blueberry

***

Время близилось к ночи. Они с Тэхёном поужинали в номере, а затем Чонгук отлучился в кабинет, чтобы просмотреть кое-какие бумаги. Чем занимался в это время его омега, он не знал, но тот никуда не уходил. Впрочем, Чон не стремился контролировать каждый его шаг. Без доверия отношений не построишь. Да, ему было важно знать, что Тэхён в безопасности, но ограничивать круг его общения Чонгук никогда бы не стал. Даже если бы это был тот наглый официант. Ведь если бы Тэ сам захотел с ним пообщаться, кто такой Чонгук, чтобы запрещать. Но почему-то мысль о подобном неожиданно для самого Чонгука вызвала негатив. Он крепко сжал в пальцах карандаш, с такой силой, что тот хрустнул. Этого только не хватало. Превратиться в ревнивца на старости лет. Нет, конечно, Чон лукавил, до старости ему было далеко. Но он всегда искренне считал себя рациональным и прагматичным человеком. Даже сегодня в ресторане показал свою ревность больше, чтобы потешить самолюбие своего упрямого омеги. Ведь так же? Ох, почему отношения с любимым человеком оказались такими сложными? Вся жизнь Чонгука была упорядочена и проста. Да, он решал сложные задачи, но всегда подходил к ним так, что это удавалось легко и почти без потерь. А Тэхён… Тэхён оказался невероятно сложной задачей. Чону казалось, что за полтора года, пока он добивался омегу, подобрал ключик к этой головоломке. Но, как выяснилось, он просто перешёл на следующий уровень сложности. Наверное, стоило испугаться. Возможно, кто-то другой на его месте струсил бы, спасовал. Вот только Чонгук лишь раззадорился. Теперь, когда Тэхён согласился стать его омегой, Чон не собирался упускать своего шанса. Закрыв ноутбук и сложив все документы, он вышел из кабинета и услышал приятные звуки джаза, заполнившие номер. Музыка играла негромко, поэтому за дубовой дверью Чон ничего не слышал, но сейчас понял, что вся гостиная была укутана лёгкой, ненавязчивой мелодией и голосом Синатры. Тэхёна он обнаружил у окна. Тот стоял спиной, в своём расписном шёлковом халате, похожем на оперение экзотической птицы, и покачивался в такт мелодии. В одной его руке находился бокал с вином, из которого Тэхён периодически делал маленькие глотки. Чонгук сунул руки в карманы брюк и с улыбкой наблюдал за ним. Его омега был совершенен. Изящные, точёные линии тела, но при этом довольно высокий рост и широкий разворот плеч. Он не выглядел излишне женственно, как большинство омег. Но оставался утончённым и элегантным. Тэ происходил из древнего рода, корни которого уходили в родство с императорским двором. И этот аристократизм, казалось, был в его крови. Сам Чон являлся человеком попроще. Поэтому и не строил особых иллюзий на свой счёт. Но его будущий муж был настоящим бриллиантом. Муж. Пусть Тэхён пока что дал лишь согласие на отношения, их будущий брак был чем-то самим собой разумеющимся. Такой человек как Тэ не станет распыляться на обычный секс. Если бы его интересовало именно это, давно нашёл бы себе альфу. Или уступил настойчивым ухаживаниям Чонгука. Но нет. Он состоял из другого теста. Тэхён слишком ценил себя. И Чонгук ценил его тоже. Он вовсе не боготворил омегу и прекрасно видел некоторые изъяны его характера, но это не мешало Чону им восхищаться. Тэхён, меж тем, допил вино и обернулся, видимо, собираясь налить себе ещё. Он столкнулся взглядом с Чонгуком, и между ними словно пролетела искра. Что-то неуловимо поменялось. Если раньше Чонгук просто восхищался и благоговейно касался своего омеги, то сегодня собирался зайти дальше. И тот явно был не против. — Я тебе не помешал? — уточнил Тэхён и наклонился к столику, чтобы подлить вина. — Будешь? — он кивнул на второй бокал. Чонгук редко пил вино, если обязывал протокол мероприятия, либо за обедом. Обычно он предпочитал более крепкие напитки. Но сегодня решил сделать исключение, хотелось сохранить голову трезвой. Тем более, что его омега, похоже, собирался немного опьянеть. Ему-то и вина было для этого достаточно. Вино оказалось несладким, за что спасибо Тэхёну, с приятным послевкусием. — За нас, — прошептал Тэ и легонько звякнул своим бокалом о бокал Чонгука. Тот пригубил снова. В груди разливалось приятное тепло. — Чем занимался? — поинтересовался Чонгук. Он просидел в кабинете пару часов, может, чуть дольше. — Принимал ванну, — Тэхён склонил голову к плечу и лукаво улыбнулся. И действительно, Чон заметил, что его волосы ещё оставались чуть влажными. От этого они завивались даже сильнее обычного. — С лепестками роз. — Тебе понравилось? — Мне бы больше понравилось с тобой, — Тэ облизнул губы языком, медленно и дразняще. Где только понабрался такой пошлости. Впрочем, Чонгук лукавил. Это смотрелось не пошло, а чертовски возбуждающе. Наверняка, в Киме сейчас говорило вино. Но, боги, как же он был хорош. — Тэхён, — предупреждающе произнёс Чон. — Ты играешь с огнём. — К чёрту! — Тэхён поставил свой бокал на столик и сделал шаг навстречу Чонгуку. Он прильнул к нему всем телом и выдохнул: — Неужели тебе самому не хочется? Ты ждал полтора года. — Я ждал не секса, а тебя, — просто ответил Чонгук, и глаза Тэхёна вспыхнули благодарностью и любовью. Нет, всё же Чон был настоящим болваном, когда не замечал чувств омеги. Порой тот был слишком очевидным. Но сейчас не время было предаваться воспоминаниям и ностальгии по упущенным моментам. Тоже убрав бокал, Чонгук медленно, поддразнивая и не желая делать всё в спешке, провёл рукой по спине Тэхёна. Шёлковая ткань халата приятно холодила ладонь, но под ней чувствовалась горячая кожа. Осмелев, Чонгук спустился ниже и сжал ягодицы. Тэхён приоткрыл рот, жарко выдыхая, и приподнялся на цыпочки. Чонгук воспользовался этим, его пальцы скользнули сзади между ног, прямо с шёлком, чуть надавливая. Тэхён охнул и ошеломлённо уставился на Чона. Он явно не был готов к таким ощущениям. Но это было лишь началом. Склонившись к нему и едва касаясь губами его рта, Чонгук продолжал поглаживать Тэхёна пальцами. Он потёр его промежность, а затем надавил на ягодицы, проникая между ними. Ткань моментально намокла, а сам Тэхён чуть слышно захныкал. От этих тихих звуков Чонгук едва не лишился самоконтроля. Лишь железная воля позволяла ему держать себя в руках. — Ты такой влажный, — прошептал он прямо в рот Тэхёну. — Для меня. Вместе с этими словами Чонгук надавил сильнее, ему нравилось чувствовать жар чужого тела. Нравилось чувствовать эту влажность, и понимать, что всё это только для него. Тэхён не выдержал, он закинул руки Чонгуку на плечи, чтобы удержаться на ногах. И Чон, придерживая омегу за спину, подхватил его второй рукой под задницу и поднял. Тэхён сразу сообразил и обвил бёдра Чонгука ногами. — Поцелуй, — попросил он, прежде чем они двинулись в сторону спальни. И кто такой Чонгук, чтобы ему отказать.

***

Постель уже была разложена. А значит, Тэхён готовился. Расстелил постель, либо попросил горничную, принял ванну, выпил вина, чтобы расслабиться. У Чонгука в груди что-то сжималось от нежности, когда он понял, что его омега действительно готовился. Это ведь он, Чонгук, собирался сделать его первый раз особенным. А выходило так, что постарался сам Тэхён. Сюда едва долетали звуки музыки из гостиной, но так даже было лучше. Чонгук не хотел пропустить ни одного вздоха или стона, сорвавшегося с губ Тэхёна. Уложив его спиной на кровать, Чонгук отстранился, но Ким потянул к нему руки, не желая отпускать. — Погоди, — мягко попросил Чон. — Мне надо раздеться. Пиджак он, конечно, давно скинул и оставил на спинке кресла в кабинете. Но брюки, которые уже стали довольно узки в паху, и рубашку хотелось снять. Медленно снимая запонки и расстёгивая все пуговицы, Чонгук наблюдал за Тэхёном. Тот лежал, закинув одну руку за голову, полы его халата распахнулись, демонстрируя длинные, стройные ноги, от которых у Чона, кажется, поднималось давление. Они были чудо как хороши. До этого ему доводилось видеть эти ноги лишь в шортах, да и то весьма консервативной длины, а тут… Сначала он хотел подавить порыв, но потом понял, что это больше ни к чему. В их спальне не должно быть места недосказанности или неловкости. Если Тэхёну что-то не понравится, тот скажет вслух, таков его характер. Поэтому Чонгук разделся до белья и опустился одним коленом на кровать. Тэхён закусил губу и продолжил смотреть на него сквозь длинные ресницы. Чон вдруг подхватил его ногу за лодыжку и провёл по ней языком. Очертил силуэт косточки и двинулся выше. Тэхён задышал чаще, его глаза распахнулись от шока и неверия. Но он не оттолкнул и не попросил остановиться. Поэтому Чонгук продолжил. Он зацеловывал сначала одну ногу, дойдя до бёдер, где остановился, не спеша перейти к главному. А затем взялся за вторую. Его бы воля, он зацеловал бы и каждый пальчик, но не хотел совсем уж смущать омегу. Раньше подобной тяги Чонгук в себе не замечал, а значит именно ноги Тэхёна сделали его таким безвольным. Наигравшись вдоволь, он навис над Кимом сверху, удерживая свой вес на руках. Тэхён тут же вцепился в его плечи и провёл по ним ладонями. Спустился ниже, к бицепсам и предплечьям. Он смотрел на Чонгука с таким неприкрытым восхищением, что тот впервые почувствовал, что не зря столько времени проводил в спортзале. — Ты невероятный, — выдохнул Тэхён. — Такой большой. В этом невинном и скромном комплименте было куда больше откровенности и желания, чем в любом другом самом развязном. Руки Тэхёна жили своей жизнью, исследовали плечи, руки, грудь Чонгука. В какой-то момент тот подхватил омегу под спину и перевернул их обоих. Тэхён оказался сверху. Ему всё было интересно. Его глаза горели восторгом, желанием и просто завораживали. — Такой красивый, — прошептал он, наклоняясь вдруг и пробуя кожу на груди Чона уже не ладонями, а губами. Эти поцелуи были подобны прикосновениям крыльев бабочки. Лёгкие и невесомые. Но от них кружилась голова, а по всему телу разливался огонь желания. Чонгук держался, понимая, что для его омеги всё в первый раз и тому хочется попробовать самому. Но самоконтроль Чона трещал по швам от этих исследовательских посягательств Тэхёна. Особенно когда он стал спускаться губами по его груди вниз и дошёл до живота. Чонгук невольно напряг мышцы, а Тэ, маленький негодяй, высунул язык и обвёл каждый кубик его пресса, оставляя влажный след на коже. — Тэ, — Чонгук запустил руку в его волосы и чуть потянул назад, вынуждая отстраниться. — Если ты продолжишь, всё закончится слишком быстро, так и не начавшись. — Я… — щёки Тэхёна вспыхнули, даже его медовая кожа не могла этого скрыть. — Я вовсе не собирался сейчас… Может быть, в другой раз. Он так мило засмущался, что Чонгук едва не рассмеялся. Но решил, что сейчас это будет не совсем уместно. Поэтому просто погладил Тэхёна большим пальцем по щеке и улыбнулся. — Сегодня твоя ночь. Так что всё будет для тебя. — Что ты собрался делать? — ужаснулся Тэхён. Понятно, испугался не по-настоящему. Скорее, его немного страшила неизвестность. Но природное любопытство и чувственность делали своё дело. Несмотря на невинность, Тэхён не был зажатым и скованным. Возможно, вино сделало своё дело, но Чонгук и так знал, что Тэ может быть податливым и мягким как пластилин, если его поцеловать как следует. Так что и в постели явно не будет деревянным. Заходить далеко Ким не стал, но всё же не отказал себе в удовольствии накрыть ладонью всё ещё скрытый под бельём член альфы. Он облизнулся и глянул Чонгуку в глаза. — Они всегда такие большие? Ну, то есть, я смотрел порно пару раз, но это ведь совсем не то. — Ты правда хочешь обсудить сейчас члены других альф? — Чон насмешливо приподнял брови, и Тэхён закатил глаза. Сам понимал, что сказал чушь, но признавать свою неправоту не собирался. Чонгук решил, что пора всё же идти дальше. Наиграться с его телом омега успеет и в следующий раз. Длительное воздержание давало о себе знать. Хоть Чонгук и не был каким-то озабоченным трахалем, но когда перед ним сидел его истинный омега, скорее раздетый, чем одетый, на контроль особо надеяться не приходилось. — Иди ко мне, — позвал он, и Тэхён послушно прильнул к альфе, вытянувшись вдоль тела. Он был текучим и плавным, словно вода. Шёлковый халат только добавлял сходства. Но Чонгук знал, и сама кожа Тэхёна была на ощупь как шёлк. Он лёг сначала набок, рассматривая лицо Тэ, погладил его по щёке, а затем снова оказался сверху. Чон помнил, что положил презервативы в комод, придётся встать за ними. Но это позже, сейчас было нужно расслабить и возбудить Тэхёна до конца. Тот смотрел так доверчиво и открыто, что у Чонгука сердце сжималось от нежности и любви. Он всегда считал себя довольно чёрствым и сухим человеком, но сейчас буквально таял, заглядывая в глаза своему омеге. А что будет, когда у них появится ребёнок? Впрочем, для детей пока рано. Всему своё время. И сейчас время принадлежало лишь им двоим.

***

Тэхён лежал, запрокинув голову и выставляя напоказ своё горло. Халат валялся где-то на полу, давно снятый и забытый. Чонгук же находился между ног Тэхёна, держа его под бёдра и вылизывая. Мокро, пошло и бесхитростно. Запах черники наполнил спальню, раскрываясь всё сильнее вместе с тем, как возбуждался Тэхён. А тот был уже на грани. Его красивый, ровный член истекал предэякулятом, смазки выделялось столько, что Чонгук едва успевал работать языком, а руки Тэхёна отчаянно сжимали простыню, пока сам он стонал в голос. Чонгук оказался прав. Его омега был чувственным и страстным. Со временем, когда они перепробуют в постели всё, узнавая друг друга, их секс станет по-настоящему потрясающим. Пока что Тэхён умел немного, но даже просто отдавая себя, он выглядел настолько возбуждающе, что Чонгук никак не мог насытиться. Его язык то и дело исчезал в горячем нутре, вырывался наружу, скользил по краям, задевая все нервные окончания ануса, а затем снова толкался внутрь. Смазка текла по поджавшимся яичкам, по подбородку Чонгука, пачкала постель. Но до неё не было дела. Чонгук хотел одним своим языком довести Тэхёна до разрядки, дать ему получить настоящее удовольствие. Потому что первый раз в любом случае будет болезненным, а Чону не хотелось, чтобы его омеге запомнилось только это. Челюсть с непривычки ныла, но Чонгук упорно продолжал вылизывать Тэхёна, заставляя того кричать всё громче, извиваться сильнее, едва не плакать от подступающего первого в жизни оргазма со своим альфой. И когда наконец Тэхён застыл, натянувшись словно тетива лука, Чонгук накрыл ртом его член, давая те последние, самые главные движения, что омега кончил. После Чонгук откатился в сторону, а Тэхён лежал, смотря в потолок пустыми глазами. Его сбившееся дыхание постепенно приходило в норму. — Всё хорошо? — уточнил Чонгук, потому что Тэ уже несколько минут не подавал признаков жизни. — Я… да, всё хорошо. Всё очень хорошо, — Тэхён говорил чуть хрипло, он явно сорвал связки. А ведь они только начали. Мысль о том, что он действительно доставил своему омеге такое удовольствие, приятно согрела Чонгука. — Только я, — Тэхён замялся, потом повернул голову и посмотрел Чону в глаза. — Я хочу, почувствовать тебя внутри. Мы ведь сделаем это? Как хорошо, что их планы совпадали. Потому что отказать этим огромным глазищам Чонгук был просто не в силах.

***

Чонгук принёс из ванной влажное полотенце и заодно забрал из комода пачку презервативов. Вряд ли сегодня они зайдут дальше одного раза, но Чонгуку было неважно количество. Сегодняшняя ночь принадлежит только Тэхёну. После оргазма его немного развезло, он лежал, согнув одну ногу в колене и прикрыв рукой глаза. Красивое, стройное тело, с кожей медового оттенка, гладкое, плавное, идеально сложенное. Чонгук невольно залюбовался. Он никогда не был особым ценителем омежьей красоты, будь то девушки или парни. До Тэхёна он в принципе не задумывался о чём-то подобном, лишь мимоходом отмечая, что лицо напротив него симпатичное, некрасивое или вовсе отталкивающее. Сейчас же Чонгук начал понимать всех тех влюблённых идиотов, потому что глаз не мог отвести от своего омеги. Он, конечно же, и без того все полтора года любовался им. Но это было совсем другое. Потому что сейчас Тэхён был полностью открыт и беззащитен перед ним. Он полностью отдавал себя Чонгуку. И это было взаимно. Влажным тёплым полотенцем Чонгук вытер живот и бёдра Тэ, тот вздрогнул от прикосновения и рвано выдохнул. — Раздвинь ноги, — попросил Чон, Тэхён задышал чаще и выполнил просьбу. Чонгук аккуратно протёр и там, оставив смазку между ягодиц. Для его дальнейших планов она была совсем нелишней. А ещё Чон видел, что от его действий Тэхён вновь начал возбуждаться. Его дыхание, его начавший вновь крепнуть член, а самое главное — усилившийся аромат черники, выдавали его с головой. Бросив полотенце в сторону, Чонгук лёг рядом набок. Он запустил пальцы в волосы Тэ и убрал их, открывая высокий лоб. Как же Тэхён был красив. Или просто влюблённость совсем застлала Чону глаза? Плевать. Для него Тэхён был самым восхитительным, остальное неважно. Тэ распахнул глаза. Он первым потянулся за поцелуем, и Чонгук с удовольствием ответил. Наконец настал тот момент, когда в них он сбился со счёта. Но каждый по-прежнему был прекрасен. Они целовались какое-то время, пока оба не начали дышать чаще, пока Чонгук не почувствовал, как твёрдый член упёрся ему в бедро, и пока сам не начал едва задыхаться от желания обладать. Поцелуи становились всё более жадными, глубокими. Чонгук вылизывал рот Тэхёна, посасывал его язык и довольно грубо толкался в его рот своим. В какой-то момент он подмял омегу под себя и бедром раздвинул его ноги. Тэхён застонал в поцелуй, и Чонгук услышал в этом одобрение. Он стал действовать более напористо и дерзко. Его возбуждение, казалось, достигло апогея. Потому что он уже больше часа оттягивал этот момент. Выдержки альфе, конечно, хватало, но всё же железным он не был. Их тела скользили друг по другу, создавая приятное трение. Тэхён глухо постанывал от каждого движения, тогда как Чонгук готов был рычать. Он просунул руку между их телами, нащупал пальцами вход и ввёл один в Тэхёна. После его языка и недавнего оргазма там было достаточно мокро, поэтому совсем быстро Чонгук добавил и второй. Он растягивал тугой вход, наслаждаясь его узостью, наслаждаясь тем, каким горячим Тэхён был изнутри, каким гладким. — Ммм, — замычал вдруг Тэ в поцелуй, Чонгук замер, но пальцев не убрал. — Что такое, детка? Тебе больно? — он внимательно посмотрел омеге в лицо, но тот помотал головой. Его волосы немного взмокли и прилипли ко лбу, а губы выглядели совсем распухшими. — Нет, — озвучил Тэхён вслух. — Слишком хорошо. Пожалуйста, давай. Дважды просить Чонгука не пришлось. Быстро справившись с презервативом, он вернулся к Тэхёну и накрыл его тело своим. На этот раз омега без лишних просьб сам обвил ногами талию Чона, раскрываясь и подаваясь навстречу. Он тоже хотел этой близости, и альфу буквально вело от осознания этого. Чонгук так сильно возбудился, что почувствовал, как зачесались зубы. Ему безумно захотелось не только взять Тэхёна, но и поставить ему метку. Чон ведь уже мечтал об этом буквально накануне, когда рассматривал провокационное фото своего омеги. И теперь у него была реальная возможность. Но пришлось пока сдержаться. Лучше, чтобы они оба находились не в затуманенном рассудке. А Тэхён прямо сейчас соображал довольно плохо. Его явно вело, природа в какой-то мере брала верх, отключая разум и готовя тело для своего альфы. Их совместимость была идеальной. Истинность мало на что влияла по сути, просто делала секс на несколько ступеней выше. И сейчас Чонгук чувствовал это на собственной шкуре. Никогда он ещё не испытывал таких эмоций. Никогда и никого он так не добивался. И никогда и никем не хотел обладать так сильно. Помогая себе рукой, Чонгук направил член ко входу, чуть поводил по кругу головкой, возбуждая Тэхёна ещё больше, заставляя его стонать, а потом всё же толкнулся внутрь. Несмотря на подготовку, это всё ещё было безумно туго. Тэхён оказался чертовски узким, и даже обилие смазки не сильно облегчало дело. Войдя на половину, Чонгук замер, давая им обоим возможность перевести дыхание. Тэхён лежал, зажмурившись, а из уголков глаз текли слёзы. Дьявол. Чонгук был готов убить себя. — Детка, так больно? Тэхён замотал головой отрицательно, а потом выдохнул: — Всё нормально. Просто это так… Это так слишком… Так сильно. Так много. Так… Его переполняли эмоции, и Чонгук невольно разделил их. Похоже, истинность проявлялась не только на физическом, но и на эмоциональном уровне. Он прильнул к губам Тэхёна в ласковом, нежном поцелуе и двинул бёдрами, входя дальше. Продолжая целовать омегу, Чонгук постепенно двигался всё глубже, пока не оказался внутри полностью. Его уже слегка потряхивало, это действительно было слишком. Как же хорошо это было. Он дал Тэхёну время привыкнуть, пока сам в уме складывал трёхзначные числа, чтобы не кончить в ту же минуту. Его возбуждение, казалось, достигло апогея. Но потом Тэхён двинул бёдрами, показывая, что уже всё в порядке, и Чонгук едва не зарычал. Он трахал Тэхёна сначала медленно, вслушиваясь в каждый стон, а потом — всё быстрее и быстрее. Голос омеги срывался на хриплые крики, а альфа сдавленно рычал, уткнувшись носом в жилку у Тэхёна на шее и вдыхая одурманивающий аромат черники. Какое-то время продолжалась эта агония, когда они оба задыхались от охватившего их удовольствия. Чонгук чувствовал, что Тэхён снова подходил к грани. А ему самому много было и не нужно. Несколько резких, глубоких толчков, и альфа кончил в горячем и тесном нутре. Оставаясь внутри, он обхватил рукой член Тэхёна, давая разрядку и ему. Тот снова выгнулся, едва не ломая позвоночник, и Чонгуку пришлось подхватить его под спину, чтобы он не ушибся. — Чонгук… Чон… — хриплые стоны вперемешку с именем Чонгука срывались с пересохших губ. И это была самая сладкая музыка для ушей Чона. После ему снова пришлось сходить в ванную за свежим полотенцем. По-хорошему стоило принять душ, но Тэхён был слишком разнежен и слаб после двух оргазмов. Альфе попросту стало его жаль. Сам он быстро ополоснулся, а омегу обтирал с особой нежностью. Тот почти не двигался, даже дышал, казалось, через раз. Но Чонгук знал, он чувствовал, что Тэхёну было хорошо. Иначе и быть не могло. На этот раз он обтёр Кима более тщательно, даже развёл его ягодицы, чтобы протереть и там. Увидел, что анус припух и покраснел. Это было неизбежно в первый раз, но Чонгук корил себя за то, что не подумал о заживляющей мази. Завтра они непременно наведаются в аптеку. Чонгук уже представлял, как будет смущаться и возмущаться его омега. Улыбнувшись этим мыслям, Чон лёг обратно в кровать, и Тэхён, казавшийся обессиленным ещё мгновение назад, тут же юркнул к нему под бок. Он уложил голову на грудь альфы и счастливо вздохнул. Перебирая пряди его волос, Чонгук думал. Он поверить не мог, что ещё пару дней назад собирался от всего отказаться. Был уверен, что он вовсе не нужен Тэхёну. Каким же идиотом он был. Тэхён абсолютно прав. Тонкие пальчики прошлись по его груди и ущипнули за сосок. Чонгук вздрогнул и посмотрел на Кима, тот в ответ уставился своими огромными глазами, кажущимися сейчас почти чёрными. Два бездонных омута. — Мне не нравится, что твои мысли где-то далеко, — пояснил своё хулиганство омега. Потом он замялся и спросил: — Тебе понравилось? — Похоже, дурак тут не только я, — усмехнулся Чонгук. — Что? — не понял Тэхён и нахмурился. — Ничего, — Чонгук покачал головой. Он подтянул омегу повыше и поцеловал его коротко в губы. — Очень понравилось. И да, чтобы уже никаких недосказанностей не оставалось. Я тебя люблю, ты любишь меня, скоро мы поженимся, а потом у нас будут дети. — Что значит, скоро? — тут же возмутился Тэхён. — А меня ты спросил? Кто так предложение делает, мужлан? Хрен тебе, а не дети! Он начал колотить Чонгука кулаком по груди, но тот лишь рассмеялся, совершенно не обращая внимания, и, притянув Тэхёна ещё ближе, крепко его поцеловал, заглушая все возмущения.