Любовь прекращена намерено

Марк лениво перетаскивал свои ноги, бороздя ими по влажному асфальту. Руслан так и не прочитал сообщение, и ничего не ответил, в техникуме он также отсутствовал, что навевало у юноши мысли о том, что новоиспечённый приятель больше не захотел с ним общаться. – Всё же было нормально, не может же он просто взять и.. – раздумья Марка прервал собственный взор, упавший на четвёртый этаж дома напротив. – Шторы? Когда последний раз Руслан их вообще использовал? Вроде бы простая обыденная вещь, но для Марка она не сулила ничего хорошего. По приходе домой, не снимая верхней одежды тот подошёл к окну, и слегка раздвинув преграду, стал наблюдать. Шторы окон Руса оставались неподвижными на протяжении пару минут, но вдруг, словно ощущая присутствие посторонних глаз, они распахнулись самим виновником торжества. Он был суетливым, взъерошенным, казалось, он недавно проснулся. – Проспал всё таки.. Так и знал. – точно это сказал бы Марк, но стоило ему лишь приоткрыть рот, чтобы высказать своё негодование, как мужчина, появившийся рядом с объектом его наблюдений, не позволил парню сделать этого. По всей видимости отец Руслана, о котором он ничего не рассказывал, как и о своей семье в целом, стал кричать на сына, периодически показательно поднимая ладонь у лица младшего, от чего он по началу ёжился, но вскоре стал храбрее, что не сыграло ему на руку. Отец ударил пасынка по лицу с невероятной ненавистью, способной наполнить Тихий океан так, что вода начнёт выходить из берегов. Рус пошатнулся, но удержался на ногах, выражая свою непоколебимость, которая и так была на волоске. После чего мужчина ударил сильнее, заставив Марка на секунду зажмуриться, от увиденного, словно ощущая всю боль на себе. На этот раз Руслан, не утерпевший повторного удара, облокотился на подоконник, а затем и вовсе скатился на пол, пропадая из вида. Одержав мелкую победу над сыном, на лице отца с большей вероятностью можно было бы увидеть ехидную улыбочку, но ему показалось этого мало. Он стал наносить удары ногами. Удар.. За ударом. Каждый его замах, заставлял сердце Марка больно вздрагивать, от горечи того, что вмешаться он не может, но и перестать смотреть на всё это – тоже. Безмолвный.. беспомощный свидетель. Мужчина покинул комнату, но Рус не показывался на глаза, а значит и не вставал. Слишком много тревожных мыслей терзали голову Марка, слишком много. Под сомнением было даже то, а может ли вообще столько помыслов возникать в принципе? Тело стало пробивать на грубую дрожь, а руки всё тянулись к телефону, дабы написать, но что.. Что можно было написать в тот момент? Обрывая пессимистичный поток размышлений наблюдающего, в окне показался силуэт Руслана, чем слегка успокоил его. – Уже знаю, что жив, уже хорошо. – на выдохе произнёс Марк, нервно теребя край штор. Повернувшись, позволяя рассмотреть его, Руслан вытер кровь до ужаса трясущимися руками с лица. Выражение его физиономии тогда рассмотреть было сложно, да и это не требовалось, старший уже был на грани. Руки потели, сжимаясь в кулаки всё сильнее, а дыхание своей громкостью, будто содрагало стены. Со спины Руслана появилась уже знакомая фигура. Если бы можно было слышать, что говорит Рус, то это точно было бы что-то бранное. Парень развернулся, в попытке нанести встречный удар, но отец перехватил руку сына, и схватив того за волосы, размахнулся, и ударил его о оконное стекло, будто призывая не сопротивляться. Отшвырнув младшего в сторону, мужчина задвинул шторы, оставляя Марка в жутком неведении, разрывающее его с веской жестокостью на части. Грудная клетка вздымалась всё чаще, глаза не желая закрываться слезились. Юноша не думал, что попав в такую ситуацию, он поведёт себя именно так. Прокручивая раньше моменты жестокости у себя в голове, он думал, что останется безразличным и брутальным, глупо ведь, да? А сейчас он стоит и плачет, как маленький ребёнок, которому не купили любимый трансформер. Ноги непроизвольно подкашивали, вынуждая спуститься вниз. Вытянув руку в сторону прикроватной тумбочки, Марк подхватил упаковку успокоительных, которые обычно тот использовал после приснившихся кошмаров. Немного покрутив блистер, он вытащил две таблетки и проглотил их. Горечь лекарств совсем не ощущалась, парень даже не поморщился, но уже не играя роль сильного и независимого, а от безразличия ко всему происходящему. Во рту знатно пересохло, доставляя дискомфорт при сглатывании, и даже при каждом сбивчивом вдохе и выдохе. Неизвестно сколько времени прошло до того, как Марк поднялся на ноги и направился к кухне, за столь желанным стаканом воды. Юноша помнил лишь счёт, долгий счёт.. 1.. 2.. Заново.. 1.. 2.. 3.. Опять заново.. 1.. 2.. 3.. 4.. 5.. 6.. Мучительный, изрядно заебавший счёт. И так, пока дыхание не пришло в норму. Глоток за глотком воды, был словно первым и последним, таким сладостным, в котором так нуждался Марк. – Неужели я так впечатлителен? Жуть. – тихо прошептал он, и лишь одни движения губ, говорили о том, что тот издавал звук. Стоя на ватных ногах, а единственной опорой являлась столешница, дышащая наладом, мысли парня стали частично распределяться по своим местам. Но тут она.. долгожданная вибрация смартфона. Позабыв о всём, о спасительном стакане воды, о ноющем теле, Марк подался на встречу к телефону. Руслан Хофер Извини, что долго не отвечал – Я был занят – Не дуйся) – Дрожащими от нетерпения пальцами, Марк стал печатать. Марк Каллен – Ничего. Почему тебя не было в техникуме? Руслан Хофер А, это – Прости, проспал просто – Надеюсь меня не отчислят – АВХВАХАВХ – Марк Каллен – Тебя хотят отчислить? Почему ты мне не говорил? Я могу тебе помочь по урокам Руслан Хофер Да не удобно как-то ахаха – У тебя своих дел много – Я как-нибудь сам, окей? – Марк Каллен – Всё нормально? Руслан Хофер А должно быть ненормально? – Ахахахаа – Всё хорошо! – Господи, не парься так! – Марк Каллен – Уверен? Руслан Хофер Конечно, я же сказал! – Эта была наглая ложь, и они оба это прекрасно знали, но как актёры погорелого театра, они продолжали играть в Незнаек. Марк Каллен – Мы можем встретиться? Руслан Хофер Ты чего? – Уже 11 – Поздно – Давай в другой раз) – Марк был очень удивлён, что прошло столько времени, после его прихода домой, казалось прошло всего несколько десятков минут, но никак не пять с лишним часов. Марк Каллен – Может завтра? Перед парами или после? Руслан Хофер Слушай, Чайковский – Я кажется приболел – Может на следующей неделе)? – Руслан не хотел появляться на людях, а особенно перед Марком в побоях, поэтому принял решение не ходить в учебное заведение некоторое время. Отец его бил, но не так сильно, как сегодня. Скрыть такие следы уже не получится обычными свитерами и водолазками, а объяснять "Что это? Откуда? Что случилось? Кто это сделал?", ему точно не хотелось, дополнительные вопросы – последнее, чего он жаловал в ближайшие дни. Марк Каллен – Хорошо, только обещай, что разберёшься с учёбой, не бойся просить о помощи Руслан Хофер Ладно, ладно! Ещё спишемся!!! – Марк Каллен – Конечно. Если что ‒ звони На последнее сообщение не последовало ответа, но оно было прочитано, что образно говорило "Да, хорошо" или что-то в этом духе. Во всяком случае, отсутствие ответа – тоже ответ, и чаще всего положительный. Именно этими фразами успокаивал себя Марк. Укутавшись в мягкое, но прохладное одеяло сон к парню так и не приходил. – Вряд ли сегодня получится уснуть. – на глубоком вдохе пронеслось в голове. – ну, стоит хотя бы попытаться.