-кому не удалось далеко уйти. — Кто ты?       — Даниэлль.       Имя. Только имя, которое засядет в голове на ближайшее время и будет терзать душу от воспоминаний этих шелковистых на вид волос, подстриженных под каре; покрасневших от холода щёк; аккуратного носа и этих больших выразительных глаз, в которые можно смотреть бесконечно, ища любой изъян, зная, что так и не найдёшь его, так как они идеальны.       Теперь можно отправиться туда, куда девушка благополучно опаздывает, минуя толпы людей и посторонние здания, до которых Хэрин нет никакого дела. Как только на горизонте виднеется вывеска «Vincent», Кан ускоряет шаг и заходит через вход для персонала, находящийся с другой стороны постройки, где располагается стоянка; там уже видна машина хозяина.       — Доброе утро Хэрин-онни! — высокая девушка подбегает к Кан и приветливо улыбается.       — Привет, Хеин, — старшая гладит Ли по голове и снимает своё поношенное пальто, — как ты?       — Всё отлично, пришла пораньше и, как ты просила, почистила кофемашину.       — Умница.       Стоит ли час езды в заполненном автобусе ради такого? Определённо!       Хэрин и Хеин с самого первого дня работы в популярной сети ресторанов Кореи подружились. У них было много общего, но как жаль, что они пересекались только на работе, ибо у младшей учёба, а Кан ещё и удалённо работает, поэтому они ограничиваются переписками и общением во время перерывов. За такое маленькое количество времени перед ними выстроился крепкий мост доверия, который с каждой их встречей становится всё крепче и крепче. Подруги готовы помочь друг другу и поддержать, хоть и не в любую секунду.       Сегодня понедельник, шестнадцатое января; по будням обычно мало народу, но работа всё равно есть. Например, вечером весь персонал примется вычищать каждый уголок ресторана из-за множества будущих корпоративов, расписание которых забито и прописано на всю неделю. Хоть и филиал небольшой, но огромное количество мельчайших предметов декора усложнят генеральную уборку. И только после закрытия придётся ехать всё тот же час в автобусе, пусть и не забитом, в такое позднее время и мечтать о том, чтобы оказаться в привычной домашней обстановке за ноутбуком и продолжить выполнять заказы, потратив всю ночь на вырисовывание чётких линий и штрихов.       — Здравствуйте, Ёнджун-щи, — завидев начальника, обе девушки кланяются, кусая губы во время очередного выговора за разговоры на рабочем месте: «Смена началась с десяток минут назад! Быстро по местам».       Чхве всегда найдёт к чему придраться, укажет на эту ошибку и, если будет не в настроении, унизит при всём персонале или в худшем случае урежет зарплату; до увольнения ещё не доходило. В любом случае найти общий язык с ним очень легко — разбираться в машинах и алкоголе. Под эти критерии бармен Чхве Субин подходит, поэтому занимает особое место в сердце начальника, находясь почти наравне с «Armand de Brignac Ace of Spades». Почти, а это значит, что дорогой алкоголь в разы лучше этого Субина, который даже не старается пробиться в любимчики и просто выполняет свою работу.       — Здравствуй, Хэрин! — бармен приветливо улыбается, показывая свои очаровательные ямочки, и продолжает начищать винный бокал.       — Доброе утро, оппа!       Хэрин имеет хорошие отношения почти со всем персоналом, являясь активным экстравертом и находя подход к каждому. Уже после завоевания доверия она спокойно выдыхает и больше не напрягается: она узнала всех, все узнали её, а это значит, что и помощь, и поддержка будет. Какое-то время девушка корила себя за то, что ищет в людях только способность поддержать и наличие терпения для того, чтобы поныть в любое время. Сейчас же всё намного лучше: она с недавних пор посещает психолога, который способен действительно помочь ей.       Кан уже привыкла к утренней суматохе, так как работает тут уже больше пары лет; Фразы, включённые в ежедневный выговор Ёнджуна, девушка знает наизусть, звук от начищенных Субином до блеска фужеров больше не режет слух, а песням из плейлиста, который играет на протяжении всего дня, подпевает, а если есть возможность, то иногда и потанцевать может. Но только тогда, когда никого не будет.       «Сегодня понедельник, один из самых сложнейших дней недели, Кан Хэрин, ты обязана выжить и приехать домой», — девушка поправляет свой высокий хвост, затягивая резинку потуже.       Дома девушку тоже ожидает определённая рутина. Ей предстоит украсить квартиру, достать с давно забытой полки пыльную коробку, подписанную как «Новый год», и разобрать, возможно, поломавшиеся шары, целыми из которых обязательно украсит искусственную небольшую ёлку, которую тоже нужно будет собрать. Мысленно сделав напоминание о том, что нужно будет зайти в круглосуточный и купить упаковку батареек для гирлянды, Кан кивает и идёт в сторону подсобки.       И даже после облачения квартиры в новогодний наряд, Хэрин отдыхать не будет: сядет спокойно в кресло за письменным столом, возьмёт графический планшет и допоздна будет рисовать, но не в привычной тусклости ночи и тёмной квартиры, а уже освещаемая разноцветными огоньками.       Встряхивая головой, избавляясь от ненужных на данный момент мыслей, Кан надевает коричневый фартук и настраивается на предстоящий наитяжелейший день за всю предстоящую неделю.

***

      Поздно ночью, когда уже не слышишь привычное ворчание начальника, а спокойно наблюдаешь за проезжающими мимо редкими машинами в комфортном месте, что греет душу, можно выдохнуть и приняться за работу, даже закрыв глаза на то, что встать не можешь, а всё из-за того, что был на ногах весь день. Никогда девушка так не напрягалась, она готова свалиться и уснуть даже на полу, но отдохнуть.       «Надо спать, Хэрин, пожалей себя», — вновь и вновь проносится в крохотной голове, и Кан всё же решается пойти на уступки своим желаниям и сваливается на заправленную пушистым пледом односпальную кровать, и, даже не расстелив её, смыкает глаза, и проваливается в сонную пелену на несколько часов, совсем забыв про девушку с каре и чувствуя то, что проснётся утром от надоедливой трели будильника и отправится опять слушать выученные наизусть песни и ворчание Ёнджуна.

***

      Как-то странно.       Привычного звона будильника не слышно, а уже явно время переваливает за шесть утра, машины под окном не суетятся, а кот не мурчит под боком. Хэрин распахивает свои глаза и белоснежные стены с часами напротив, на которых маленькая стрелка стоит на цифре «9», кажутся максимально незнакомыми. Девушка оглядывается в первый раз и не замечает ничего родного и до жути комфортного: отсутствие тёмных штор, письменного стола и кресла, на котором обычно катаются по всей квартире благодаря колесикам, перед глазами только свет и ничего более. Кан аккуратно встаёт на ноги, не заметив домашние тапки, и идёт куда глаза глядят.       Главное в таких ситуациях — не паниковать.       Дверь за пределы этой комнаты закрыта, поэтому Кан решает сначала прислушаться к звукам снаружи и выдыхает, когда ничего не слышит. В этой спальне есть ещё одна дверь, она намного меньше: возможно, ведёт к гардеробу или ванной. Аккуратно, почти бесшумно прокрутив ручку, девушка открывает её и видит прямо перед собой зеркало — это гардероб. Подойдя чуть ближе, Хэрин позволяет себя приглядеться к отражению и почти сразу приходит в ужас. Прямо перед ней Даниэлль, на пальто которой вчера виднелось пятно от кофе, появившееся из-за случайности и неосторожности.       — Этого просто не может быть… — Кан пятится назад, пытаясь ущипнуть себя, думая, что это очередной затянувшийся сон. — Нет-нет-нет.       Паника наконец охватывает девушку, и она выбегает из этой комнаты, лишь бы не видеть её, Даниэлль, о которой Хэрин думала весь вчерашний день.       Вся квартира будто выбелена специально, глазу не на что зацепиться, потому что он просто-напросто ослеп от такого количества белого цвета. Забегая в первую попавшуюся дверь, надеясь на то, что это будет ванная, девушка выдыхает, видя перед собой раковину, сразу подбегает к ней и включает ледяную воду. Аккуратные ладони с длинными пальцами набирают воду и почти сразу прыская на аккуратное заспанное лицо.       — Я всё равно не верю.       Хэрин выходит и на носочках шагает туда, где проснулась, по пути решая, что ей следует найти хоть какое-нибудь средство связи и позвонить себе же, но сразу отбрасывает эти мысли, потому что телефон на прикроватной тумбе вибрирует, а не дисплее показывается знакомый номер телефона.       — Алло?       — Здравствуйте? — Кан впервые слышит свой голос со стороны. — Кто это?       — Я?.. — небольшая пауза из-за волнения, и девушка продолжает: — Меня зовут Хэрин, но я не думаю, что… — подобрать слова в такой ситуации просто невозможно — девушка находится в чужом теле, во что сама верит с трудом и общается сама же с собой.       — С вами тоже произошло что-то странное? Вы тоже сами на себя не похожи? — голос по ту сторону очень обеспокоен.       — А вы кто?       — Я Даниэлль.       — Даниэлль, вы уже проспали, найдите в сообщениях контакт «начальник» и напишите, что заболели.       — Но…       — Без но», пожалуйста, мне, между прочим, если всё уляжется, выговор сделают, поэтому идите писать и дальше будем разбираться.       — Нам нужно встретиться?       — Знаешь, это было бы просто прекрасно, — Кан сейчас на пределе, одно лишнее действие, звонок и вообще какой-либо шорох — всё взорвётся.       До сих пор не верится, что тот человек, которого она встретила вчера, стоит здесь. Точнее, она сама в теле того человека, который по сути ей никто. Обычный гражданин Сеула, который направлялся по делам, у которого на сегодня, очевидно, были планы, на которые благополучно пришлось забить.       — Хэрин же, верно? — уловив раздражение Кан, по ту сторону трубки девушка говорит еле слышно. — Не могли бы вы рыбок покормить? Нет, я, конечно понимаю, что ситуация не очень подходит…       — Хорошо, но только не так быстро, — аккуратно поднимаясь с кровати, Хэрин направляется к выходу, даже пропустив смешок: могут же такие пустяки расслабить. — Тогда вы — Герцога. На кухне миска, туда насыпьте один мерный стаканчик корма. Где вам будет удобнее встретиться?       — Там же, где мы вчера столкнулись.       Звонок завершается. Кан идёт искать аквариум с рыбками, а когда видит в огромной комнате стеклянный аквариум литров на сорок, то знатно удивляется:       — Вот это да…       Уже после того, как рыбки сыты, а корм убран в шкаф, недалеко от самой стеклянной установки девушка идёт дальше рассматривать квартиру, но так и не находит ничего интересного и решает пойти собираться. Но есть один нюанс, который никак не позволит ни выбраться из самого помещения, ни доехать до пункта назначения — незнание места нахождения на данный момент. Доставать Даниэлль звонками и расспросами совсем не хочется, Хэрин сама разберётся. Кан решает не рыться и перебирать каждую вещь в ранее рассматриваемом гардеробе, поэтому берёт первые попавшиеся брюки и блузку и идёт в коридор.       Удивительно, что квартира хоть и большая, но запомнить её можно легко. Коридор соединяет ванную, гостиную и спальню. Кухня соединена с огромным залом, в котором стоит аквариум с самыми разными морскими существами, а кладовая, которую заметить удаётся не сразу, находится почти у входа; там аккуратно на вешалках висит верхняя одежда, на полках очищающие средства, а к стене прислонена невысокая стремянка.       Наконец собравшись, Кан покидает белоснежную квартиру, выходит на улицу и приходит в ещё больший ужас. Места до жути знакомые, но девушка не может вспомнить, чтобы она когда-нибудь была здесь.       Точно.       — Алло? Даниэлль, ты где? — Хэрин теребит край чёрного шерстяного шарфа, мысленно давая себе по лбу за то, что совсем забыла про формальности.       — Я только вышла, а что? — по ту сторону слышно тяжёлое дыхание Марш; сразу понятно, что она спускалась шесть этажей пешком из-за того, что трудяги ещё не приступили к починке лифта, обещая, что вот-вот наступит тот день, когда им придётся отработать деньги, что они получают.       — Иди к круглосуточному недалеко от дома, я подойду к тебе.       Завидев знакомое пальто, Хэрин идёт в сторону уже своей знакомой и окрикивает её. Когда девушка оборачивается, Кан ускоряет шаг, а то неудобно так заставлять ждать.       — Это я… — нервный смешок со стороны Марш и непривычно округлённые глаза заставляют немного смутиться: Кан пристально рассматривают, пусть и не в её теле.       — И что нам надо сделать? — всё ещё с румянцем на щеках, что появился совсем не от холода, начинает искать решение проблемы.       — Сколько вам лет? — Даниэлль, делая шаг, становится прямо перед чуть больше, чем незнакомкой, и продолжает рассматривать её, но только в своём теле. — Мне двадцать пять, предлагаю перейти на менее официальный стиль общения.       — Умеешь ты тему перевести, — Хэрин принимает предложение, — мне двадцать четыре, — чувствуя то, что начинает подмерзать, девушка жестом приглашает идти вдоль аллеи и продолжает: — Мне ещё раз повторить вопрос?       — Как ты можешь говорить так своей онни? — скорее театрально старшая надувает губы, на что другая закатывает глаза и делает вывод: ей безумно не идёт. Сама Хэрин, когда всё уляжется, никогда не будет так делать. — Пробовала в интернете что-то поискать?       — Ты реально думаешь, что такое реально? — увидев остановившуюся знакомую, младшая тихо охает и ударяет себя по лбу. — Точнее… есть ли решение такой проблемы?       — А ну-ка, сейчас посмотрим.       Даниэлль жестом просит свой телефон, который сейчас покоится в кармане Хэрин, и, когда получает, по привычке поднимает его так, чтобы можно было разблокировать фейс-айди, а когда осознаёт свою ошибку, поворачивает его к Кан, и после того, как появляется доступ к устройству, заходит в браузер.       — Смотри… — Марш подзывает к себе и показывает сайт, на котором есть что-то похожее на ответ, пропуская мимо идущую старушку, ибо стоят прямо посреди аллеи.       На телефоне открыт сайт по типу «вопросы и ответы», где один пользователь разместил сообщение о том, что он и ещё какой-то человек совершенно случайно проснулись в разных домах, с разной внешностью. Также написано, что контакт у них так же был, но как вернуться обратно, они не знают.       Ответа на это, конечно, нет.       — Да ну… Нужно опять тебя толкнуть? — поднимая свирепый взгляд, спрашивает младшая, на что Даниэлль пятится назад, выставляя руки. — Или ты меня, получается?       — Давай без этого? Мне пришлось неплохо так заплатить за химчистку… я всё ещё помню тот кофе.       — Это случилось вчера, конечно ты будешь помнить.       Закатывать глаза даже на пустяки для девушки становится уже обыденным делом, поэтому и старшей нужно будет привыкнуть к этому, так как проблема решится явно не скоро и им нужно будет поддерживать контакт как минимум для того, чтобы хоть что-то предпринять, а то меняться жизнями навсегда совсем не хочется.       — Эй, Хэрин смотри, — Марш отвлекает знакомую. — Нашла что-то… «просто проводить больше времени с этим человеком».       — Аноним какой-то, м-да… вот это дельный совет.

***

      Так они и провели почти все выходные вплоть до Нового года, когда все вернулось на круги своя. Девушки хорошо общались, находили компанию друг друга весьма интересной, пока не прошла неделя, ещё одна, потом другая.       И всё закончилось.       Переписка в какаотолке пустует, дорога от одного дома к другому позабыта, а время, проведённое вместе, остаётся лишь приятным воспоминанием: первая встреча, пятно от ароматного кофе на тёмном пальто и первый миг «чуда».       Все разошлись в абсолютно разных направлениях, их больше ничего не связывает, но Хэрин всегда будет помнить девушку с каре, в которую она врезалась морозным днём января.