Песня сердца.

      Утро было добрым. То-ли дело было в том, что Драко выспался, то-ли в общем настроении, но факт остаётся фактом, всё вокруг казалось замечательным. Любимые ткани вокруг, потрясающий полог, глубокого зелёного слизеринского цвета. Было в этом, что-то родное, близкое. Эльфы приготовили отличный завтрак, он одел любимый костюм, и уже собрался по своим новым делам, которые он так и не обрисовал в голове, но надеялся решить по ходу, однако, столкнулся с проблемой того, что не знает с чего начать.       Это только в мыслях звучит отлично "Начать новую жизнь!". Но, по сути, непонятно, что собственно делать, и как поступить. Постояв посреди кабинета, перед камином, сосредоточенно вглядываясь в уже изумрудное пламя, Драко всё-таки сдался и назвал адрес своего рабочего кабинета.       Он подошёл и сел за стол. Не спеша себя корить, взял документы, что лежали перед ним, надеясь понять, что делать. И первое что он увидел, это дата. Вчерашняя дата. Не поддаваясь панике, он сначала всё перепроверил, но результат всё равно был тем же, сегодня вчерашний день. Тяжело упав в кресло, он закрыл лицо руками. Вот что имел ввиду призрак, говоря о выборе. Пришлось стиснуть челюсть, чтобы не завыть в голос. Вся его работа сделанная вчера исчезла. Зелье, что должно поднять его над конкурентами за рубежом, то самое, что сделает его компанию лучшей в мире, включая азиатский континент, что в принципе казалось невозможным ещё каких-то пол года назад.       А выбор прост. Забыть уроки духов Рождества, закрыться в лаборатории и пока свежа память, восстановить вчерашние наработки, восстановить утраченный, по причине вмешательства магии рода, рецепт и, конечно, восстановить все записи. Он прекрасно понимал, что это займёт не одни сутки, так как уже чувствовал, что не полностью уверен в своих способностях повторить успех. Он устал, много спал и был наполнен большим количеством непривычных эмоций, что делало его память о вчерашнем прорыве максимально дырявой. Но если вот прямо сейчас пойти туда и взяться за дело, всё ещё можно исправить. Вот взять, встать и войти в двери лаборатории, до которой несколько шагов.       Но он не шёл. Он просто сидел скукожившись в кресле, закрыв лицо обеими руками и не шевелился. Потому что цена этого решения слишком высока. Потому что начав работать, он остановится ещё не скоро. Потому что есть то, чего он хочет больше. Жить. Он хочет просто жить. Хочет любить своего сына и доказать ему, что его род это больше, чем титул или деньги. Род Малфоев это семья, самая дружная на всём белом свете. Люди, поддерживающие друг друга всегда и во всём. А главное доказательство этому, для самого Драко, это те самые духи. Ведь, когда настал момент, что он перестал слышать голоса родных людей, сама магия рода объединила всех её представителей, чтобы показать и напомнить, ради чего это всё. Ради чего он так хочет стать богатым и сильным, ради семьи. И зачем тогда это нужно, если всё закончится так, как показал дух грядущего Рождества.       Но и это не всё. Гермиона. Теперь он знает, что у него есть шанс. И не просто шанс, а прямо-таки шансище! Она небезразлична к нему. А он слепой идиот. Сколько лет он потерял? Сколько лет он мог бы быть с ней? Целовать эти губы, зарываться в эти кудри, держать эту талию ладонями. Сколько споров он пропустил? А то, что они будут спорить, он был просто убеждён. Эта ведьма так интеллектуально глубока, что не факт, что ему хватит целой жизни, чтобы разобраться в этой лохматой, умной голове.       И вот, Драко сидит и не может двинуться с места, потому что процесс переламывания себя, оказался, совсем непростым. И нет, он не уговаривал себя поступить правильно, он и так знал, что должен сделать, но заставить себя начать действовать вслепую, полностью оставив в этом кабинете то, что в принципе составляет его личность, было сложно.       Но потом, перед его внутренним взором возникла картина. Поттер утешает его девочку, обнимая и пытаясь унять боль, которую и сам не понимает, а на руке у неё кольцо. Знак принадлежности другому мужчине. И словно молния поражает сознание.       "Нет! Она моя!" - Бьётся, не очень сформированная мысль в голове.       И тогда, он встаёт. В его глазах больше нет сомнений. Он решительно собирает бумаги и запирает их в шкаф. Да, чтобы вернуться к прежним результатам ему понадобиться по-настоящему много времени, но он ведь умный и справится, в конечном итоге. А сейчас важно другое, Рождественское утро!       Он решительно взял лист и перо, и написал официального вида письмо, уведомляющее, что сегодня заберёт своего сына из дома жены для празднования Рождества в родном поместье. Также он написал, что в случае желания, Астория тоже может к ним присоединиться, однако только она, на правах матери, так как никаких приёмов не планируется. После чего отправил письмо с совой, и закрыв кабинет, вышел в мир через дверь.       Это не должно было его удивить, но всё же он слегка опешил, когда вспомнил, что его офис находится, прямо в начале косой аллеи. Изначально это место было выбрано из-за того, что было действительно удобно работать среди кучи необходимых магазинов, как с ингредиентами, так и книгами и артефактами, но потом он как-то забыл об этом, потому в течение всех этих трёх лет ни разу не выходил из офиса через парадный вход.       Сейчас, это было на руку. Он ходил по лавочкам и дорогим бутикам, с особым удовольствием выбирая подарки. Что, к его стыду, тоже было впервые за много лет. На него смотрели с недоумением, будто он в принципе не должен был ходить среди людей. Это немного смущало, но он верил, что ещё не поздно всё исправить.       Вернувшись домой, он первым делом отправился в родительское крыло. Кабинет отца всегда был занят в это время, потому что тот вёл дела рода прямо из поместья и постоянно принимал у себя кого-нибудь. Но сегодня он сидел один, что-то читал и пил горячий шоколад. Шёлковый и немного тяжёлый запах шоколада заполнил всю комнату, а на лице отца были очки для чтения с серебряной цепочкой на правой дужке, которые он одевал только, когда был один.       Про себя Драко припомнил, что сегодня к нему придут министерские, и он теперь готовится к приёму важных гостей. И если изначально он собирался его не трогать и устроить семейный вечер подальше от родительского крыла, скажем в изумрудной, малой гостиной, но вдохнув этот запах, что так причудливо перемешался с любимым отцовским парфюмом, все планы поменялись.       - Отец, добрый день, - сказал Драко сдержанно, хотя внутри хотелось разрыдаться. Отец выглядел неплохо, по сравнению с тем, каким был сразу после войны, но отпечатки усталости и пережитой боли всё равно были видны. А он ничего не замечал.       - Драко? - Люциус весь подобрался. - Что-то случилось? Что-то со Скорпиусом?       - Что? - удивился Драко. - Всё в порядке. С чего ты решил, что что-то произошло?       - Ну сейчас разгар рабочего дня, и ты дома, а не на работе и ещё и...       "Трезв" - Мысленно закончил за него Драко, наблюдая за тем, как мучительно Люциус подбирает слова.       - Сегодня Рождество, отец. И отныне я буду проводить его со своей семьёй. Сегодня я заберу Скорпиуса, и я очень надеюсь, что ты найдешь время посетить наш огонёк.       Драко говорил спокойно и уверенно, хоть про себя и переживал, что последуют осуждение или упрёки, но отец вдруг встал и, не говоря ни слова, обнял Драко, крепко прижав к себе, как не делал лет с тринадцати. Судорожно вздохнув, Драко прижался к отцу и сильно зажмурился, как всегда делал, чтобы сдержать рвущиеся слëзы.       - Я буду непременно, - почти шёпотом сказал Люциус и только потом отпустил его.       - А ещё я женюсь, - решил сразу обозначить Драко.       - Оу, - замялся Люциус. - Это хорошо. Но ты ведь помнишь, чем это закончилось в прошлый раз? - Драко снова удивлённо на него посмотрел. - Я просто надеюсь, что ты не будешь торопиться и хорошо всё обдумаешь. Понимаешь, в нашем роду из покон веков браки скреплённые без любви обычно расторгаются очень быстро, потому что магия не любит фальши, а наш род предпочитает браки соединенные любовью.       - Почему я слышу об этом только сейчас? - без особого раздражения спросил Драко, потому что ему действительно хотелось знать. - Зачем тогда ты позволил мне жениться на Астории?       - Это сложно объяснить, - ответил Люциус. - Насчёт первого вопроса, то скажу просто. Любовь нагрянет тогда, когда её не ждёшь, а если ждёшь, то не сможешь истинно проникнуться чувствами. Так завещали предки. Мне отец тоже рассказал об этом только, когда я взбунтовался. То есть, уже нашёл любовь. А насчёт второго... Астория казалась влюблённой, а ты казался отвечающим ей. Никаких других привязанностей я за тобой не замечал, поэтому и согласился. Это было удобно, она была подходящей. Что это ошибка, я понял тоже быстро, но недостаточно. Ты слишком закрылся от меня, и я решил не вмешиваться в твою жизнь, - немного помолчав, он добавил. - Я кажется и так достаточно испортил её.       Драко был в шоке. Если по простому. Он не ожидал от отца подобного. Тепло и благодарность наполнила его внутри. Он словно вернулся домой, в этот запах и в эти объятья, благодаря словам, что прозвучали сейчас.       - Я не виню тебя ни в чëм, - с трудом выдавил из себя Драко. Всё-таки проявлять эмоции тяжело, когда давно забыл, какого это чувствовать, в принципе. - И... Она магглорождённая.       Драко видел, что отец непроизвольно поджал губы, но справившись с собой, глубоко вздохнул и решительно кивнул. Тогда Драко, уже со спокойной душой пошёл разыскивать мать, которая по информации от эльфа, как раз собиралась выпить чаю в столовой.       Разговор с матерью начался в том же ключе, что и с отцом, отчего Драко досадливо поморщился. Но когда он объяснил Нарциссе, что собирается к Гринграссам, то вместо того, чтобы начать проситься вместе с ним, чего он непременно ожидал, вдруг расплакалась и кинулась ему на шею, как маленькая девочка. Он прижал её к себе, как совсем недавно отца, и на этот раз его эмоциональная чаша переполнилась, и он не смог сдерживать влагу в глазах. Конечно, он быстро справился с собой и мама даже ничего не заметила, сама поглощённая переживаниями, но он осознал, что внутри, наконец, что-то сломалось. Что-то, что всё ещё сдерживало его в рамках, что-то, что не давало чувствовать полной грудью. У него прорвало плотину, и он несколько часов сидел, практически в объятьях матери и говорил, говорил, говорил. Пока не охрип голос. Он рассказал ей всё, и как ненавидел приёмы в детстве, и как полюбил Грейнджер, и как пережил эту войну, и как мечтает до сих пор дружить с Поттером, и как любит свою работу, но теперь боится её, и главное, как сильно виноват перед сыном, и как сильно хочет исправить всё!       Нарцисса, как истинная леди держала себя в руках, хоть иногда и хотелось скатиться в истерику от боли за своего единственного сына. Она на самом деле не осознавала, как плохо всё на самом деле, а на моменте, где он рассказал о Гермионе, она вообще едва не вскрикнула. Это ж, как сильно они с Люциусом заморочили ему мозги, что он практически потерял единственную возможность быть счастливым.       В конечном итоге, когда Драко более-менее успокоился, Нарцисса напомнила сыну, что он Малфой, а Малфои всегда добиваются своего. Она быстро организовала сборы, приказала приготовить поместье к прибытию гостей и уже было собралась выходить, когда прямо ей на встречу из камина вышла Андромеда с Тэдди и Гарри Поттером. Она совсем забыла, что сегодня собралась к ним в гости.       - Меда, прошу меня простить, я боюсь не успела предупредить, но я не смогу встретить Рождество с Уизли. - сказала она сдержанно, хоть и с явными нотками сожаления. Драко понял, что его мама действительно хотела попасть к Уизли, хоть и не признала бы этого вслух.       - Из-за него? - как всегда недружелюбно спросил Гарри.       - Гарри! - попыталась приструнить его Меда, но её перебил его крестник.       - Дядя Драко! Вы тоже идёте в гости с нами? - явно пропустив пару реплик, спросил он восторженным голосом. От этого у Драко потеплело внутри. Какой же он болван, что не замечал своего племянника, что так открыто принимал его даже тогда, когда в его душе было пусто.       - Нет, Тэдди, - малыш сразу поник от его слов, а Поттер подобрался, будто готов был запихать его слова ему обратно а глотку. - Я с Леди Нарциссой пойду заберу своего сына, чтобы он смог отметить Рождество с нами, но потом мы все вместе обязательно заглянем к вам на огонёк, совсем ненадолго, но достаточно, чтобы поздравить с рождеством.       - Обещаешь? - спросил Тэдди, возвращая себе восторженное выражение лица.       - Слово Малфоя! - шуточно строго сказал Драко, а потом наклонился и почти шёпотом добавил. - Я даже подарок для тебя приготовил, так что жди.       - Только ты ещё принеси подарок Мари-Виктуар! - беззатейливо зашептал племянник. - Она очень вредная, и если мне подарят подарок, а ей нет, то она очень разругается!       - Идёт! - рассмеялся Драко и поймал изумлëнный взгляд зелёных глаз. По его взгляду он решил, что с него пока хватит и стоит пригласить его в паб, как-нибудь позже, когда он привыкнет к нему новому. Поэтому он проводил гостей молча к Уизли, а сам отправился с матерью за Скорпиусом.       Астория его встретила неласково. Не то чтобы он реально на это надеялся, но не ожидал упрёков и ругани, прямо перед ребёнком, который не знал, куда себя деть. Он отправил его с Нарциссой собирать вещи на выходные, а сам постарался успокоить бывшую жену. Он уверил её, что не станет забирать сына у неё, но будет участвовать в его жизни на постоянной основе. А то, что он сейчас забирает его на Рождество, так это ей на руку. У Гринграссов большой приём, а ребёнку на нём не место. Когда же Астория поняла, что Драко настроен миролюбиво, то перестала орать, а наоборот очень робко спросила, может ли она уже заводить новые отношения, так как, кажется, влюбилась. Заверив её в том, что всё в порядке, он забрал, восторженно пищащего сына и отправился прямо в Нору.       Несмотря на то, что Поттер видимо уже успел предупредить всех, что сегодня к ним на огонёк заглянет Драко, эффект от их появления был более чем красноречивым. Тишина, гробовая. Пока Тэдди, со всей присущей шестилетней беззаботностью не кинулся к Драко на шею и не начал требовать подарков. А уже после того, как Драко, вопреки всеобщему ожиданию, подхватил сорванца и словно из воздуха достал коробку с лентами, то вокруг все выдохнули и теперь уже смотрели на него с любопытством.       Грейнджер не было. Только сейчас он вспомнил, что в тот вечер она опоздала, потому что пошла к нему, под выдуманным предлогом, чтобы поздравить. Оставив сына с Нарциссой, он, пообещав вернуться очень быстро, отправился обратно в поместье.       Выйдя из камина, он не увидел отца, который скорее всего, уже вовсю развлекал министерских в своей столовой, но отчётливо услышал звон, оповещающий о гостях через парадную дверь. Домашний эльф уже собирался открыть, но Драко спешно остановил его, заверив, что сам встретит гостью. Эльф немного замялся в удивлении, но кивнул и исчез.       "Дожили, даже эльфы, имеют такое странное отношение к нему. Это ж, как я не замечал всего этого?"       Подойдя к двери, Драко решительно открыл дверь. Однако, к его удивлению, она не открылась полностью, как он уже обрисовал в своей голове, а лишь на пару десятков сантиметров, застряв на цепочке, что крепилась к косяку, очевидно магическим образом, учитывая крепкость конструкции, в отличии от её вида. Нахмурившись, Драко дёрнул снова, но дверь не поддалась.       - Что за хрень? - выругался удивлённо Драко.       - Цепочку сними,- послышалось из-за двери, и он, перестав бороться, заглянул в проём. Грейнджер стояла за дверью, раскрасневшаяся от мороза в коротком меховом жилете, из-под которого виднелось платье солнце, длинной чуть ниже колена, глубокого винного цвета с золочëнной вышивкой с рождественскими мотивами. Снег путался в её кудрях, сцепленных невидимками, чтобы открыть лицо, слегка подкрашенное макияжем и морозом. Она очевидно замёрзла, в не предназначенной для такой погоды одежде, но невероятно красива. - Это цепочка для дворецкого. - спокойно объяснила Грейнджер.       - У нас нет дворецкого, - недоуменно сказал Драко. Но на секунду засомневался, мало ли что он ещё не заметил. - Обычно эльфы дверь открывают.       - Сейчас так и есть, - слегка неодобрительно отозвалась Гермиона. - Но раньше для такой работы нанимали людей, а ваше поместье очень старое, видимо цепочка не убиралась с тех времён.       Драко с трудом оторвал взгляд от Грейнджер и посмотрел на цепочку. Примерно понимая, как та работает. Нужно ведь впустить гостью, а то замёрзнет и не станет новой миссис Малфой.       - Золотая... - пробормотал Драко и захлопнул дверь. Но Гермиона не успела удивиться, так как дверь открылась вновь, через секунду и на этот раз на всю ширь. Драко протянул руку наружу и с силой дёрнул её на себя, чтобы побыстрее её отогреть.       Гермиона стояла к двери боком, так как от холода уже много минут переминалась с ноги на ногу в своих сапожках, которые никак не спасали колени от мороза. От резкого движения Гермиона крутанулась вокруг своей оси и платье на секунду приняло форму солнца, раскрывшись в движении. Драко так засмотрелся, что едва успел поймать её, сохраняя от падения. Грейнджер же, неожиданно влетев в его объятья, так и застыла лицом к лицу, с руками на его плечах.       - Прости, - пискнула она ему в лицо, хотя это он должен был бы извиниться, ведь это он дёрнул её внутрь.       - Замёрзла? - спросил он ей практически в самые губы, наслаждаясь внезапной близостью. От неё пахло цитрусом и морозной свежестью. Хотелось зарыться в её волосы и вдыхать, вдыхать...       - Может, уже отпустишь? - спросила Гермиона, чуть смущённо. И не то чтобы он её крепко держал, но и выбраться из его объятий не оттолкнув от себя было невозможно, а ей по видимому очень этого не хотелось. По правде говоря, ему тоже совершенно не хотелось её отпускать. Несмотря на то, что это он её поймал, в итоге, он всё равно ощущал, как она льнула к нему всем телом, словно совсем не хотела, чтобы он её выпустил.       - Нет, - просто ответил Драко, понимая, что просто не может разжать руки. Гермиона закатила глаза на это и едва слышно раздражённо фыркнула. Как когда-то в школе, когда он пытался её задеть и подколоть, и ведь почти всегда это было бесполезно, и она чаще всего реагировала именно так. Всепоглощающее тепло разлилось по венам, и он не сдержался. - Самая умная ведьма столетия пришла, чтобы снова исправить ошибки в документах? - спросил он, намекая на бумаги, что она всё ещё держала в своих руках. - Похоже мне пора проверять твою работу, а то это уже совсем странно...       Гермиона вспыхнула смесью раздражения, ярости и смущения. Её глаза загорелись яркими искрами, щëки порозовели ещё сильнее, а тело напряглось.       - Отпусти! - она завозилась в его руках, но поняв, что тот держит её ещё крепче, посмотрела снова вверх, замирая лицом к лицу, губы в губы.       - Не отпущу, - сказал Драко, задевая её губы своими, наслаждаясь её реакцией и теплом её дыхания. - Никогда больше не отпущу. Слишком много времени я потерял в слепоте. Отныне я буду ходить за тобой хвостом, исправлять все твои документы сам, и держать в своих руках, даже если весь мир будет против. До тех пор, пока ты не ответишь на мои чувства...       Он не знал, какого ответа ждёт от неё прямо сейчас, но в одном он был уверен. Он выполнит все свои обещания и даже больше, а главное теперь и навсегда она станет его женой, его жизнью, и всё что для него важно, они будут делать вместе, ведь они даже работают вместе. Конечно, важно, чтобы его сын её принял, и она его тоже, но он готов сделать всё, чтобы у него всё получилось.       Его размышления прервал ответ. Её ответ. И в отличии от вербального, которого он ожидал от неё, он получил невербальный. Поцелуй, лёгкий, словно крылья бабочки коснулись его губ. Учитывая ту близость, с которой они стояли всё это время, он мог бы даже подумать, что ему показалось, если бы он не видел своими глазами, как затрепетали её ресницы, и как она едва заметно подалась вперёд.       - Блять, Грейнджер... - прошептал Драко, мгновенно сбившимся дыханием, словно вокруг выкачали воздух. - Я вообще не выпущу тебя из своих рук никогда, ты меня понимаешь?       И словно в подтверждение сжал её платье в кулак на её талии, отчего она трепетно прогнулась. От этого движения, его прострелило искрами желания. Она сглотнула и кивнула, чуть смущённо, но решительно. Только тогда он отпустил себя и обрушился на её губы со всей страстью, на которую был способен. Он целовал её глубоко и чувственно, зная, что их ждёт ещё много дел на сегодня, и что они собираются к Уизли, где он будет со своей своей змеиной изворотливостью доказывать ораве Гриффиндорцев, что достоин их золотой принцессы, где будет пытаться свести своего сына с женщиной, которой собирался подарить своё сердце и, наконец, где он собирался впервые в жизни насладиться настоящим тёплым, семейным Рождеством.